Выбор

      Закрыв за собой дверь, мужчина спустился вниз к бортику катка. В помещении было тихо, слышался только звук скольжения лезвий по льду. Закутавшись сильнее в толстую кофту, поскольку в зале было холодно, психолог, наконец, увидел своего пациента. Далавега ездил кругами по катку, разминался. Проскользив по гладкой поверхности льда, покрутив плечами, видно разминая затекшие мышцы, тот снял с себя тонкую спортивную кофту, кинул на бортик, оставаясь в футболке, и поехал дальше. Одежда Джаала была утепленным термо костюмом, плюс он двигался, поэтому ему холод был не страшен, в отличие от Виктора, который постоянно забывал обзавестись похожей одеждой.       Облокотившись о бортик, положив личные записи по лечению рядом, мужчина окликнул омегу. Но тот только махнул рукой, не желая сейчас разговаривать. Такое было не в первый раз, но Виктор был бы не собой, если бы не настаивал. Раздраженно закатив глаза, Джаал подъехал к нему.       -Вчера ты нагло пропустил сеанс, сегодня у тебя этого сделать не получится. Не хочешь разговаривать сейчас, значит, сделаем это, когда ты закончишь. Я жду, — снимая очки, проговорил Виктор.       На его слова Далавега взял беспроводные наушники, но был снова остановлен просьбой вывести музыку в помещение, чтобы и мужчина мог ее слышать. Без протестов, Джаал исполнил просьбу, подъехав к другому концу катка и что-то набрав на планшете.       Из колонок полилась мелодия пианино. Психолог в удивлении вскинул брови, услышав эту музыку снова. Он слышал ее в последние два раза, когда заставал Джаала здесь. Сама мелодия начиналась медленно, таинственно. Ее можно сравнить с тихим морем, когда на гладкой поверхности создается ненавязчивая рябь и ласкающий ухо звук. Руки Далавега были похожи на волны, они плавно двигались по воздуху, изгибаясь. Мелодия постепенно набирала оборот, прямо, как на море постепенно надвигается шторм. Голубое небо заволокли тучи, и солнце практически не видно. Ненавязчивая скрипка, словно легкий моросящий дождь коснулся тихой глади, добавляя новые звуки. Становится душно, море волнуется, волны все выше и агрессивнее. Где-то вдали послышались хлопки крыльев птиц, что сорвались с буйков. Шум листвы, плеск воды. Гул ветра. И вмиг раскат грома, удар молнии, что осветил небо, рассекая его на несколько частей. Скрипка усилила свой ритм, придавая напряженности, как будто где-то в море, не на шутку разыгралась буря. Вдруг резко все стихло… будто и не было агрессивной стихии. Снова полилась спокойная мелодия пианино, непогода начала отступать, тучи расходиться. На водную гладь снова упало солнце, освещая пространство. В воздухе пахнет дождем, морской солью… На катке резко стало тихо, мелодия закончилась и пошла на повтор.       Тяжело дыша, держа руки на бедрах, Джаал откатился к планшету и выключил музыку. Что-то записал в блокноте, что лежал рядом. Прокрутился вокруг своей оси, опять сделал какую-то запись. Музыка снова заиграла, но не сначала. Далавега будто отрабатывал какой-то определенный момент, танцуя на льду. Не так поставив ногу при заезде, омега приложился коленом. Выругавшись, он подъехал к бортику, снова поставил тот момент. И так несколько раз пока не смог найти правильное положение ног, все для того, чтобы ритм «танца» и мелодия совмещалось с мелодией. Периодически он прерывался и что-то писал в блокноте. Виктору нравилось наблюдать за его «работой». В такие моменты Джаал действительно становился живым. Непроизвольно психолог вспомнил один из их первых сеансов.              -Чем ты сегодня занимался? — спросил психолог, облокотив руку о подлокотник кресла.       -Тренировался, помог подлатать парочку людей.       -И все? За целый день?       -Да.       -Какие эмоции ощущал на протяжении всего дня?       -Никаких.       Постучав ручкой по тетради, что мужчина держал у себя в руках, он пристальнее рассмотрел своего пациента. У того проглядывался свежий синяк на челюсти, скула была поцарапана и с кровоподтеком. Костяшки красные, избитые, чуть выше ключиц покраснения. Какие были увечья на остальных участках тела, что скрывала ткань одежды, мужчина предпочитал не думать.       -А что ощущаешь?       -Усталость, ноги немного ноют и гудят.       -И больше… ты ничем не занимался? Может, гулял, смотрел телевизор, лазал в интернете?       -Нет.       