Your bottomless eyes

С признания прошло довольно много времени. Нетерпеливая Москва со своим ритмом жизни сменилась на тихую Японию. Хасецу в зимнее время года находилась в тишине, особенно в умиротворении. Скоро начнётся новый сезон и Виктор твёрдо решил, что будет выступать. Только он не был уверен, что сможет откатать идеальную программу, всё же прошло слишком много времени с его деятельности. — Ты спишь? — довольно сладкий голос обдал ухо. Шевеление под одеялом, которое обхватывало талию фигуриста, заставляя его кожу стать гусиной. Голубые глаза неохотно предстали этому миру, ещё белая пелена несколько секунд остывала ото сна. — Ммм… Юри, надеюсь, что ты меня разбудил за чем-то важным… — сонный с хрипцой голос, отвечал на слова. — С днём рождения, Витя. — краткий поцелуй коснулся ушка, а после голос стал отдаляться. — Я подумал, что нам нужно пораньше встать и посетить одно место. Виктор явно забыл о том, что сегодня его день. Распахнув глаза и глянув на брюнета, который сидел и всё также выжидал. Улыбка. Улыбка, такая тёплая, появилась на лице, заставляя брюнета чуть ли не терять сознание. — Спасибо, Юри… — тихо ответил парень, крепко обнимая своего партнёра. — Так странно, что я забыл об этом дне. Хоть и с детства безумно ждал. — Всё хорошо, мой Виктор. — пальчики зарылись в платиновых волосах, медленно делая массаж. Казалось, что этот момент может стать вечностью для них двоих. *** — Маккачин, фу! — настойчиво отругал Витя своего питомца, который так и старался своим бегом сбить парня. Ещё несколько дней назад у Юри был план по освобождению дома от Виктора. Нужно было вывести фигуриста куда-то на несколько часов и, наверное не очень идеей, оказался храм на другом конце города. Пушистые хлопья снега падали на одежду, оставляя за собой красиво-призрачный цвет. Голубые глаза заинтересованно осматривали древнее строение, пока коричневое пятнышко носилось от радости прогулки. — Красиво, правда? — Да. Но эта красота не сравнится с тобой, мой милый Юри. Виктор был серьёзен. Хоть иногда он любил шутить, но когда чувства касались его близкого человека, то серьёзность никогда не покидала его. Обхватив руки своими руками и посмотрев в карие глаза, Виктор слегка наклонился для поцелуя. Холодные губы коснулись тёплых, но было такое, что они горели. Безумно стало жарко рядом с Кацуки. Всё же теперь были серьёзные причины, чтобы жить.