Полупустой

Мир был наполнен темнотой и звуками. Странными, шипящими. Чудовище вышло из тьмы и встало перед ним. Сквозь черный туман и сумрак, он разглядел длинную темную мантию и капюшон. Чудовище стояло к нему спиной, сжимая палочку в тонкой, нечеловечески бледной руке. Длинные когти впивались в изящное дерево, мантия колыхалась на теле, больше напоминавшем длинную, уже давно высохшую мумию. Чудовище вдохнуло воздух и напряглось. Оно его заметило. И пока оно медленно поворачивало голову к нему, хотелось бежать, но страх сковал все конечности. Чудовище обернулось и посмотрело прямо ему в глаза, и он тут же узнал его. Гарри. Драко сделал шумный глубокий вдох и вскочил на кровати. Сердце бешено колотилось и никак не получалось отдышаться. Воздух в комнате казался спертым, а в грудной клетке стало слишком мало места. Он уже в который раз видел этот сон. Со времен войны его до сих пор преследовали кошмары, в которых он видел это чудовище, окутанное тьмой и сковывающим ужасом. Но в последние дни этот образ сливался в одно с другим, обретал другие черты, что походило на какое-то неизъяснимое безумие. Драко повернул голову и его уже немного привыкшие к темноте глаза выхватили у ночного сумрака знакомые черты. Гарри спал, повернувшись к окну, из которого слабо пробивался серебристый лунный свет, освещая спокойное и расслабленное во сне лицо. Что-то еще сохранялось детское в чертах Гарри к двадцати одному году. Что-то беззаботное и даже немного трогательное. Парень мирно спал, ровно дыша. Драко задержал на нем взгляд. Ему казалось, что это лицо словно впитало в себя весь лунный свет, и теперь светилось изнутри. И его вдруг на мгновение пронзила изнутри безграничная нежность. Он опустился обратно на кровать, крепко, но осторожно прижимая Гарри к себе, вдыхая запах его волос. Тот немного завозился во сне, но тут же расслабился. В комнате стало очень тихо. *** Гарри снова сидел на сеансе терапии с чувством, которое слабее чем ужас, но гораздо сильнее, чем его обычное безразличие, сковавшее всю его настоящую жизнь толстой коркой льда. Доктор Майндер снова сидел напротив и смотрел на него с чувством понимания и благодушия, от которых Поттера уже начинало тошнить. В воздухе ощущалось приближение зимы - всё вокруг словно замерло в ожидании холодного ветра. Вскоре всё вновь застынет, умрёт и возродится только спустя три долгих месяца. Гарри всю жизнь чего-то не хватало - дома, семьи, друзей, а после - душевного спокойствия и жизни без страха скорой смерти. Теперь же, кажется, он совсем потерял контроль над своей жизнью. Он становился тем, кем становиться не хотел, тем, кем стать всю свою жизнь боялся. Гарри всю жизнь чего-то не хватало. Наверное, цельности самого себя. Тёплые, медовые глаза доктора внимательно наблюдали за ним, когда он с липкой смесью стыда и страха рассказывал ему о том, что с ним произошло. К счастью, в глазах психотерапевта не было ни жалости, ни отвращения к своему пациенту. Он был, прежде всего, профессионалом. Доктор Майндер искренне пытался ему помочь. Но, кажется, Гарри постоянно его подводил. Слова не переставали извергаться из него и рассыпаться, словно разноцветное конфети. Он говорил и говорил: о том, что постоянно подводит Малфоя, о том, что уже боится за самого себя, и за Драко, когда тот рядом с ним, о том, что не может, не может дать ему то, чего тот уже и не надеется получить. К счастью, Гарри уже давно ничего не чувствовал по этому поводу. Клён за окном обнажился и тоже замер в ожидании зимы. Оставалось всего каких-то три дня. Наконец, Гарри замолчал. Доктор молчал тоже. -Гарри, вам нужно избегать тёмной магии, - наконец, произнес мистер Майндер, - Я понимаю, что, возможно, вы не можете этого полностью избежать из-за работы или ещё каких-либо