Задумавшись, мужчина отложил тетрадь с вопросами, которые собирался задавать. Скрестил пальцы, положив их на ноги больше расслабляясь в кресле.       -Чем ты раньше любил заниматься?       -Работал врачом в больнице.       -А еще раньше, в детстве, подростковом возрасте? Что любил делать…? — осторожно спросил Виктор, наблюдая за реакцией Джаала. Если изначально тот сидел с закрытыми глазами, то теперь они были открыты и буравили потолок. Психолог, прежде чем приступить к своей работе, расспросил кое-что о пациенте у Адама. И сейчас надеялся услышать на свой вопрос предполагаемый им ответ или же хотя бы увидеть реакцию. Но за десять минут не дождался ни первого, ни второго. — Может, любил рисовать, что-то коллекционировал, читал определенную литературу, танцевал, катался на коньках…       На последнем варианте Джаал перевел взгляд на психолога, в глазах мелькнула печаль.              После того как омега встал на коньки, полностью проникся данным занятием, мужчина удивился насколько тот умело это делает. Скользит легко, движения плавные. А теперь, когда Джаал пришел в физическую форму, занимался растяжкой, он стал кататься еще лучше. Ему это шло. Далавега был, как рыба в воде.              -Джаал ходил в школу балета, — рассказывал Адам. - Альфред поднапрягся, и его учила бывшая прима, которая обучалась и ранее работала в России. Он подавал огромные надежды, его тетка была в восторге. Но Джаалу это было чуждо, он ненавидел балет. Джаал злился на отца, поэтому доставлял Альфреду много проблем в подростковом возрасте. Одни раз он такое учудил… повезло что то видео не успело распространится слишком сильно.       -Что он сделал?       -Немного предыстории до этого, — помолчав. - В тринадцать родные узнали, что он с восьми лет конкретно увлекается фигурным катанием. Раньше все думали это так… просто покататься на пару часов. А на самом деле Джаал бегал на каток и тренировался с профессиональным тренером. Назначил тренера и оплачивал его дядя, в тайне ото всех.       -Он единственный поощрял его увлечение?       -Говард… — тяжелый вздох. –Они были очень дружны, дядя любил его как сына, поэтому помогал всегда. Во всем поддерживал. Джаал грезил соревнованиями высокого уровня. Как оказалось, он ездил на некоторые и всегда занимал первые места, медали он естественно скрывал. Джаал хотел полностью отдаться этому виду спорта.       -Как они не замечали? Как он так совмещал? Это ведь сложно. И как они все же узнали об этом?       -Никто из семьи не интересовался спортом, поэтому…никто не мог подумать, что все дойдет до такого. И ты не представляешь, какой Джаал бывает упертый в своих решениях. А узнали они легко. Видно во время тренировки на катке он весьма сильно подвернул ногу, да так, что на балете на следующий день не мог делать обычные упражнения. Лодыжка опухла и Говард признался… После этого Джаалу не давали кататься и он обозлился. Это я подвожу к тому, что он учудил, - немного помолчав, Адам продолжил. — Альфред пользовался уважением в обществе, считалось, что семья Далавега утонченная, можно сказать… интеллигентная. И как бы вы, зная такое, отреагировали, если бы человек из такой семьи станцевал стриптиз в самом известном ночном клубе города, будучи пятнадцатилетним? Не думаю что положительно. Еще и видео выложили в сеть. Гнев Альфреда был страшен, тогда получили по шее все, даже старшим братьям попало, хотя они были не виноваты. Но Джаал вышел сухим из воды, в качестве наказания лишь домашний режим… конечно, за исключением балета.       -А причем тут братья? — недоуменно.       -Альфред был убежден, что старшие должны были за ним присматривать и не позволить такому случиться.       -И при этом Джаалу ничего не было? Его ничего не лишили? Просто временно заперли дома?       -Да… — устало. — Мне кажется, что Джаал был бы только рад, если бы Альфред на него вызверился, — после недолгой паузы, Адам продолжил. — В первое время Джаал отказывался ходить даже на балет, но сидеть в заточении второй месяц подряд… он не выдержал. Джаал такой же упертый, как и Альфред. Он бы держал Джаала взаперти даже год, пока бы не добился своего. Кому-то надо было уступить… Джаал не выдержал первым.       -Ясно… ребенок с характером значит.       -Скорее обиженный ребенок, чью мечту похерили. Вскоре Джаал отплатил отцу. Специально повредил ногу, чтобы больше не заниматься балетом. Скажем… — нервно усмехаясь, — сделал это очень эффектно, прямо во время выступления. Требовалось долгое восстановление, а терять время в данной сфере... провал. Когда пришло время выбирать профессию, наученный прошлым опытом Альфред позволил Джаалу выбрать самому.       -Но почему Альфред был так против этого вида спорта…? — прошептал себе под нос Виктор, размышляя, но Адам расслышал его вопрос.       -Не в этом дело, - ответил альфа тяжело вздыхая. - Просто Альфред считал, что это не нужно Джаалу. Вот и все.              Отец погубил талант, не дал развиться. Возможно, из Джаала вышел бы хороший спортсмен. Ему даже не дали шанса. Но как говорится, сейчас об этом думать и предполагать бесполезно, да и не стоит. Благодаря этому знанию Виктор смог оживить сознание омеги, хоть и на катке. Но это пока что…       Мужчина ждал омегу еще час. Смотрел, как тот катается и время пролетело незаметно. Единственный минус был, что он замерз стоя на одном месте. Наблюдая за Далавега, который наклонился и погладил икры, стоя к нему боком, психолог невольно засмотрелся на его задницу. А почему нет? Особенно если есть на что посмотреть, а посмотреть было на что. Уж больно соблазнительно эти черные термо штаны облегали упругие ягодицы, тонкие натренированные ноги. Но Далавега лучше не знать и не ловить такие взгляды в свою сторону со стороны Виктора. Он только начал доверять психологу. Последний это понимал и всегда вовремя себя одергивал.       -Ты еще здесь? — подъезжая к мужчине, спросил Джаал.       -Как видишь, я же сказал что дождусь, — улыбаясь.       -Я устал, — по лбу того катился пот. — Давай позже.       -Нет, сейчас, — строже поговорил мужчина. — Я дождался, имей совесть.       Неожиданно Джаал оказался рядом с лицом психолога, резко подъехав. Виктор вздрогнул, вцепившись ладонями в бортик. Пациент смотрел пристально, взгляд был сосредоточен.       -Я сказал позже, — смотря из-под бровей. — Значит позже.       Далавега собирался отъехать, но его руку схватили, и силой заставили остаться рядом. В ответ психолог ощутил боль, что отдалась в руке. Недолго думая, омега перехватил и вывернул его руку, скручивая, ударяя по бортику. Раздался болезненный хрип.       -Еще раз тронешь меня, одним ударом не отделаешься, — прошипел со злостью Джаал.       Пока Виктор приходил в себя, омега покинул зал, крикнув напоследок, что сегодня они не встречаются.              В это же время. Китай              Чувствуя неприятное жжение и ощущения, будто тебя щипают и кусают комары, несколько штук за раз, мужчина прикрыл глаза выдыхая. Ему набивали тату уже четыре часа и если первые два прошли нормально, то после и сидеть надоело и терпеть жжение тоже. Тату горела, словно большая ноющая рана. Но делать было нечего, лучше сейчас перетерпеть и потом к этому больше не возвращаться. Спустя пару минут мастер закончил свою работу, довольно улыбаясь. Наложил повязку, напомнил рекомендации по уходу, передал список, где указывались необходимые препараты.       -Господин Чжао будет доволен, — убирая рабочий стол, проговорил мастер, пока клиент аккуратно надевал рубашку. — Он сказал тебе заехать к нему, когда я закончу. Не стоит заставлять его ждать.       -Куда ехать?       -Вас отвезут. Машина… — смотря в сенсорный телефон. — Машина уже внизу.       Ничего не сказав мастеру, альфа поднялся и покинул комнату, направляясь на первый этаж на лифте. На улице перед входом его действительно ждал темно-серый автомобиль. Сев на заднее сидение, мужчина облокотился на нетронутое иглой плечо, усевшись боком и выдохнув. Другое жгло огнем. Доехали они быстро, остановились около дома в традиционном китайском стиле. Около входа его встретила охрана в кимоно. Никогда мужчина не привыкнет к подобному, вот уже два с половиной года прошло, а это до сих пор режет глаза. Ему иногда казалось, что он находится на съемках фильма или в средневековье. Из-за этого мужчина испытывал неловкость. Хотя возможно не только из-за этого…       Охрана, остановившись около одной из дверей, указала рукой на нее. Не думая альфа прошел внутрь и сел на колени перед сидевшим напротив мужчиной. Тот был в синем кимоно, курил сигару, с наслаждением выдыхая дым.       -Мастер закончил работу?       -Да.       -Отлично. Теперь мы можем отправляться в путь, — скалясь в улыбке и гладя аккуратно подстриженную черную бороду. Волосы того были забраны в низкий пучок, узкие глаза смотрели с прищуром. — Тебе повезло Сальваторе, Босс послал нас покорять Италию, а ты практически оплатил свой долг, — указывая пальцем на мужчину, облокачиваясь на один локоть. Атмосфера была напряженная, Габриэлю она не нравилась. — Осталось одно дело — последний рывок.       -Какое именно дело? — настороженно спросил альфа.       -Поможешь нашим влиться в вашу систему. Скажешь, кто надежный союзник и может предложить нам больше. У кого какие слабости и наоборот. Будешь нашим информатором.       -Меня в Италии не было три года, вряд ли я компетентный помощник в данном вопросе, — чувствуя напряжение и нервозность, проговорил мужчина, стойко смотря в темные глаза. — К тому же меня сразу узнают.       -Навряд-ли что-то поменялось за такое малое количество времени, — отмахиваясь. — Одолжим тебе маску. Будешь нашим инкогнито. Ты не можешь отказаться Габриэль.       -Я и не пытаюсь, я лишь предупреждаю.       Чжао помолчал еще пару минут, держа мужчину в напряжении, а после сказал, что он до вечера свободен. Но после десяти наказал прибыть в его заведение. Было дело, которое необходимо решить. Кивнув, Габриэль поднялся на затекшие ноги и покинул дом под пристальным взглядом охраны. Никто обратно его вести не собирался. Вздохнув, сняв пиджак и ослабив слегка галстук, мужчина пошел по направлению к остановке. Достал мобильный, вызвал такси. Сидя на скамейке, Габриэль тяжело вздохнул, утирая ладонью пот со лба. Руку пронзила боль, он позабыл, что ей было неприятно шевелить.       По улицам проходили люди, гуляли семьи и компании подростков. Была середина дня. Пока Сальваторе ждал такси, мимо проехало три автобуса. Прохожие смотрели на него подозрительно, кидая короткие взгляды -не каждый день здесь встретишь иностранца. Через пару минут подъехало такси.       Ехали они долго из-за пробок, но альфа уже привык и не очень раздражался по этому поводу. Он жил в арендованной просторной квартире в высотке. Хотя раньше приходилось ютиться в комнате с другими членами китайской мафии, в которой он отчасти состоял. Если бы он отказался вступить в группировку, его бы убили. Обычно китайская мафия не принимает иностранцев к себе, но Юшенг Чжао был человек современных взглядов и рекомендовал Сальваторе своему Боссу. После чего взял его под свое «крыло». Конечно, Габриэль не мог стать доверенным лицом или полноценным членом преступной группировки (ему это и не нужно было), потому что был иностранцем, но на мелкие роли подошел по итогу идеально. Иногда Юшенг советовался с ним и доверял дела поважнее.       Габриэль познакомился с ним в тюрьме, куда благополучно загремел из-за собственного брата. Тогда, сидя на нарах, мужчина не мог поверить, что Жакоб сделал это намеренно, но «птички» донесли ему, что это так. Что план побега сорван и раскрыт…и что Джаал вернулся обратно в Палермо. После этого Габриэль старался выяснить, что с Джаалом. По итогу раздобыл информацию, что омега живет с Жакобом. Даже эти крохи добыть было очень сложно, люди брата были везде, не позволяя делать лишних телодвижений. Спустя месяц информация совсем перестала поступать. Когда только альфа попал в тюрьму, местный авторитет заключенных — Юшенг, заранее знал кто он. Последний принял Сальваторе с распростертыми объятиями… если так можно сказать. Он был осведомлен, что Габриэль многое знает, многое умеет и может ему пригодиться. Сам Габриэль понимал, что ему выгодно быть близко к Юшенгу, хотя приходилось заниматься отвратными вещами, от которых альфа отвык до побега, поскольку в то время работал в основном с бумагами. Пытать, избивать, убивать. Так же было кое-что новое — сбывать наркоту. Единственное, что немного успокаивало совесть мужчины, так это то, что эти люди убийцы, насильники, педофилы и они в принципе заслужили смерть.       И Сальваторе не просчитался. Когда Чжао начал организовывать побег, он включил его в список.       В день побега все пошло не совсем по плану. Надзиратели были наблюдательнее обычного. Из-за любой, даже самой малой провинности закрывали в карцер. Но им удалось заложить взрывчатку в нескольких выгодных для них камер. Однако когда прогремел взрыв, надзиратели будто оказались к этому готовы заранее и тут же начали подавлять бунт и попытки заключенных сбежать. Во время побега прозвучал третий взрыв, который стал неудачным для Габриэля. Он оказался в огненной ловушке. Но мужчина смог выбраться. Расплатой стал ужасный ожог, покрывший полностью левую руку, половину груди и спины, но главное он остался жив и был на свободе.       