* * *
Так как сегодня важный день, все уроки отменили, дабы дать больше времени на подготовку. Элеонора была готова осуществлять наш коварный план. Первыми были младшие, потом средние, — то есть мы, — и старшие. Местом выступления был актовый зал. На сцене выступали учащиеся, перед ними на стульчиках сидела комиссия — две женщины среднего возраста и относительно молодой мужчина. За ними — пустые места для зрителей. Те, кто готовился, располагались в коридоре. Я заметила старшую группу. Там были три девочки и один мальчик, который держал на руках другую девочку, которой плохо. Одна из девушек махала тетрадкой на них. Другие ученики заучивали текст, некоторые в панике носились по коридорам. Прослушивание средней группы началось в полдень. Конечно, первой была наша отличница, так сказать чтобы представить нашу группу в лучшем свете. Дальше был Макс. Синяя краска на волосах до сих пор не смылась, и это сильно повлияло на конечные результаты. Никогда не понимала, почему все так придираются к цвету волос. Он получил четыре с минусом. Следующими были мы. Мэй была абсолютно спокойна. Оказалось, пока я пыталась поесть, она откопала у себя в комнате просроченное успокоительное и выпила сразу полпачки. Я, со скрепленными листами в руках, начала громко и четко говорить вступление. Несмотря на мой спокойный вид, внутри бушевали ураган волнения и цунами стресса. В нужный момент за моей спиной вышли Алиса и Элеонора. Они как бы «на практике» показывали то, о чем я говорила. Когда я заткнулась и отошла, чтобы внимание судей привлекли девочки сзади, я резко услышала голос в голове. «— Если не учитывать «Че эта девка выглядит как эмо?» и «Это эксплуатация детского труда!», то все довольны» «— Спасибо и на этом» Нам поставили пять… с минусом, опять же. К счастью, никто из проверяющих не владел телепатией и нас не раскусили. Старшие начали в 15:30. Почему-то с нашей группой довольно быстро управились, несмотря на кучу замечаний к каждому ученику. Поскольку там обязательными должны быть заклинания с волшебной палочкой, из актового зала нередко доносились звуки взрывов.* * *
После всей мозготрёпки я прыгнула на кровать в своей комнате и уткнулась носом в подушку. Но не успела я насладиться этими мгновениями, как входная дверь резко раскрылась и в неё влетела Мэйвис. — Ты представляешь, Белый договорился со старшаками и сегодня мы все дружненько идём на гулянку! — На какую гулянку, я ща сдохну! — говорю я и кидаю подушку в подругу. — Ну половина старших живёт в подвале, а там есть вино! — она ловко увернулась и с не меньшим энтузиазмом продолжила. — Ох, значит, ты просто так не отстанешь? — Не-а! И тебе придётся идти со мной! Только будь добра, подними свою жопу. Я встала с кровати, тихо ругаясь. Алиса расстегнула верхние пуговицы моей рубашки так, что девушки с трассы позавидовали бы. — Вот, так-то лучше! — Ты серьёзно? — Да брось, нужно же найти тебе мужика на ночь хотя бы раз в жизни. Или ты по девочкам? — Так когда там тусовка? — В семь вечера начало. Только там конспирация. Мы втихую сваливаем, потому что никто из наших об этом узнать не должен, и по лестнице спускаемся по одному с перерывом в полторы минуты. Чтоб наверняка. — Господи, на что я соглашаюсь… В подвале пахло сыростью. Если бы я увидела где-нибудь в углу растущий гриб, я бы не удивилась. Хорошо ещё, что с потолка не капала вода. Было как-то прохладно, но Мэй запретила мне надевать кофту сверху, потому что знает, что я надену бабушкин свитер и никакая расстегнутая блузка его не затмит. Напольное покрытие — скользкая плитка, но тут мне повезло: я обула кроссовки и со злорадством смотрела на девушек в каблуках. Стены из коричневого кирпича, тусклое освещение и много полок с вином — так можно описать атмосферу помещения. Однако пати будет проходить в комнатах старшаков. Туда мне и заглядывать страшно. Интересным мне показалось то, что некоторые комнаты были «совместные». Вход в одну комнату был в