дел, однако, всё же постарайтесь всеми силами ограничить контакты с нею. Гарри кивал, пряча взгляд от внимательно всматривающихся в него из-за стёкол очков глаз. "Откуда? Откуда он узнал?", - проносилось в его голове, - "Он ведь даже не проводил никакой диагностики..." -И постарайтесь всё же не забывать принимать таблетки, которые я вам прописал. Гарри сделал глубокий вдох и закрыл глаза. *** Таблетки он всё же решил принимать. И не использовать больше артефакт, как и планировал. Галлюцинации стали всё реже приходить и размазывать очертания мира. Вспышки агрессии, как ни странно, прекратились тоже. -Снег пошёл, - сказал Малфой, задумчиво глядя в окно, - Первый снег. Гарри поднялся с дивана и встал с ним рядом. За окном летали снежинки, словно пушистые птицы, сбившиеся в стаю и кружащие над землёй. Постепенно птицы тихо садились на землю, превращая её в большой чистый белый лист. Кажется, у Гарри и Драко снова всё было хорошо, настолько, насколько они могли. Драко простил его, о чем Гарри постоянно спрашивал, и о чем ему приходилось напоминать снова и снова. Гарри, правда, старался. Он раз за разом пытался делать Малфою приятно всевозможными способами, добиваясь его улыбки. Он также перестал общаться при нём со змеей. И Драко и вправду стал больше улыбаться. А вот у Гарри тоска никуда не уходила. Даже сейчас, когда они вдвоём замерли перед величием и красотой погружающейся в сон природы - даже сейчас он мыслями наполовину был не здесь. -Красиво, - наконец, сказал Гарри. Он подвинулся ближе к Драко и нежно коснулся губами его щеки, не заметив, как тот на мгновение прикрыл глаза от удовольствия, - Послушай, это же ничего, если я сегодня побуду на Гриммо? Мне там... -Если хочешь, иди, тебе не нужно передо мной оправдываться, - Драко пытался сделать свой голос как можно более ровным и спокойным. Однако Гарри знал его уже слишком хорошо. -Послушай, я же совсем ненадолго. Всего пару часов и я вернусь, и мы ляжем спать вместе. Хорошо? - спросил Гарри, заглядывая Драко в глаза тем взглядом, перед которым тот никогда не мог устоять. Поэтому он кивнул. -Ты знаешь, что ты у меня самый лучший? - Гарри быстро приблизился и чмокнул его в губы. А в следующую секунду аппарировал. Малфой поднёс пальцы к губам и зажмурил глаза. *** Гарри мерил шагами дом. На Гриммо было пусто и тихо. Слишком пусто и слишком тихо. Слышно было только эхо его шагов. Гарри остановился напротив белой стены и стал смотреть. Потом отвернулся и посмотрел снова. Стена напоминала усыпанную снегом землю, и больше ничего. Гарри прижал ладонь к лицу, лишь бы не видеть... того, чего больше нет. Галлюцинации теперь не посещали его больной разум. Почему тогда от этого он чувствовал себя ещё более больным? "Я больной, я просто больной на всю голову..." - так думал Гарри, вновь извлекая загадочный артефакт из недр шкафа. Когда Том снова перед ним появился, на его лице сияла самодовольная улыбка. Гарри признал своё поражение тем, что первый начал с ним общаться. -Том, тут такое... такое дело... Ты мне показывал, как можешь обращаться в Седрика. Это всё, что ты можешь? Или... В общем, ты можешь показать мне Сириуса? - глаза Гарри почти умоляли, светясь изнутри какой-то нездешней надеждой. Усмешка застыла на губах Тома. Однако, ненадолго. Образ рассыпался и собрался заново. Но теперь перед Гарри стоял уже совсем другой человек. Глаза напротив настолько переполнились родной теплотой, что выплескивалась через край и затекала Гарри прямо в душу. Знакомое до боли, родное лицо предстало перед ним настолько реальным, будто бы они виделись только вчера. Гарри не мог насмотреться на Сириуса, и вдруг, словно откуда-то из далёкого прошлого неожиданно вспомнил значение слова "любовь". Застывшая в глазах слеза не покатилась