Посмотрев на себя в зеркало уже в спальне, мужчина тяжело вздохнул. Короткие волосы, щетина, мимические морщины, складка между бровей, уставший взгляд. Казалось, за три года мужчина постарел на шесть. И мало того, что одна часть его тела изуродована шрамами от огня, так теперь с другой будет красоваться тату дракона на всю руку и большую часть спины. Рисунок будет напоминать о тех вещах, которые ему приходилось делать, чтобы выжить. Размяв плечи, Габриэль зашипел от неприятных ощущений. Кожа под тату ныла, менять повязку пока было рано. Сегодня ему добили рисунок в виде пускающего огонь дракона. Юшенг выразил свой каприз в виде тату, чтобы Габриэль не забывал об их связи и общей работе. Сальваторе не стал отказываться, считая, что так отделается от Чжао быстрее и без лишних проблем. Конечно, Габриэль мог выбрать изуродованную сторону для тату, но он не выносил, когда прикасались к шрамам.       Накинув на себя футболку, альфа покинул спальню, проходя на кухню.       -Ты уже вернулся…я не слышал, — проговорил сожитель. — Я приготовил поесть.       Сожителем был бета, который бежал вместе с ним из тюрьмы, точнее лучше будет сказать, увязался. Его звали Райли, и в тюрьме он оказался по случайному убийству. Он защищался от несостоявшегося насильника. Последний как оказалось, был не простым прохожим и в качестве мести, родственники мужчины засадили юношу в тюрьму, где Райли стал местной шлюхой. Из огня да в полымя, как говорится. Но, несмотря на это, тот сумел адаптироваться, не сошел с ума и не покончил с собой. Они были сокамерниками, и порой Габриэль заступался за бету, по доброте душевной. И тот как показала практика, видно привязался к нему. После побега Райли никому был не нужен, ведь его не планировали брать с собой. Люди Чжао собирались убить бету, но Сальваторе снова вступился, сам не понимая причину.       Габриэлю не дали просто уйти после побега, Юшенг заговорил о выплате долга, ведь только благодаря ему альфа получил свободу. Иначе бы его просто убили из-за ненадобности, собственно, как и Райли. У мужчины не было другого выхода, кроме как снова согласиться. Он должен был выжить, чего-то добиться, стать сильнее, избавиться от долга и найти Джаала. Как бы Габриэль ни старался послать весточку Карлосу, что он жив, не получалось, его полностью отгородили от Италии. А когда появлялась малейшая возможность выведать информацию, альфа пытался получить сведения о Маттео и Далавега. Но если у сына все было хорошо, то о Джаале информации не было. А спустя еще какое-то время, пришла ужасная для Габриэля новость — Джаала признали без вести пропавшим. Страшная догадка, что Джаал мог покончить с собой, не давала мужчине покоя. Сальваторе хотел поехать, узнать что, как, где, но конечно ему не позволили. Если бы он предпринял даже малу попытку уехать, его бы убили. Габриэль не мог так рисковать. Спустя полтора года работы на Юшенга, мужчина смог по связям через третьих лиц, чтобы не выдавать себя никому, нанять детектива. Детектив искал малейшие зацепки о Далавега. И вот сейчас, когда долг был практически выплачен, осталось лишь направить людей Чжао по нужным людям в Италии, а после затерявшись для китайцев начать поиск Джаала. Габриэль верил, что тот жив. Чувства к омеге не иссякали, периодически он ему снился и постоянно альфа не успевал его спасти, Джаал умирал. Но Сальваторе не мог думать, что его Джаал…       -Габриэль? — вырвал из размышлений мужчину Райли, заправляя свои короткие черные волосы за уши, хлопая большими серо-зелеными глазами с пушистыми ресницами. — Задумался?       -Есть такое, — доставая из холодильника бутылку воды. Сделав пару глотков, альфа сел за барную стойку, переводя взгляд на окно.       Они жили на двенадцатом этаже, и вид на улицу открывался прекрасный. Немного помявшись, бета прошел и сел напротив мужчины, поглядывая то на окно, то на него. Сальваторе видел его мельтешение, но ничего не спрашивал. Зачем? Он знал, что тот хотел спросить. И Габриэль заранее знал, что ответит.       -Вчера я слышал… ты разговаривал по телефону с кем-то по-итальянски, — наедине они разговаривали на английском языке, делая перерыв от китайского. Из-за Юшенга Габриэлю и Райли пришлось его учить. — Ты улетаешь в Италию? — неуверенно.       -Да, — не смотря на бету, проговорил альфа.       -Можно я с тобой?       -Нет, Райли. Я улетаю навсегда, я больше не вернусь в Китай и оставляю тебе эту квартиру, а также некоторую сумму денег на первое время.       -Я сам зарабатываю, — слегка зло. — Мне не нужны твои деньги, я и так тебе должен. Я просто хочу полететь с тобой.       -Райли… — раздраженно.       -Я тебе разве когда-то мешал? Я всегда помогал и…       -Да, и я благодарен тебе за это, — это была правда. Когда альфа получил сильный ожог, помощь беты сильно облегчила ему жизнь. — Но сейчас наши дороги расходятся, — вставая со стула.       -Но как же…? — растерянно проговорил Райли. — Стой Габриэль, — вставая напротив мужчины. — Послушай, позволь полететь с тобой, я не буду мешать.       В ответ бета получил тяжелый вздох и отрицательное мотание головой.       -Но почему? — не понимая.       -Лети один, сам заказывай билет на самолет, сам снимай жилье, все сам, пожалуйста. Только от меня отлипни в конце-то концов, — раздраженно. — Живи своей жизнью, у тебя она еще впереди.       -А я ей и живу Габриэль, — стойко. — Я сейчас здесь с тобой, потому что хочу быть здесь и с тобой! Ты ведь знаешь… — зло выдохнув, кладя руки на бока. — Ты мне нравишься.       -А ты знаешь, что мне этого не нужно, — холодно бросая. — Уже в сотый раз я тебе об этом твержу, но как будто разговариваю со стеной.       -Почему ты не хочешь хотя бы попробовать? Мы ведь… черт, да мы же занимались сексом и тебе…!       -Закрой свою пасть, — зло процедил Габриэль, зверея на глазах, чем ввел Райли в ступор. — Я был пьян, а тебя никто не просил залезать на меня. Я тебе четко сказал, что между нами ничего не может быть… мне надоело уже это повторять. Если бы я не знал, что рано или поздно улечу, я бы тебя давно вышвырнул.       -Не вышвырнул бы, — уверенно проговорил Райли, не прерывая зрительного контакта, чем удивил своей наглостью Габриэля.       -Сейчас… — начал Сальваторе, после небольшого молчания. — Сейчас я начинаю понимать, насколько же мне повезло, что ты бета, а не омега. Иначе бы проблему в виде залетевшего омеги, ты бы мне обеспечил… — презрительно выплевывая.       -Я… — шокировано.       -… даже если бы ребенок был не от меня. Нервы бы ты потрепал знатно.       -Я никогда бы такого не сделал!       Обогнув пораженного бету, Габриэль направился к себе в спальню. Закрыл дверь, устало опускаясь на кровать. Сжав руки в кулаки, мужчина смотрел в пустоту, пытаясь обуздать гнев внутри себя… и совесть. Да, он был вдрызг пьян после того, как узнал, что Джаал без вести пропал. После того, как пришло осознание того, что тот… мог совершить суицид или его убили из-за неудачной попытки убить Жакоба. Не в силах выносить это напряжение и чувствовать неведомое раньше бессилие, Габриэль напился. И впоследствии получил проблему в виде секса с Райли. Помнил он все обрывками, в отличие от беты. В тюрьме, мужчина не замечал, чтобы Райли относился к нему больше, чем к приятелю, поэтому данное происшествие стало для Габриэля неожиданностью. После этого в их общении начались проблемы.              -Ты думаешь, я просто так это сделал? Да к тебе никак не подступиться! — зло. — Ты мне нравишься!       -Я думал ты умнее и понимаешь, что мне это не нужно, — раздраженно бросая. — Эта ночь ничего не значит, — массируя стрелявшие болью виски. — Свали из моей комнаты.              Еще долгое время Габриэль ловил на себе жалостливые взгляды беты. Видно осознав, что на него такие фокусы не работают, он прекратил, и Сальваторе уже было расслабился, подумав, что Райли бросил попытки подкатить к нему. Как показал сегодняшний день… нет.       Помимо прочего Сальваторе никого из ныне знакомых не просвещал об истинной причине, по которой оказался в тюрьме. Для всех это были убийства и отмыв денег, к которым альфа вообще не имел причастности. Никто не знал про Джаала, никто не знал, что именно о нем Сальваторе искал сведения. И что именно на его поиски он стремился обратно в Италию. После неудачного побега мужчина перестал кому-либо доверять. Осторожность для Габриэля стала всем, он не мог допустить, что когда отыщет Джаала — а он это обязательно сделает — кто-то смог бы им создать проблемы.       