Паук

5 сентября 2012 год. Нью-Йорк. Стены двух комнатной квартиры в центре Нью Йорка утопали в тенях, тени отбрасываемые голыми ветвями деревьев алеи у дома, сплетались в потрясающие узоры, они могли напугать впечатлительных особ своим танцем, переплетаясь клубами змей. Редкий поток машин разгонял их светом пробивающихся из щелей в опущенных жалюзях. Стены были обклеены однотонными обоями светлых тонов с редкими стилистическими полосами, множественные рамки с фотографиями и медалями, в углу рабочего кабинета можно было увидеть оружейный сейф с верху заставленный стопками отчетов и папок, хотя он не один был укрыт бумагами, они были расположены в хаотическом порядке по всем поверхностям комнаты, на полу был ворсистый ковер, в его пушистом нутре можно было найти: скрепки, обломки карандашей и колпачки шариковых ручек, россыпь монет и несколько орешков. У стены напротив двери в комнату стоял стол, он был обычным офисным изделием из дешевой фанеры, но так могло показаться на первый взгляд, если смотреть на него изнутри - он был обшит стальными листами толщиной в десять миллиметров, прямо под рабочей поверхностью висела кобура с массивным пистолетом калибра 0.50, он был скрыт перегородкой от взгляда посетителя и направлен стволом прямо в центр двери. На столе стоял стильный серебристый ноутбук в окружении двух широких мониторов, провода тянулись вниз к системному блоку, свисая черными змеями и струясь по ворсу ковра уходя в соседнее помещение, на самой рабочей поверхности освещенной рассеянным светом левого монитора стояла кружка с карандашами. Будь в комнате посветлее на ней можно было бы прочитать: "Никто тебя не любит, одевает тебя мама. Улыбайся зверюшка затраханная." Широкий квадрат коврика для мыши и резиновая гибкая клавиатура, в самом углу стола стояла рамка с фотографией, черно-белой. На ней была изображена счастливая семья у статуи Свободы: высокий широкоплечий мужчина с острыми чертами лица и холодными глазами улыбался целуя жену в щеку, молодая девушка, с длинными черными волосами завязанными в причудливый пучок, родинка слева на подбородке не портила её аристократичное лицо, лишь добавляла живости и реальности её красоте. Посредине был изображен мальчик восьми лет, соломенного цвета волосы, такая-же отличительная черта в виде родинки, и широкая улыбка с парочкой отсутствующих зубов. Подпись за фотографией гласила: «остров Свободы, 29 октября 1976 год.» За столом сидел мужчина в белой рубашке, верхние пуговицы были расстегнуты оголяя широкую грудь. Высокий рост, мощный торс и широкие плечи указывали на то что человек много занимается физическими упражнениями, развивая то что дано ему природой. Никакого фанатизма и раздувания себя до превращения в гротескную пародию на человека, всего в меру и с умом. Овал лица с острыми скулами и подбородком, ярко выраженные надбровные дуги придавали его лицу вида всегда чем-то недовольного, или бьющегося с нерешенной задачей человека. Короткая стрижка полубокс, тонкие брови и щетинистый подбородок скрывающий родинку слева. Тот мальчик на фотографии - я. Меня зовут Конрад Браун, хотя если поднять определенную информацию то моя фамилия Брюнн. Мужчина на фото мой отец - Рихтер Брюнн. Молодой человек родившийся 1 марта 1928 года на территории Германии, он был любознательным ребенком росшим в семье военного. Его отдали в артилеристкую академию в четырнадцать лет, его предназначение стать офицером Третьего Рейха и вести его к победе с именем фюрера на устах. Но случилось чудо, молодой Рихтер увлекался двигателями на ракетной тяге и в свободное время конструировал их. На втором году обучения его заметил один из ассистентов Вернера фон Брауна, ученого нациста создававшего ракеты для Гитлера. Не трудно запутаться, фамилии один в один но это всего-лиш совпадение. Геру Брауну нужны были толковые ассистенты и помощники, он предпочитал отбирать их лично или через своих учеников как и произошло с моим отцом. Шестнадцатилетний пацан, который увлекался моделированием и полетами - принимал участие в разработке и проектированию ракет типа А(ФАУ). Сначала он увлекся так что забыл обо всем на свете, герру Брауну понравился мальчишка так увлеченно отдававший себя всего делу его жизни, и он присмотревшись к нему взял его в ученики. Он делился с ним всем что считало нужным передать начальство, и даже немножечко больше, намножечко... В 1945 году отца вывезли из разрушенной Германии американцы, что и как произошло, почему они и как он с ними связался я не знаю, да и не узнаю. Я только догадываюсь зачем он был нужен дяде Сэму и что он делал до 1958 года, но с того момента он был сотрудником НАСА по имени Ричард Браун. В 1965 он познакомился с британкой по имени Маргарет Данс, через год ухаживаний они поженились, а еще через два - 11 октября 1968 года родился я. Мы жили в городе Энтерпрайз штат Алабама на улице Эджвуд-драйв. У нас был двух-этажный домик с садом, через пятьдесят метров вниз была речка с песчаным пляжем. Детство было лучшей порой в моей жизни, ужасная готовка матери и то как отец улыбаясь учил её печь нормальные пироги, они никогда не сорились и воспитывали меня в ключе уважения и чести. Мама всегда улыбчивая и красивая женщина, отец называл её "Glocke" - колокольчик, за её прекрасный смех. У меня была единственная проблема в школе, которая быстро решилась через драки и совместные проказы - акцент, мать британка. Мама учила меня говорить с двух лет и я впитал в себя колорит говора туманного Альбиона, отец учил меня немецкому и испанскому. Школа пролетела беззаботными деньками и в восемьдесят пятом, закончив школу с отличием я отказался идти в колледж. Отец был в ярости, пока не узнал куда я собрался. Мать плакала но приняла мое решение отправиться в армию. Наверно со мной сыграли глупую шутку рассказы отца о войне, агитации и фильмы о Вьетнаме и истории о "Великих" полководцах. На вербовочном пункте мне не задали ни одного вопроса о том в каких родах войск я хочу служить. Дальше три месяца учебки, где нас побрили налысо, выдали одинаковую одежду и начали обрабатывать психологически. Орущие сержанты и глупые "доёбы", марш-броски в полной выкладке и полоса препятствий, похабные шуточки и тонны дерьма изливающиеся на нас для того чтобы сделать из тупого молодняка агрессивные машины убийства. Эти три месяца тянулись как годы, и вот я тащусь в старом автобусе с "деревянными" сидениями, от чего задницу вообще перестал чувствовать, вместе с толпой из тридцати курсантов только после учебки в военный лагерь морской пехоты Пендлтон. Насчет учебки - я конченый идиот что решил идти в армию, походу я заблудился на дороге к колледжу и нормальной жизни. "Jarhead" - Морпехи - на английском жаргоне башка горшок, и я полностью согласен с этим переводом. Меня приписали к взводу Ти, в первый же день меня отпиздили и провернули шутку с таврированием, тебя привязывают к металлическим ножкам кровати и трясут пред лицом раскаленным тавром с надписью "U.S. Army." Потом меня отобрали для работы снайпера-разведчика. Отношения с моим взводом были фиговыми, большинство ребят были неотесанной деревенщиной или идиотами - чей школьный аттестат не мог похвастаться приемлемыми оценками для поступления в колледж. Я же был интилигентом - белым воротничком чем и выбешивал их до белого каления, предложение перевестись я воспринял как божью помощь, и опять я проебался. Жара, на улице было пекло, мы проходили учения по маскировке, на нас были маскировочные халаты, в руках деревянно-металлический дрын имитирующий винтовку. Нас драконили уже четыре часа, рядом лежал Клейтон и матерился шепотом, когда на него наступила нога мастер-сержанта Бронсона. Огромная детина с выбритым до синевы лицом и техасским акцентом вьебывала нам в мозг прописные истины не гнушаясь применять физическую силу. Сегодня не повезло почкам Адама: "-Для того что бы поразить цель нужно её видеть, но что бы она не видела вас." Удар и сдавленный стон напарника. "-Ты видишь цель рядовой Клейтон?" "-Нет?" "-Тогда какого хера ты выбрал эту позицию недоносок!" Луженая глотка Бронсона тиранила весь учебный полигон. "-Слушаем недомерки! -Засмеетесь умрете, почешете нос умрете, отлить-посрать валите в штаны, обосранные но живые! -Камуфляж вас спрячет, вы станете деревом, скалой, песком и пылью!" Через час мы грязные и