Зимняя буря

Дом Ёжика скрылся за белым занавесом. Ветер переменил своё направление и безжалостно кусал лицо. С неба падали всё новые и новые хлопья снега. Сугробы замедляли движение и скрывали любые ориентиры. “Наверное деревья давно ушли под снег вместе с моим домиком...”- -заключил Ёжик, дотрагиваясь до своей правой окоченевшей руки. -Зря я пошёл с Крошем... И себя не сберёг... И Бараша не спас. - словно молился бури ёж. Он чувствовал, как постепенно каменеет и теряет чувствительность... Возможно скоро его рот уже никогда не откроется и губы не произнесут последнее слово... Поэтому он болтал. О том как пели птицы жаркими Июльскими деньками... О том как он купался в речки. Шорохи листвы... Бабочки, любимые существа Лосяша... Кузнечики, которые всё время стрекотали под его окном долгими летними вечерами. Тогда он сидел у открытого окна вдыхая свежий воздух и заучивая гаммы Кар-Карыча... Или читая книгу из библиотеки лося. “Узник замка Молианье”- если бы не Крош возможно бедный Ёжик зашёл бы на чашку чая к учёному и попросил дать на недельку эту книгу. Теперь ему книги не нужны... И там куда он уйдёт тоже... Если будет куда уходить. -Я не увижу, как в этом году тронется лёд... Я не застану пробуждение Копатыча и не услышу капель... Занимательно.-шептал Ёжик, борясь с навязчивым желанием уснуть. - Жаль, что это не сон... Это реальность. Жестокая реальность... И в ней мне не место. Грудь ежа затрепетала словно флаг на ветру, но изо рта донёсся лишь сдавленный хрип, который заглушил вой ветра. Ноги больше не слушались... Находясь по грудь в снегу Ёжик потихоньку терял связь со своим телом. Пальцы не сокращались, а глаза бездумно смотрели по сторонам, но ничего кроме ослепительно белого цвета они увидеть не могли... Хотя в пяти метрах от умирающего лежал ствол берёзу и десятки веток, разбросанных на одеяле изо льда... Снег припорошил его, но Ёжик узнавал родной пролив. Он лежал под каменным крыльцом в пяти шагах от двери... Какая ирония. Река, по которой каждую весну плыли в море десятки бумажных корабликов и фантиков станет его усыпальницей. Услышав это, вчера или позавчера спокойный Ёжик слегка улыбнулся бы и спокойно доказал, Вашу, неправоту... А ещё о плохих шутках и о том, что в приличном обществе о таком не говорят, да и он сам слышать об этом не желает. “Лучше поешьте сушёных маслят. Позапрошлый урожай. Очень вкусные. Угощайтесь.”предложил бы он, Вам, подкрепиться перед дорогой... -Может лёд растает, и я поплыву по течению...-фантазировал ёж, так как сквозь зубы вырывался один невнятный свист, а при этом ещё что-то булькало внутри горла... Губы приобрели голубой оттенок, румянец с губ сошёл... Глаза закрылись сами собой, может устали... Ничего не различая до его ушей всё же доносились повторяющиеся завывания. “Уууу... Ууу! УУУУ! Вьуууу!”-ветер играл похоронный марш, а прерывистое и сбивающиеся дыхание аккомпанировало этим зловещим и злорадным звукам. От них по спине Ёжика пробежали мурашки, только они толковали ежу, что он по-прежнему остаётся в снегу. А его воспалённый разум метался в агонии...- Но ведь мы... С Барашем... Нет. Крошем. Нашли. Земли. Край. Ааа...- мысли путались и кололи его рассудок, подсказывали... Навевали плохие мысли. - Лучше заснуть... Тогда я избавлюсь от этого... Я буду во тьме... Без снега... Без бури! На удивление гнев придавал новые силы и грел душу... На минуту Ёжик снова стал самим собой. Обрёл разум и критическое мышление. Нужно было спасать свою жизнь... Подняться с колен. Выжить! -Не неси чушь! Я здесь! Смерть не наступит если я этого не захочу! Борись... Борись. Борись! Борись!!!