Sunset

Чонгук сидел на скамейке, смотрел на закат, и вспоминал их первую встречу. Как так получилось, что всего за каких-то пару дней, эта девушка смогла так прочно засесть в его мыслях и сердце, он не знал. Даже сейчас, спустя три месяца он все еще не мог забыть ее. А ведь все началось с того, что она просто едва не сбила его с ног… Девушка бежала изо всех сил, часто оглядываясь и петляя между прохожими. Что-что, а бегать она умела, тренированные ноги быстро отмеряли метры улицы, постепенно увеличивая расстояние между ней и преследователями. Те уже прилично отстали и она высматривала по сторонам какой-нибудь неприметный переулок, чтобы забежав туда, окончательно спрятаться. Заприметив между витринами узкий проход, она еще раз оглянулась и… Со всего размаху врезалась в какого-то парня, который хоть и едва устоял на ногах, но все же успел поймать ее в объятия, тем самым задержав. Она попыталась вырваться, но запуталась в его плаще и чуть не упала, он снова подхватил ее и прижал к себе. Оглянувшись, она поняла, что бежать уже не имеет смысла, ее все равно догонят. Она подняла умоляющие глаза на парня и прошептала: «Помоги мне». Парень как завороженный смотрел на нее. «Пожалуйста, помоги мне», — ее голос заставил Чонгука очнуться. Он, наконец, оторвал взгляд от ее лица и поднял глаза на бегущих по улице людей в черных костюмах. Быстро повернувшись к ним спиной, Чонгук укрыл девушку своим плащом, обняв и прижав ее к себе, наклонился и сделал вид, что целует ее. Она подняла на него взгляд и он замер, на него смотрели большие орехового цвета глаза. Они были так близко, что в них можно было увидеть свое отражение, которое словно тонуло там, как в омуте. И Чонгук утонул, мгновенно, даже не сопротивляясь, его сердце остановилось и воздух закончился на этом моменте. Ощущения были странные. Ничего подобного до этого с Чонгуком не происходило. Нет, он не был неопытным мальчиком, и у него ранее уже были отношения. Его последняя подружка была милой и он любил ее, или думал, что любил. Когда она, год назад, объявила ему, что встретила другого и они расстаются, он испытал двоякое чувство. С одной стороны, ему было обидно, что его променяли на кого-то еще, а с другой, пришло облегчение, что эти отношения закончились. Поэтому, Чонгук пожал тогда плечами и просто ушел, ни слова не говоря. После этого он еще встречался с кем-то, но это были какие-то мимолетные увлечения, а вот так, чтобы просто от взгляда заходилось сердце и забывать как дышать, такого еще не было. Возможно, Чонгук через какое-то время умер бы прямо здесь от нехватки кислорода, если бы девушка не отвела взгляда и не посмотрела ему за спину. Он шумно втянул воздух, оглянулся и увидел, что преследователи скрылись за углом. Чонгук схватил девушку за руку и потянул ее в противоположную сторону. Пробежав мимо нескольких домов, они свернули в переулок и оказались на соседней улице. Там он быстро завел ее в кафе и, поднявшись на второй этаж, усадил за столик в самом дальнем углу, а сам плюхнулся напротив. — Спасибо за помощь, извини, что чуть не сбила тебя. Меня зовут Соня, — немного отдышавшись, девушка протянула ему руку. — Не за что. Я Чонгук, — он пожал ее пальцы. — Кто были эти люди? Похожи на секретных агентов. Ты что, шпионка? — Нет, я… Это была моя охрана. — Зачем сбегать от собственной охраны? — Я хотела погулять по городу без них, а просто так не уйти, поэтому сбежала, — пожала плечами Соня. — Зачем обычному человеку охрана? — Отец приставил. Типа одна в чужой стране, опасно, — она, закатив