Пожар в кукольном домике

      Со смерти Хелен прошло уже почти два года. Ровно столько здесь не было Мартина. Он не был на её похоронах, он не был на её могиле, он просто сел в машину и уехал так далеко, как только смог сразу после звонка. Никто его не видел, хотя, впрочем, никто и не искал. Все это время он перебирался из города в город, путешествуя по югу Франции. Пытался забыть, пытался уняться, он хотел выкинуть все своё прошлое, но у него ничего не выходило, его главной ошибкой было то, что он не пытался начать сначала. Он пытался начать с конца и понять, в чем же было дело, в чем он был виноват.       Они были знакомы с четырнадцати лет, она мечтала стать известной актрисой, а ему лишь нечем было заняться летом, они встретились в театральном кружке. Они сразу заметили друг друга, но она была посмелее. Оба были сильно влюблены, но впервые поцеловались лишь следующей весной. Вместе взрослели, вместе закончили школу, вместе мечтали о будущем, хотя и о разном. Пробы, провалы, пробы, не взяли, следовали за ней по пятам. У него же всё было проще: от отца достался маленький книжный магазинчик, где он и работал до того дня... Хотя случались неудачи, они вместе над ними смеялись и продолжали жить дальше. Но в тот солнечный вторник, когда всё, казалось бы, было так хорошо, она не хотела больше смеяться, она не хотела жить дальше.       Мартин решил, что если приедет, то возможно ему станет легче. Это снова был вторник, но вместо солнца целый день лил дождь. Он медленно подъехал к воротам и остановил машину. С минуту сидел и смотрел через мокрое от дождя стекло в пустоту. Затем наконец открыл дверь и вышел под ливень, ступая по лужам на встречу с любимой. Ничего кроме шума дождя не было слышно. Он сливался с ним в пустоту. Мартин не знал, где точно её могила, и долго слонялся весь промокший, изучая даты чужих смертей. Взгляд его скользил с имени на имя, все они ничего ничего не значили ни для него, ни для кого-либо вообще. Вдруг он застыл, подражая статуям кругом, и тихо прошептал: Хелен Боснен... Все те цветы, что ты не получила на сцене при жизни, хотя так заслуживала... Мартин наклонился осторожно и стряхнул грязь с почти рассыпавшихся букетов, и дрожащей рукой положил свой новый.       Мартин сидел там так долго, что дождь уже давно успел закончиться. Он молчал, хотя собирался поговорить с ней, он спрятал голову руками, хотя собирался на все посмотреть. Серое небо, какое всегда бывает над кладбищами, пряталось за острыми ветвями деревьев, что устрашающе возвышались, как стражи покойников. Было тихо, ведь кому здесь шуметь, если вокруг ни одной живой души? Как вдруг позади послышался детский испуганный голосок: - Почему я умерла?!       Мартин вздрогнул от неожиданности и быстро поднял голову. К нему навстречу по промокшим, опавшим листьям шла маленькая девочка в розовом платьице. Она была похожа на фарфоровую куклу — ужасно бледная кожа, большие синие глаза и аккуратные темные кудряшки, спадающие с плеч. Вид у неё был испуганный, и, казалось, она вот-вот была готова расплакаться. Мартин быстро провел ладонью по щеке, вытерев маленькую, позорную для мужчины, слезу и встал на ноги. - Что ты тут делаешь? Обратился он к маленькой незнакомке. У неё задрожали губы. - Я тут живу недалеко... Просто гуляла и... Потом она тихо всхлипнула и опустила взгляд вниз. Мартин непонимающе нахмурился. - Пойдём, я покажу... Прошептала девочка, не поднимая головы, и протянула Мартину руку. Он осторожно взял её крохотную холодную ладошку и пошёл за незнакомкой куда-то вдаль по кладбищу. Они прошли сквозь колючие кусты, обогнули пару могил, а потом остановились у одной. Мартин хотел уже отпустить руку девочки, но она сжала его ладонь ещё крепче и прерывисто выдохнула. - Видишь?... просила она у Мартина, указывая свободной рукой на надгробие. Он прочёл, там было написано: « Синтия Уайт 1966-1974 гг.» - И что ты хочешь мне этим сказать? - Меня зовут Синтия Уайт. Пролепетала девочка. - Но я не умирала... Мартин растерялся, не зная, что сказать. Вся эта ситуация казалась ему очень странной и жуткой. Наконец он прокашлялся и, стараясь улыбнуться, сказал, наклонившись к девочке: - Ну, если ты уверенна, что не умирала, значит ты не умирала. Всё хорошо, милая, тебе лучше вернуться домой. Ты живешь тут недалеко? Тебя проводить? - Ты ангел, который пришёл за мной, чтобы проводить к Боженьке? Испуганно пропищала девочка. Мартин тут же кинулся её успокаивать, хотя сам был испуган не меньше. - Нет, нет, Синтия, что ты! Я отведу тебя домой к маме и папе! Ты жива! Ты жива... Это не твоя могила, просто у вас одинаковые имена, такое бывает! Синтия его совсем не слушала и просто начала плакать, закрыв лицо руками и спрятав за кудряшками. Мартин уже не знал, что делать и, присев коленями прямо на сырую землю, обнял девочку, и начал гладить её по голове, приговаривая « Всё хорошо, всё хорошо...». Он думал о том, как должно быть странно и неправильно это всё выглядит со стороны, он ехал сюда попрощаться с Хелен, а теперь на его плечи упала задача заботиться об этой непонятной девочке, не мог же он её так одну оставить...