потные бежали милю в полной выкладке слушая лекцию сержанта. "-Что бы выстрелить точно нужно оценить расстояние и направление ветра..." В боку кололо, рот - пустыня, по лицу течет пот заливая глаза и попадая солеными каплями на потрескавшиеся губы. Голос сержанта что без видимых проблем бежал рядом с нами и вколачивал в нас науку выживания и убийства, был тем - что вводило в транс, залегало в глубину пустой башки дожидаясь своего часа... "-Расчет расстояния проводите по аналогиям: футбольное поле, школьный автобус, член вашего папаши, хотя нет он слишком маленький замучаетесь считать. -Далее ветер, ищите индикаторы: флаг, дым от костра, щепотка пыли, плюньте на палец и подымите его. -Все мои советы хороши но главное чуять это нутром. -Мелочи идиоты, ничтожные мелочи решают кто вернется домой..." За четыре месяца этого ада умерло три курсанта: Рамирез повесился в душе, Гринн свернул шею на полосе препятствий, а Хопфман сорвался на тренировке когда мы ползали под пулеметными очередями в грязи. Он побежал и поймал две пули двенадцатого калибра в грудь... Из шестидесяти курсантов осталось шестеро, и меня с ними не было. Я ощущал себя мячом перебрасываемым сексапильными волейболистками, с которыми тесно общался перед выпуском из школы, славные времена. Последний день перед вручением оружия и меня переводят в военную часть Коронадо, что находиться в Сан-Диего, Калифорния. Я был физически развит, проблескивал зачатками разума, имел хороший бекграунд - отец плотно сотрудничает с властями, ни одного дисциплинарного взыскания и отличный показатель интеллекта - в чем я сомневался ибо поперся в армию. Опять тесты, глупые вопросы и проверки по физо, позже семинедельный курс по выживанию. Ну в смысле нас топили, заставляли плавать со связанными конечностями, отмораживать яйца в холодной грязи, а после заниматься физо под потоками воды по много часов объясняя это тем - что это лишь подготовка и отсев. Нас было сорок на первой неделе, к концу шестой нас было девятнадцать человек, там я и познакомился с единственным в группе чернокожим парнем - Дейвом. Далее девять недель тактической и общевойсковой подготовки, мы дневали и ночевали на полигонах в присутствии инструкторов, что не останавливаясь поливали нас грязью и не стеснялись поддать пинка криворукому мясу. Это было уже привычно и моя постная рожа кирпичом заставляла сержантов орать еще громче, но я сука не сдавался. Я решил - что это последняя глава этой "ебли", либо я заканчиваю обучение, либо шлю всех нахуй и сбегаю в жопу мира, ибо не смогу смотреть в глаза отцу. Глупые приказы и выстрелы над головой создавали панические ситуации, когда тебе страшно до дрожи, ты не понимаешь - что от тебя хотят и чего добиваются, но в твоей башке начинают крутится шестеренки для скорейшего и правильного решения задачи. Но не у всех работала голова и интуиция, к концу девятинедельной учебки нас осталось восемь. Еще семь здоровых парней, что внушали ужас и трепет гражданским, срывались по одному и рыдая, наматывая сопли на кулаки просто уходили и не возвращались. Инструктора при этом кричали, что они вас бросили здесь и бросят на поле боя, что они грязь. Последняя неделя называлась Адской, с криком: "-В воду девчонки!" - мы сцепив руки валились на спину и захлебывались в штормовых волнах, потом пять минут перерыва на суше под пронизывающим ветром и обратно, мы спали по четыре часа и с каждой секундой ощущая товарищей и окунаясь в ледяную соленую воду во мне умирал гражданский, по крошке он вымывался океаном оголяя скелет солдата. Для того чтобы не потерять себя и не провалиться в беспамятство мы все время переговаривались с Дейвом, рассказывали о своей жизни, о наших мечтах и просто травили глупые байки. Там, я узнал, что Спенс из Чикаго, он рос в гетто и видел все стороны человека, всю грязь и окунался в беспросветную безысходность. Его перспективы были печальны: черновая работа, влиться в банду или пойти в армию. Он сделал свой выбор и теперь здесь - единственный чернокожий котик в группе. Дальше серии изнурительных марш-бросков и отжимания в цепочке, крики инструкторов о том, что еще не поздно сдаться и можно пойти в теплую кровать, принять душ и пожрать от пуза, мы матерились сквозь зубы и продолжали выполнять приказы. Дальше были три недели сражения с воздухом, прыжки с парашютом, корректировка и движения в воздухе, прыжки в вингсьютах - вот с ними я обосрался в первый раз. Дейв же обгадил портки когда у него заклинил парашют и я с дикими воплями, проклиная себя, сближался с ним чтобы он ухватился за меня. Удар при столь быстром спуске и избыточном весе на парашют был болючим, я хромал два дня, но не стенал и не показывал боли инструкторам. Мастер сержант Дениалс, кривя носом и гундося с непонятным акцентом сказал: "-С почином девочки, у вас есть пять минут сбросить балласт в вашей матне и привести себя в порядок, и если до завтрашнего утра ваша форма будет все так же обгажена, я затолкаю вам по штанине в глотку и такой гирляндой отправлю домой!" Нас учили пилотировать вертолеты, десантироваться с "Зодиаков" и входить в воду с немыслемой высоты, основы дайвинга и диверсионно-разведовательной работы. В начале двадцать второго дня мы все так же вскочили с коек в 5:00, но никто не орал благим матом, не было воздушных или газовых атак, была тишина и растерянное зырканье восьми пар глаз, Томпсон - наш девятый сломал ногу и был дисквалифицирован. Мы молча поглотали завтрак в столовой, и под смешки и лукавые взгляды инструкторов, мастер-сержант Дениалс - наш куратор, поднялся из-за стола расправив щетку усов: "-Сегодня желторотики ваша учебка окончена, завтра состоится торжественное вручение вам салабонам "Будвайзера" и распределение по группам вместе с другой зеленью. -Форма торжественная, замечу хоть одно несоответствие в соблюдении чести мундира, сгною!" "-Сбор в 7:30 утра перед плацем, свободны." И вот 12 сентября 1986 года, в Форт Бенингктон - Базе Морских котиков я получил будвайзер - эмблему SEAL: Орёл, держащий в когтях якорь, трезубец и кремнёвый пистолет в восемнадцать лет, с половиной. Но мы не стали полноценными бойцами элитного подразделения боевых пловцов. Два года на подхвате и перед подписанием второго контракта я вернулся домой что бы узнать печальную весть: в шестидесяти летнем возрасте, скончался мой отец от инфаркта. Он работал над серьезным проектом и, как всегда, отдавал себя по полной любимой работе. Он сильно переживал о успешном завершении проекта и его сердце не выдержало излишней самоотдачи. На похоронах было много ученых и людей в военной форме, каждый скорбел и сетовал на то - что такой ум потерян, на то как он упорно и с полной самоотдачей работал на благо страны и так далее, но меня заботила лишь собственная печаль и убитая горем мать. Через две недели она не выдержав давления стен, и горьких воспоминаний навевающих от родового гнезда уехала на родину в Англию. Денег у нас было в достатке и оставив мне дом в Алабаме, она стала жить в пригороде Лондона. У нее там была двоюродная сестра, и несколько давних подруг. Я хотел отправиться с ней но она была против: "-Ты вырос, и ты должен строить собственную жизнь и судьбу, отец всегда гордился тобой и твоим выбором, так же как и я. -Просто не забывай навещать меня и пиши мне письма..." Я посадил её на самолет и не успокоился до тех пор, пока она не позвонила из своего нового дома и не рассказала мне обо всем. Я навещал её до 2008го, она устроилась подрабатывать в библиотеке при средней школе, она не могла просто сидеть дома и её характер - требовал действий. Она умерла в возрасте шестидесяти девяти лет, просто уснув в постели больше не проснувшись. Я был на её похоронах, и я был горд за неё, ведь сотни школьников и уже студентов пришли попрощаться с мисс Браун, улыбчивой заведующей библиотекой, что всегда старалась помочь и наставить будущих членов социума. Но вернемся к периоду с 89го по 2008й: Подписав второй контракт меня зачислили в 1й отдельный полк 3-й отряд СпН ВМС США, в первую разведовательную группу где по стечению обстоятельств уже служил Дейв. Нас было в общем шестнадцать человек, и по началу к нам относились насторожено. Но потом узнав нас в бою и в критических ситуациях все наладилось. Дольше всего мы налаживали рабочие отношения с ребятами из 3й группы ССО ВМС США