вниз. *** В груди Гарри внезапно поднялась волна холодного бешенства, когда он спустя месяц с лишним бесполезной беготни по сомнительным указаниям неизвестного информатора узнал о том, что Министерство точно также втайне от него ведёт своё расследование по делам Пожирателей. Кингсли снова вёл свою игру? Пытался вывести его из-под удара? Или просто не хотел, чтобы «национальное достояние» мешало ему? Тем не менее, теперь все недостающие факты по расследованию Министерства открылись Гарри, а также открылось и то, что и они не продвинулись далеко в своём расследовании, что одновременно и грело душу, и непомерно огорчало. Нападений становилось всё больше, а веры в людей вокруг - всё меньше. Гарри начал подозревать, что информатор всё это время водил их за нос, не раскрывая им поистине масштабных операций, однако, поддерживая иллюзию того, что они контролируют ситуацию. Он послал мгновенно сгорающую после прочтения записку Чжоу, чтобы поделиться с ней этими соображениями. "Сиреневый двор" встретил их привычным сладким и свежим ароматом цветов. Сидя за столом в углу, они ожидали заказ, до этого не решаясь говорить. -Что на этот раз? - наконец, спросила девушка. -На этот раз я подозреваю, что нас водят за нос. Чжоу глубоко вздохнула и потерла виски. -Признаться честно, я тоже уже об этом думала. Но, с другой стороны, что ещё у нас есть? Кажется, новые пожиратели заметают следы гораздо лучше старых, пусть и уступают им в силе. К тому же, сегодня утром мне поступила новая информация, и я сама хотела назначить тебе встречу, но ты меня опередил. И я рада, потому что, Гарри, действовать нужно срочно. -Что, прямо сейчас, безо всякой подготовки? -Боюсь, что да, - девушка пожала плечами, - Я знаю, что ты не любишь, когда я участвую во всяких операциях, однако, у нас очень мало времени. -Ты специально это подстроила, да? Мы ведь могли и не тратить время на заказ еды, - Гарри с подозрением прищурился. Чжоу отпила чай, спрятав улыбку в чашке. -Хорошо, куда нам? – сдался Поттер. -Примерно... вот сюда, - и она посмотрела в сторону входа. Как только Чанг успела закончить фразу, в дверь ворвались двое. И тут же поймали оглушающее заклинание. Гарри в недоумении посмотрел, как два тела свалились мешком на пол, и тут же прошептал манящие чары, хватая их палочки. Тут в двери показались ещё двое, и одновременно с этим из-за столов встали трое, накладывая защитные заклинания, в ком Гарри узнал знакомых ему авроров. Непродолжительный бой закончился ничьей - прибыли ещё двое Пожирателей, и, подхватив находящихся без сознания двоих других, пока ещё двое отстреливались от заклинаний, мгновенно аппарировали. Когда все стихло, народ стал понемногу выползать из-за столов. Один из авроров подошёл прямиком к ним: -Там ещё двое наших ребят на улице дежурили, но жаль, черти, и от них ускользнули. Гарри, а ты молодец! Давай сюда палочки, сдам на диагностику, теперь мы что-нибудь сможем узнать об этих гадах! Но Гарри не очень торопился сдавать палочки. -И как я могу быть уверен в том, что узнаю эту информацию после диагностики? - спросил Поттер, скрестив руки на груди. -Так, значит, да? - аврор серьёзно и сердито посмотрел на него, а потом вдруг рассмеялся, - Да не бойся ты, узнаешь у своей Грейнджер. Она, скорее всего, и будет этим заниматься. Гарри, все ещё с сомнением косясь на него, сдал палочки, уже заранее мысленно обвинив во всех возможных косяках Гермиону. Они просидели в баре ещё час, чтобы убедиться в том, что Пожиратели на сегодня уже точно не вернутся. -Чжоу, у меня есть к тебе несколько вопросов, - серьёзно сказал Гарри. -Ну, что ж, готова ответить на вопросы под бутылочку хорошего, ну просто волшебного вина из моих запасов! -Это так звучит приглашение к тебе домой? - поднял бровь Гарри. -Да, так