другой жилой комнате. Представляю, как не везёт жильцам первой, ведь через них регулярно проходят студенты. В конце концов мы пришли. Это оказалась небольшая комнатушка с тремя кроватями. Сбоку стоял письменный стол, заваленный разными конспектами и скомканными бумажками. На стуле на колёсиках лежали книги. На ещё одном стуле покоилась одежда. Также в комнате стоял шкаф с зеркальными дверями-купе. Честно признаться, я ожидала большего срача. На одной из кроватей сидел знакомый Макса. Возле другой валялся баскетбольный мяч. При виде его у меня слегка заболела голова. — Ну шо, народ, ждём Костяна и валим? — сказал знакомый Белого. — Куда валим? — вмешиваюсь я. — Малая, ты шо, не в курсе? Мы тут такую заброшку нашли! — О чем разговор? Я замираю. Дыхание сбилось, я в панике пытаюсь понять, он ли это, и каждая попытка указывает положительно. Ступор, выброс из реальности длиной в три секунды. Так, со мной реально что-то не так. Я стою спиной к двери, его большая тень падает передо мной. Зеркало на шкафу на долю секунды показало краешек огненно-красных волос. Без сомнений, это он. — О заброшке. Крутая ж! — Точняк. Подожди, я косуху накину, а то там чет холодно. — парень открыл шкаф с неплохой коллекцией одежды, а затем достал оттуда черную кожаную куртку. — Девочки, а вы так пойдёте? Он обвёл нас с Алисой взглядом, загадочно задержал его на мне и слегка улыбнулся. У меня опять пропал дар дышать. — Точно, Эделин, забыла тебя предупредить, мы ж на улицу собираемся. Я-то не замёрзну, а вот ты… — Она посмотрела на мою супер рубашку. — Может, останешься? — Нет, никто оставаться ни в коем случае не будет, держи. — Он протянул мне джинсовый пиджак. От куртки не сильно пахло мужским парфюмом, на ней было много разных вышивок.* * *
Незаметно проскользнув к выходу, мы отправились на заброшку. Идти пришлось через лес, мне даже пару раз заехало веткой по лицу. — Поговаривают, раньше эта заброшка была детским садиком. — сказал друг Макса, которого, как выяснилось, зовут Андрей. — Ага, и поэтому у тебя есть целая куча заготовленных легенд про детей-призраков, плачущих по ночам? — отрезала я. — Кстати, неплохая идея была бы. Но нет, страшилки не по мне. — Пришли. Смотрите! Перед нами выросло двухэтажное заброшенное здание. Как и обычный детский садик, достаточно небольшое, но всё равно устрашающее. Если судить по знакам, то здесь довольно часто развлекаются анархисты с баллончиками. Мы поднялись наверх. Мусора тут было немного, в основном это пустые баллончики из-под красок и старые потрескавшиеся детские игрушки. Андрей достал из рюкзака три бутылки с вином, которые он нагло стырил из полок в подвале. Красноволосый тут же схватил одну и откупорил её штопором, поспешно отпивая одну четверть. — Ох, это красное? — спросил Костя, довольно кривясь. — Красное полусладкое. Там есть ещё белое. — Белое Белому! — крикнул Макс. Я прошла к оконной раме, из которой торчали осколки. На улице уже давно стемнело, вдалеке виднелись огни странной школы мисс Степлтон, а мрачный лес пугал своей темнотой. Уханье совы, пение сверчков едва прерывали полную тишину. Вблизи показался призрак разодранной девушки… стоп, это Роза? Я несколько раз поморгала, протёрла глаза холодными руками, но когда открыла, призрак исчез. — Скучаешь? — неожиданно рядом со мной оказался Костя с бутылкой недопитого вина. — Нет, просто… — мне не пришлось подбирать слова для ответа, ведь парень меня перебил. — Слушай, прости за за то, что было утром. Я честно не думал, что так получится… Тебе не больно? — Нет-нет… — Дай посмотрю… Он настойчиво развернул меня к себе, поставил на пол вино, и начал пальцами водить по моей щеке, пытаясь что-то рассмотреть. Костя заглянул в мои глаза, улыбнулся и… поцеловал. — О-о-о, Костян, да ты бы хоть бухла ей дал, прежде чем действовать. Она к такому ещё не готова! — послышался голос Андрея. А нам было всё равно… Он впивался своими губами в мои, прижимал к себе за талию. — Давай