которые обеспечивали нашу доставку под водой и "SWCC (Special warfare combatant-craft crewmen" которые доставляли нас по воде и воздуху. Так всегда бывает, котики не горели желанием контактировать с солдатней, а парни считали что мы зазнались и считаем их мясом. Но дело в том - что мы пересекались в большинстве на заданиях, а контакты при выполнении миссий вне рабочего дела не поощрялись. Да понимаю, что глупо, но человек такая тварь - что придумает обиду и обидеться на неё. Создал себе проблему - решай её. Вот мы и решали, я просто сообразил, что если сильно попросить и примелькаться, то можно участвовать в их учениях, нарабатывая больше опыта и обрастая полезными связями и знанием их кухни. Я участвовал во многих операциях: Операция «Prime Chance» - долгоиграющая многоходовка США, с 84го иранцы начали топить и атаковать нефте-танкеры, в 86м на мине был подорван наш фрегат, и нас стали привлекать на мисси по захвату и досмотру иранских кораблей, что подозревались в постановке минных заграждений. Двенадцать заданий, три из которых оказались боевыми - я тогда еще был желторотиком и прикрывал наших парней из полноценных котиков. Наша тактика заключалась в ночном патрулировании акватории вертолетами, что использовали ночники и тепловизоры для разведки. Нас поднимали по тревоге и перебрасывали для захвата и досмотра подозрительных судов. Второй контракт Панама, мы в составе ударной группы White (Task Force White) проводили диверсии по уничтожению имущества ВМС Панамы в гавани Бальбоа и самолёта генерала Норьеги в аэропорту Paitilla (Аэропорт Панама Маркос Гелаберт), а также изолировали панамские силы на острове Фламенго. Там было очень жарко, нас доставляли в акваторию гавани на сверхмалых подводных лодках Mark 8 Mod 1 SDV, запускаемые из специальных модулей подводных лодок типа Хантер Киллер - атомная "дура" в сто-десять метров длиной и водоизмещением в примерно шесть тысяч тон. Погибло четыре котика, девятнадцать было ранено - я в том числе. Синие - "Task force blue" подорвали личную канонерку Норьеги и мы прикрывали их отход. Я поймал пулю в плече, она прошла навылет и я потерял много крови но Дейв меня вытащил. Мы и так были хорошими друзьями, а теперь я был должен ему жизнь. После этого мне дали кличку "Кот" - за то - что был очень ловким и живучим, парни шутили что теперь у меня осталось восемь жизней, позже Спенса окрестили "Псом" - он всегда был рядом и не бросил меня, как и тогда вытащив на собственном горбу. Нам было все равно, да и знали мы что крещение произойдет рано или поздно. Лежа в госпитале Джексонвиля на базе морской пехоты и слушая телевизор я охреневал, операцию назвали "Правое Дело" и она просочилась на мас-медиа, даже про котиков слышал репортаж. В тот момент я решил узнать все что связано с Панамой и США в данной ситуации: 7 сентября 1977 года в Вашингтоне глава Панамы Омар Торрихос и президент США Джимми Картер подписали соглашение (The Panama Canal Treaty), в соответствии с которым 31 декабря 1999 года США должны были передать контроль над Панамским каналом правительству Панамы. В середине 1980-х годов в связи с нежеланием правительства Панамы пересмотреть условия соглашения, отношения между США и Панамой начали ухудшаться, правительство США начало оказывать давление на правительство Панамы. В 1984—1985 годы правительство Панамы получило рекомендации Международного валютного фонда по проведению экономических реформ, в поддержку которых выступили США. Выполнение этих реформ привело к ухудшению условий жизни населения Панамы и вызвало демонстрации протеста и рост антиамериканских настроений. В 1985 году правительство Панамы начало проводить самостоятельную внешнюю и внутреннюю политику, которая не совпадала с внешнеполитическим курсом правительства США. В границах этой политики, Панама начала укреплять связи со странами Центральной и Южной Америки в том числе и Никарагуа( Наркота и грязные делишки.) С начала 1987 года, после того как правительство Панамы отказалось предоставить США территорию для ведения деятельности против Никарагуа, отношения между Панамой и США ещё более ухудшились, с этого времени США непрерывно осуществляли дипломатическое, экономическое, военно-политическое и информационно-психологическое давление на правительство Панамы.( Тоесть доебались и спровоцировали это дерьмо наши политиканы.) В июне 1987 года министр иностранных дел Панамы Хабадиа Ариас направил госсекретарю США ноту протеста в связи с непрекращающимся вмешательством США во внутренние дела Панамы.(Это было глупо, кто откажется влиять на один из экономических и торговых узлов под боком.) В июле 1987 года правительство США объявило о прекращении экономической и военной помощи Панаме.(Тем самым развязав себе руки для действий.) В феврале 1988 года Управление по борьбе с наркотиками Министерства юстиции США обвинило командующего вооружёнными силами Панамы Мануэля Норьегу в торговле наркотиками и ряде других преступлений. Суд штата Флорида вынес решение, что Норьега является членом организованной преступной группы, которая занималась вымогательством и транспортировкой наркотиков.(А раньше на это закрывали глаза, пока все было тихо и под контролем.) В марте 1988 года правительство США установило запрет на оказание и предоставление любой помощи Панаме.(Сообщили всем о том чья это песочница и кто в ней будет играть.) 8 апреля 1988 года президент США Рональд Рейган принял в отношении Панамы «International Emergency Economic Powers Act», предусматривавший запрет на перечисление денежных средств в Панаму американскими компаниями, их структурными подразделениями и гражданами США. Кроме того, в апреле 1988 года США увеличили военный контингент в Панаме на 1300 военнослужащих «для обеспечения безопасности граждан и интересов США».(Пугало и создание настроений в економическом секторе - наказать зарвавшихся папуасов.) 25 мая 1988 года Норьега отклонил предложение США покинуть страну в обмен на снятие обвинений в причастности к наркоторговле.(Умный был мужик - ну в данном случае, а так сраться с США в такой то "весовой категории" - глупость.) В апреле 1989 года президент США принял решение о введении экономических санкций против Панамы.(Создание кризисной ситуации и "культурное" давление на правительство.) 5 апреля 1989 года правительственными силами Панамы был арестован проживавший в Панаме гражданин США (Kurt Frederick Muse), который организовал вещание на частоте 91,5 МГц двух антиправительственных радиостанций с радиопередатчика, размещённого в собственном доме.(Провокация для создания причины - цивилизация хуле.) Потом проплаченный, неудавшийся переворот и "покушение на Норьегу", разделяй и властвуй. А дальше понеслась - и вот результат. Мне было мерзко и противно но я не хотел верить, но червячок сомнений зародился в промытом мозге. Далее Алькаида и 11 сентября, тогда червячок сомнений чуть не был вымыт из головы волной ярости и жажды наказать арабскую погань. Война в Афганистане - сначала Кувейт и база Кэмп Доха - мы участвовали в досмотре судов в персидском заливе в поисках приспешников Алькаиды, тогда же я узнал что с 87го котиками велось подводное слежение и разведка нефтяных вышек Садама. 