all about titans

      Через белые тонкие шторы свет уже лился рекой, несмотря на столь ранний час. Донна всегда любила спать подольше. Гарт же вставал с первыми лучами солнца. -Эй, соня, ты так весь день проспишь -А что в этом плохого? — сонно буркнула Донна -Нет уж, вставай, — Гарт одним движением сорвал с неё одеяло. -ГАРТ! Ащ, ну какого чёрта, — простонала она, закрывая лицо подушкой.       Эта картина была настолько обыденной и горячо любимой Гартом, что он невольно заулыбался. Они были с Донной такими разными, но что-то тянуло их быть вместе. Хотя нет, не просто «что-то». Их тянуло к друг другу потому, что они любили друг друга.       Гарт тихонько, буквально на цыпочках, подошёл к Донне, и, одной рукой убрав от её лица подушку, нежно поцеловал. Её губы настолько мягкие и сладкие, словно тот самый зефир, который обожает амазонка. Ему стоило чуть ли физическим усилий прервать этот поцелуй, ведь воздуха в лёгких начало не хватать, хотя он был бы не против умереть именно так. -Да уж, ты точно знаешь способы, как меня разбудить, — она улыбнулась своей широкой, блаженной улыбке. Настолько прекрасной, что у Гарта прошлись мурашки по коже. Чёрт, как же он её любит. -Знаешь, я ведь сейчас могу просто встать, мы оденемся, позавтракаем, пойдём на это супер-мега-важное собрание Титанов, — как бы невзначай говорила Чудо-девочка, — или же ты можешь вернуться ко мне в постель и мы проваляемся так веееесь день -Дик сказал, что это дейсвительно важное собрание, Дон-Дон, — пытался возразить Гарт, но уже знал, что это никак на неё не подействует -К чёрту Дика, — Донна вытянула руку в направление Гарта, — ну же, иди ко мне, мой Аква-жеребец, — в его голосе слышались нотки игривости, и Гарт понял — ему от неё теперь просто так не отделаться. -Да, к чёрту Дика, — с ухмылкой сказал он, и плюхнулся рядом с ней. Они просто лежали и целовались — они любили так играть, будто бы дразня друг друга. -Знаешь, Гарт, я так счастлива сейчас -Проснись, Донна -Что?       Донна открыла глаза. Перед ней была одна лишь темнота — ночь, а за окном шумела гроза и молния. Единственным источником света была открытая дверь. Возле неё сидел какой-то силуэт. -Ну же, Донна, просыпайся… -Доун? Что… Что произошло? -У тебя снова началась истерика во сне, Ди, — она на мгновение замолчала, — ты снова и снова говорила имя Гарта. Опять       Нет, это не было сном. Только не опять. Это был он, Гарт, всё ещё живой, всё ещё рядом с ней. Болезненные воспоминания снова полезли в голову — его смерть на её руках, похороны, многочисленные запои для забвения, все эти походы в клуб поддержки для тех, кто потерял близких и клуба анонимных алкоголиков, куда её записала Доун. «Я проходила через это, Ди, поверь. Тебе станет легче». Но легче не становилось. Стоило лишь ей только закрыть глаза, она видела его. Она возненавидела сон, и поэтому начала пить столько кофе, что это стало вредно для здоровья. Она скучала по нему. Безумно сильно. Она могла просто часами сидеть на его могиле, просто рассказывая, что с ней произошло за день, или же просто горько плача.       Со временем ей станет лучше. Ну как же без этого. Но сейчас ей плохо. Она страдает. И больше всего на свете она хочет туда, она просто хочет к нему. Любой ценой.