Импульс

Иногда мы видим то, чего нет. Наш мозг просто отказывается видеть правду, если это может навредить нам, ранить нас или окончательно разбить. Мы всегда хотим верить в лучшее и в этом нет ничего плохого, это не наша вина, просто люди так устроены. Любовь — это сложная штука и мы можем просто перепутать её с привязанностью, что в принципе не хуже и не лучше любви. Любовь — это вообще что-то хорошее? Плохое? Она может менять людей как в лучшую сторону, так и наоборот. Когда вы любите человека — вы найдете оправдание на любой его поступок, сказанные слова и несовершенные действия. Потому что вы любите. Вы можете любить кого-то больше, чем самого себя и это либо погубит вас, либо спасет.

***

На улицах уже давно прошел рождественский ажиотаж и желание купить лучшие гирлянды, чтобы украсить дом лучше своего соседа. Дети перестали лепить снеговиков и играть в снежки на морозных улицах. Парочки подарили своим возлюбленным подарки на четырнадцатое февраля, а кто-то тайно отправил красную розу через школьную почту, стесняясь признаться в чувствах лично. Дни стали заметно длиннее, благодаря солнцу, что ярко сияло на чистом голубом небе. Снег растаял, будто его не было и вовсе. Теперь можно было гулять по улице в свободных футболках и легких кедах, благодаря наступившей истинно прекрасной поре года — весне. Кларк любила намного больше осень, когда вокруг царит атмосфера уюта, когда ты хочешь поскорее закутаться в теплый плед с чашечкой чая и насладиться любимыми книгами. Осенью она любила выходить в парк с золотистыми красками, кисточками и белоснежным мольбертом, что уже при закате солнца становился волшебным пейзажем с многообразием цветовой палитры. Весной же Кларк хотела, чтобы поскорее наступили летние каникулы. Осталось не так уж и много до конца этого семестра. Отец предлагал ей пройти летний семестр и таким образом закончить колледж на полгода раньше, но Кларк отказалась. Кларк стала меньше рисовать и делать наброски для одежды. Все её время теперь занимал Беллами, они много времени проводили вместе. А когда было время, она просто не хотела рисовать, все, чего она желала — поскорее увидеть его. Максимум насколько пара расставалась — два дня. И то, потому что Беллами ездил к родителям на День Благодарения. В сочельник Кларк познакомилась с родителями Беллами, они оказались очень приятными в общении людьми и хорошими родителями. Рождество они провели в кругу семьи Кларк. На новый год они пошли на вечеринку, которую устраивало братство, а встретили они новый год, наслаждаясь губами друг друга. Все было хорошо. Настолько хорошо, что иногда Кларк не могла поверить, что можно встречаться с кем-то без ссор, обид, слез и страданий. Сегодня они с Беллами должны пойти на выставку малоизвестных художников. Сначала оба решили проигнорировать приглашение, но в итоге, Кларк настояла на этом и Беллами сдался под умелыми руками Кларк. Они ходили на подобные мероприятия вместе вот уже который месяц. Их даже привыкли видеть как пару и было сложно представить, что бы они пришли раздельно или кто-то из них не пришел вообще. Беллами и Кларк в глазах всех людей — и завистников, и друзей — выглядели так, будто они созданы друг для друга. Она его свет, а он её тьма. Две противоположности, притягивающиеся друг к другу неизвестными нитями, которые даже не собираются отпускать их, с каждым месяцем завязывая узлы только туже. Кларк стояла у одной из картин, на которой изображена женщина с чем-то вроде медузы на голове. В мире существует далеко не одна картина с отрубленной головой Медузы Горгоны. Этот миф о Медузе Горгоне — чудовище с женским лицом и змеями вместо волос, что превращала одним взглядом в камень — известен всем еще с школьных времен. Но Кларк никогда не видела в живую картины подобного содержания. И сейчас, смотря на эту работу, Кларк понимала: почему все обходили этот угол стороной. Одного взгляда хватает, чтобы появилось желание отвернуться, мурашки проходили по коже и в груди создавалось неприятное чувство, но девушка продолжала смотреть на эту картину, вглядываясь в то, как красиво художник передал весь ужас самой идеи картины. Под рамкой было написано: «Неизвестный фламандский художник. «Голова Медузы» (1620-30)». Девушка почувствовала как вокруг её талии обвились уже родные руки, она немного откинулась голову ему на плечо, все так же смотря на рамку. — Эта картина ужасна, — сказал Беллами, посмотрев вместе с девушкой на неё. — Да, — согласилась Кларк. — Меня немного подташнивает от неё. — Тогда почему ты смотришь на неё уже пятнадцать минут? — парень наклонил голову, проведя по нежной коже щеки Кларк своим носом, вдыхая её аромат. — Она ужасна в своей гениальности. На неё не хочется смотреть из-за её реальности, люди обходят её стороной, потому что бояться, что из этой картины действительно выползут змеи, — ответила девушка, поворачиваясь в кольце его рук лицом к парню. В этот момент Беллами понял насколько же она все-таки тонкая натура. Насколько она творческая душа и какие же они разные. Парень поцеловал её мягкие розовые губы, а она углубила поцелуй своим языком, пока парень еще раз взглянул на картину.

