Многоходовочка

      Тёмный парк отнюдь не самое радужное место и всё же не для меня. Я достаю из кармана толстовки телефон и на засветившемся экране смотрю время. Час ночи. Этот день обещает быть удачным, судя по моему гороскопу. На аллее ни единой души и только одинокий фонарь освещает безлюдную местность. А может и не такую безлюдную.       Слышу одинокий цокот каблуков, а переведя взгляд замечаю, спешно идущую девушку. Возможно засиделась у подруги, или задержалась на работе, где ублажала своего начальника. Всякое может быть и этого мне знать не дано. Абсолютно точно, я знаю лишь одну единственную истину. Все женщины суки. Надменные, тупые, раздражающие шкуры с завышенной самооценкой, которые вечно что-то требуют и когда это получают, то с готовностью раздвигают ноги.       Так зачем мне проходить весь этот долгий процесс ухаживаний?       Девушка миновала светлую область под фонарём и я вышел из укрытия. Не хватало ещё, чтобы она смогла запомнить моё лицо. Цокот каблуков участился. Почувствовала неладное? Поэтому заторопилась? Что же не зря спешит.       Я ускоряю шаг и очень быстро нагоняю её. Она пытается закричать, но я успеваю зажать ей рот рукой и начинаю тащить её к ближайшим кустам. Ладонью чувствую горячие капли. Слёзы? Какое разочарование, обычно мои жертвы более стойкие. Вероятнее всего, после этой ночи, она не сможет этого пережить. Плевать. Каждый день кто-то умирает. Одной смертью больше, одной меньше. Никто и не заметит.       Пытаюсь повалить её на землю, в то время как она не перестаёт кричать.       — Пожалуйста! Не надо! Пожалуйста! Помогите!       Кричи-кричи, до конца парка ещё около трёх километров, а затем магистраль. Тебя всё равно никто не услышит. Бросаюсь на неё, задирая юбку. Она рыдает, но её попытки сопротивления стали совсем уж вялыми. Оно и к лучшему.       Я уже было хотел расстегнуть ширинку джинс, как меня с силой оттащили за шиворот. Что?       — Беги, — произнёс низкий голос над моей головой.       Девушка сначала зависла, а после подорвалась с места и ломанулась со всех ног. Туфли оставила. Ну да, на таких каблуках быстро не побегаешь.       Пытаюсь вырваться, но хватка у мужика крепкая. Что он собирается делать? Потащит в участок или тупо изобьёт? Тяжело вздыхаю. Допрыгался.       Чувствую, как под мою толстовку забралась его рука и прошлась вверх по моему животу. Что он пытается сделать? Ограбить? Но почему не проверяет карманы? Всё встало на свои места, когда он добрался до моего соска и начал массировать и щипать его. Меня будто парализовало.       — Ты чё творишь?!       — Тебе ли не знать? — насмешливо спросил он, грубо швырнув на ближайшую лавку, о которую я не сильно ударился головой.       В глазах на миг потемнело, несмотря на то, что на улице и так, ни черта, не было светло. Мужик наваливается сверху, придавливая меня грудью в спинке скамейки.       — Малёк попутал! На фига девушку опустил, если невтерпёж? Я мог бы ей и поделиться! Не жадный!       Он хмыкнул и склонился к моему уху:       — Видишь ли, меня девушки не интересуют. У меня другой прикол, — он сделал паузу, для пущего эффекта, — Неимоверно возбуждают насильники. Я за тобой уже пару недель слежу, да всё не появлялось удачного момента.       Мужик рванул мои джинсы и пуговица отлетела в сторону, а они сами сползли вниз, оголяя мои ягодицы. По телу пробежали мурашки. Я до конца не понял, появились ли они из-за холода или из-за осознания того факта, что меня сейчас нагнут раком и отымеют, как девку.       Снова пытаюсь вырваться, без криков, конечно же, ведь их всё равно никто не услышит. Ему это явно не понравилось. Чтобы я не брыкался, он задрал мою толстовку, почти снимая, и я просто напросто запутался в ней. Потом перекинул меня через скамейку, из-за чего я теперь находился вверх тормашками.       Мне до сих пор кажется, что я сплю. Этого не может быть! Это нереально! Я похоже просто уснул в засаде! Но скользкие пальцы в моём анусе указывают на обратное. Третий палец заставил меня скулить от боли. Я облегчённо выдохнул, когда он и вовсе убрал их. На долю секунды мне показалось, что всё закончилось, но я знал, что это не так. Сейчас будет самое главное.       Мой истошный крик приглушила моя же толстовка. Мне показалось, что в меня засунули раскалённую кочергу, которая достаёт до самого желудка. Не дав мне опомнится и не щадя мой зад, мужик начал быстрые рваные движения. Каждый толчок отдавался болью по всему телу. Из-за первого громкого крика, я сорвал голос и теперь могу только хрипеть.       Очень скоро я перестал чувствовать нижнюю часть своего тела. В голове что-то перещёлкнуло и мне стало всё равно. Время словно перестало существовать. Был лишь я и боль. Именно из-за этого, я и не знал, как долго это продолжалось.       А потом всё прекратилось. Он с пошлым хлюпаньем покинул моё тело, блаженно выдыхая. На меня натянули штаны и поправили толстовку, а после перевернули на лавку таким образом, что я лежал на ней животом. Анус пульсировал, всё будто горело огнём.       Мужик присел на корточки возле моего лица.       — Знаешь почему я выбираю парней? Они в отличие от девушек никогда не обратятся в полицию. А насилуя насильников, — он усмехнулся, — Я буду точно знать, что они перестанут таковыми являться, когда почувствуют всё на своей шкуре.       После чего он поднялся и одёрнув куртку пошёл к выходу из парка. В моей голове больше не было никаких мыслей. Я просто устал. А он оказался прав.