глаза, покачала головой, изображая отца, и улыбнулась. — Так ты иностранка? — Чонгук смотрел на ее улыбку и его сердце пропустило один удар. «Да что со мной такое?». — Да, я русская, но живу в Нью-Йорке, а сюда… Эээ… Просто приехала. — Ясно. Раз уж мы здесь, может быть кофе, за знакомство? — Давай, но лучше чай, я не очень люблю кофе. — Хорошо, — Чогук подозвал официанта и сделал заказ. Спустя какое-то время, они вышли из кафе и Чонгук предложил Соне показать город, все равно она хотела прогуляться, та, кивнув, согласилась. Пока они бродили по улицам, Чонгук рассказывал ей, как он жил до этого дня, о своих родителях и друзьях, а Соня о жизни в Нью-Йорке. Уже стемнело, когда они вышли на набережную реки Хан недалеко от моста Банпо. Неподалеку стоял прилавок уличного продавца украшений, который уже собирался уходить, но увидев парочку, окликнул их, приглашая посмотреть товар. — Молодой человек, выберите подарок для своей девушки! Это ручная работа! Все украшения в единственном экземпляре! — Я не его… — начала было Соня, но Чонгук перебил ее. — Давай выберем что-нибудь на память о сегодняшнем дне? Что тебе нравится? — она, осмотрев прилавок, указала на подвеску в виде прозрачной капли на тонкой цепочке. — Мы возьмем это! — Чонгук расплатился и взял подвеску из рук продавца. — Это тебе, — он расстегнул замочек и надел цепочку на шею девушке, подойдя к ней почти вплотную. — Спасибо, — она, опустив глаза, смущенно притронулась к подвеске, слегка покраснев. — Это очень красиво. — Ты права, — он смотрел в ее лицо. — Это очень красиво. Взглянув на часы, Чонгук взял Соню за руку и потянул за собой. — Идем быстрее, я хочу тебе кое-что показать. Подойдя ближе к мосту, он усадил ее на скамейку и указав на мост, сказал: «Смотри!». Она недоуменно посмотрела на мост, мост как мост, что там такого. И тут зазвучала музыка, вспыхнул свет и в небо взлетели радужные струи воды. Соня ахнула. — Боже, это так прекрасно! — проговорила она, с восторженной улыбкой глядя на представление, а Чонгук не мог отвести глаз от ее лица. Ветер чуть шевелил ее волосы, на лице плясали радужные блики. Соня перевела на него взгляд, он не удержался и осторожно коснулся ее губ своими. На следующий день, припарковав мотоцикл недалеко от отеля «Сеул», в котором остановилась Соня, Чонгук зашел в цветочный магазин и купил розу. Он помнил, что Соне нравились розовые, но она не любила большие букеты, поэтому взял только одну, но зато самую красивую. Отказавшись от упаковки, он просто подхватил розу и, нюхая ее по дороге, пошел к отелю. У входа толпились люди, мелькали вспышки фотоаппаратов и вообще было очень оживленно. Подойдя ближе, он увидел у входа два огромных плаката, на которых была изображена американская певица Sonina Sweet. Звезда пару дней назад прилетела в Корею с концертом. Оказалось, что все эти люди у входа ожидали ее, видимо, она тоже остановилась здесь. Чонгук с трудом пробрался сквозь толпу ко входу, но его остановила охрана, попросив подождать несколько минут. Из дверей вышли двое охранников и высокий красивый мужчина в костюме и черных очках, следом появилась звезда, одетая в черную кожу. Роза выпала из руки Чонгука — на шее певицы сверкала вчерашняя подвеска в виде капли, а в самой девушке, он вдруг узнал свою Соню. Она остановилась, с улыбкой позируя фотографам, взгляд скользил по лицам толпы и тут она увидела Чонгука. Ее глаза расширились, а он, оттолкнув охранника, подскочил к ней и, схватив за руку, потащил за собой, убегая от оторопевших репортеров. Добежав с ней до мотоцикла, Чонгук