***

Рейвен и Кларк, в последнее время, стали общаться все меньше, хоть и говорили, что никто не встанет между ними — да никто и не встал — они просто перестали общаться безо всяких причин. Конечно, они виделись каждую неделю по несколько раз, но в основном эти разговоры не вели в себе что-то важное. Девушки пересекались вообще случайно, в комнате, конечно. Кларк пыталась завести разговор с подругой, замечая изменение в её поведении. Она стала более резкой, вспыльчивой, заводясь с полуоборота. Большинство времени Кларк проводила у Беллами, но она бы никогда не отказалась от встречи с лучшей подругой, девушка и сама не раз пыталась встретиться с ней, но та — сначала соглашалась, а за час до встречи от неё приходило сообщение, в котором говорилось, что она не сможет. Просто не сможет, она не говорила о причине. Кларк это начинало действительно беспокоить. Что происходит с её подругой? Почему создается ощущение, что Рейвен просто избегает её? Сегодня Кларк решила встретиться с Рейвен лицом к лицу. Она узнала когда заканчиваются её пары и пришла к тому времени в комнату. Девушка сидела на своей кровати в ожидании подруги. Раньше здесь чувствовалась особенная атмосфера, но сейчас, эта комната выглядела пустой. На поверхностях был небольшой слой пыли, пол уже можно было бы и помыть, а идеально сложенные вещи и заправленные кровати — создавали ощущение безжизненной атмосферы. Сердце Кларк неприятно сжалось при осознании этого. Она не ночевала здесь уже месяца три, и девушка не знает как часто Рейвен тоже не бывала в их комнате. Девушка услышала как замок в двери повернулся и ручка на ней опустилась. Дверь бесшумно открылась и в комнату зашла Рейвен. Девушка подпевала музыке в наушниках и не сразу обратила внимание на свою подругу, что взволнованно наблюдала за ней. — Привет, — неуверенно начала Кларк, привлекая внимание подруги к себе. Рейвен подпрыгнула от неожиданности и с широко открытыми глазами развернулась лицом к Кларк. — Эм-м, привет, — девушка свела брови на переносице, подозрительно посмотрев на подругу. — Как ты? — тихо спросила Кларк. Рейвен сделала тяжелый вздох и села на свою кровать, опуская взгляд в пол. — Нормально, а ты как? — Хорошо, — прошептала Кларк, чувствуя всю неловкость ситуации буквально каждой клеточкой своего тела. — Хорошо, — повторила за ней Рейвен. Лучшие подруги или уже просто знакомые? Почему два человека, которые были раньше ближе друг для друга чем кто-либо в этом мире, сейчас не могут найти нужных слов, которые стоило бы сказать? Почему люди, которые раньше чувствовали себя комфортно даже в молчании, сейчас желают сказать хоть что-то лишь бы развеять эту тягучую тишину? — С тобой все в порядке? — задала Кларк главный вопрос, который интересовал её больше всего. — Да, у меня все хорошо, — уверенно сказала Рейвен. — Слушай, мне нужно будет идти через минут двадцать, а еще нужно собраться, так что давай как-то встретимся и поболтаем обо всем в другое время? — улыбнулась девушка, но глаза её улыбка не тронула, они остались такими же безучастными. Кларк горько улыбнулась и, хоть она и понимала, что вряд-ли они встретятся, девушка подошла к двери и её рука повисла в воздухе, когда Кларк обернулась к подруге. — Если ты все же захочешь поговорить, — вздохнула Кларк, опуская ладонь на ручку двери. — Можешь прийти в квартиру Беллами, я буду ждать тебя в любое время. Думаю нам действительно стоит поговорить обо всем этом.