20 мая 2003 года обе платформы Эль-Басра и Хавр Эль-Амая., а также порт Эль-Фао и нефтепроводы подверглись непосредственному нападению группировкой сил, там был я и два отряда котиков, британские королевские морские пехотинцы и бойцы из польского спецподразделения «Гром» - не пресекались. Разведка проебалась по всем пунктам, кроме координат и расположения самих вышек и порта. Но обошлось, все объекты оказались захвачены и операция была успешно завершена. Иракская война и дальнейшее наше в ней участие было ошибкой. Я поймал еще две пули и у меня осталось "Шесть Жизней", Дейв обзавелся двумя полосками шрамов пересекающих лицо в районе переносицы и брови. По состоянию здоровья и по возрасту я ушел из вооруженных сил. 2007й - мне 39, у меня несколько боевых наград, рефлексы и чуйка хищника, старый дом в Алабаме и множество вопросов к правительству которые я не буду озвучивать - пожить захотелось, нормально. Я переехал в Лондон, стал чаще проведывать мать и поступил в Университет Кембриджа по специальности Инженерия программного обеспечения. Я решил разобраться в себе и приобщиться к прогрессу. Компьютерные технологии сделали большой рывок в развитии, и мне просто захотелось не отстать по жизни. В 2010 я защитил степень магистра, ум и привитая в армии дисциплина помогли мне в обучении. Я переосмыслил всю свою жизнь, глупая обида и разочарование в мире исчезла растворившись в понимании что утопии не существует, каждое государство это хищник что желает захватить новую территорию установив свое господство, приумножить власть и богатство любым способом. Это в природе человека желать стать сильнее - доминировать над остальными. США - самая обученная армия в мире, эта страна пустила корни по всему земному шару желая полной доминации, Россия - огромная страна с колоссальной ресурсной базой - главный идеологический противник Америки, меня посетила мысль что данное противостояние выгодно обеим сторонам. Они покусывают друг друга на публику, в то время как в тени по крупицам захватывают чужие территории и приумножают влияние. Китай - 1.3 миллиарда населения - сильнейшая в мире промышленная база, и идеология коммунизма что держит огромное количество народа в повиновении и за счет этого стремительно развивается. Они как обезьяны в литературном смысле этого слова - перенимают опыт других народов, воруют технологии и внедряют их с переменным успехом. Индия - страна что была под властью Великобритании, самая бедная страна в смысле процента бедного населения, она просто не отсвечивает работая со всеми. Африка и Ближний Восток - пугало и экономическая воронка что скупает все старое вооружение и затягивает в свои сети неосторожных колоссов. Пример Америки - самая сильная армия мира не может взять под контроль и уничтожить горстку террористов и фанатиков. США думало что будет воевать с государством 20-21 века но они воюют с народом что не пользуется телефонами, интернетом и другими средствами коммуникации, их нельзя отследить потому что они передают сообщения из уст в уста. Они закалены смертью и качеством жизни, когда нужно выживать в условиях пустыни, без еды, воды и прочих благ. А также их вера - Ислам стоит на жестком подчинении и безоговорочной вере в их бога. Люди идущие на смерть ради высшей цели в их понимании. Их лидеры в большинстве учились в Гарвардах, Оксвордах и так далее, они не идиоты и умеют ударить в самое больное место. Это место - наш социум, с расизмом, классовой ненавистью и потребительским мышлением. Их не уничтожили ядерными боеголовками потому что: У них есть нефть, которая нужна всем; Весь мир оцивилизовался настолько - что сверхдержавы с оглядкой смотрят на свору стран по меньше и их общественное мнение - как же уничтожать мирное население в войне с террористами; Интернет Вещей - глобальная информационная сеть что неконтролируемо разрослась и взять под надзор можно лишь отдельные сегменты - исходя из этого огромные количества тупого народа с ошибками пишущего на форумах и в социальных сетях влияют на политику стран; Большинству политиков побоку проблемы страны - главное это общественное мнение и желание остаться на второй строк чтобы приумножить власть и богатство закрепившись в этой системе Хаоса. Сто лет назад - все митинги, восстания и петиции были бы кроваво подавлены верной армией и полицией, и народ бы принял такое решение продолжая жить, рожать детей, общаться, но все это с оглядкой ибо народ помнит. Все революции и смены власти - это не борьба народа за свободу и права - это борьба нескольких фракций с использованием тупого плебса который не ощутит и не получит благ своей победы. Примеры - Гражданская война в США - не была направлена против рабства, нет - это была экономическая война по уничтожению монополии Юга на хлопок. Всем плевать было на чернокожих, главное это отжать бизнес и подняться на волне пиара «борцунов» за свободу и торжества справедливости. Россия и её гражданская война - она гениальна по своей сути. Поднять народ на восстание посадив в их разуме семя утопического общества и выехать на их горбу к престолу. Нет правых и виноватых - все люди, и мы часть социума хотим или не хотим этого. Ведь приятно жить в стране, где есть все, можно купить все, жить на отличном уровне и смотреть по новостям где средняя зарплата в соседней стране это твои потраченные деньги за прошлые выходные просто выехав на природу. Государство умело играет на социальном неравенстве создавая систему издержек и противовесов. Подняли голову корпорации и суют свои носы в нашу песочницу – повысим налоги, введем антимонопольные законы и крутись как хочешь, получили деньги распилили и остатки отдали народу что воет в экстазе из-за прибавки пяти баксов к пенсии. Это все в общих деталях, я не профессионал политологии и психологии. Я просто отталкиваюсь от своего жизненного опыта и информации что по крупицам вытащена из книг и сети. В 2009 году мне позвонил Дейв и попросил помощи, он ушел из армии но высшего образования у него нет, работодатели в серьезные компании боятся брать на работу людей участвовавших в боевых действиях опасаясь Пост Травматического Синдрома. Работать на стройке за гроши или грузчиком в молах он не мог, он считал что это планка которая означает конец, дно, и я с ним согласен. Нет я не призираю людей работающих в обслуживании или физически, они сделали свой выбор и просто живут. Все профессии важны, все профессии нужны. Я устроил переезд Дейва в Англию и взял его в свое Частное Детективное Агентство. Работа детектива заключалась в просеивании огромного массива информации и выбора нужных крупиц которые собираются в пазл с ответом. Работа в горячих точках, разбор и планирование операций и умение работать в сети - основа. В спец подразделениях людей учат чувствовать эмоции врага, думать как он и предугадать его следующий шаг. Это опыт, понимание ситуации и простейшее наблюдение. Работа была интересной, я стал этим заниматься не из-за жажды наживы, лишь ради интереса. Вы знали что просматривая социальные сети можно найти такую гору компромата или интересных деталей, что просто диву даешься - люди желают приватности и конфеденциальности, а выкладывают в сеть такое - что полностью их дискредитирует и дает понять кто этот человек. Бомжи - находка для шпиона, там где нет камер, злачные места, заброшенные склады, шепотка там, наблюдение здесь и ты просто в шоке застываешь когда складываешь все в кучу. Люди чаще всего обращают внимание на камеры, на опрятно одетых прохожих, на черные машины и так далее, а бездомного они не хотят видеть и не считают его за угрозу, просто грязь - это психология. Ты ходишь в бар для полицейских или военных, показываешь медальку из Ирака и ты свой в доску парень. Идешь в бандитский клуб или ресторан, и светишь часиками за двести тысяч евро и стволом под пиджаком от Армани. Не лезешь куда не следует и не привлекаешь внимания и вот ты простой наемник при бабле, у которого контракт и он не лезет не в свои дела. Мы окунулись в этот мир и поняли, что без огромного бабла и шишки сидящей на нем здесь не развернешься. И в тот момент мне позвонил мертвец, сослуживец из котиков, Чарли "Койот" Дент - капитан второго класса. 18:10 7 Декабря 2010 год. Бирмингем - Офис ЧДА Кольт. Мы сжигали всю документацию и весь компромат что мы нарыли на половину города, мы как дети увлеклись яркими шариками не увидев за ними маньяка в гриме клоуна. Мы не афишировали свою деятельность и не брали серьезных заказов, но через нашу сеть мы получили исчерпывающую информацию - нас ищут, и нас найдут. Поддельные паспорта, стволы, нычки и захоронки, пару миллионов на офшорных счетах - я думал что готов ко всему. Шредер поглощал одну кипу бумаг за другой, Дейв сжигал в топке остатки бумаги, из под распахнутой куртки был виден бронежилет и кобура с пистолетом. В микроволновке потрескивали платы из ноутбуков, компьютеров и сервера. Жесткие диски растворялись в пластиковых тазиках залитых кислотой, я занят заталкиванием бумаги на переферии услышал вибросигнал смартфона. Сначала решил не брать, но здравый смысл взял верх. -Слушаю. -Единственный легкий день... -Был вчера Сэр. Напарник сразу подобрался и внимательно слушал наш разговор. -Конрад, ты вобще думал башкой когда затеял свое начинание, или тебе произведения сэра Артура Конан Дойля мозги вскружили? -Не отвечай, риторический вопрос. Голос Чарли был спокойным и сосредоточенным. -Так у тебя два варианта, слушаешь? В