кинул ей шлем, быстро натянул свой и, запрыгнув на сидение, завел мотор, кивнув Соне на место сзади. Как только она села на мотоцикл, он рванул с места, прежде, чем охрана успела подбежать к ним. Попетляв по улицам, Чонгук выехал на шоссе и направился в сторону побережья. У его друга там был небольшой домик в местечке под названием «Sunset». Раньше Чонгук часто приезжал туда, закаты там были действительно прекрасны. Остановив мотоцикл перед домом, он какое-то время еще посидел на нем, обдумывая дальнейшие действия. Сначала он злился. Злился за то, что Соня ему сразу ничего не сказала, но дорога немного охладила его пыл и сейчас он просто хотел знать ее истинные чувства. Она слезла с мотоцикла и, сняв шлем, стояла рядом. — Почему ты не сказала мне сразу кто ты? — Чонгук повернулся к ней. — Интересно было поиграть со мной? — Нет. Просто ты не узнал меня и мне не хотелось, чтобы ты относился ко мне как к звезде. Я и от охраны тогда сбежала, потому что хотела побыть просто человеком. — А про отца и имя выдумала? — Нет, меня действительно зовут Соня, полное имя Софья, но оно не звучит, поэтому отец придумал мне псевдоним Сонина Свит. Про отца я тоже не врала, он мой менеджер по совместительству и охрана это его распоряжение. Он не приехал со мной вместе, но отправил Виктора, своего помощника и троих охранников, от них я и сбежала вчера. — А что насчет меня? Когда бы ты сказала мне? Или ты не собиралась этого делать, а просто бы уехала и все? — Чонгук чувствовал, что начинает злиться снова. — Я собиралась сегодня тебе все рассказать, но ты узнал все сам, прости. — Я хотя бы нравлюсь тебе? — Нравишься, — она смотрела ему прямо в глаза. — И сразу понравился, еще и поэтому я тебе ничего не сказала, хотела нравиться тебе как я сама, а не как суперзвезда. Чонгук еще какое-то время смотрел ей в глаза, выискивая подвох, но они были искренними. Он кивнул, слез с мотоцикла, взял Соню за руку и повел в дом. В доме он критически осмотрел ее кожаный наряд и полез в шкаф. Раньше он часто бывал здесь, поэтому в шкафу все еще была его одежда. Он вытащил просторную светлую рубашку и шорты и протянул Соне, нашел футболку и шорты для себя. Шорты Чонгука были ей сильно велики и она не стала их надевать, а вот рубашка, хоть и была просторной и длинноватой, но все же сидела неплохо. Переодевшись, они вышли на берег. На море был шторм и купаться было нельзя, поэтому они просто шли по пляжу вдоль линии прибоя. Ветер трепал их одежду, периодически открывая взгляду Чонгука почти полную длину стройных ног Сони и заставляя того с усилием отводить взгляд. Налетевшая на камень, большая волна обрызгала их с головы до ног, и Чонгук вдруг увидел, что, под намокшей рубашкой, на Соне больше ничего нет. Прилипшая к телу ткань не скрывала красивую грудь и тонкую талию. Заметив его взгляд, Соня сама подошла к нему и поцеловала, запустив руку под его футболку и проведя по животу. Чонгук задохнулся от нахлынувшего на него безумного желания. Он обхватил ее рукой за талию и прижал к себе, второй пытаясь расстегнуть пуговицы на ее рубашке, но в итоге просто рванул и пуговицы посыпались в песок. Он стянул с себя футболку и потянул Соню на песок, убрав рубашку с ее груди, припал к ней губами. Стон, сорвавшийся с ее губ, распалил его ещё сильнее. Соня не была стеснительной, как его бывшая подружка, она целиком и полностью отдавалась его ласкам и Чонгук получал от этого еще большее наслаждение. Этот пляж был довольно пустынным и сюда редко заглядывали люди, но Чонгуку было все равно, увидит их