Сборник по Наруто

— Это все лишь идиотская привычка, болван, — Саске хотелось выплюнуть Наруто в лицо что-то в этом роде. — Ты выдумал бесполезное желание и попросту не можешь его отпустить! Да даже себе признаться не можешь, что следуешь ему только из дурацкого упрямства. За ним ничего не стоит, — Саске бы скривился и презрительно сощурил глаза, ему бы было приятно смотреть, как на лице Наруто проступают следы гнева. Он бы чувствовал, что прав. — Ты упёртый баран, признай уже наконец! Наруто бы покраснел, сжал кулаки и начал как всегда блажить о большом и светлом, но Саске бы знал, что ничего такого в помине нет. Нет никакой дружбы и желания спасать. Наруто просто упрямый кретин, который ушёл с головой в обещание данное не кому-то, а себе. Вернуть Саске. Просто вернуть. Ни почему, ни как, ни для чего. Просто сделать то, что хочется, чтобы самому перед собой не выглядеть жалким пустозвоном. «Я вижу тебя насквозь, Наруто, вижу то, чего не видишь даже ты сам!» Саске так долго носил и лелеял в себе эти слова, так долго представлял, как скажет их — холодно и высокомерно, чтобы между строчек сочился яд. Он верил в них, он знал, что все именно так. Зачем же ещё бежать за кем-то, кто упорно бежит от тебя, если не ради собственной гордыни. Слова копились и оттачивались до бритвенной остроты, чтобы, когда настанет момент, ранить больно и метко. Саске приберегал их на особый случай, не разменивая по мелочам. А потом Наруто его догнал. Они лежали истекая кровью, с выжатой до последней капли чакрой. И Наруто сказал: «Мне больно. Мне больно, когда больно тебе», смотря в прозрачное, совершенно неподходящее творящейся на земле разрухе небо. И в нем не было ни капли лжи или бравады. Он был измучен и открыт, он был так честен, как только может быть честен человек на грани смерти, и Саске понял, что все, что было для него истинной, в итоге оказалось ложью. Совсем как с Итачи. Все во что Саске верил и что знал, опять рухнуло, превратилось в осколки и пепел, потому что те слова, в которые он заставил себя поверить, были лишь его собственной мерзкой, низкой проекцией на Наруто. Наруто был гораздо лучше него. Это Саске слишком горд и высокомерен, чтобы бежать за кем-то только для того, чтобы спасти и помочь. Это Саске мог втемяшить что-то в голову и не отдавая себе отчёта следовать привычке. Саске натворил столько дел, совершил столько ошибок, а Наруто его все равно… — За что? — теперь хотелось спросить. — Я не заслужил, — хотелось сказать. — Прости, — хотелось попросить. Хотелось заплакать.