Наследник Вонголы

Поздним вечером микроавтобус добрался до места назначения. Особняк Варии встретил компанию дикими воплями непонятного нечто, одетого в черный балахон с капюшоном, закрывающим его лицо. Нечто орало на Варийцев за неприемлемо большие, на его взгляд, траты, за поцарапанный микроавтобус (новый, между прочим) и за большое количество нежданных гостей, которые, как пить дать, сожрут все запасы и переломают всю мебель. - Заткнись, Мармон! – рявкнул Занзас, кидая в него бутылкой виски. Тот, кого назвали Мармоном, гордо развернулся и потопал восвояси, ворча себе под нос и насылая на гостей и хозяев кары небесные. Разобравшись с орущим, Занзас распорядился показать гостям комнаты, которые станут их обиталищем на ближайшее время. Следующие полчаса Лусс бегал по особняку, устраивая приезжих, выспрашивая об их предпочтениях в еде, ругаясь с Мармоном и очень смахивая на курицу-наседку, квохчущую над своими цыплятами. При распределении жилых комнат опять раздались крики недовольных хранителей Вонголы и злобно хихикающих хранителей Варии, и только Тсуна в сопровождении Хибари и лигра, не обращая ни на кого внимания, уполз в отведенные ему апартаменты, где упал на огромную кровать и крепко уснул, уютно устроившись между любимым и теплым зверем. За ночь Савада пришел в себя, чему очень способствовали нежные объятья Хибари и тепло, исходящее от лигра. Бестер удивительно привязался к парнишке и почти всю ночь вылизывал его раны своим теплым шершавым языком. Кёя сначала был дико недоволен присутствием зверя в их постели, но увидев, как от животных ласк возвращается румянец на лицо Тсуны, а черные отметины начинают буквально на глазах исчезать, смирился, пообещав себе разобраться с этим позже. Рано утром лигр неспешно покинул их спальню, оставляя влюбленных наедине, и киллер проникся невольной симпатией к умному животному. Утро в особняке Варии было шумным. Скуало бегал по широким коридорам, выкрикивая свое неизменное «Вроой!» и уворачиваясь от стаканов, запущенных в него умелой рукой босса; Рехей экстремально звал всех на тренировку; Гокудера опять кричал на Ямамото, а Бел и Фран наблюдали за этим хаосом, иногда вставляя колкие замечания, тем самым подливая масла в огонь. И только Тсуна, Хибари, Леви и Луссурия спокойно сидели на кухне и завтракали, когда в особняке, перекрывая весь шум, раздался звук гонга, извещающий всех о новоприбывших гостях. Немного послушав, Солнце Варии со вздохом пошел открывать входные двери, через некоторое время вернувшись в сопровождении Реборна. - Хаос! – поздоровался со всеми аркобалено, цепким взглядом осматривая Саваду, - Смотрю, тебя нельзя оставлять ни на минуту. Хреновые хранители у тебя, однако. Я разочарован. - А то с тобой мне меньше достается, - недовольно буркнул Тсуна. - Ладно, я еще ими займусь, а пока принимай подарок, - с этими словами Реборн протянул Десятому объемный сверток. Наследник Вонголы развернул подарок и довольно улыбнулся. - Спасибо дядя, я уж думал, помру тут от скуки, - поблагодарил он, рассматривая альбом и краски. - И еще, я хочу представить тебе твоих новых хранителей. Заходите, - с этими словами киллер повернулся к двери, в которую вошли невысокий кучерявый парнишка лет шестнадцати, одетый в белую рубашку с черными пятнами и джинсы цвета индиго. На ногах у него были обычные белые кроссовки, а в руках он держал спортивную сумку. – Это Ламбо Бовини – гроза, а это хранитель тумана… - Рокудо Мукуро, - фыркнул Тсуна, глядя на второго вошедшего со знакомой ананасоподобной прической. - Ку-фу-фу, Тсунаеши-кун, как я рад тебя видеть! – Мукуро подлетел к Десятому и крепко прижал его к своей груди, - Я счастлив, что ты будешь моим боссом. Давай отметим это дело в постели. Услышав подобное предложение, Хибари резко поднялся со стула, намереваясь забить до смерти синеволосого ананаса, но Реборн остановил его за плечо, с улыбкой кивая на Саваду. Юноша, оказавшийся прижатым к кухонному столу сильным телом Рокудо, нащупал рукой сковородку, мирно стоящую на нем и, ухватившись за ручку, отвесил чувствительный удар по голове туманника. - Убью, маньяк-извращенец, - коротко бросил он, ловко вывернувшись из цепких рук опешившего хранителя. - Оя-оя, Тсунаеши-кун, ты