и звучит, - ее глаза засияли. Как только они переместились к Чанг, Гарри сразу же, без паузы, начал с расспросов: -Авроры? Чжоу, серьёзно? Я думал, что мы не сотрудничаем с ними? А теперь ещё и палочки добытые отобрали... -А что мне было делать, Гарри? Действовать нужно было быстро. Скажи спасибо, что не мы вдвоём против шестерых! -Да за то время, пока мы ждали еду, можно было бы позвать кого-нибудь. -Ну, хорошо, втроём с Малфоем. -Откуда ты...? -Я журналист, Гарри, я могу узнавать информацию, - сказала она, скрестив руки на груди. -И что ты ещё тогда знаешь? -Ну, например, то, что вы живёте вместе, - с вызовом посмотрела на него, приподняв одну бровь Чжоу. -И кто ещё об этом знает? – ошарашенно спросил Поттер. -Пока что никто, если будешь хорошо себя вести. Так вы что, теперь друзья что ли? -Да, знаешь, после войны многое поменялось, - Гарри еле подавил в себе облегченный вздох, когда услышал, что они «друзья», - Например, Кингсли сошёл с ума и нашему расследованию теперь крышка! -Гарри, да не паникуй ты так... -А как не паниковать? Тебе же ясно сказали - никакого Министерства! Теперь информатор вообще ничего сообщать нам не будет. Говоришь, журналист? Вот и узнавай теперь информацию о Пожирателях сама! -Гарри, перестань повышать голос, ты уже позволяешь себе лишнего, - серьезно сказала девушка, подняв вверх подбородок. -Ладно, прости... – Гарри развел руками и тут же поник. -Давай лучше расслабимся. В кои-то веки у нас есть хоть какой-то успех! – постаралась разрядить обстановку Чанг, - Разве это не повод отметить, а? Чжоу игриво подмигнула ему и привлекла чарами большую бутылку. -Ого, ничего себе нынче бутылки подросли, - присвистнул Гарри. -Это мне на работе подарили, - с гордостью пояснила она, - за красивые глаза и острое перо. И, вновь подмигнув ему, призвала не менее большие бокалы и разлила в них вино. -А что, очень вкусно! - заявил Гарри, сделав пару глотков, - Ну, за такие прекрасные глаза только такое вино и положено, наверно, - улыбнулся он Чжоу своей самой открытой улыбкой. Она в ответ благосклонно кивнула. -Ну, если так, то за твои глаза, как пишут все бездарные издания, "цвета Авада Кедавры", уж не знаю, какое волшебное вино можно отхватить. -Ну, всё, не смущай меня. А особенно этими глупыми газетными сравнениями. Я когда в первый раз увидел, ещё неделю от них отходил, - Чжоу на это звонко рассмеялась. -И всё-таки, что же они искали в этом баре? Ума не приложу, - Гарри растерянно развел руками и сделал большой глоток. -К сожалению, об этом ничего не сообщалось. Так что я тоже в недоумении – что такого ценного может там храниться? И почему они вообще решили прийти туда посреди дня, не дождавшись ночи? Надо будет осторожно расспросить обо всем хозяев, когда все немного поутихнет, потому что авроры со своими допросами как всегда только все испортят. Сейчас я понимаю лишь то, что это милое место, к сожалению, больше не безопасно для наших встреч… Так оживленные разговоры понемногу опустошили всю внушительных размеров бутылку. Они вдвоем лежали на ковре, рядом, положив руки под голову, и полностью расслабленные рассуждали о том, о чем они особенно скучают из школьных времён. -Я часто скучаю по квиддичу, - сказала Чжоу, - Полёт, ветер в волосах, мелькающие точки игроков, мячи летят на всей скорости, уходишь в крутой поворот и... эх. -А что тебе мешает пойти в любительскую команду, как Джинни? - Гарри перекатился на живот, чтобы удобнее было видеть Чжоу. -Ну, у меня сейчас работа отнимает всё свободное время, а Джинни, как я понимаю, ещё учится. К тому же, Джинни такая умница, у неё действительно талант! -Да ладно, не прибедняйся, у тебя тоже есть талант - я наблюдал за тобой, ты здорово играешь, - улыбнулся Гарри. -Да ладно! Ты смотрел, как я играю? - Чжоу