Пролежав до полдесятого вечера, такой возможности у него было всегда крайне мало, мужчина начал собираться. К десяти должна была приехать машина. Надев свой обычный темно-серый, практически черный костюм, Габриэль в принципе был готов. Подумав, он не стал надевать галстук, решил обойтись без него. На изуродованную руку надел черную перчатку, чтобы скрыть ожог.       Пройдя в коридор, мужчина увидел бету, что сидел и смотрел телевизор в гостиной. Не став прощаться, альфа вышел из квартиры, закрыл дверь на ключ. На улице, Сальваторе заметил знакомый номер машины, недолго думая он сел в нее. Авто доставило его к клубу. В данном заведении Габриэль был не раз, поэтому знал куда идти.       В приватном полутемном помещении Сальваторе обнаружил пятерых человек. Это были коллеги и хорошие знакомые Чжао. Сам он тоже сидел здесь. С некоторыми альфами сидели бардельные мальчики или девочки.       -Габриэль, подойди, — подзывая к себе рукой, прокричал Юшенг. Когда альфа подошел, китаец скинул шлюшку с дивана рядом собой, освобождая место для Сальваторе. — Присаживайся.       -Что-то серьезное? — поинтересовался Габриэль. — Кого-то надо убрать?       -Отнюдь. Ты подумал, к какой семье мы можем обратиться за поддержкой в Италии?       -Мне рассказать сейчас?       -Нет, — отмахиваясь. — Завтра. Сегодня ты заменяешь Кима.       Заменяешь Кима — означало быть рядом с Юшенгом в роли телохранителя или человека на побегушках. Вдруг произойдет непредвиденная ситуация. Помимо Габриэля с такой же ролью здесь был еще один человек.       Поднявшись с дивана, мужчина встал позади Чжао, скрестив руки за спиной. Наблюдая за танцующей толпой, Габриэль не переставал повторять про себя слова терпения: что осталось немного, нужно сжать челюсти и прожить это… скоро он будет свободен. В течение часа к Юшенгу подошло, как минимум пять человек, когда же Сальваторе услышал знакомый голос за спиной, а следом заливистый смех, он тяжело вздохнул про себя.       -Приветик, Габриэль! — положив ладонь на плечо мужчины и слегка опираясь об него.       -Здравствуйте, мистер Ван, — безэмоционально.       -Как сдержанно! Сколько раз я просил называть меня по имени? — играя раздражение. — Зови меня Бао, — приподнявшись на носочки, прошептав на ухо альфе. — Как насчет вечера? Или ты снова меня проигнорируешь?       -Бао! — позвал его Юшенг, смеясь. — Иди сюда, — хлопая рядом с собой.       -Чжао! Отпусти Габриэля со мной, — хватая Сальваторе под руку, — на пару часов наверх.       Немного помолчав, сверля хитрым взглядом обоих, китаец хмыкнул.       -Ладно. Иди, Габриэль, — махая рукой. — Можешь развлечься, — игриво играя бровями.       -Осмелюсь отказаться, — не думая отчеканил Сальваторе.       Цокнув, бросив на итальянца свирепый взгляд, Бао присел рядом с Чжао, начиная ему что-то шептать на ухо. Наблюдая за ними, Габриэль мог лишь молча сносить все: отношение как к собаченке и…       -Габриэль, — снова оборачиваясь к мужчине. — Присядь-ка.       Многозначно оглядев Сальваторе, Бао упорхнул в неизвестном направлении.       -Бао Ван мой очень… хороший коллега, — начал заговорчески мужчина, когда Габриэль сел рядом. — Бывает… свербит у него в одно месте. Трахнешь по-быстрому и все.       -У меня не встанет.       -Что даже если отсосет, желание не появится?       -Навряд-ли я смогу удовлетворить желание вашего коллеги.       -Ты слишком категоричен. Иди, тебя проводит охрана, — усмехаясь.       Устало вздохнув, мужчина отправился вслед за охранником. Его провели к комнате, альфа прошел внутрь. На кровати лежал полуголый Бао, на нем было только черное кружевное белье. Да, красив — короткие черные матовые волосы, раскосые темные глаза с длинными ресницами, пухловатые губы, фарфоровая нежная кожа. В меру натренированное тело. Так сказать есть за что подержаться. Азиатская привлекательная внешность. Омега стреляя глазками, усадил альфу на кровать, оседлал. Взял его руку, завел за себя и дал почувствовать, что его зад уже истекает смазкой. Похотливая улыбка тронула пухлые губы. Габриэль ощущал сладкие феромоны, которые испускал омега. Сальваторе чувствовал как собственное тело «оживает», но видно не так стремительно и активно как хотел бы азиат. Поэтому последний потянулся поцеловать альфу, но тот увернулся.       -Лизаться с вами я не собираюсь, — облокачиваясь на локти, смотря в удивленные глаза. — Если хотите добиться своего, то для начала поработайте ртом.       