такой жестокий, - захныкал Туман, потирая голову. - Сам виноват, - ответил Тсуна и, подхватив свой подарок, гордо вышел из кухни, - Я рисовать. В обед все, кто был в особняке отправились в столовую. Занзас сидел во главе стола и своими красными глазами недовольно смотрел на входящих варийцев и хранителей Вонголы. И те, и другие еле ползли, так как тренировки, которые им устроил Реборн, вымотали всех. Аркобалено распределил Варию и Вонголу по парам и отправил их на площадки, где они дрались друг с другом, при том он сам периодически присоединялся то к одним, то к другим, заставляя противников переходить за все грани возможного. В итоге, сейчас Занзас видел перед собой еле шевелящиеся тушки. Еще раз оглядев еле живой мусор перед собой, Вариец спросил: - Где Вонгольский мусор? Хранители недоуменно осмотрелись вокруг себя, Тсуны не было. Еще раз внимательно пересчитав всех буквально по головам, Ямамото сказал: - Странно, Хибари тоже нет. - Я лично пристрелю обоих, - сердито молвил Реборн, - Надо их срочно найти. Мало ли куда они вляпаться могли. - Ши-ши-ши, неужели ты думаешь, что с ними может что-то случиться на территории Варии? – хихикнул Бел. - Ты Экстремально не знаешь Саваду, - крикнул Рехей, выбегая из столовой. В течение получаса был обыскан весь особняк и прилегающие к нему окрестности, но не Десятый Вонголы, ни его Хранитель Облака так и не были найдены. Занзас и Реборн, оба злые, с пистолетами наперевес, орали на участников поиска, которые, по их мнению, были ни на что не годными. В конце концов, боссу Варии пришла гениальная идея, выйдя в холл он заорал так, что в особняке задрожали окна: - Бестер!!! - а когда лигр прибежал на зов, приказал: - Найди мелкий мусор! Зверь оглядел присутствующих умными глазами и, насмешливо фыркнув, неспешно вышел в сад. Лигр уверенно шествовал по дорожкам, направляясь в глубину сада, а Занзас и Реборн шли за ним, недоуменно переглядываясь, ведь сад уже был обыскан. Каково же было их удивление, когда они, пробравшись вслед за большой кошкой, ловко проскользнувшей между развесистых ветвей кустов, оказались на небольшой полянке, на которой мирно спали пропавшие, окруженные альбомными листами с рисунками. - Черт, как же я не догадался, - сокрушенно покачал головой Реборн, - Сам же ему альбом и краски привез. - Чертов мусор, думать лучше надо. Хотя, без Бестера мы бы их еще сто лет искали, - буркнул Занзас, подбирая и рассматривая рисунки. «А у мусора прям талант» - подумал он. Белый лигр неспешно подошел к спящим и начал их будить, тыкаясь носом в лица и ласково пофыркивая. Тсуна и Кёя медленно открыли глаза и с недоумением посмотрели на двух, кипящих словно чайники, мужчин. Хибари хмыкнул, поднимаясь на ноги и помогая подняться любимому. - Что-то случилось? – спросил, потягиваясь, Савада. - Да, блять, случилось! Пропал некий мусорный босс и его хранитель! – рыкнул Занзас, чем заслужил немой укор от собственного питомца. - Я же предупредил, что пойду рисовать, - пожал плечами Тсуна. - Кто же знал, что тебя занесет в такую глушь, - буркнул Реборн, - Ладно, пойдемте назад, а то обед уже остыл. Столовая встретила Тсуну и Хибари возмущенными воплями и вздохами облегчения. За обедом Реборн объявил, что через два дня все они должны будут присутствовать на банкете Девятого Вонголы, устроенного в честь основания семьи, на котором Тсуну представят как наследника. Особую радость эта новость у Савады не вызвала, но ему пришлось смириться и просто плыть по течению, оставив все вопросы на будущее. Поздним вечером, когда все усталые и сонные разошлись по своим спальням, Тсуна и Хибари уединились на балконе. Теплый ветерок теребил их волосы, донося ароматы цветов и свежей, нагретой за день, травы. Тишина успокаивала, и любовники наслаждались обществом друг друга. Стоя в обнимку у широких перил, они любовались видом темного неба, на котором невидимой рукой были рассыпаны миллиарды звезд. Внезапно тишину разорвал дикий крик Занзаса: - Мелкий мусор, ты когда успел мою спальню изрисовать?! - Я ему грот на белой стене нарисовал, - ответил на недоуменный взгляд своего любимого Тсуна. - Видимо, ему не понравилось, - усмехнулся Хибари, вовлекая любимого в долгий, чувственный поцелуй.