Невошедшее

      И вот вновь их пути сплелись в прокуренном клубе. Сколько бы эти двое не уезжали друг от друга, сколько бы раз не разрывали все связи, рано или поздно они оказывались друг напротив друга, изучая каждый новый шрам и новую татуировку, которую «этот придурок» всё же решил набить. Милого разговора никогда не получалось, лишь насмешки и упрёки, которые всегда перерастали в мордобой, заканчивающийся звонким смехом и попойкой.       Выгнав всех до последнего клиента, двое решительно направились к барной стойке, где тонкой осиной трясся бармен. Юноша, чьё имя никто из пьяных клиентов даже не пытался запомнить (поэтому был окрещён бедолагой), не проработал в клубе и недели, а сейчас в его смену в зал ворвались двое и, угрожая пистолетом, разнесли несколько колонок и стробоскопов, отчего те начали искриться, подстелили с десяток бутылок в баре, создав шипящий водопад из содержимого. Молодой человек лишь шёпотом причитал про себя, сколько денег за сегодня было выкинуто в пустую.       — Бедолага! — протянул низкий голос, пока холодный пистолет стучал по стеклянной столешнице бара, издавая громкое дребезжание. — И так ты общаешься с клиентами?       — Наш клуб закрыт, — испуганно прощебетал бармен, не решаясь выглянуть из-за стойки.       — Не ваш, а наш, — прозвучал ещё один бархатный бас, — поэтому делай, что говорят, идиот.       — Простите, я не могу, — дрожащим шёпотом продолжил юноша, закрывая голову руками.       — Тогда я сам здесь похозяйствую! — возле «бедолаги» приземлилась пара тяжёлых сапог, украшенная маленькими ножами, которые с лёгкостью можно было достать и вогнать в тело испуганного юноши. — Чего тебе намешать, Роб? Выпьем за нашу встречу!       — Виски со льдом, — холодно произнёс мужчина, облокачиваясь на барную стойку спиной и оглядывая хаос, который они с «этим придурком» учинили, размахивая направо и налево своими пушками. — Если плюнешь в мой стакан, засуну его тебе в зад.       — Не нравится, что в тебе будет частичка меня? — усмехнулся новый бармен, не обращая никакого внимания на дрожащего работника клуба.       Он почувствовал себя полноправным повелителем бара, поэтому неумело, но ловко и артистично жонглировал уцелевшими бутылками, чудом не выпуская их из рук. Сначала «придурка» заинтересовал тонкий сосуд с вытянутым горлышком, в котором, судя по запаху, хранился абсент. После не очень удачной попытки (всё содержимое оказалось на полу), он схватился за другие похожие ёмкости. Мужчина крутился вокруг себя, ловя скользкие бутылки, но вот одна сбежала из крепкой хватки и разбилась о пол прямо у ног лихого бармена. Он поставил остальные сосуды на барную стойку и лишь тогда перевёл взгляд на Роберта, но встретился он не с ним: на мужчину направляли пистолет. Через мгновение дуло уперлосб в магучий лоб, что вызвало только надменную насмешку. Стоило Роберту нажать на курок, и пуля пробила бы плоть, раскидав ошмётки мозгов во все стороны.       — Если тебе эта хуета показалась смешной, то рискни повторить! — Роберт переместил дуло к груди «придурка». — И, поверь, Неро, я просто закрою глаза на нашу долгую дружбу и проделаю в тебе ещё одну дырку.       — Хочешь, чтобы я стал похож на даму количеством своих дырок? — Неро уверенно отвёл пистолет от себя и продолжил хозяйствовать. — И так, виски без колы, чтобы стать королевой танцпола, — напевал мужчина, ставя перед «гостем» два невысоких стакана, через мгновение в них оказались большие кубики люда. — Тебе повезло, что льдинки были спрятаны, так что осколки от бутылок на них не попали.       — Какая удача! — высокая волна сарказма потопила под собой «бедолагу», но лишь немного намочила ноги Неро. — Быстрее! Я выпить хочу!       — Как пожелаете! — Неро поклонился и звонким щелчком пальцев ударил по крышке виски, та послушно скрутилась и отлетела в сторону, позволив наполнить содержимым стаканы. — Чего желаете? Зонтик? Трубочку?       — Тишину! — лицо Роберта не дрогнуло, словно каждая мышца окаменела, и лишь холодные голубые глаза указали на источник всхлипов и учащённого дыхания.       — Как пожелаете, босс, — губы Неро изогнулись в широкой улыбке, делая лицо похожим на театральную маску. Мужчина быстро повернулся к бармену и, не позволив юноше понять, что происходит, сделал несколько выстрелов, тело рухнуло на осколки. — Теперь лишь скрежет колонок! — мужчина выкинул пистолет через спину — он был бесполезен, закончилась обойма, и, закинув в один из стаканов цветной зонтик, резво перепрыгнул через стойку. — Только ты и я.       — Какая благодать! — Роберт сжал стакан без зонтика и вальяжно пошёл к кожаным диванам, в которых зияла пара дырок, правда, догадаться об их происхождении было трудно: ожоги то ли от неуклюжего использования кальяна, то ли от тушения сигарет об обивку. Мужчина камнем рухнул на мягкое сидение и откинулся на спинку. — Если ты перебил всех работников, будешь за них работать?       — Почему бы и нет? — Неро поднял одну бровь и заигрывающе пошёл к дивану, пытаясь изобразить миловидную официантку. — Бармен, как ты видишь, из меня отличный.       — За стриптизёрш тоже будешь работать?       — Будешь вести себя хорошо, и я подумаю, — рука Неро игриво нырнула под куртку, копалась во внутненних карманах. Мужчина достал достал маленькую пачку неизвестного содержимого, отдаленно напоминавшего жвачку; жилистыми пальцами ловко развернул упаковку — на кончике языка оказалось две маленькие таблетки, которые он тотчас запил виски.       — Долбоеб, — устало выдохнул Роберт, сделав глоток. — С мастерством Трисс тебе все равно не сравнится, — нервно хихикнул мужчина, запрокинув голову назад.       — Трисс по-твоему мастерица? — звонкий смех заставил пустые бутылки загудеть, а Роберта бросить быстрый и раздраженный взгляд на скрученного в скрипичный ключ Неро, который едва оставался на ногах. — Боже, я даже не думал, что ты такой неопытный девственник, раз эта скромница тебе так понравилась.       — Скромница? — глаза буквально полезли на лоб так, что можно было полностью рассмотреть светлую радужную оболочку. — Ты даже не знаешь, что она творила на моих коленках, — лицо украсила хитрая и игривая улыбка. — Наверняка, твой стручочек её не впечатлил, поэтому и не был удостоен ее танца на твоём шесте. Или же ты не только быстро разводишь девушку на секс, но так же быстро доказываешь им, что это была плохая идея.       — Ты задел моё достоинство! — мужчина швырнул стакан в стену, и тот разлетелся на сотню осколков.       — Ты далековато, чтобы я трогал твоё достоинство, — Роберт осушил одним глотком свой стакан и с силой поставил его на маленький столик, проломив этим действом его стеклянную столешницу.       — Хочешь потрогать моё достоинство? — Неро в два шага оказался возле напарника — от выпитых таблеток мужчине стало сложно устоять на ногах, которые с каждым мгновением становились более ватными. И так нечёткое сознание начало давать сбои: вместо одного Роберта перед ним сидело два, причём, из обоих то и дело появлялись лишние руки, от которых Неро считал нужным демонстративно отмахиваться. — Не знал, что твоя штучка встаёт и на мужчин.       — Ты опять обдолбался? — Роберт оттолкнул напарника, едва не завалившегося на него.       — Ты переводишь тему, значит, так и есть? — залился смехом Неро, ловко скинув с себя куртку.       — Долбаеб, охлади своё трахание. Мой член только для девушек. Можешь даже не пытаться на него претендовать!       — То есть, если я тебе начну сосать, он не встанет? — мужчина едва ориентировался в пространстве, поэтому чуть не выколол глаз напарнику длинным пальцем.       — Не встанет, — устало выдохнул Роберт, понимая, что это лишь дохлый номер — пытаться что-то доказать невменяемому Неро. Но то, что этот придурок решит проверить слова на практике, мужчина никак не ожидал.       Роберт помнил, как смотрел на широкую улыбку и слушал раскатистый смех напарника, потом моргнул, и тот пропал из видимости. Алкоголь чуть приступил реакцию и рефлексы тела, затуманил мысли, поэтому мужчина не сразу додумался осмотреться, повернув голову и опустив глаза.       — Ты что, блять, творишь?! — закричал Роберт, понимая всю абсурдность ситуации.       