горле пересохло но я сглотнув пару раз нащупал рукоять пистолета и сел в глубокое кресло: -Да Чарли, внимательно слушаю. -Отлично, и так первый вариант, ты сбрасываешь вызов, забываешь о моем существовании и через тридцать минут тебя пеленают и тащат в застенки МИ... эм с номерами там проблемы но основную идею ты понял. -В общем да Чарли, мы поняли. И показал Дейву жест - экстренный вариант - винтовки, гранаты, взрывчатка -короче попытка сбежать, а по правде продать жизнь подороже. -Э-э-э не-не, без глупостей боец, ваша пантомима увлекательна, но выслушай второй вариант. Блядь, они наблюдают за нами, то что Чарли больше не в армии я узнал из новостей о трагедии в Афгане, вертолет наших парней сбили, выживших нет и Чарли Дент среди них. -Дейв стоп, - и вернув трубку к уху: -Я слушаю Капитан, внимательно. Дейв как-то расслабился, но гранату не отпустил, он уселся в глубокое кресло и просто закрыл глаза, как будто бы решил подремать. -Второй вариант, ты уходишь в мир Аида, и работаешь в моей команде, профиль старый, цели те же, но нет ограничений. Это попадос, да еще конкретный такой, вселенского размера и с большим членом, который он уже примеривает для установления тотального господства... -Жесть или по совести? Решение уже принято, жить всегда хочется, но вытащить максимум инфы - это уже привычка. Голос хохотнул и я четко представил исполосованную шрамами морду Капитана, что растянулась в улыбке - только запор лечить. -Лучше чем ты себе надумал, но не радужно в общем. -Я тебе рассказывал о том как провел лето на ферме в Техасе? -Да сер, дело грязное но нужное, приказы? Дейв при этом слове оживился, спрятал гранату и уставился на меня в ожидании команд, решения за мной так как я главный, других установок не было. Он товарищ и друг, но в данной ситуации я его командир. -У черного входа стоит фургон садового магазина, в нем два «жмура» и набор юного поджигателя, сделали дело, заняли место в клумбе и до встречи. -Приказ ясен? -Да Сэр. -Выполнять, телефон, документы и ключи в карманы тел, напарнику не забудь передать. -Принято, конец связи. Гудки обрыва звонка и я обрисовал в трех словах ситуацию Спенсу, на что он с выражением полного спокойствия выдал: -Дел-ла братан. Хлопок открываемой двери, и два тела замотанные в полиетилен. -За что хватаешься? -За ноги. Буркнул Давид. -Отличный выбор. Взяв мертвеца, потащили его внутрь, второй тем же маршрутом. Вскрыв полиетилен полюбовались на одного белого и одного черного качка бандитской наружности, наш хвост не обманет, но даст время раствориться. Смартфон в задний карман, документы на грудь, одел его в свой бронник и выстрелил пару раз в упор, Давид сделал тоже самое, пару выстрелов в стены, немного пошуршали создав видимость борьбы и быстро свалили к фургону. Между мешков с удобрениями были ниши, которые мы заняли, в них было относительно удобно, в изголовье лежала сумка с бутылкой воды, сендвичем и мусорным пакетом. Хмыкнул, ну понятно, попил, пожрал, захотел по-маленькому - в бутылку, по большому в пакет. Не гигиенично - но зато практично. Пока рассматривал сумку кто-то начал закрывать нишу мешками, я не паниковал и смотрел в стену - ну его нафиг люди то серьезные - я может и Рембо но не Джеймс Бонд. Микроавтобус петлял по улочкам часа два, потом остановка минут тридцать, затем опять короткая поездка и опять затишье. По тому что мы едем без поворотов понял что мы на трассе, город покинут. Через пять часов опять повороты и короткие остановки. Последний рывок и остановка продлившаяся час который я продремал. Разбудила меня легкая качка - мы на воде, почти родная стихия. Еще семь часов езды и саркофаги с бедными последователями фараонов были вскрыты, я догадался что мы пересекли Ла-Манш и по времени езды и средней скорости я мог оказаться в двух странах: Франция и Бельгия. Второй вариант, привыкнув к свету я вылез из лежки и начал разминать затекшие конечности, рядом показался Дейв. Он ловкой сто-килограммовой горой мышц вылез на белый свет и начал разминаться. Рядом стоял усатый мужчина в кепке с логотипом магазина садовых товаров, -Вам на борт. Мы стояли посреди взлетной полосы рядом с частным самолетом «Гольфстрим», трап опущен и нас ожидало прохладное нутро комфортабельного люкс класса. -Пакет лучше не открывать,- сказал напарник и пошел к трапу, это вызвало улыбку у меня и у нашего водителя. Поднявшись на борт, я увидел Чарли и еще двух знакомых мне парней по службе в Армии: Леонард Дрейн и Крис Гомез, Леонард из Роял Маринз - пересекались в Кувейте, Гомез - котик из пятого отряда. Кивнув им я сел напротив капитана и ожидал продолжения... Третий Эшелон, секретное подразделение работающее в автономном режиме, командование децинтрализовано, структура как в подпольной ячейке, иерархическая цепочка при которой зацепив и распутав одну - ты уничтожишь лишь эту её часть, до остальных которые не пересекаются и не взаимодействуют ты не дотянешься. Задачи данного общества - разведка, шпионаж и контршпионаж, ликвидация и защита. Идея - это защита мирового порядка в общем от угроз намеренных и ненамеренных. Простыми словами мы выпиливаем опасные элементы что угрожают сломать весь механизм. Но мы действуем только в крайнем случае, приоритет - это слить информацию государству или заинтересованным личностям которые сами займутся проблемой. Фанатик с ядерной бомбой уже по нашей части, разработка опасного штамма вируса - выжечь все не оставив следа, религиозные секты разжигающие крестовые походы - уничтожить лидера и пройтись по цепочке убрав возбудители. Но только в том случае - когда система не справляется с вирусом проникшим в её организм. Передовые разработки и инструктора, обширная сеть шпионов, которые на самом деле не знают на кого они работают - это третий Эшелон. Работая в данной ячейке меня посещали догадки что у каждой ячейки свое название и не существует единого командования. Группы аналитиков по всему свету просеивают информацию и передают выводы дальше по цепочке, они многократно дублируются и проверяются перед тем как перейти к ячейке исполнения. Я уверен, что когда одна ячейка исчезает, из другой рабочей «выдерают» члена и дают ему информацию о возможных рекрутах, бери кого хочешь. Это гениально и это нельзя уничтожить. Вот уже второй год я работаю на Эшелон, капитан ушел, просто исчезнув с радаров - тогда я и догадался как все происходит. Главным сейчас у нас был Дрейн, на замену был завербован бывший военнослужащий Великобритании из SAS - Джон Траверс. Горы документации - это видимость моей работы репортера-фрилансера, необщительного уроженца Флориды сорока четырех лет, неженатого и бездетного, несколько подружек и пара коллег с которыми он - Итан довольно хорошо общается, фейковые страницы в сети и несколько аккаунтов в даркнете - такая идиотия, он отслеживается серьезней чем общедоступная сеть, где среди вороха фото с котятами и горами порнухи можно спрятать что угодно. Вот так я и жил, убивал плохих парней, шпионил. Но мысль уйти посещала меня каждый день, я не сдался – просто устал. 9 сентября 2012 года. 10:22 Сны, мечты о тысячи мирах и несбыточном, яркие абстракции и нелепые ситуации, чувство полета и падения что сопровождается липким страхом который неясными образами и тенями подымается из пучины. Рывок, пиликанье и голос пилота что на арабском говорил о температуре за бортом. Хоть здесь и работал кондиционер но рубашка прилипла к мокрой спине, ремни безопасности были отщелкнуты и я пропустив старого араба достал с верхней полки рюкзак. -Черт. Очки висевшие в разрезе рубашки упали на пол. Настроение и так с планки все херово скакнуло в хуже некуда. Закинув лямку тактического рюкзака оливкового цвета на правое плечо, я двинул по узкому проходу к стюардессам что стояли у открытой двери ведущей к трапу. Жаркий воздух ударил упругой волной разогнанный стихающими турбинами, от побитого и потрескавшегося асфальта поднимался жар. Одев очки и расстегнув еще одну пуговицу я потащился в терминал. Международный аэропорт Бенина был тем еще дерьмовым местом: Взлетно-посадочные полосы перемежались колючими кустами и высокой по пояс травой. Здесь было очень сухо, одна малейшая искра и все вспыхнет поглощенное пожаром. Слева от единственного терминала стоял сгоревший самолет, рядом было много разрушенной техники и даже закопченный