Заглуши мою боль своей любовью

Ощущаю тёплую ладонь на своей коленке. Я сразу же вздрагиваю, пытаюсь отмахнуться от мысли, что я в короткой джинсовой юбке, и что палящее тепло не распространяется по моей ноге вверх к животу, где сладостно затягивается узел. И все бы ничего, но тут ладонь медленно поползла вверх по бедру. Больше я ничего не слышу. Остались лишь ощущения, тёплое тело рядом со мной и горячая ладонь на середине моего бедра, поднимающаяся все выше и выше. Я сглатываю, боковым зрением смотря в сторону совершенно невозмутимого Трэвиса. Он спокойно разговаривает с Заком, даже намеком на меня не смотрит. – Ты слушаешь, Эшли? – Эвелин зовёт меня, вытаскивая из заблудших мыслей. – Да, конечно, продолжай, – говорю я, виновато улыбаясь. Мои коленки дрогнули, из груди был готов вылететь возмущённый «ох», который я мигом заглушила в себе, когда рука Трэвиса пробралась через джинсовую ткань юбки, большим пальцем проводя невидимую линию вдоль внутреннего бедра. Я не выдержала и вновь посмотрела на Трэвиса. Я смотрела на него пытливым взглядом, готовая убить глазами, но он намеренно игнорировал меня, а его рука не прекращала гладить мою кожу. Почувствовав мой обжигающий взгляд, Трэвис наконец посмотрел на меня. Он вопросительно вскинул бровь, смотря на меня, как ни в чем не бывало. «Что ты делаешь?» – буквально кричал мой взгляд. «Что я? Все так, как и должно быть» – твердил его хитрый взгляд. «Здесь же твои друзья...» «Брось, я знаю, что тебе это нравится ничуть ни меньше, чем мне», – последний взгляд был кинут мне, и он вновь принялся беседовать с парнями, не прекращая блуждать своей рукой по моему бедру. Пять минут. Пять минут мои коленки дрожали, а пульсация между ног всё усиливалась. Вдруг его пальцы коснулись моего нижнего белья, а я почти поперхнулась мохито, которое попивала из трубочки.