Неро стоял перед ним на коленях, забив, что только можно было, на то, что весь пол усыпан осколками, которые из-за тяжести грузного тела с лёгкостью вошли под кожу и оставили новые царапины, многие из которых смогэгцт стать шрамами. Мужчина едва послушными пальцами расстегнул ширинку напарника и вытащил пенис Роберта, и когда тот начал кричать, что все происходящее «полная хуета», Неро без стеснения и с полной уверенностью взял член в рот и начал ласкать его языком, как он это делал с кожей девушек. Роберт и сам не ожидал, но органу понравится нежность напарника, поэтому он почти сразу же затвердел, что заставило Неро работать интенсивнее: несколько раз он прошёлся ртом вверх-вниз по стволу, плотно прижимая к нему язык. После вытащил его изо рта и, окинув лицо Роберта, полное наслаждения и охуевания, быстрым взглядом, ехидно улыбнулся и жадно облизнулся. Сильная рука сжала пенис, а губы приблизились к головке, и, прежде чем продолжить своё действие, Неро выдал:       — Теперь я точно буду называть тебя пидорасом, — головка оказалась во рту; пока рука мужчины гуляла по стволу, язык тщательно изучал каждую венку на пенисе, стараясь уделить им большое внимание.       — Это ты сейчас сосешь мужику, — простонал Роберт и неожиданно для себя вплёл длинные пальцы в растрёпанные белые патлы Неро, заставляя его работать быстрее и заглатывать глубже.       Несколько раз мужчина с такой силой давил на затылок напарнику, что член скользил в глотку, что вызвало рвотный позыв у Неро, но мужчина каждый раз мог его сдержать, чуть отдаляясь. Выпустив пенис изо рта, мужчина прогулялся языком по всему основанию пениса, приближаясь к яичкам. Не забывая стимулировать ствол рукой, Неро самозабвенно ласкал яички Роберта: облизывал их, после брал в рот, как бы изучая, умело прошёлся языком между ними от задней части мошонки к передней.       — Начал дело, — Роберт оттянул Неро за загривок и чуть ссутулился, чтобы посмотреть в его наглые янтарные глаза, которые сияли хитростью, похотью и смелостью. Мужчина приблизился так близко, что чувствовал чуть сбитое дыхание на своей коже, — закончи его до конца, — Роберт направил напарника к члену, который сразу оказался во рту; ласки влажными губами и похотливым языком продолжались.       Мысли в голове путались то ли от наслаждения, то ли от понимания, что ему делал минет старый друг и отличный напарник, ни раз прикрывавший спину. Причем «минет от друга» можно было назвать одним из лучших; ни одна из девушек не была столь ловкой и умелой: кто-то забывался и показывал зубки, кто-то делал это неумело и криво, а тут… на мгновение могло показаться, что Неро занимался этим на протяжении нескольких лет, оттачивая свое мастерство до идеала. Роберт предпочитал считать, что это все лишь сон в пьяном угаре, но легче не становилось — тогда ему снилось, как его напарник сосал его член.       — Чёрт, — простонал мужчина, кончив. Неро, почувствовав, что его рот наполнился горячей и вязкой жидкостью, и не думал останавливаться — он продолжал работу ртом, пока пенис совсем не обмяк. И лишь тогда мужчина отстранился, выплюнув сперму на пол, к осколкам столешницы.       — Результат эксперимента показал, что ты пидор, — Неро, утерев уголки рта, резко встал, но его голова закружилась так, что он рухнул на диван возле мужчины. Как и предполагалось — его колени все в крови: некоторые осколки все же вошли под кожу, пока тот работал языком и руками.       — А сам-то, — Роберт осмотрел друга, который заливался смехом, утыкаясь лицом в мягкую спинку. — А если и я решу провести эксперимент?       — Делай, что хочешь, пидорок! — мужчина попытался сесть, но тяжесть тела снова повалила его на диван лицом. Он пытался что-то сказать, но это походила на пьяное мямлянье.       — Что хочу? — Роберт властно приблизился к Неро и навалился на его спину телом, прижимая к дивану. — Не пожалеешь о своих словах?       — Что ты сделаешь? Отсосёшь и заберёшь работу у моей бравой руки? — мужчина попытался привстать, но напарник был сильнее. Роберт вытащил маленький ножик из пояса и, разрезав белую рубашку человека внизу, стянул теперь уже бесполезное тряпье и выкинул её на пол.       — Я сыграю по-крупному, — мужчина с силой вцепился зубами в кожу Неро, заставив напарника прогнуться в попытке спастись от укуса. На лопатке остались следы зубов и красно-фиолетовое пятно.       — Что ты, блять, делаешь? — вскрикнул Неро, пытаясь скинуть с себя противника.       — Делаю то, что хочу, — язык Роберта начал гулять по глубоким шрамам на спине, спускаясь по позвоночнику вниз.       Только сейчас мужчине удалось полностью изучить татуировки напарника. Раньше его взгляд ловил лишь маленькие обрывки большого рисунка, когда тот переодевался или накрывал себя одеялом во время попойки и секса с первой встречной, но сейчас… его можно было изучить досконально. Цветастая татуировка привлекала всё внимание на себя, но при этом она не была закончена: на лопатках, перебираясь на плечи, яркий рисунок умело скрывал заросшие дырки от пуль и длинные, криво зашитые, раны от ножевых ранений, но ближе к пояснице татуировка теряла свои цвета и оставляла себе лишь тонкие очертания тонкого контура. Язык Роберта замер у широкого кожаного ремня; через мгновение он был разрезан на две части.       — Будешь вести себя хорошо, я подарю тебе новый, — мужчина вновь вдавил Неро в диван своим телом и зашептал прямо на ухо. — Если я пидор, то у меня для тебя две новости: хорошая и плохая. С какой начать?       — С любой, — Неро попытался подняться, но мужчина заломил его руки за спиной и, сковав движения напарника, заточил широкие запястья в самодельные наручники, сделанные на скорую руку из уцелевшего ремня. Роберт так часто пользовался этим средством обездвиживания, что мог с лёгкостью делать это с закрытыми глазами одной рукой.       — Что ж, — язык прогулялся по ушной раковине, едва прикусывая кожу, — хорошая: ты мне нравишься, плохая: я сильнее тебя.       Тонкое лезвие гуляло по коже Неро, едва её касаясь. Лёгкий холодок от металла пробежал по спине, заставляя её прогнуться, нож добрался до штанов. Тяжёлую тишину нарушил громкий треск ткани — наточенное лезвие удачно прошло между булок Неро, не задев кожи. Не желая отдавать всю работу лезвию, Роберт запустил пальцы под ткань и, удобнее её захватив, разорвал штаны напарника, оголяя упругую и натренированную (как оказалось) задницу. Мужчина вновь принялся исследовать мускулистую спину, гуляя по ней языком, награждая горячими поцелуями и чуть прикусывая кожу.       Неро пытался двигаться, но выходило крайне нелепо и довольно жалко — наркотики, которые он «так умно» запил алкоголем, сделали тело податливым и послушным. Мужчина передумал сопротивляться, когда осознал, что укусы и засосы не были противны ему, а, наоборот, ужасно возбуждали, из-за чего в остатках трусов становилось тесно. Роберт стянул с себя куртку и кинул её на пол возле себя, после чего встал и быстрым толчком скинул ноги Неро с дивана. В его колени снова вошли маленькие осколки, оставшиеся там после минета, мужчина издал тихий стон, лишь когда напарник со всей силой шлёпнул его по заднице.       — Придурок, — промямлил Неро, уткнувшись лицом в диван.       — Нет, я всего лишь пидор, — мужчина, разместившись на своей куртке, встал на колени позади напарника и продолжил путешествовать языком по его пояснице, иногда чуть прикусывая и посасывая кожу. Неро пытался освободить руки, но скрип туго натянутой кожи напомнил о том, что этого сделать нельзя. — А ты этому пидору понравился.       Роберт чуть раздвинул ноги напарника, позволяя ему устроиться поудобнее, а после позволил и рукам изучить тело своей «жертвы», и тогда он не позволил себе былой мягкости: мужчина с силой сжимал пальцы, обвивая руки Неро, в надежде оставить на них синяки и услышать тихий стон напарника, но тот не издавал ни звука. Тогда Роберт решил изменить тактику: мужчина с силой вцепился зубами в задницу напарника. Укус был такой стльный, что на губах появился металлический привкус крови. И лишь тогда Неро громко вскрикнул, а после протяжно застонал.       — Молодец! — прошептал Роберт, прижимаясь торсом к спине напарника — посмотрим, что будешь делать сейчас, — мужчина запустил свои пальцы в рот Неро, заставляя его их сосать и изучать языком. — Хороший мальчик, — горячий шёпот обжёг шею мужчины, а после туда спустились губы, чуть посасывая кожу в надежде оставить там засос.       