-горячая кровь наполняло тело и подступала к мозгу. Кончики пяток чешутся... Руки тоже... Глаза открылись на долю секунды и увидели яркий свет. Не ослепительный... Тусклый. И как он только пробивался сквозь творившуюся вокруг вакханалию? Во всяком случае легендарный “свет в конце туннеля” Ёжик представлял совсем иначе...- Что за чушь? Это не конец! Нет это... Коленки задрожали, а память очнулась от долгого сна. Да. Он вышел в пургу. Пошёл за Барашем и искал Кроша. Внезапно вдалеке замаячил этот свет и... Боль. Сильная боль. Она была... Короткой. Молниеносной как... Как удар. Точно удар! Тогда ноги подкосились... Руки обмякли и повисли по бокам как мешки Копатыча... Щёки почувствовали холод. Далёкий крик. Точно падение! Он упал с крыльца, не пройдя и десятка шагов! Ёжику показалось будто он знал эту прописную истину всю свою жизнь! Так очевидно и просто! Ветка его самой любимой яблони, которая ещё прошлым летом угрожающе повисла над забором, упала на него! А ведь Кар-Карыч говорил, что запущенный сад добром не кончиться... Или это был кто-то другой? Сейчас это не имело никакого смысла. -Сейчас это сейчас! Надо думать о потом! -заворочался язык. - Ну же... Идея о спасении и осознание происходящего пришли в голову вместе с докладом от ушей о хриплом крике- “Ё-о-о-о-ожик! Ё-ё-ёжик! О-о-тзо-о-овись! Ё-ё-жик! Где ты?!”. “Крик, надо кричать! Подать голос, орать как резанный, подать сигнал, свистнуть! Выдавить из себя хоть классическое- Помогите!”- заставлял себя ёж. Сейчас был самый ответственный момент в его жизни... Вдруг меня не услышат? Что если крик и мольбы унесёт ветер? Может Крош уже ушёл пока я размышляю и конец неизбежен! Всё пропало! Он погибнет... -Ерунда... Не об этом надо думать... А лучше не тратить силы...Вложить их в.…отмахнулся от мыслей, как от назойливых мух.-Не надо думать... Я не должен думать... Хоть всё жизнь... Пускай я буду дураком, но живым! Живым балбесом! Крик! Я крикну! Ёжик набрал полные лёгкие и использовал все силы голосовых связок- “Кроооооооооош!”. Призыв к действию лучшего друга словно вспорол брюхо буре и на секунду установилась тишина. Хотя это была обычная потеря сознания... Но Ёжик не ведал этого... Он улыбался. -Ёжииик!- поднял опущенные уши Крош.- Ёжииииик! -Там! В той стороне! Под крыльцом! -вынырнул из сугроба Бараш.- Там скорее! Мы ещё можем его спасти! -Ёжжжиииииик! Держись! Я уже иду! - бежал со скоростью ветра кролик, а слёзы градом капали из его глаз.-Минуту, секунду, мгновение... Ёжиииик! Только держись, всё будет хорошо... Ёжиик! Я идууу! -Не кричи так! У меня уши от тебя заложило! - сердился баран, но на его лице сияла улыбка. Она останавливала снег и освещала дорогу. Вблизи же это был обычный карманный фонарик во рту. - Приближаемся! -Ёжик! Ёжик! Ёжик! Ёжик! - как одержимый бормотал Крош прыгнув в сугроб и увидев торчавшую макушку фиолетовой шапки... Любимой шапки его друга, которую ему подарила Совунья.- Я здесь! Я здесь! Я пришёл! Я помогу! -Ёжик! -застыл как вкопанный Бараш увидев маниакально разрывающего сугроб Кроша. - Он под снегом! -Ничего, ничего... Сейчас я его откопаю! Сейчас мы его спасём! -любовно бормотал Крош.- А ты чего стоишь? -Не сходи с ума! - чуть не заревел баран, присоединяясь к тяжёлому труду.-Будь адекватен! -Всё будем хорошо, я его спасу! Мы ему поможем! Всё отлично! - глаза Кроша светились неестественной алчностью, которая пробирала до костей впечатлительного Бараша. - Чуть-чуть... Ещё чуть-чуть! Скоро... Скоро! “К сожалению спасать всех придётся мне...”