five minutes

***

Ты не должна испытывать такого к своему лучшему другу. Той ночью эта мысль никак не хотела покидать твоей головы. Ты продолжала так думать, испытывая все большее чувство вины каждый раз, когда ловила себя на восхищении розовыми чонгуковскими губам. Представляя, как хорошо они смотрелись бы на твоих, или непроизвольно задерживая дыхание, как только он был рядом с тобой. Его запах опьянял тебя. Он был лучшим другом с детства, парень, с которым ты, собственно, выросла. Что, черт возьми, с тобой не так? «Я не должна испытывать такого к своему лучшему другу». Но как-то, когда он сидел на диване, кусая губу и листая каналы, ты не могла не представить, каково будет толкнуть его к стенке… — О чем думаешь? — спросил Лиам, разгоняя рой мыслей в твоей голове. — А? — пробубнила ты, заставляя себя собраться. — Я спросил, о чем ты думаешь? — он выключил телевизор. — Ты сегодня какая–то отчужденная, все хорошо? Ты закусила щеку, зная наверняка, что не можешь сказать ему, чем забита твоя голова, и лишь улыбнулась: — Все в порядке, я просто устала, — солгала ты, заворачиваясь в уютное одеяло. Он изогнул бровь, а ты знала, что он не верит тебе: слишком хорошо тебя знает, чтобы повестись на это. Поэтому ты постаралась быстро сменить тему вашего разговора перед тем, как он сможет выпытать больше и, вероятно, узнать правду о том, что ты сохнешь по своему лучшему другу. — Знаешь, — ты начала говорить, — что–то невероятно странное сегодня случилось. — Например? — Ты же знаешь нашу заменяющую учительницу? Она спрашивала, не встречаемся ли мы. Опять! — воскликнула ты. Лиам усмехнулся и помотал головой, будучи раздраженным так же, как и ты. Вы двое привыкли к такому: каждый думал, что вы двое встречаетесь, и, вероятно, для этого была причина. Он любил дразнить тебя, а ты его, флиртуя друг с другом исключительно для того, чтобы проверить, кто из вас зардеет первым. Ты, правда, любила это, но немного позже стала просто вспыхивать все чаще и чаще, так как только его улыбка могла породить бабочек в твоем животе. — Мне кажется, она запала на тебя или что-то такое, — отозвалась ты. — Я знаю, знаю, — он тяжело вздохнул, — но я не виноват, что я настолько неотразим, что каждая девушка хочет меня! — Каждая хочет тебя? Да ладно… — Что? Но это правда! Ты единственная из тех, что я знаю, кого я еще не трахал. Ты должна признать, что хотя бы представляла это. — Быть может, в твоих мечтах, — воскликнула ты, закатывая глаза. Ты не собиралась поднимать его самооценку, давая ему понять, что недавно было у тебя на уме: он был уже достаточно избалован с самого начала. – Ну же, нет ничего постыдного в том, что ты бы не устояла передо мной, не будь я твоим лучшим другом, — ты удивленно изогнула бровь. – Ты думаешь, что я не устою? Мечтай, милый… – Спорим? – Что? – его глаза сузились, а на лице появлялась ухмылка, из-за чего твое сердце заколотилось в разы чаще. – Я спросил, не хочешь ли ты поспорить насчет того, сможешь ли ты противостоять мне? – Да, давай, – ты шумно сглотнула. – Превосходно, давай все выясним тогда, – он подсел немного ближе к тебе. – Как именно ты собираешься это сделать? – Есть такая игра под названием «Флирт», где один участник должен раздразнивать другого до тех пор, пока тот не отреагирует и проиграет. В течение 5 минут. – Отреагирует? – повторила ты. – Пока тот не возбудится, если тебе больше нравится это определение, – он ухмыльнулся. Ты закусила губу, размышляя, насколько высоки были ставки, и какова была вероятность того, что ты проиграешь. Ответ на оба вопроса был равносилен вопросу жизни и смерти. – Ну и? Что, испугалась? – подливал он масло в огонь. – Боже, как же ты раздражаешь. Маленький ребенок, – ты закатила глаза, – Что насчет проигравшего? – Он должен будет делать все, чего захочет победитель… Целую ночь. – Отлично, мне как раз нужно было прибраться на кухне, – его улыбка стала только больше после твоего ответа, а он, недобро посмеиваясь, предупредил: – Не стоит быть слишком самоуверенной. – Ты закатила глаза, но потом резко развернулась. Слова сами слетели с твоих губ: – Игра началась. Часы показывали десять минут девятого. Всего лишь пять минут. Он придвинулся вплотную к тебе и сбросил одеяло на пол. На его губах все еще играла усмешка, но пронизывающий насквозь взгляд был затуманен. Он был настолько близко к тебе, что ты буквально чувствовала его горячее дыхание своей кожей, заставляющее твое сердце неистово стучать, как будто по тебе пустили разряд электрического тока. – Ты же сама знаешь, нет ничего плохого в том, что ты представляла себе секс со мной. Мне кажется, что… – прошептал Чонгук, когда его пальцы начали двигаться вверх по твоим ногам, заставляя тебя покрыться мурашками. Тебе пришлось на миг задержать дыхание: он никогда не касался тебя, когда дразнил, и твое тело не знало, как реагировать. Главным образом потому, что оно не должно было реагировать. Его рука двигалась дальше к твоим бедрам и не собиралась останавливаться, в то время как ты мысленно проклинала себя за то, что решила не надевать сегодня ночью верхнюю часть своего нижнего белья. – Я так часто представлял это. Ты, моя лучшая подруга, на коленях, как хорошая девочка, умоляешь меня о большем, просишь до тех пор, пока не забываешь своего собственного имени, – шептал он, все еще пристально смотря в твои глаза. Ты сжала челюсти из-за того, что он мягко теребил розовую бусинку: ты не хотела тешить его своими стонами, даже если это означало, что ты сломаешь себе челюсть. Он заметил, как сильно ты пыталась контролировать свое дыхание и сердцебиение. Ты знала это из-за самодовольной улыбки, расцветшей на его лице. Какой дерзкий мальчишка. – Ты тоже об этом думала, не так ли? Спорим, ты думала о том, как я кончаю в тебя, каждую ночь. Боже, готов поклясться, ты думаешь обо мне, когда трогаешь себя, так ведь? Ты не ответила, в основном потому, что не была полностью уверена в своем голосе. Одна из его рук по–прежнему поглаживала твой сосок, а другая начала ласкать твои бедра, все больше и больше приближаясь к твоему возбуждению. Господи Боже. В один миг его ухмылка пропала, и он нахмурился, заметив, что ты даже и не вздрогнула. Черт. Если бы он только знал, каких сил тебе это стоило. Ты гордилась тем, что никак не отреагировала, но другая часть тебя хотела уже быстрее все это закончить. Он хмыкнул и слегка толкнул тебя в грудь, заставляя полностью лечь спиной на диван, нависая над тобой. Теперь полностью в его милости, которой никогда не было. Ты бросила взгляд на часы. Всего лишь еще одна минута, слава Богу. Он подался ближе, едва касаясь своим носом твоего, и прошептал: – Как долго ты будешь лгать мне? Посмотри на себя – ты не можешь даже дышать, — он начал покрывать поцелуями твою шею, а ты боролась с диким желанием уже просто простонать его гребанное имя. Его рука забралась под твою футболку, продолжая гладить затвердевшую горошину соска, заставляя твои трусики намокать еще больше с каждой секундой.