свалим отсюда? — спросил парень. — Но мы же только пришли… — И что, ребята и без нас отлично повеселятся. Пойдём! — Ну и ебашьте отсюда, нам больше достанется! — сказал обиженно Макс и сложил ручки на груди. Костя потянул меня за руку и потащил на выход. Когда я проходила мимо Мэй, она шепнула: — Я ж говорила, что найду тебе мужика на ночь! Мы прошли к зданию той же дорогой, что и шли к заброшке. Я успела знатно отхлебнуть из бутылки и, смеясь с очередной шутки парня, опять заметила силуэт Розы между ветвей. Это повторялось много раз, и каждый был какой-то галлюцинацией. На пороге школы нас ждала любимая директриса. — И что вы тут забыли?! Уже полдевятого! — Понимаете, мы… Лунатики. Ходим, бывает, по ночам в лес… — отмазался Костя. — Я думал, один тут такой, так нашел ещё и её, поэтому привел сюда. — Ну не знаю… — Мы, вообщем, пошли! — и мы прошли внутрь. М-да, то, что лунный свет в подвал или, в моём случае, чердак не попадает, никого не волнует. POV Автор Парень с девушкой быстро спустились по лестнице в подвал. Пролетая мимо винных бочек и стендов, Костя успел схватить ещё одну бутылку — надо же отметить ещё один удачный обман директора. Андрей до рассвета точно не вернётся, комната абсолютно свободна. Костя тут же повалил Эделину на кровать, которая стояла ближе ко входу, пофиг чья она там была. Вино затуманило сознание, оставляя в памяти лишь отрывки происходящего. Вот уже куртка, футболка, пропахшая мужским парфюмом, и рубашка валялись то на шкафу, то на полу, то у офигевших соседей… Ещё мгновение, и становится слишком жарко, чтобы думать. Секунда, оказавшаяся парой минут, и чувствительные соседи стали ненавидеть эту парочку ещё больше. Удовольствие, заставляющее вздрогнуть всё тело, с головы до пальцев ног. И темнота… — Не, ну вы не охренели?! — заорал Андрюха, когда вошел в комнату. — Неужели до костиной кровати недотерпели?! — Из-за его спины выглянул Белый, пьяно икая. — Ох, а который час? — спросил Костя, держась рукой за больную голову. — Пять утра. К слову, погуляли хорошо. Алису пришлось тащить на плече. — сказал Макс, выходя из комнаты. — Хорошо, что сейчас выходной… Подвиньтесь! — сосед Кости упал лицом в подушку. Эделина так и не открыла глаза в той комнате, а проснулась уже у себя, будто ничего и не было. Рядом, кстати, лежала заботливо оставленная бутылка дешевого виски. POV Эделина Я свалилась с кровати… опять. Взглянув на часы, висящие на стене, поняла, что мне хана. Но потом я будто бы ослепла, и вспомнила всё, что было этой ночью и то, что сегодня вообще-то среда — официальный выходной в этой странной до чертиков школе. В час дня я, протирая глаза почему-то грязными руками, спустилась в буфет. Пусто. Не от коронавируса ли все повымирали? Быстро укутавшись в джинсовку Кости, которую я ему так и не вернула, я вышла в школьный двор. На улице моросил дождь, небо было затянуто безжизненно серыми облаками, оголенная кожа ощущала лёгкое дуновение ветра. Не знаю почему, но мне захотелось просто посидеть. Обычно под такое настроение я сижу дома, мерзну, ибо плед лень доставать, и пью сладкий чай, но сегодня мне захотелось как бы «поучаствовать» в уютном пейзаже. Или просто посидеть на могилке под деревом, молясь, чтобы не было молний. На замену чаю пришел буфетный недокофе с вискарём. Ну, от кофе там особо ничего не осталось, зато бухлишко есть. А ведь ещё вчера я была против алкогольских похождений… Понятия не имею, сколько времени я просидела на кладбище в размышлениях о собственной жизни. Кладбище — хороший слушатель. Можно даже не говорить ничего, всё равно тебя услышат…* * *
— О, Эд, я давно тебя ищу! — крикнул парень с огненными волосами. — Эд? — Ну да, это как бы сокращение от «Эделина». — Откуда ты знаешь, как меня зовут? — Алиса… бормотала это во сне, пока обнимала подушку. Андрей не знал, куда её отнести, поэтому кинул на свою кровать. — М, понятно… — отвожу взгляд. Совершенно невозможно смотреть в эти ангельские глаза…