Вернись в Сорренто

Гарри заподозрил неладное, как только большая золотистая сова постучалась в кабинет Северуса. Он как раз был там, доставая и привычно отвлекая Северуса от работы, а тот усиленно делал вид, что пытается выставить его вон. Настойчивый стук привлёк их внимание. — Я знаю эту сову! — обрадовался Гарри, распахивая окно. — Привет, Флоренция. Он протянул руку, но птица, равнодушно ухнув, грациозно приземлилась на стол Северуса. — Не смей гадить на мои записи. — Северус бережно отвязал от её лапки письмо. — Гарри, будь добр, принеси печенья из кухни. Наша гостья выглядит довольно грозно. Гарри ушёл за печеньем, ворча себе под нос. Он знал, что лучше не злить Северуса и давно вырос из того возраста, когда читают чужую почту. Но появление Флоренции в кабинете его любовника не могло не внушать беспокойства. Потому что, Мерлина ради, Гарри решительно не понимал, что могло понадобиться Каллисто Ферре от Северуса Снейпа. *** — Чего он хочет? — как бы невзначай спросил Гарри, почёсывая сову между ушей. — Думаешь, мне стоит выпустить Юпитера, пока ты пишешь ответ? — Нет, это быстро. — Северус выглядел слегка удивленным. — Твой дружок просит меня о помощи с научным экспериментом. Если я соглашусь, он навестит нас на днях. — А ты согласишься? — Не вижу причин отказываться, даже не узнав, в чем суть его исследований, — предсказуемо ответил Северус и быстро набросал ответ на обратной стороне письма. — Вот так, девочка. Отнеси своему хозяину. — Странно, что он написал тебе, а не мне, — буркнул Гарри. Северус скупо улыбнулся и одарил его фирменным взглядом «я-вижу-тебя-насквозь-Поттер». — Только не говори, что ревнуешь. С какой стати ему писать тебе, если ты ничего не смыслишь в зельях? — Разумеется, нет. Я ещё в своём уме, — оскорбился Гарри. — Тогда убери это недовольное лицо и сделай нам кофе, раз тебе всё равно нечем заняться. Всё встанет на свои места, когда друг приедет, подумал Гарри. Кроме того, они не виделись тысячу лет. Он успел соскучиться. *** Каллисто появился на пороге их дома следующим вечером. Гарри ломал голову над очередной статьей для «Мерлина», а Северус шинковал свои корешки, когда их вновь отвлёк стук — теперь уже в дверь. — Гарри, mio caro*! Как я рад тебя видеть! Гарри был задушен в крепких объятиях прежде, чем успел ответить. От Каллисто пахло дорогим одеколоном и сигаретами, а сам он выглядел так же неотразимо, как и всегда. Голубые глаза сияли теплом, и Гарри расплылся в ответной улыбке. — У вас здесь уютно. Чего-то подобного я и ожидал от жилища Поттера и Снейпа. — Каллисто заинтересованно оглядывался. Гарри и забыл, что ещё не приглашал друга в их новый дом. — Сколько мы не виделись? Года два? — Если не больше... Мог бы и навестить старого друга, — обиженно протянул Каллисто, пихая его в бок. Гарри виновато улыбнулся: — Прости. В последнее время дьявольская куча работы. — Разве твой блог отнимает много времени? — Ну, я ещё пишу статьи для журналов, — пожал плечами Гарри. — После того как магическая общественность хлынула в интернет, от заказов нет отбоя. Я у них кто-то вроде первооткрывателя. — Кажется, быть знаменитым — это твоя судьба, Гарри, — рассмеялся Каллисто. — Я жажду подробностей. У вас тут водится кофе? — Сейчас сделаю. Располагайся. — Гарри проводил его в гостиную и усадил на диван. — Северус скоро освободится. Когда он вернулся, неся в руках внушительный поднос с кофейником, сахарницей и тремя чашками, Северус уже сидел на диване, расслабленно закинув ногу на ногу. Они с Каллисто о чём-то негромко переговаривались, но отвлеклись и замолчали при появлении Гарри. — Секретничаете? — Гарри чувствовал себя не в своей тарелке. Он громыхнул подносом, пожалуй, чуть сильнее, чем следовало. Волшебный кофейник фыркнул и прицельно плюнул в него кофе. — Синьор Ферра рассказывал мне о своих исследованиях, — сказал Северус. — Он участвует в новом государственном проекте, соревнуясь за внушительный грант. — Круто! — восхитился Гарри. — А