***

Беллами уехал вместе с отцом на несколько дней в Канаду на важную встречу для подписания договора. Кларк же решила наконец-то провести вечер в компании Джона, как раньше. Возможно она бы чувствовала неловкость, но Джон был как всегда очень веселым и простым, поэтому с первых же минут их разговора, все стало хорошо. Они лежали в комнате Мерфи и смотрели «Титаник». Очень странно, но это была идея самого Джона. Он никогда в жизни не признается, что любит этот фильм, но по его глазами и глупым репликам во время просмотра было понятно, что смотрит этот фильм он явно даже не второй раз. Кларк же было все равно, что смотреть, она была просто счастлива в его компании. — Я все еще считаю, что это самый горячий момент во всем кинематографе! — воскликнул Джон, когда показали, как на запотевшем стекле машины Роуз оставляет отпечаток своей руки. — А как же «Игра престолов»? — улыбнулась Кларк, глядя на профиль Джона. — Прости, дорогуша, но даже не смей ставить меня перед таким выбором, — не отрываясь от экрана парень покачал указательным пальцем перед лицом Кларк. — Помнишь сцену, как Джон Сноу переспал с Дейенерис? — все еще улыбаясь спросила девушка. — Это инцест, милая, там нет ничего горячего, — лицо парня скривилось в отвращении. — Ох, если бы у меня была такая тетя, я бы не отказалась с ней поиграть, — мечтательно закатила глаза Кларк. — Господи, Кларк, это звучит ужасно, — воскликнул Джон, изумленно смотря на девушку. — Я шучу, Боже, — рассмеялась Кларк, смотря на выпученные глаза друга. Джон цокнул языком и вернулся к просмотру. Девушка же продолжила смотреть на друга. Он действительно был красив, она уже давно перестала обращать внимание на его красоту, но сейчас, сидя близко друг другу, за просмотром фильма наедине, она снова обратила внимание на этот факт. Благодаря тому, что парень был без футболки, она видела его пресс и подкачанную грудь. Кларк тяжело выдохнула, понимая, что она не имеет права даже думать в подобном ключе о своем друге, и перевела взгляд на экран.

***

Сегодня должен был вернуться Беллами, поэтому поводу Кларк даже решила не идти на учебу. С утра она, вместе с Джоном, проснулась в одной кровати, заснув на моменте, когда Джек был прикован к трубе, а Роуз пыталась помочь ему. Они проснулись в обнимку, Кларк лежала на его груди, а он обнимал её за талию в то время как их ноги были переплетены. Кларк решила пойти с Мерфи в их любимую кофейню и выпить по чашечке кофе. В это раз, она попробовала тот сладкий кофе венской обжарки, который обычно пьет Джон. И в этот раз он ей понравился. Джон ушел в колледж, а Кларк направилась обратно в квартиру ребят. В это утро она чувствовала себя действительно счастливой, девушка уже не могла дождаться наконец встречи с Беллами. Кларк сказала ему, что пойдет на пары, но сама решила, что хочет дождаться его. Она шла по улице, но скорее создавалось ощущение, что она порхает, как мотылек. Её белоснежные волнистые волосы развевались на ветру, а свободное белое платье придавало некой легкости. Наверное со стороны она выглядела странно, улыбаясь обычной улыбкой и не спеша идя по улице, в то время как остальные — спешили, бежали и кричали. Она вставила ключ в скважину и повернула его, но он не поддался, тогда Кларк нахмурилась и попробовала снова, но ключ не повернулся. Странно. Девушка вытащила ключ и потянула ручку двери вниз, после чего дверь открылась. Она зашла в квартиру, пытаясь вспомнить, закрыли ли они с Джоном дверь при выходе. Кларк прошла на кухню, но там никого не оказалось. Она прошла по коридору и заметила, что дверь комнаты Беллами была немного приоткрыта. Это действительно странно, потому что никто не открывал её и девушка была уверена, что Беллами должен быть дома ближе к обеду. Девушка услышала стоны и что-то в её горле сжалось, она тихо подошла к двери и взглянула в щель, что была открыта на четыре дюйма. В этот момент все её внутренности сжались, холод прошел от пальцев ног до корней волос.