Пока рот ублажал тело мужчины, мокрые пальцы спустились вниз. Фаланга замерла у маленького отверстия, нерешительно очертила его, чуть надавливая. И когда дырочка чуть разкрылась, вошёл первый палец, заставив Неро с силой вжаться лицом в диван. Роберт не отличался особым терпением, поэтому вскоре он запустил второй палец, заставляя напарника вгрызаться в кожаную обивку, громко и протяжно стонать. Пальцы уверенно двигались вперёд-назад, пока левая рука гуляла по внутренней стороне бедра Неро, пытаясь пробраться под ткань. Мужчина заскулил — вошёл ещё один палец. Роберт понимал, что тихие стоны напарника ужасно возбуждали, так что затвердевший член утыкался в накаченные бедра Неро, делая проникнуть внутрь.       — Сукин ты сын, — сорвалось с губ скованного мужчины, но разобрать его речь можно было с трудом — большая часть звука уходила в обивку.       — Плохо слышу, — Роберт вытащил пальцы из податливой дврочки; плюнул на ствол, прошелся по нему рукой, размазывая слюну по всей его длине, и, приставив пенис к анусу, резко вошёл в напарника, отчего тот выпрямил спину, натянувшись напряжённой стрелой, и оторвался от дивана. — Не бойся, я буду нежен, — вторая рука мужчины всё же забралась под ткань и обхватила член Неро, бесстыдно начав его надрачивать. — Завтра ты будешь стойким оловянным солдатиком, потому что присесть не сможешь, — Роберт двигал бёдрами, резко и грубо входя в напарника, заставляя его ёрзать в попытке освободить руки.       Мужчина запустил пальцы в высветленные волосы Неро и потянул их, заставляя мужчину выгнуться гибкой кошечкой, но вышло это криво. Изо рта Неро вырывался один мат, иногда бессвязный, словно мужчина просто хвастался своим лексиконом, иногда он складывался в одну реплику, которую можно было описать ёмким словом «еблан». Но громкие крики иногда заглушал протяжный и сладкий стон от того, что Роберт чуть нажимал пальцем на головку члена, ускорял или замедлял движение рукой.       — Какая же ты мразь! — совершенно чётко вырвалось изо рта Неро.       — Ты трахаешь мне мозги, а я трахаю твою жопу, — Роберт вновь прижался торсом к спине напарника, нашёптывая непристойности ему на ухо, и, потянув за волосы, оголил его шею. — Тем более анальный секс с девушкой ничем не отличается от анального секса с тобой, — губы вновь коснулись кожи. Мужчина хотел пометить каждую часть тела, как он делал с каждой пассией, ложившейся с ним в постель. — Ты начал эту игру, а я лишь подыгрываю!       Неро уже не понимал своих чувств: голова кружилась, все мышцы гудели, горло болело, а в глазах то и дело темнело. Все мысли путались то ли от наркотиков, то ли от осознания, что он отсосал своему другу и делал это с нескрываемым удовольствием, то ли от того, что сейчас его трахали в жопу. Роберт попытался отстраниться, но Неро ослабшими пальцами успел схватить его за растегнутую рубашку, не позволив этого сделать.       — Если я твоя сучка, то будь со мной нежен, — мужчина прогнулся сильнее, стараясь повернуться корпусом к напарнику.       Неро открыл рот, чтобы попытаться отшутиться, но рука, державшая волосы, быстро перебралась к подбородку и подтянула его к лицу. Грубые губы Роберта с силой впились в багровые губы мужчины, беспощадно кусая их до крови и боли, но в ответ доносился лишь стон наслаждения.       Через несколько часов телефон Роберта начал разрываться от постоянных звонков и СМС, но мужчина не обращал на это никакого внимания — он, пританцовывая, гулял между трупами, пытаясь что-то найти.       — Вот и какого хуя произошло? — Неро лежал на животе, подложив под грудь подушку. Все его тело украшали ссадины и засосы. Дрожащими руками он поднёс к губам сигарету и поджёг её. Заметив на своих запястьях стёртую кожу от жёсткого ремня, мужчина затянулся половиной сигареты, не спешил выпускать дым.       — Сам начал, придурок, — Роберт швырнул в напарника смятую ткань. — Собирайся! Нам пора!       — И как я с рваной жопой куда-то пойду? — мужчина боялся сесть, понимая, что боль ниже спины становилась сильнее с каждым движением.       — Ну, пойдёшь, не поедешь уж точно — сядешь, точно сдохнешь, — усмехнулся напарник. — В свой рабочий ротик закидывай наркотик, и вперёд! Босс не ждёт!