что за проект? — Магическое сообщество Соединенных Штатов объявило международный конкурс на лучшее изобретение в области зельеварения. Победитель получит сто тысяч галлеонов и контракт на государственные заказы сроком на три года. Для меня это так же шанс наконец стать Мастером Зелий. Рот Гарри непроизвольно приоткрылся. Насколько он знал из редких встреч и регулярной переписки, дела Каллисто шли в гору. Лаборатория, приобретённая на деньги с продажи ресторана, окупилась довольно быстро и пользовалась спросом не только в Италии, но и за рубежом. Заказов хватало, однако непрекращающаяся война с Гильдией мешала добиваться патентов. Гилберт, всё ещё обладающий большим влиянием, регулярно вставлял палки в колёса. Получить степень Мастера при таком положении было практически невозможно, но Каллисто не оставлял попыток. — Звучит очень здорово, — искренне сказал Гарри. — Ты ни за что не должен упускать такую возможность! Но Штаты — не ближний свет. Если победишь, придётся уехать из Италии. Гарри мысленно вернулся в прошлое, наполненное приключениями и открытиями. Он помнил Америку так ясно, словно побывал там только вчера. Гарри посетил всего несколько городов, но испытанный им восторг не утихал ещё долго. Мало что во время долгих странствий впечатлило его сильнее. Он улыбнулся воспоминаниям. — Я стараюсь не загадывать так далеко, — хмыкнул Каллисто. — Ты даже не представляешь, сколько волшебников претендует на этот грант. Чудо, что мне вообще удалось попасть в число конкурсантов! Но я буду не я, если не попробую. Гарри перехватил задумчивый взгляд Северуса, и внутри ощутимо кольнуло. Он знал своего любовника слишком хорошо; за эти несколько лет успел изучить его так, как никогда и не мечтал прежде. Гениальный зельевар, почти отошедший от дел, он отказался даже восстанавливать свой бизнес и подпорченную Гильдией (а позже и некоторыми другими факторами) репутацию. Это был один из самых сложных периодов их возобновлённых отношений; они орали друг на друга до хрипоты и едва не разбежались снова. Гарри не понимал Северуса, не понимал его стремления загубить свой талант и перебиваться мелкими заказами для домашней лаборатории. Но за прошедшие годы он вырос, выросло и его отношение к любви, и в конце концов Гарри принял выбор Северуса. Впрочем, это не отменяло того факта, что Северус был невыносимым, совершенно несносным упрямцем. Каллисто продолжал рассуждать о шансах и перспективах, пока Гарри и Северус вели молчаливую борьбу. Гарри постарался взглядом убедить любовника хотя бы подумать об участии в проекте, зная, что тот без труда прочтёт эмоции у него на лице. Северус фыркнул и слегка покачал головой. Гарри нахмурился. «Мы ещё обсудим это», — мысленно пообещал он, вырвав у Северуса тихий смешок. — Эй, да вы меня вообще не слушаете! — Каллисто переводил взгляд с одного на другого, лучась весельем. — Я уж думал, спустя столько лет вы будете меньше походить на парочку сумасшедших молодожёнов. Гарри до сих пор смущался, когда кто-то из друзей заговаривал об их отношениях, хотя и понимал, что это глупо. Они с Северусом будто поменялись местами — тот стал реагировать на удивление спокойно, только невозмутимо ухмылялся. Гарри попытался перевести тему: — А как у вас с Марком? Давненько не было от него вестей. Увидев помрачневшее лицо друга, Гарри едва удержался, чтобы не закатить глаза. Каллисто воинственно скрестил на груди руки: — Никак. Между нами всё кончено. — Как и в предыдущие двадцать раз? — уточнил Гарри. Эти двое представляли собой адскую смесь, готовую взорваться в любую секунду. Они сходились и расходились так часто, что Гарри сбился со счёту. Первая бурная ссора случилась, когда Марк узнал о магии. Это вышло случайно: вечно гастролирующий режиссёр решил сделать любовнику сюрприз и неожиданно заявился в разгар алхимического эксперимента, обнаружив в доме Каллисто замаскированную лабораторию. Осознав, что его водили за нос, Марк вылил свой гнев не только на