Billie Eilish — Everything I wanted

Кларк смотрела, как Беллами трахал её подругу, что лежала на животе, сильно стонав, пока Беллами грубо вдалбливался в неё. Подбородок Кларк задрожал, она услышала как стучит её сердце на фоне стонов Рейвен. Кларк смотрела, как Беллами трахался с её подругой в комнате, где они первый раз занялись сексом, где они смеялись, где говорили обо всем. Она смотрела, как он шлепал Рейвен на кровати, на которой он покрывал тело Кларк нежными поцелуями, говорил, что она самая прекрасная девушка, которую он встречал. Кларк почувствовала как её ноги подгибаются, девушка больше не могла смотреть на это. Она обняла себя руками и на ватных ногах тихо открыла дверь комнаты Джона, хотя, даже если бы она хлопнула этой дверью — никто бы не обратил на это внимание: она видела в глазах Беллами такое звериное желание, которое не видела до этого никогда. Кларк не могла заплакать, внутри будто бы все сжалось и она не могла нормально вздохнуть, слезы застыли в глазах и она не могла различать ничего, ложась на кровать Мерфи. Девушка скрутилась на постели в маленький клубочек и закрыла глаза, в надежде, что так все закончится. Она не хотела слышать стонов Рейвен, она не желала слышать скрип кровати, но она слышала это. У неё не было сил даже встать с этой кровати, что уж говорить о том, чтобы она вышла из квартиры и побежала как можно дальше от этого. Она лежала с закрытыми глазами, пытаясь хотя как-то заглушить эту боль внутри, когда все внутри сжалось в маленький комочек, что застрял в горле и ты не можешь от него избавиться. Ей хотелось просто исчезнуть, раствориться, будто её никогда и не было. Беллами предал её любовь, о которой она все еще не успела сказать ему, а теперь он не узнает об этом уже никогда. Но что действительно ужасно, он предал её доверие. Он просто взял все её чувства сложил в мусорный пакет и выкинул так далеко, что уже вряд-ли кто-то сможет их найти. Кларк хотела заплакать, закричать, раскидать все, что было в этой квартире, но она просто лежала и слушала стоны Рейвен, смотря в одну точку на стене. Все хорошее, что было между ними в миг растворилось, будто ничего и не было. Она не знает сколько еще лежала, после того как все прекратилось. Она слышала как входная дверь закрылась и Беллами вместе с Рейвен ушли. Кларк не знает сколько еще времени пролежала после этого, но потом она просто заплакала. Она рыдала так сильно, что от её слез подушка стала влажной. Девушка легла лицом в подушку и просто закричала в неё изо всех сил. Кларк кричала так сильно, что её горло начало болеть, но она продолжала, в надежде, что боль уйдет, а она не заканчивалась. Кларк встала с кровати и начала бить стену кулаками. Она просто стояла у стены и врезалась в неё сильно сжатыми кулаками. Её костяшки пальцев начали кровоточить, но она продолжала. Кларк рыдала и со всех сил, била стену, пытаясь заглушить боль внутри, пытаясь переключить свое внимание на физическую боль, но ничего не получалось. Слезы застилали глаза и она кричала, рыдала. Её плач смешивался с криками, на стене оставались кровавые следы. Кларк просто устала, она хочет к папе. Она хочет, чтобы он сказал ей что-то, сказал, что все хорошо, что боль — это нормально и она уйдет. Но папы рядом нет, она уже взрослая и её проблемы — только её проблемы. Кларк сама виновата, она доверяла им обоим. Никогда нельзя никому доверять — они предадут твое доверие. Никого нельзя впускать