Говоря это, Габриэль размышлял, как тот отреагирует на его наглость. Оскорбится или нет? В ответ глаза у омеги загорелись. Хитро улыбнувшись, он приступил к делу. Обреченно вздохнув, альфа старался расслабиться. Но, как и всегда все было не то. Ранее, еще до их с Далавега сближения, Габриэль размышлял, как он будет реагировать на других омег в сексуальном плане после Джаала. Если ему выпадет возможность… побыть с ним. И после их вынужденного расставания альфа понял, что правильно предполагал, никто не мог его полностью удовлетворить. Габриэль возбуждался, когда ему отсасывали, занимался сексом, но это была чистая физиология. Кого-то ласкать, как он делал это до их романа, Сальваторе больше не хотел.       Когда азиат кончил, скача на сильном теле, альфа, чувствуя, что Бао сжимает его член внутри себя, последовал за ним. Отдышавшись и выкинув презерватив, Габриэль привел себя в порядок и покинул комнату. Отчитавшись Чжао, который остался доволен, Габриэль был готов и дальше исполнять свои обязанности, но Юшенг позволил ему уйти. Выдохнув, он покинул клуб, направляясь в квартиру. Сальваторе грезил моментом когда, наконец, окажется в Италии, тогда-то…его руки развяжутся.              В помещении стояла тишина. И было прохладно. Внутри находилось четыре человека. Джаал, Каин, Денеш, и еще какой-то мужик. Далавега постоянно забывал, как его зовут. Все молчали. Облокотившись о спинку стула, скрестив руки на груди, омега закрыл глаза, слегка откидывая голову. Он хотел побыстрее пойти спать. Сегодня омега слишком перетренировался в зале и еще на катке. Мышцы обыденно приятно ныли, постепенно клонило в сон. Джаал чуть не задремал, но вдруг дверь открылась, и в комнату вошел Адам. Тот выглядел уставшим.       -Зачем позвал на ночь глядя Адам? — недовольно пробурчал Денеш.       -Со мной связался мафиозный клан из Шанхая, хотят сотрудничать. Я хотел спросить мнения стоит ли давать этому ход.       На пару минут в комнате поселилось молчание. Все видимо обдумывали предложение, кроме Джаала. Он вообще не понимал, почему спрашивают его мнения…ему ведь было все равно и все это прекрасно знали. Да, омега выполнял некоторые поручения Уроборос, но чтобы спрашивать нечто подобное? Он ведь не какое-то доверенное лицо.       -Чтобы уточнить, — проговорил Каин. — Адам с тобой связались как с Йорком или Уроборос?       -Как с Уроборос, — вздыхая. — Меня это тоже напрягло. С немногими Домами мы сотрудничаем.       -Понятно. Мне кажется, это дело не выгорит, — проговорил Каин. — Я не очень доверяю азиатам.       -Я не согласен, — вклинился тот, чье имя Джаал не мог запомнить. — Мы ведь тоже можем таким образом завести связи в Китае. И не обязательно с ними сильно сближаться для этого, просто…оказывать друг другу услуги, которые более выгодны нам. Не будем им обещать слишком много со своей стороны.       -Но и если мы предложим им мизер, то они могут не согласиться сотрудничать, — сказал Денеш. — Они ведь не идиоты. К тому же раз они проявили инициативу в этом вопросе, значит, настроены серьезно…       -Что ты думаешь Джаал? — спросил Адам, переводя взгляд на омегу, который будто бы был не здесь и не с ними.       -Для начала хорошо бы узнать к кому еще они обратились с таким предложением, — ответил после некоторого молчания Далавега, не меняя позы и не открывая глаз. — И уже от этого плясать дальше. Потому что если они связались и с Сальваторе… я думаю, решение для тебя будет очевидно. А так азиаты весьма своеобразный народ, но что нельзя у них отнять так это преданность своей семье. Они язык себе откусят и сдохнут, будут терпеть пытки до последнего, но не выдадут информацию врагу. Но с другой стороны этот плюс может быть огромным минусом для нас, если они будут по другую сторону баррикад. Если хочешь иметь таких «друзей» нужно поставить себя в таком свете, чтобы ты был для них незаменим.       Не добавив больше ничего Джаал замолк.       -Весьма развернуто… — ожил первым Денеш, потирая глаза. — Но ты тоже молодец Адам. Зачем нужно было спрашивать об этом ночью? Я сейчас совершенно не соображаю. Это до завтра не могло потерпеть?       -Они сказали, что вылетают завтра. И надеются получить ответ, как можно быстрее… Все-таки нужно попробовать. Я отвечу согласием, назначу встречу. Но Джаал прав, нужно пошерстить кому еще они могли сделать аналогичное предложение. Зак, займешься этим?       -Без проблем. Они кстати прилетают в Неаполь?       -Они не уточнили.