Каллисто, но и на Гарри до кучи — впрочем, с последним помирился почти сразу. «Это идиотизм, — жаловался друг, изливая Гарри душу по каминной сети. — Будто бы я виноват в том, что он родился магглом! Уверен, его просто бесит, что мне в чём-то повезло больше!» Гарри метался между двух огней. Впрочем, Марк остыл спустя несколько дней и ещё неделю выпрашивал прощение, заваливая Каллисто звонками и подарками. «Вздумал меня купить!» — бесился тот, обзывая любовника «эгоистичным болваном» и «богатеньким засранцем», но Гарри понимал, что это несерьёзно. Следующий месяц после примирения Марк всячески погружался в магический мир — настолько, насколько мог, и в конце концов загорелся идеей снять фильм о волшебниках. Тогда они поругались так, что у Каллисто случился всплеск стихийной магии. Только это и убедило Марка отказаться от опасной затеи. Потом были бесконечные ссоры на почве ревности, когда объявлялся очередной бывший Каллисто, или коллеги приглашали на ужин, или Марка осаждали особенно настойчивые поклонники. Оба привыкли купаться во внимании окружающих, будучи при этом собственниками до мозга костей. Гарри перестал вникать после четвёртого разрыва. Рон, однажды видевший их вместе во время семейного отпуска в Италии, только обречённо качал головой. «Не думал, что чьи-то отношения смогут шокировать меня больше, чем ваши со Снейпом, — сказал он. — Эти двое однозначно стоят друг друга». — Нет, сейчас всё гораздо серьёзней, — грустно произнёс Каллисто и долил себе кофе, машинально погладив кофейник по фарфоровому боку. Тот довольно заурчал. — Не хочу говорить об этом. — Да, мы вроде обсуждали вашу просьбу о помощи, — недовольно вставил Северус. — Давайте к делу. Когда я вернусь к работе, вы сможете чесать языками сколько влезет. — Отрадно видеть, что вы не меняетесь, мистер Снейп. — Каллисто отсалютовал ему чашкой. — Я пришёл, потому что в некотором смысле продолжаю ваше дело. Если помните, я вдохновлялся вашим зельем с тех пор, как ощутил на себе его воздействие. Оно оказалось действительно эффективным. — Благодарите свою удачу, — самодовольно фыркнул Северус. — Учитывая предысторию наших отношений, я мог и отравить вас. — Нет, ведь зелье предназначалось Гарри, — парировал Каллисто с улыбкой, и оба одновременно повернулись к нему. Гарри почувствовал, что разговор принимает опасный оборот, и неловко взъерошил отросшую чёлку. — Кто будет чай с лимоном? — бодро спросил он. Северус и Каллисто синхронно скривились, и напряжение рассеялось. — Упаси Мерлин. Так что, вы взяли моё зелье за основу экспериментов? — Всего лишь идею, мистер Снейп. Помнится, вы дали мне добро. Сейчас я уже три года работаю с человеческой психикой. Собираю информацию из всех доступных источников. Даже консультировался с маггловскими врачами, знаете — психиатры. Почерпнул много полезного. Результаты есть, но, как видите, — он развёл руками, — я всё ещё испытываю трудности с официальной стороной вопроса. — Могу себе представить. Вы здорово насолили Гилберту и его подпевалам. Они сдержанно улыбнулись друг другу, точно старые заговорщики. Эти воспоминания были более приятными. — Что именно из себя представляет ваша разработка? — Глаза Северуса горели живым интересом. Гарри не помнил, когда в последний раз видел у него подобный взгляд. — Я всё расскажу и покажу, мистер Снейп, как только получу ваше согласие, — ответил Каллисто. — Вы ведь понимаете, это был бы неоправданный риск с моей стороны. Северус кивнул. Он вовсе не выглядел разочарованным, скорее, довольным. «Слизерин, — восхищённо подумал Гарри. — Рыбак рыбака...» — Я бы справился и один, но времени чертовски мало, — вздохнул Каллисто, взмахом палочки вновь наполняя кофейник. — У меня всего месяц на то, чтобы представить работу комиссии. Ваша помощь пришлась бы очень кстати. — Ещё бы не пришлась. Но зачем это мне, по-вашему? Гарри тоже волновал этот вопрос. — Ой, да бросьте, Снейп, когда вы отказывались от интересной научной задачи? — весело