в свое сердце — они разобьют его и не оставят ничего. Девушка спустилась по стене вниз и обняла руками свои колени, сидя на полу. Её слезы и силы закончились, она просто смотрела в одну точку, качаясь из стороны в сторону. Глаза были красными, а на щеках остались не высохшие дорожки от слез. Кларк почувствовала как в кармане платья завибрировал телефон и что-то заставило её достать телефон и взглянуть на экран. Беллами: «Малыш, где ты? Я жду тебя на парковке» Кларк долго смотрела на сообщение, а потом она просто рассмеялась. Это не был смех, скорее истерический хохот. Наверняка со стороны она выглядела как сумасшедшая. Беллами: «У тебя это должна быть последняя пара. Где ты?» Она засмеялась еще сильнее. И её смех смешался с слезами, что продолжали течь из глаз. Телефон Кларк зазвонил и высветилось имя Беллами с их общей фотографией на которой Кларк целует его в щеку, а он улыбается, смотря в камеру. Девушка перестала плакать и смеяться, она просто смотрела на их фотографию, пока телефон вибрировал в руке. Кларк посмотрела на время. На часах было пять вечера и она поняла, что нужно ей прямо сейчас. Нужно просто напиться, заглушить эту боль можно только крепким алкоголем. Она схватила свою сумочку и выбежала из квартиры, хлопнув дверью. Её телефон снова вибрировал в сумке, но Кларк продолжала игнорировать его, останавливая такси. Девушка быстро сказала адрес мужчине, пока тот подозрительно посмотрел на неё. — У вас все в порядке, Мисс? — спросил он. — Следите за дорогой, — грубо кинула Кларк, доставая телефон. Семь пропущенных и еще три сообщения. Беллами: «Сейчас же ответь» Беллами: «Ты уже дома?» Беллами: «Ладно, я поеду домой, если ты не там, у тебя будут серьезные проблемы» Кларк только усмехнулась на его сообщения и её телефон снова зазвонил. Она выключила его, понимая, что он ей сегодня не нужен. Девушка вышла из такси, кинув водителю несколько купюр. Она зашла в бар, в котором раньше они с Джоном часто сидели по выходным вечерам. Кларк откинула волосы за плечи и прошла уверенной походкой к барной стойке. — Бутылку самого крепкого коньяка, — сказала Кларк. — Мы продаем в бутылках только пиво, детка, — улыбнулся бармен. — Тогда почему за твоей спиной стоят целые ряды бутылок коньяка? — раздраженно спросила Кларк. Парень улыбнулся, глядя на Кларк. Она вообще не вписывалась в атмосферу этого бара. — Потому что мы продаем его стаканами. — Послушай, милый, — Кларк перегнулась через барную стойку, чтобы видеть глаза этого парня ближе. — Ты продашь мне всю бутылку. Мне плевать как, но ты сделаешь это. Знаешь кто я? — угрожающе шептала Кларк так, что её слышал только он. — Кто? — безразлично кинул он. — Кларк Гриффин. А знаешь кто мой отец? — она увидела, что парень знает о ком идет речь. — Кто лучший друг моего отца? — Кларк вскинула брови. — Губернатор этого штата и одного моего звонка хватит, чтобы тебя вышвырнули отсюда. Парень посмотрел в глаза Кларк и понял, что девушка не врет. Он нервно сглотнул и взял самый дорогой коньяк, передавая его девушке. — Вот видишь, — она забрала из его рук бутылку и похлопала парня по щеке. — Я могла не платить за это, — Кларк кинула на стол несколько купюр. — Но я ведь хороший гость этого заведения, — улыбнулась она. Девушка прошла в зал и неожиданно для себя, заметила Мерфи, что сидел в самом дальнем углу, в одиночестве, попивая такую же бутылку коньяка, как и она. Кларк не задумываясь прошла к нему. — Пить