-поджав губы решил Бараш. Он находился на грани нервного срыва. Воздух вибрировал от напряжения. -Откопали! - обрадовался баран, увидев улыбающиеся лицо Ёжика. - Вытаскиваем! Тяни! Напрягая остатки сил пара спасателей, освободила своего друга из снежного плена. Крош продолжал нести околесицу и периодически хохотал. Бараш хотел броситься бежать прочь... “Подальше! Подальше! От улыбающегося Ёжика! От чокнутого Кроша! Бежать! Бежать!”- желал поэт, поднимая Кроша на ноги. Кролик обхватил лучшего друга и не отпускал. Сквозь бесконечные всхлипы прорывались стоны... Стоны Бараша ведущего за руки Кроша со своей ношей. -Укроемся в доме Ёжика! Слышишь? Идём в дом!-руководил меланхолик.- Забираемся на крыльцо! -Да... На крыльцо и в дом. В дом. Милый дом. - поддакивал всегда позитивный кролик, но сейчас он выглядел отрешённым призраком...- Всё будет хорошо. Ага. Отлично. Открыв дверь сопротивляясь воздушному потоку Бараш впустил в помещение Кроша с Ёжиком и плотно закрыл дверь. Не смотря на какофонию звуков, доносившихся снаружи в домике, было довольно тихо. Из-за этого в ушах слегка звенело, а от резких выкриков Кроша спина покрывалась холодным потом. “Спокойствие... Только спокойствие!”- старался быть уравновешенным поэт. -Крош дай спички...-хотел попросить баран, но при виде друга, освещённого карманным фонариком, внутри что-то оборвалось... “Зря я не сказал друзьям о фонарике... Вдруг лампа больше не работает... А я даже не умею её как надо заряжать. Дурак! Дурак! Дурак!”- проклинал себя Бараш. Сделав глубокий вдох и выдох, поэт снял с Кроша куртку осмотрел карманы и достал из них обычный коробок. Укутав Ёжика в свою одежду и постелив на пол курточку кролика, поэт побрёл дальше... На полу, где Ёжик её и оставил, стояла заветная лампа. Клубы дыма, поднимающиеся к потолку, наполняли комнату ужасным смрадом. “Кажется я понимаю почему ёж не часто ей пользовался...”- попробовал отвлечь свои мысли баран, но ничего не получилось... Не думая о стекле Бараш разбил стеклянную колбу и быстро зажёг фитиль. Темноту пронзил слабый свет набирающий силу. “Приберегу на чёрный день.”- здраво рассудил поэт, выключая фонарик. “Я сделал всё, что мог...”- кололо в сердце при виде своих друзей. *** -Крош... Выпей это. Тебе поможет. «Полегчает...» —говорил Бараш протягивая кролику флакон с сердечными каплями несколько часов спустя. “Ему это намного нужнее чем мне.”- утешил себя меланхолик. -Ничего... Всё будет хорошо. - успокоился он когда Крош засопел рядом с Ёжиком. - Спать не буду... Всякое может случиться! Время для сна было не подходящим... На застывших часах было лишь 3 часа ночи, но на самом деле Крош уснул в 6:44. В это время солнце уже вставало над горизонтом и заползало в комнату к поэту, который снова провёл всю ночь за стихами. Сейчас чёрные как смоль облака закрывали землю и навевали грусть. Как бы то ни было, троица кое-как пережила эту ночь, не подозревая какие трудности ждут их впереди. Но это было лишь к лучшему... Так как Бараша непременно хватил бы инфаркт. Что произошло в эту ночь с другими обитателями долины не ведал никто, даже Пин рассказывающий смысл своего плана. Отголоски бури стихли... Но главное чудище неспеша выжидало удачного момента, чтобы покрыть долину снегом и посеять смерть. Буря злорадно громыхала в горах и неотвратимо приближалось. “Через три дня всё погибнет!”-злобно трещали деревья, которые больше всех пострадали от мороза.