Свобода любви

      Утрата любимого человека приносит много боли. Она душит, выламывает рёбра изнутри, протыкает органы насквозь и заставляет кровоточить очень долго. И люди делятся на два типа: тех, что продолжают терзать себя воспоминаниями и тех, кто старается забыть, продолжать жить дальше и радоваться новому рассвету.       Тэхён - это третий тип людей, те, что винят себя, терзают и не могут излечить свою душу.       Ким взвыл в небо от боли, сжимая меж ладоней розовую бусинку жемчуга, прижимая к груди. Слёзы горячими потоками стекали с раскрасневшихся щёк и падали на деревянные доски пирса. Чонгука больше нет. Нет его, его любви, его карих глаз и широкой улыбки. Его нет.       Тэхён проклинает себя за то, что не уберёг, за то, что позволил себе уехать от него, за то, что доставил боль русалу.       Эмоции выходят наружу, Тэ разрывает себя от боли, сладкие воспоминания приносят теперь столько горечи, что невозможно остановиться плакать.       Мин и Пак остались на траве, не трогая своего друга. Чимин почти ослеп: его веки от слёз опухли, закрывая видимость. Поэтому Чимин воспринимал Тэхёна лишь на слух, и от этого не легче. Но если бы он увидел своего друга таким, то умер бы от разрыва сердца.       Мин изредка смахивал свои слёзы, смотря на Тэ, пытаясь не плакать. - Чонгуки, - рвано проговорил Тэ чуть хрипя, выплакавшись, - Я приду к тебе первым снегом.

***

      Инсон и Кансон начали называть Мина и Пака папами через неделю, после усыновления. Первое время для них это было в новинку и они, конечно же, стеснялись, но спустя пару дней, это вошло в привычку.       Инсон помогал Чимину после школы на кухне, пока Кансон делал уроки, потом мальчики менялись. Юнги же читал им сказки, что они так любят, перед сном. Тэхён был для мальчиков кем-то очень загадочным. Они видели, что пока их дядя сидит один, его глаза мокрые и грустные, а когда они подходили, то он очень быстро вытирал лицо и улыбался своей фирменной квадратной улыбкой. На вопросы ребят, Тэ, конечно же говорил, что прочёл очень грустную сказку, но Чимин и Юнги очередь переживали из-за состояния друга.       Тэ много сидел на пирсе в одиночестве последние дни. Но сегодня на улице ливень, и Ким сидит у окна, поглаживая на своей шее кулон, с вставленной вовнутрь жемчужиной. Тяжело. Тяжело понимать, что вот тут где-то на дне этого озера, лежат частицы твоего любимого человека.       Чимин слабо коснулся плеча друга и сел на стул рядом. - Тэ, ты как? Мне тяжело на тебя смотреть. - Шёпотом проговорил Пак.       Тэ перевёл взгляд на Чимина и широко улыбнулся. - Тэ, это так не работает. Ты можешь обвести вокруг пальца мальчиков, но не меня. - Всё хорошо, Чимин. Скоро будет ещё лучше.       Пак вопросительно изогнул бровь. - Я хочу кое-что написать. Новую картину. После этого всё станет намного лучше. - Это как? Почему после написания картины всё станет лучше? Я не понимаю, Тэ... - Просто.... Подожи пару дней. Обещаю, я не буду больше волновать тебя.       Спустя сутки, когда Чимин хотел попросить Тэ погулять с мальчиками, он застал друга за холстом. Тэ не дал посмотреть на наброски, но Пак удивлённо посмотрел на краски, смешанные на палитре. Синие оттенки, от самого тёмного до самого светлого.