алкоголь в одиночестве — признак алкоголизма, — сказала она, присаживаясь рядом с парнем. — Почему ты выглядишь так ужасно, Кларк? — спросил Джон, посмотрев на девушку и сведя брови на переносице. — Беллами изменил мне, — кинула она, будто говоря о погоде и забрала из рук Джона стакан, чтобы налить себе коньяка. — Почему ты выглядишь такой спокойной? — удивленно спросил парень. — Я не спокойна, у меня просто закончились слезы и силы, — Кларк выпила полстакана и резко вдохнула, чувствуя как внутри грудной клетки распространяется тепло. Она не очень любила пить чистый коньяк, но сейчас ей хотелось чего-то очень крепкого, чего-то, что заставит её забыть о боли. — Я просто не могу его понять, — сказала Кларк, допивая остатки. — И, в принципе, уже не хочу его понимать. Она налила еще один стакан себе, пока Джон сделал глоток прямо из бутылки. Оба сидели рядом и не говорили ни о чем, каждый думая о своем. — Ты была для него вызовом, — внезапно начал Джон, нарушая тишину между ними. — Он увидел тебя другой, когда ты была со мной. И это стало импульсом, толчком, к тому, чтобы ты стала его. Он сделал несколько больших глотков и девушка вместе с ним, наливая себе еще один стакан. — Но когда этот вызов стал повседневностью — он нашел другой. Он не готов был отпустить тебя, но при этом хотел иметь что-то новое, добиваться чего-то другого и чувствовать азарт от этой игры. Телефон Джона неожиданно для обоих зазвонил и взглянув на экран парень увидел номер Беллами. Мерфи раздраженно скинул звонок и выключил телефон вообще. — Ты не знаешь чего он хотел, — прошептала Кларк, чувствуя вновь поступавшие слезы. — Ты права, но обычно мужчины всегда хотят чувствовать некий азарт, игру, а иначе — все становится слишком обыденным и скучным. Кларк понимала, что Джон прав, но она не могла понять то, что неужели она стала для Беллами чем-то обычным? В его взгляде она всегда чувствовала себя самой особенной в этом мире, она чувствовала себя самой прекрасной девушкой всей его жизни. Кларк выпила еще полстакана крепкого напитка и наконец почувствовала как тело начинает расслабляться, а разум затуманиваться. Она положила голову на плечо Джона, что откинулся на спинку стула, а он притянул её ближе, мягко обнимая за талию. Кларк уткнулась носом в его нежную шею, вдыхая приятный аромат парфюма парня. В его объятьях она почувствовала себя действительно наконец спокойно. Девушка посмотрела снизу вверх на его лицо и, наверное, впервые в жизни она увидела его задумчивым. Кларк не знает, что на неё нашло, но она просто начала целовать его шею, сначала маленьким нежным поцелуем, а потом обхватив его другую часть шеи ладонью, начала целовать уверенней. Целуя его за ухом, немного грубо кусая и облизывая мочку его уха от чего парень тяжело выдохнул. — Что ты делаешь, Кларк? — спокойно спросил он. Девушка оторвалась от его шеи и приблизилась к лицу Джона, оставляя миллиметры между их губами. — То, что хочу, — прошептала она, смотря в глаза парня затуманенным взглядом. — Не надо этого делать, Кларк, ты можешь позже пожалеть об этом, — он мягко улыбнулся ей, словно она маленький ребенок. Девушка хотела поспорить, но решила просто выпить. Она, скривившись в лице, допила оставшуюся половину стакана и налила еще. — А почему ты здесь? — внезапно решила спросить Кларк. — Я влюбился в девушку, которая спит с моим лучшим другом, — горько усмехнулся Джон, делая глоток крепкого спиртного.