ответил Каллисто. — Сами понимаете, я не могу обещать разделить награду — шансы на победу слишком ничтожны. Но зелье мы в любом случае создадим, и оно принесёт пользу — в этом проекте или без него. — Неплохо, Ферра. Но неубедительно. — Я и не думал, что будет легко, — пробормотал он. — Ладно, хорошо. Не представляю, чем я могу быть вам полезен, но готов оказать со своей стороны любую помощь, о которой вы попросите. Или исполнить другое ваше желание — в рамках разумного, конечно. Все необходимые магические клятвы мы принесём. Северус внимательно разглядывал Каллисто ещё несколько секунд, после чего грациозно поднялся и расправил несуществующие складки на рабочей мантии. — Я подумаю над вашим предложением. Ответ пришлю совой. — Спасибо, мистер Снейп. Буду ждать. После того как Северус скрылся в лаборатории, Гарри повернулся к Каллисто и открыл было рот, но друг с улыбкой приложил палец к его губам. — Тише, mio caro. Прежде чем ты выльешь на меня своё негодование, позволь сказать: мои намерения самые чистые. Я не плету интриги и не вляпался в неприятности. Твоему любимому Снейпу ничего не грозит. — Я вовсе так не думал. — Гарри захлестнула волна стыда. — Просто, знаешь... я слегка беспокоюсь. Нас всех... э-э... многое связывает. Каллисто оглушительно расхохотался: — И как ты при таком красноречии умудряешься быть звездой интернета? Ещё и книгу собирался писать. — О, заткнись. — Гарри закатил глаза. — Мы все тогда были идиотами. — Кто-то был, а кто-то остался. — Эй! — Гарри, тебе не нужно опекать Снейпа. И тем более, защищать его от меня. — Знаю. Извини. — Гарри вздохнул и вернулся к беспроигрышной теме. — Ну так что, расскажешь, в чём Марк провинился на этот раз? Страдальческое выражение на лице друга сделало его вечер. Это всегда работало. *** — Ты согласишься? Гарри приподнялся на локте, разглядывая Северуса сквозь ресницы. Он закончил статью часа два назад, успел отослать её редактору и выложить новый пост в блоге, а Северус всё ещё торчал в лаборатории. Гарри терпеливо дожидался его в спальне и сам не заметил, как задремал. Северус стоял перед зеркалом в халате, распахнутом на груди, с влажными после душа волосами. По изящной шее, рассечённой застарелым шрамом, стекали капли воды. Поймав в зеркале отражение Гарри, Северус смерил его горящим взглядом. Гарри почувствовал, как во рту скапливается слюна, и облизал губы. — Уверен, что хочешь обсудить это прямо сейчас? — бархатно произнёс Северус. От его голоса, тягучего словно мёд, Гарри возбудился так, что потемнело в глазах. — Уже нет, — выдохнул он, подаваясь вперёд. Будто в трансе притянул Северуса к себе за полы халата и начал покрывать жадными поцелуями плечи и грудь. Их глаза встретились, и Гарри вздрогнул от новой волны жгучего желания. Сколько бы ни прошло лет, он всегда реагировал на Северуса одинаково, совершенно теряя голову в его присутствии. Порой хватало случайного взгляда или прикосновения, чтобы Гарри вновь ощутил себя перевозбуждённым подростком, впервые познавшим чувственную страсть. Тогда, много лет назад, Северус стал у него первым. Теперь же они срослись настолько, что занимались любовью не только телами — природа этой связи была гораздо глубже любого физического контакта. Иногда Гарри, прикрывая глаза от наслаждения, видел поток энергий, циркулирующей между ними, впускал его в себя и щедро дарил Северусу всё, что у него было. Только Северус знал его так; знал каждую впадинку на теле и каждый рубец, не видимый глазу. Принимал его магию, как свою. Даже если они не выдержат пытки друг другом, даже если однажды чувства выжгут их изнутри, не оставив ничего живого — Гарри был уверен, что никогда и ни с кем больше не испытает подобного. Когда Северус нежно провёл по его щеке и сжал подбородок, сминая губы своими, Гарри едва не закричал. Он утянул любовника на кровать, наслаждаясь тёплой тяжестью. Северус целовал лицо, шею и плечи, издавая утробное рычание. Начал опускаться к животу, когда Гарри