кто-нибудь или нет, он хотел ее прямо здесь и прямо сейчас. Позже он лежал на песке и смотрел на проплывающие в небе облака, прижимая Соню к себе. С ней все было совершенно по-другому, он чувствовал себя подростком, с которым все происходит в первый раз, настолько острыми были его ощущения. Вечером они сидели на скамейке на террасе и смотрели на закат. Солнце почти уже село и золотило последними лучами их лица, отражалось бликами в капле на шее Сони. — Останься со мной… Ты можешь просто остаться со мной? — прошептал Чонгук, прижимая ее к себе, она кивнула, уткнувшись ему в шею. Ночью Соня проснулась от того, что кто-то зажал ей рот. Она испуганно открыла глаза и увидела склонившегося над ней Виктора, который прижал палец к губам и тихо, по-русски, сказал: «Даю тебе пять минут, выходи и твой красавчик не пострадает». Он повернулся и неслышно вышел за дверь. Соня посмотрела на Чонгука, тот спал, как и до этого. Она осторожно выбралась из его объятий, оделась и присела на край кровати, глядя на него. Он был такой милый и беззащитный во сне, ей стало страшно от мысли, ЧТО Виктор может сделать с ним. Она тихонько поцеловала Чонгука и положила записку на подушку рядом с ним. Выйдя из дома, она в последний раз оглянулась и подошла к машине. Виктор стоял спиной, услышав, что она подошла, он повернулся и наотмашь ударил Соню по лицу. — Еще раз сделаешь что-то подобное и ему не жить, — наклонившись к ней, прошипел он. — Отец все узнает, я не буду молчать, попробуй хотя бы пальцем его тронуть, — она вскинула голову. — А ты думаешь, он не знает? — рассмеялся он ей в лицо. — Дорогуша, он обещал тебя мне и, по возвращению в Нью-Йорк, ты будешь моей. А пока, садись в машину и веди себя смирно, если не хочешь до конца жизни помнить художественную роспись на теле твоего красавчика, которая останется там после нашей с ним беседы. Ты знаешь, что я не шучу. Она знала, поэтому покорно села в машину и отвернулась к окну, чтобы Виктор не увидел ее слёз. Утром Чонгук проснулся один. Он провел рукой по постели рядом с собой, она была холодной. — Соня! — он с тревогой вскочил с кровати, натянул джинсы и выбежал из дома. — Соняя! Ее нигде не было. Он вернулся в дом, набрал ее номер, но телефон был отключен. Тут на глаза ему попалась записка на подушке. Он поднял листок бумаги и прочел: «I'm sorry. Love you. Sonya». Чонгук сунул листок в карман, быстро оделся, вскочил на мотоцикл и погнал в Сеул. Подъехав к ее отелю, он слез с мотоцикла, снял шлем и пошел ко входу. И тут увидел репортаж, который показывали на уличном экране. Шла трансляция с пресс-конференции Сони. «Суперзвезда Сонина Свит сегодня покидает Корею по завершении пресс-конференции», — вещал диктор. Оператор дал крупный план Сони, на ее шее в свете софитов переливалась подвеска в виде капли. Чонгук развернулся, прыгнул на мотоцикл и полетел в аэропорт. Вбежав внутрь, он бросился к стойке регистрации. — Когда улетает самолет в Нью-Йорк? — Извините, но он только что взлетел, — ответила девушка-регистратор и указала на взлетающий самолет. Чонгук сидел на их скамейке, смотрел на закат, и вспоминал их первую встречу. Как так получилось, что всего за каких-то пару дней, эта девушка смогла так прочно засесть в его мыслях и сердце, он не знал. Даже сейчас, спустя три месяца он все еще не мог забыть ее… Солнце уже наполовину село, его последние лучи золотили все вокруг и отражались от чего-то блестящего, качающегося где-то на краю поля зрения. Чонгук повернул голову — перед его лицом на цепочке качалась подвеска в виде капли.