Т-62. Хмыкнув на эту картину я продолжил путь к трехэтажному бетонному зданию чьи стены были расписаны арабскими символами и непонятными граффити, следы от пуль глубокими оспинами покрывали бетон стен. -С пулемета долбили что-ли, дебилы бородатые... Через пару минут оказавшись под сводами терминала, я окунулся в поток голосов галдящих арабов и непередаваемый запах нужника, табака и еще какой-то жуткой кислятины от чего под небом зачесалось и захотелось чихнуть. Индивид в форме служащего аэропорта помахал мне рукой подзывая к себе. Толстый, потный мужик, его серая рубашка окрашивалась пятнами пота, верхние пуговицы были расстегнуты показывая его курчавые волосы на груди. С диким акцентом он обратился ко мне на английском: -Ваши документы цель прибытия. Без паузы и со скукой на потном лице, если бы я был мене опытным, то хрен бы разобрал его речь. -Кореспондент Нью-Йорк Таймс Итан Санрайдер... Он держал мои документы и мазнув взглядом по символу США изображенному на синей корочке махнул рукой. -Добро пожаловать в Ливию, проходите... Оттиск печати и липовый паспорт обзавелся еще одной визой. Паспорт в задний карман джинсовых брюк, наушник в левое ухо и на смартфоне без логотипов загорелся экран вызова. Три гудка и короткий ответ: -Белая тойота, север парковки. Вытащив наушник и забросив его к своему товарищу в нагрудный карман рубашки, ненавижу когда что-то болтается, пошел за редким потоком людей на выход. Черт, спокойней, мазнув взглядом по группе людей, что не таясь держали в руках дрянные калаши и узи, я прошел мимо их машин и двинул вправо. Достав телефон и изображая разговор по видео связи я смотрел в отражение темного экрана следя за вооруженной группой. Белый джип показался из-за грузовичка с грубо свареным кузовом, что был оббит деревянными досками. Машина была пуста, но потянув за ручку, дверь открылась. Я закинул рюкзак на задние сидение и вытянув ноги захлопнул дверь. Через десять секунд водительская дверь хлопнула и сидение скрипнуло под тяжелой тушей напарника. -Чисто, рад видеть тебя брат. -Знаю что чисто, я тоже рад тебя видеть Дава. Я обнял высокого и широкоплечего негра по имени Давид, он был коротко стрижен, носил короткую бороду и имел несколько шрамов пересекающих итак не дружелюбное лицо. Разомкнув объятья и сверкнув белыми зубами он протянул мне пистолет. Проверив обойму и передернув затвор кивнул и положил пистолет на левое колено. Машина хрипло завелась и тронулась на выезд из аэропорта. -Что за ребятки у входа? -Сброд обезьян с оружием, типа контролируют территорию, по факту курят гашиш и пинают хуи. Дейв говорил на чистом русском и цыкнув зубами высунулся в окно и заорал на идиота полезшего под капот. -Страна непуганых идиотов блядь! Два выстрела вверх и два молодых араба улепетывают в сторону, оглядев улочку могу со стопроцентной вероятностью сказать, что всем насрать. Работая в Лондоне, до того инцидента, я был в шоке когда узнав о русской мафии которая плотно пустила корни в Англии, не останавливая свое развитие я решил приобщиться к этому языку. Он был красив и сложен, и он пополнил мою копилку полиглота, став четвертым языком, которым я свободно владею и подтаскиваю Дейва. Каждое задание на разном языке, каждая встреча и мы обменивались фишками и сленгом развивая свое понимание речи и культуры. -Вводная? -В городе полно группировок и банд как арабов так и черных, с арабами все ясно а черные торгуют стволами и наркотой с Африки. Он потянулся к бардачку, но я мягко отстранил его руку и кивнул на дорогу. Пару раз дернув защелку, достал планшетку с листами бумаги, фотографиями и сложенным куском карты. Перебирая бумаги, я добрался до фотографии цели: -Фаруд Аль-Хафан, работал на Кадафи до его кончины,- Он хохотнул и приглушил радио, -Ученый, физик-ядерщик, уже с полгода как залег на дно, всплыл позавчера вечером, пытался пробиться в американское посольство но гаврики из местной полиции скрутили его на воротах, а руководство и СБ его проворонили. -Они что ментов вызвали и отдали его им, они просрали араба умеющего работать с ядерными бомбами? Дава кивнул и продолжил смотреть на дорогу, сейчас мы ехали по дороге что была расположена рядом с заливом и прохладный бриз проник в машину через опущенные окна. -Нужно достать его и передать ЦРУшникам в Ель Салуме. -Египет, нам еще через границу его тащить, твою мать... -Так ладно, пробуем выкупить а там как пойдет... Но я был перебит напарником: -Не получится, они его пробили по базам, Нац-без мониторили сеть и забили тревогу, придется замараться. -Логично нас бы не послали за ним, я так понял все как в Кейптауне? -Да Конрад, американцев типа здесь нет, нас же не существует, так что и свои будут стрелять... -Не каркай. Я нахмурился и углубился в кипу документов. -Каркай не каркай, вобще не понимаю смысла данного выражения но не суть. Бенгази сейчас как пороховая бочка, все на нервах, количество танго и остальных наемников возрастает, еще и угроза террористического акта. -С чего бы вдруг? -Одиннадцатое сентября, Алькаида, ну ты понял... Он нахмурился и не осознано потянулся к пистолету. -Это меня и беспокоит... Джип повернул с окружной в центр города, узкие улочки со снующими людьми и раздолбанными колымагами, жара и дикая вонь въедалась в кожу и вызывала першение в горле. -Приготовься, сейчас будет блокпост местной группировки. -Мне документы им показать? Я скептически выгнул бровь, но Спэнс не отреагировал. Арка проезда была зажата невысокими зданиями, пыльная дорога и блокпост со сваленными мешками и ебаным пулеметом что возвышался над багажником серого джипа и смотрел своим черным зевом прямо на нас. К нам подбежали двое арабов в рваных халатах и черных повязках на руках, у них в руках были автоматы Калашникова с выпиленными прикладами. Они что-то орали и направляли на нас оружие. -Не дергайся. Дейв уже приложил ствол пистолета к хлипкой двери, и я был уверен что он был нацелен на кричащего бородача, я повторил его действия зеркально. К нам подошел седой старик с длинной бородой, на носу были очки в тонкой оправе, а его одежда была чиста в отличии от крикливых танго. Вот кто здесь бос. -Выйти из машина! Его ноздри раздувались, черные глаза на морщинистом лице прожигали нас, метаясь с одного на другого. -Нет. Дейв был спокоен, арабы же продолжали орать и дергали автоматами нацеленными на нас. -Вы подчиниться или умереть! Выйти из машина американцы! Я услышал звук отрываемой чеки, но не обернулся продолжая следить за противником, Спэнс знает что делает. -Вот мои документы, а теперь подними свою башку и посмотри вверх. -Видишь дрон? -Нет? -А он тебя видит, одно неверное движение и первая ракета попадет сюда, а вторая в твой дом. -Стоит оно того? Секунды тянулись одна за другой, пока старик не перестал сверлить лицо напарника и что-то заорал махая руками. Шлагбаум поднялся, и мы под прицелами десятки танго и пулемета проехали арку. Молчание что тянулось минут пять, пока Дейв рулил по узким улочкам, разорвал его хриплый голос: -Подними чеку, рулить не удобно. -Она под сидением, с приездом в Ливию Конрад. -Ага, я аж свечусь от счастья... 