улыбнулась и тоже перевернулась на живот. Теперь они лежали друг напротив друга, так близко, что кончики волос их соприкасались. -Да, конечно, ведь тебе очень идёт форма для квиддича, - пошутил Гарри, за что тут же получил щелчок по носу, - Ай! Да ладно тебе, на правду не обижаются, - продолжал смеяться он. -Ну, ладно уж, так и быть, поверю, - улыбнулась девушка, - А по чему скучаешь ты, Гарри? Или я в форме для квиддича - твоё лучшее воспоминание о школе? -Ну, разумеется! - активно закивал головой он, - Ну, а если серьёзно, я очень много по чему скучаю. По тому, что дорогие нам люди все тогда ещё были с нами. По тому, как там было красиво вокруг и... волшебно?.. По тому, что всё было впервые и будто бы не всерьез. Всё было легче, беззаботнее. Вот, к примеру, целовать девушку на пятом курсе, - сказал Гарри и весело посмотрел прямо в тёмные глаза Чжоу. Она взмахнула густыми ресницами и тоже посмотрела ему прямо в глаза, и не ответила ничего. Гарри широко улыбнулся и, сократив между ними оставшиеся несколько сантиметров, поцеловал её в губы. Чжоу с готовностью ответила на поцелуй. -Ну как? Похоже на то, что было в школе? - спросила она, когда они отстранились друг от друга. -М-м, ну почти, - вновь улыбнулся Гарри и потянулся за более жарким и долгим поцелуем. …Всё своё чертово детство Гарри был лишён любви. И теперь, видимо, был обречён расплачиваться за это всю свою жизнь, в каждом понравившемся человеке ища чувство близости и принятия. И если в школе его ещё смущало то, как быстро обычно развиваются его отношения, то к двадцати годам он отлично научился не смущаться. Вот и сейчас он уже вовсю целовал Чжоу. Они переместились ближе друг к другу, и его руки мягко обвили ее талию. Она в это время зарывалась пальцами в его непослушные волосы и гладила его шею, иногда оставляя на ней поцелуи. Руки Гарри понемногу переместились с талии на бедра, и сейчас он уже гладил ее стройные ноги, задирая край юбки, под которой показалась резинка чулок. Он уложил Чжоу на пол и лег сверху, гладя внутреннюю сторону бедер. Она в это время пуговица за пуговицей расстегивала его рубашку. Гарри аккуратно стянул с нее чулок, затем другой и поцеловал ее в бледную худую коленку. Она улыбнулась ему и, притянув его к себе за ремень на брюках, стала его расстегивать. Гарри, тем временем продолжая гладить бедра, скользнул рукой между ее ног, и услышал в ответ чувственный стон. Гарри задрал полностью ее юбку и принялся гладить девушку, ловя губами с губ новые и новые стоны. Чжоу, тоже решив не отставать от Гарри, наконец, справилась с застежкой брюк и скользнула рукой прямо в трусы, обхватив ладонью его член. -М-м-м, теперь я действительно начинаю вспоминать школьное время, - промурлыкал Гарри и тоже засунул руку девушке в трусы. Ласки становились все ярче. Вскоре они оказались совсем без одежды. Их тела сплелись так тесно и близко, что можно было слышать громкое биение сердец друг друга. Чжоу чувственно откинулась назад, и ее черные волосы водопадом рассыпались по плечам. Удобно устроившись между ее ног, Гарри уверенно набирал темп. Девушка стонала все громче с каждым толчком, и думала о том, что Гарри и вправду успел поднабраться немало опыта со школьных времен. После долгих непрекращающихся ласк, подаривших им обоим море удовольствия, они распластались на ковре и пытались отдышаться и прийти в себя. Чжоу думала о том, что это точно лучше, чем в школе. Гарри думал о том, что завтра нужно явиться в Министерство и узнать о том, что же все-таки удалось узнать благодаря палочкам. А еще о том, что у Чжоу очень сексуальное тело, которое заводит его не меньше, чем ее цепкий ум. Он повернул голову к ней и поймал ее разомлевший взгляд. -Надо будет еще как-нибудь повторить, - зачем-то сказал Гарри.