Камикадзе

[Найден подходящих объект для заказа aD8113. Изъять для подготовки.]       Пять лет назад дом одной совершенно нормальной среднестатистической семьи, с маленьким ребенком и домашним насилием, посетили странные люди.        — Хороший мальчик, — скупо похвалил его один из безликих. И предложил уставшей матери: — Отдайте его нам, а мы вам заплатим. Не беспокойтесь, если он вам понадобиться мы вернём его по первому требованию. Мы сможем позаботиться о нем.       И ни капли сомнений в собственных словах. Хотя… Они оправдались, ну и как выяснилось за этот срок та мать окончательно охладела и к своему отпрыску, и к довольно много зарабатывающему мужу, не отказывающемуся от вольностей в общении. Руки у него всегда чесались доказать свою исключительность и власть. Впрочем, небезуспешно…       Тем временем, ребёнка готовили. Беспощадно ломали характер и даже тело. Мальчишке пришлось пережить несколько операций на правый глаз. [Обнаружено опасное заражение глаза. Есть опасность полностью потерять зрение. Решение: замена глаза объекта.]       Они поступили банально… чтобы глаз точно прижился его изъяли у двоюродной сестры мальчика, его ровесницы. Только изъятие было роковым решением для девочки. Она стала калекой, а через неделю её нашли мертвой в ванной.       Почему-то именно эта пересадка оставила на мальчике неизгладимый след, заметный даже его мучителям.       Неожиданное смирение проявлялось в беспрекословном выполнении всех отданных мальчишке распоряжений. Безграничное послушание. Напрягало лишь лёгкое выражение затравленности в глазах и чего-то ещё, но конкретно назвать это второе чувство почему-то не удавалось, а взрослые справедливо рассудили, что так и должно быть. Именно на страхе создается первоклассная заготовка для высокопоставленной марионетки.       Ей и должен был стать в недалёком будущем мальчишка. Эта пока бесполезная мелочь, шла как заказ подполья для очередного внедрения своего человека в верхушку государства. А для этого… Нужна была подготовка. Рукопашные бои, стрельба, политика, экономика, риторика и искусство манипулирования — всё это вывалилось на семилетку. Много непонятного, но права отказаться, разумеется не было. А ещё для выживания нужно было быть одним из первых. И никак иначе.       Он был не единственным из подобных проектов, но отбирали единиц. Только тех, кто безоговорочно будет подчиняться. Об этом мальчишка знал уже в восемь. К девяти годам он с помощью манипулирования уменьшил количество конкурентов вдвое, причина их самоубийств так и не была выявлена. Ещё троих пришлось убрать, но уже его «хозяевам» из-за внезапного помешательства.       В десять лет мальчик освободился из уютной тюрьмы, в которой он прожил семь лет своей недолгой жизни. От прошлого его теперь отделяла куча трупов и несколько сжавшихся к углам сумасшедших. Они в своем безумии повторяли одно:        — Не подходи! Монстр… Д-… Дьявол!       Через месяц выживших не было совсем, как среди учёных, так и подопытных — у кого-то не выдержало сердца, кто-то отказался от еды, питья…       Мальчишка же направился туда, где по его сведениям находился дом некого Дазая Осаму.       Пора было перестать быть объектом. Жизнь только начинается?

***

       Спустя несколько лет «Дазай Осаму» сидел на кресле в кабинете у подпольного врача и качал ногами, безучастно слушая доктора.        — Прекрати! Ты ведёшь себя как робот! Ты... — равнодушный темно-карий глаз пошевелился в глазнице, поднимая непроглядно чёрный зрачок, прерывая чужие слова. — Ты всё ещё живой! Так живи!       Бледные, лишенные крови губы дрогнули, выдавая попытку мальчишки сменить выражение лица с равнодушного на другое. Провальную попытку.       Доктор продолжал сходить с ума, пока бывший эксперимент молчал, не видя смысла в словах или оправданиях. Это был первый случай на его практике, когда ему попадался такой клиент, но от этого становилось не легче.       — Жизнь так скучна, стоит ли жить, Доктор?       Мори Огай почувствовал новый приступ боли в висках, предчувствуя свои грядущие мучения в ближайшие годы — раньше этот клиент просто не покинет его больницу.       Темная бездна продолжала смотреть за тем, как он смиряется с реальностью, принимая одно из самых важных решений в своей жизни, пока под кристально белой новой повязкой пульсировал подобно сердцу чужой глаз.       Мори казалось, что это была проклятая метка Дьявола.       Дазай так не думал — ему просто было на всё плевать.