13:55 Узкий дворик затерянный в трущобах города оглушил отзвуками двигателя, куски бетона и строительного мусора, несколько покрышек и гора деревянных поддонов подпирали серо-коричневые стены со следами огня и пуль. -Место тихое, к участку недалеко, пять минут ходьбы. Он захлопнул дверь и поманил меня за собой. Пыльное помещение с пустыми рядами порушенных полок, перевернутый древний холодильник. Трассера лучей пробивались через дырки в досках и фанере что закрывала разбитые витрины. Металлическая дверь из толстого листа стали захлопнулась погрузив зал в полумрак. -Нам наверх. -Иду. Толстые подошвы армейских ботинок зашуршали по бетону лестницы, пыль и осколки бетонных стен заставляли смотреть куда идешь, не хватало еще с лестницы упасть. Комната на втором была размером с крохотный зал на первом этаже, линялые ковры на стенах, окна завешенные шторами хлопали под порывами теплого ветра. В углу лежало два матраса и пару кейсов из армированного пластика. Деревянный стол был заставлен радио-приборами, и парой ноутбуков в защитном пластике, толстый кабель тянулся вдоль стены и уходил вверх в криво заделанную дырку на потолке, скорее всего ведя к тарелке связи. Неплохо он тут развернулся. -Сколько ты здесь? Я бросил рюкзак на матрас и уселся рядом, привалившись к прохладной стене. Достал пачку сигарет и не спрашивая разрешения закурил. -Две недели, и ты же бросил? Он недовольно помахал рукой развеивая клубы дыма и отодвинул штору, но увидев мою довольную улыбку махнул рукой и побрел в соседнюю комнату, отделенную шторкой. -Бросил, но всегда ношу с собой пачку для таких вот ситуаций. Он кивнул и сел за стол начав щелкать клавиатурой. -Что там? -Оружие, снаряжение, а то я что-то здесь этого добра не вижу? -Потому что их нет, хе-хе-хе. -Слышишь майор, как я работать буду? Щелкнув окурок в окно и левой рукой поймал брошенный мне толстый прямоугольник коммуникатора. -Все сами, я думал ты догадался когда я тебе про тройной тариф сообщил. Потерев лицо руками я поднялся и сел на стул рядом с чернокожим громилой. -Давай вещай, я так понял, что у тебя есть план, не тяни кота за яйца. Он хохотнул и полез в карман. Достав записную книжку в кожаном переплете и начал записывать. -Детский сад. Он бережно завернул кожаный ремешок и спрятал книжицу обратно: -Пистолет у тебя есть, винтовки купим на рынке, стараемся не наследить... -Дава, ты гонишь? -Я серьезен, не паникуй, можем и стингеров пару прикупить если тебе будет легче. -Смотри, вот план участка и прилегающего квартала. -Я буду здесь, хорошая позиция, просматривается весь двор и подступы, ты же зайдешь отсюда. Он тыкнул пальцем в синюю точку что была расположена за участком рядом с парковкой. -Выяснил где цель? -Да, его держат в местном изоляторе, подвальное помещение, вот. Он вывел план этажей и указал нужную камеру. -Нереально, со взводом штурмовиков еще ладно, но один хрен там. -Ладно, я знаю ты не имбецил хоть и пытаешься им казаться, у тебя есть план? Он шутливо боднул меня локтем и открыл документ. -Откуда инфа, почему я не вижу толп американцев с автоматами? -Не спрашивай да я и не знаю. Я сидел и размышлял о полученной информации, теракт и нападение на посольство американцев уже спланирован. Местное подразделение ЦРУ с отрядом быстрого реагирования и штат посольства - вот и вся сила которой обладает дядя Сэм в Ливии. Они знают, что будет полная дичь, но не предпринимают никаких действий что бы её предотвратить, опять. Дейв предлагает под шумок вытащить цель и свалить в будущей вакханалии. Даже если мы наследим, то все будет стерто погромом и терактами. -Буду думать, а ты пока сгоняй на рынок и купи парочку РПГ. -Капец торговый центр для террористов. -Че даже не попросишь парочку Калашей или хотя бы танк? -Стереотипы про русских здесь не уместны, и по факту я немец. (В армейском досье - мой отец залегендирован как сын русского эмигранта сбежавшего в САСШ после Октябрьской революции.) -Ага, а я папа римский, знаю я вас комуняк... -Пошел ты. Он с гоготом спускался по лестнице, пока я садился на его место и начал осматривать план здания. Маршрут отхода Дейв проработает сам, он здесь дольше и знает расклады. 18:10 Тяжелые шаги и маты на инглише уверили меня в том - что это мой напарник, курок был снят с боевого взвода и я вернулся за стол. Спэнс был взмыленным и злым, он аккуратно положил длинный сверток на пол и махнув мне рукой пошел обратно: -Пойдем поможешь, ты не представляешь как я хотел убить этих сук, снести башку нахрен. -Двадцать баксов за СА7, еще десять за два калаша и пятнадцать за СВД. -Про РПГ вообще не заикаюсь. По мере его монолога мои брови ползли вверх: -Нифига себе рынок, нахрена ты Стрелу взял, ты собрался по вертушкам и самолетам стрелять? -Просто подвернулась под руку, лишним не будет. -Тогда я не понимаю твоих причитаний и вообще тема закрыта. Я обогнал открывшего рот напарника и откинув кузов багажника взялся за тяжелый зеленый ящик с узнаваемыми надписями. 11 сентября 20:01 В жарком вечернем воздухе витала зарождающаяся буря, я ощущал напряжение которое словно адское цунами было готово утопить этот город в огне. Я сидел привалившись к парапету крыши здания что было расположено напротив участка. Дом был угловой и с него хорошо просматривался двор и дорога. Напарник и координатор в одном лице стоял на одном колене и смотрел в фигурный вырез парапета с биноклем. Второй свободной рукой он выстукивал хорошо знакомый мне ритм костяшками пальцев. -Ага согласен, миссия невыполнима бля... -Давай на позицию, я прикрою. -Еще бы не прикрыл. Накинув темно-серую куртку и перекинув маленький рюкзак за спину я двинул на позицию. Улицы были темны и пустынны, кое-где из окон лился рассеянный свет и были слышны приглушенные голоса или даже к моему удивлению ор комментатора по футболу. Перепрыгнув через забор, я оказался на заднем дворе полуразрушенного здания, дверь была заблаговременно вскрыта, и я спокойно вошел на первый этаж. Захламленная комната, обрывки занавесок колыхающихся от легких порывов ветра. Теперь только ждать, проверив в очередной раз как выхватывается пистолет и нож - просто рефлекс на успокоение, я присел под окном что вело к тыльной стороне полицейского участка. Двенадцать минут тишины и я понял что пора. Звуки доносившиеся с другой части города я ни с чем не перепутаю. Частые очереди из автоматов и непрерывный треск пулеметов. Тоновый гудок наушника, и голос напарника: -Пора, у тебя двадцать минут, бой идет к нам. -Принято. Легкой стокилограммовой тенью я скользил между бетонными блоками и завалами мусора. Участок почти не освещался, только внешний периметр. Кусочек рафинадного сахара дождался своего часа и начал медленно растворяться под языком. Как дилетанты рёбаный ёт, ни ПНВ ни глушителей, нихрена. Резкий рывок и ступня упирается в сетку рабицу, руки подтягивают меня вверх и я плавно перекидываю себя на другую сторону. Кувырок и я опять растворяюсь в тенях. -На два часа, автоматчик. -Второй этаж двое, устроили перекур. -Принято. Одними губами прошептал я, но ларингофон передал мой голос наблюдателю. Так, три-два-один, я метнулся вперед и перекатом ушел к стене здания. Тихо, отлично вперед, медленно и плавно я опустил ногу на решетку окна и полез вверх. Звук шагов по гравию дорожки и полицейский проходит прямо подо мной, я одной рукой держусь за арматурину которая торчит из основания балкона. Теплая дорожка пота стекает по лбу и попадает на губы, уф-ф, подтянувшись вверх я сразу перекинул себя за парапет и прильнул к стене. -Двое за дверью, курильщики разошлись, левый будет у тебя через пятнадцать секунд, двигай. -Принял. Прильнув к двери, услышал тихий разговор, так один слева перед дверью другой за столом. -Пять секунд. Нож в левую, пистолет взявшись за ствол в правую. Дверь открывается и сразу же захлопывается, керамбит вспарывает глотку ближайшего, тело не успевает осесть как в ошарашенную рожу второго летит пистолет. Глухой удар рукояткой по лбу - и тело с глухим стоном валиться под стол. Мягко ловлю заливающее пол кровью тело и облокачиваю на стену. Рывок вперед и нож в сердце отправляет арабского полисмена к гуриям или к каким другим херам. Пистолет обратно в открытую пластиковую кобуру, и я просочился в офис перед этим закрыв дверь. Коридоры освежались слабо, потрескавшаяся краска на стенах и кучи макулатуры сваленной под стенами. Спрятавшись за старым столом, пропустил араба чтобы через секунду отправить его к сослуживцам. Я бы его не трогал, но он направлялся туда откуда я пришел, и логично - что увидев тела он бы поднял тревогу. Оттащив тело под стол я пошел вперед. Его я не резал, ибо кровь бы сразу обозначила моё присутствие, так что просто сломал шею. Вот и лестница, медленно прислушиваясь к тишине я спускался на первый этаж, лестницы были расположены в шахматном порядке, что бы попасть на нужный этаж нужно было пройти его полностью. Я выглянул в коридор что бы мгновенно нырнуть обратно. Два араба в форме стояли и говорили о чем-то посреди коридора, дверь рядом была открыта и оттуда шел третий голос. -Пятнадцать минут. Голос Девида был напряжен, оно и понятно, даже здесь был слышен шум пальбы, хотя странно что полиция закрылась у себя и в ус не дует, хотя это же арабы что с них взять. -Пробка первый этаж, есть обход? -Через кабинет в соседний коридор, если нет вали их. -Я пальну из РПГ и отвлеку их на себя. -Дичь несешь, работаем по плану, отбой. -Принял, отбой. Медленно поднялся и прогулочным шагом прошел к кабинету и открыл его, один из арабов обернулся, но