Языковые сложности

Если честно, все это тянулось со времен младшей школы. Друзья Флэша явно считали, что круто удивят Томпсона, если выучат пару словечек на его родном языке. Проблема заключалась исключительно в том, что никто из этих придурков даже не соизволил поинтересоваться происхождением своего друга. Недопонимание в чисто своем виде. Мальчишки учили хинди, когда следовало учить испанский. И видит Бог, за все свое детство Томпсон наслушался достаточно индусских словечек для того, чтобы точно понимать, когда и на каком чертовом наречии люди обращаются к нему. Черт, неужели так трудно понять, он гватемалец! В общем и целом, к подростковому возрасту все ясно уяснили, что при Флэше Томпсоне не стоит упоминать двух вещей: взаимоотношения с родителями (потому что эта тема его расстраивала) и индусскую культуру (ибо она его просто бесила). * Паркер не стремилась помочь, она уже минут, как пятнадцать, усердно записывала что-то в тетради, изредко поглядывала на то, как ее напарник (Флэш) смешивает реактивы и… не вмешивалась. Словно это была не парная лабораторная работа, а просто индивидуальное задание Томпсона. Издевки касательно стажировки у Старка прекратили иметь силу и хоть какое-то воздействие на Петру уже минут пять, так что… да, приходилось смешивать реактивы для получения «Серебрянного зеркала» самому. Девчонка сделала очередную пометку в своей тетради (это что там? Рисунки с паутиной и всякие химические реакции рядом с... что за чертовщина?), снова перевела взгляд на напарника и устало выдала: — Слушай, йаар*, ты смешал неправильно уже три реактива, реакция так не пойдет. Честно, у Флэша уходит полминуты на осознание и еще полминуты на удивление на пополам с гневом. Содержимое колбочек отправляется в раковину. — Но**, Паркер, — зло шипит парень и поддвигает лоток с реактивами в сторону одноклассницы, которая наконец прекратила что-то сосредоточенно записывать в тетради. — Мой родной язык испанский! И я гватемалец! Не индус! Никакого гребанного хинди в моем присутствии! В этот момент, Томпсон готов отдать заучке Петре должное, она не теряется на секунду, ловко достает новые реактивы, смешивает, нагревает колбочку, в пару секунд добивается нужной реакции, при этом не обращая на его гневную тираду ни малейшего внимания: — Окей, амиго***, — весело произносит она. — Но это не отменяет того, что если бы ты добавил еще один реактив в ту колбу, она бы точно взорвалась. Веселый смешок абсолютно непроизвольно срывается с губ Флэша. Но это точно не из-за Паркер, и уж точно не из-за ее глупой улыбки в ответ, и совсем не из-за чертового «амиго».