перевернулся и подмял его под себя. — Я хочу, — шепнул он Северусу в губы и сполз вниз, жёстко фиксируя напряженные бёдра. От осознания, что он сейчас возьмёт в рот этот прекрасный член, Гарри едва не закапал слюной всю постель. Северус был твёрдым и обжигающе горячим. Гарри нежно облизал головку, надавил языком на уздечку и со стоном обнял член губами. Северус вцепился в его волосы, направляя, невесомо лаская большими пальцами мочки ушей. — Гарри, — выдохнул он на грани слышимости, и Гарри зажмурился, насаживаясь глубже. Мерлин, он так сильно любил Северуса, что иногда удивлялся, почему его сердце до сих пор не остановилось. — Я скоро, — хрипло пробормотал Северус. — Хочешь так? — Для начала. — Гарри выпустил член изо рта и провёл носом по бедру, вдыхая родной запах, нежно прислонился щекой. — Слишком близко. — Тогда иди ко мне. Гарри с готовностью перевернулся и оседлал лицо Северуса, направляя каменный член ему в рот. Обычно он чувствовал себя слегка зажатым в этой позе, но сейчас возбуждение было слишком острым. Гарри вновь обхватил Северуса губами и сильно всосал, продолжая ласкать языком. Северус издал горловой стон и в свою очередь насадился ртом на член Гарри. Его горячий язык выделывал что-то невероятное, а пальцы проникли между ягодиц, поглаживая отверстие. Когда Северус резко вставил в него два пальца, Гарри кончил так сильно, что на мгновение потерял связь с реальностью. Ему пришлось выпустить член изо рта и уткнуться в тёплый живот, содрогаясь всем телом. Северус нежно облизал головку, подул на неё и отстранился, чмокнув напоследок в ягодицу. Чуткие ладони успокаивающе гладили его по спине. — Вау! — выдавил Гарри и перевалился через Северуса, устраиваясь в более удобной позе. Он сполз с кровати на колени, придвигая любовника ближе и возвращаясь к прерванному занятию. Потребовалось всего несколько сильных движений губами и рукой, чтобы Северус вздрогнул и выстрелил спермой ему в горло. Потом они лежали, сплетясь конечностями, и Гарри лениво выписывал узоры на худой груди. Он счастливо вздохнул и почувствовал, как в волосы чувственно зарылись пальцы. Северус обожал копаться в растрёпанной шевелюре Гарри, хотя не признался бы в этом даже под пытками. — Так что насчет конкурса? — Гарри вспомнил вопрос, волновавший его полчаса назад. — Ты согласишься? — Уже согласился, — ответил Северус. — Отправил Юпитера, как только закончил работу. — О. Я полагал, тебе нужно время подумать. — И я подумал. Что тебя беспокоит? За последние три года Северус изучил его даже лучше, чем Гарри бы того хотелось. Он чуть отодвинулся, чтобы заглянуть любовнику в лицо. — На самом деле я рад, — искренне сказал Гарри. — Каллисто — мой друг, и он заслуживает победы. Но... — Что «но»? — Ты заслуживаешь её больше. Северус вздохнул и рывком поднялся: — Я думал, мы закрыли эту тему. — Северус, не уходи! Я просто не понимаю... — И не поймёшь, Поттер. — Теперь он разозлился по-настоящему. — Так что будь любезен, просто избавь меня от своего бесценного непонимания. На кой чёрт мне вообще сдалась Северная Америка?! — Там здорово. — Гарри примирительно улыбнулся. Он подошёл к любовнику сзади и обнял со спины, крепко прижимая к себе. — Мы должны как-нибудь туда съездить. Северус подозрительно уставился на него. Он всё ещё выглядел раздражённым, и Гарри постарался успокоить его поцелуями. Почувствовав стремительно растущее напряжение в паху, Гарри с жалобным стоном потёрся о бёдра Северуса и умоляюще заглянул в глаза. — Ненасытное чудовище. — Тонкие губы тронула самодовольная улыбка, глаза опасно блеснули. — Тебе всегда мало, Поттер. Ты никогда не знаешь, когда нужно остановиться. Гарри помнил, что бывает, если разозлить Северуса перед сексом, и от предвкушения у него поджались пальцы на ногах. Всё, что не давало ему покоя, включая конкурс, перспективы и просьбу Каллисто, вдруг показалось совершенно неважным. В конце концов, они смогут разобраться с этим и позже. * mio caro — (ит.) мой дорогой