полумрак коридора и мое спокойное поведение расслабило его и он не почувствовал угрозы. Дверь ведущая в другой кабинет была закрыта, достал из под полы куртки набор отмычек в мягком чехле, тридцать секунд и я мчусь пригнувшись по коридору. Лестница вниз, влажный затхлый воздух, запах испаражнений и крови. Такая вот каталажка в Ливии, все камеры пусты кроме нужной. Обьект спрятался забившись в угол и укутавшись в ворох тряпья что был его халатом, абаей. Скрип замка и я достаю фонарик чтобы осветить его лицо: -Фаруд Аль-Хафан? -Отвечай живо! -Да, да, я все скажу... Сдавленный стон после удара под дых, и я стянув ему руки пластиковым хомутом, перевернул его на спину. Скотч на рот и черный мешок зашлифовал коктейль арабский пленник. -Посылка у меня. Молчание. -Прием посылка у меня! Бетон стен скорее всего, черт. Схватив и прикрываясь телом ученого я двинулся вверх. Рация ожила на половине пролета: -Ответь Кот, прием! -На связи. -У нас проблемы, минуту назад на крышу высадились неизвестные, сейчас штурмуют верхние этажи,- Я уже услышал выстрелы и подбив ноги уронил Фаруда на пол, -Перед центральным входом два грузовика, насчитал 12 танго и один пулеметчик. Черт, черт, как всегда все катиться к чертям, тело на полу пыталось брыкнуться но получило удар по почкам. -Высадились на чем? -Что, по...ри? -Высадились на чем? По слогам произнес я. -Ми 35. -Русские? Если да, то это херово, десантники, штурмовые винтовки, броня, гранаты. Это волки что устроят бойню. На такую откровенную «мокруху» овец не посылают. -Нет, он полностью черный, без опознавательных символов - наемники, что ты задумал? Тебе не понравиться друг, но больше мой мозг и лихорадочные мысли не смогли ничего выдать. -Вертолет улетел? -Нет, плохая идея... -Будь готов, отбой. Нож мелькнул вороненной сталью разрезав хомут, я сдернул мешок и увидел испуганные глаза. Подзатыльник и пленник уставился на меня: -Если хочешь жить слушай меня, команды выполнять четко и быстро, от меня не отходить ни на шаг, кивни если понял. Фаруд закивал и я резко поднял его на ноги, сопля блин. Развернул араба спиной к окну и под грохот автоматных очередей, с разгона столкнулся с ним прикрываясь от осколков пихнув его в окно. Араб высадил собой хлипкое стекло и в шоке смотрел на меня мыча что-то залепленным ртом. Рывок за костлявое плечо и он болтается у меня за спиной. Добравшись до северного угла, сбросил его и подтолкнул вперед к стене и арматуре лестницы. -Лезь по лестнице живо! Пожарная лестница вела на крышу, единственный шанс уйти. В его глазах появился проблеск мысли и мрачной решимости, он быстро перебирая руками и семеня кривыми ногами полез вверх. Перевалившись на крышу я отпихнул его в сторону и дважды выстрелил в бойца облаченного в черные одежды. Кольт 1911 дважды хлопнул и я пригибаясь потащил ученого следом. Под такую канонаду можно и на барабанах греметь. Оглядев крышу с множеством пристроек, оттянул Фаруда, а затем и труп к ближайшей. -Сядь, крути башкой, увидишь движение хлопни по плечу. Перевернув тело, я снял разгрузку, затем бронник и начал облачаться, тридцать секунд и лямки были туго затянуты. Выщелкнул магазин и вставил новый, передернул затвор FN Scar-L с голографическим четырех-кратником. -Руку мне на плече и идешь за мной. -Двинули. Перебежками продвигаясь на шум винтов я понимал, что угодил в полную жопу, оставалось надеяться на удачу, только не неё. Громадина вертолета показалась из-за пристройки на крыше, тройка противников рассредоточились у вертушки и контролировали спуск с крыши. -Пес прием. -На связи. -Долбани с РПГ по танго внизу, через десять секунд. -Принято. Три два один, взрыв и огненный столб поднялся слева, два бойца повернулись третий же контролировал свой сектор. Выпрямляюсь из-за укрытия, вздох и жму на курок, ствол выбросил пламя и внимательный получил тройку в голову, указательный палец перекидывает рычаг на автоматический огонь и скупой очередью скашиваю еще двоих. Отпускаю правую руку и хлопаю ученого ладонью по боку. Он устремляется вперед и приседает у зева десантного отсека, автомат повисает на ремнях рывок, и мозги пилота окрашивают левую стенку кабины, затаскиваю ученого внутрь и жму на педаль вместе с этим тяну рычаг управления на себя, винты уже раскручены пилот не глушил двигатель, рывок и машина отрывается от крыши участка. -Пес канат! -Принято. Я завис над пунктом наблюдения, который обстреливали выжившие танго, по обшивке застучали пули высекая искры, но они были заглушены гулом лопастей. -Валим! Голос Давида распрямил пружину нервов и я потащил рычаг вверх. Город под нами горел, трассера выстрелов и пожары освещали ультрамариновое небо, сзади в проход ввалился Дейв, он хлопнул меня по плечу и занял кресло позади: -Конрад у тебя топографический кретинизм, нам в другую сторону! -Блядь! Плавно сделав разворот, я поднял машину повыше. -Теперь норма? -Да, кстати ты когда на русских вертушках научился летать? Его голос дрожал он был на адреналине как и я. Все бояться и такие отходняки норма, бывает и похуже. Яркая вспышка осветила все, но я не обратил внимания. -Я не знаю смогу ли я её посадить вообще, на таких не летал! Мы уже пролетали над окраинами, когда я обернулся, не дождавшись ответа от напарника. На его темном лице было выражение ужаса и мрачной обреченности, посмотрев в туже сторону я обмер, стало как-то холодно и тоскливо, вот как ощущается смерть. Яркая звезда в центре города вспухала, превращаясь в гриб, вмиг вертушку сначала дернуло и начало сносить в сторону а потом все потухло, автоматика и приборы просто умерли, Ми 35 начал падать, заваливаясь на бок, желудок собрался в ком и поднялся к горлу, я же просто закрыл глаза...

***

Это действие не смеренное принятие смерти какие вы видели в кино про самураев и героев спасителей. Паниковать - верный путь к гибели, в непонятной ситуации прими оптимальное решение. Оно заключается в том - чтобы найти максимально безопасное место, которое поможет переждать критический момент, что бы если ты выживешь - ты не был недееспособным и мог унести свои ноги и при возможности спасти напарника или команду. До конца делай все возможное для выхода из критической ситуации – это, залог выживания. Паника это производная страха, который поглотил твой разум, страх нельзя победить, его можно лишь направить в нужное тебе русло, вывести на пик всю сенсорную и нервную систему и открыть путь к выходу. Я научился этому через три года уже боевой службы, только познав во множестве ситуаций слабость паникующего сознания, я облек слабость в силу. Адреналин бьет по мозгам не хуже бутылки текилы и удара в голову, но поймав тот момент зарождения слабости ты научишься перековывать его в оружие. Тот момент, когда ты отбрасываешь все мысли и варианты своей смерти и как по заложенной, написанной тобой программе начинаешь действовать для выхода из западни, внося поправки и корректировки в план. Когда вам говорят не спешить в критической ситуации они имеют в виду не метаться в бессмысленных действиях и фантазиях. Мысль опережает действие. Вот здесь начинается спор, как же думать - когда от твоих действий зависит твоя жизнь. Первый аргумент - если ты допустил возможность такой ситуации ты уже проиграл. Второй, даже при поражении в битве, можно выиграть войну - оцени обстановку, наметь план и действуй.

***

...и создал простой план: посадить птичку; Выбраться из вертолета и вытащить уцелевших; Свалить из зоны заражения. Прошли всеголишь секунды как резкий звук аварийного сигнала ворвался в мой мозг и я открыл глаза, приборы мигали оранжевыми и красными всполохами. Вертолет крутило как юлу заворачивая в неконтролируемый штопор. -Выравнивай! -Выравнивай мазафака!!! Голос Дейва пробивался из-за шума винтов и пищания приборов, он уже сорвался на мат и орал во всю глотку что бы я выравнивал машину, но контроля не было. Я дергал изо всех сил рычаг управления, но он заклинил, ноги изо всех сил давили на педали набора высоты и контроля оборотов, но они так же не отзывались. Перегрузки впечатывали меня в левую стенку пытаясь раздавить о прочную скорлупу кабины, мыслей не было, только сердце что пыталось вырваться из заточения грудной клетки, тяжелые вдохи и давление на позвоночник. Чернота неба и серые барханы сливались в круговорот, последняя мысль: -А ведь это последняя «жизнь».