Случайное перерождение

Два года спустя

В относительной тишине и покое прошло два года. За это время Кир получил то, чего у него не было тогда, в том, другом прошлом. Он решил стать ребенком, который много смеялся, шалил и строил разные каверзы. Однако будущий правитель ни на минуту не забывал о своей миссии, которую он сам на себя взвалил. Работу над очередной каверзой надоевшему хуже соленой сливы* дворецкому прервал мужской голос.       — Сынок.       — Да. Ой, — мальчик повернулся к отцу, и тот был временно ослеплен яркой вспышкой.       — Отец. Отец, ты меня слышишь? — у Айзека сильно шумело в ушах, и перед глазами пятна расплывались, голос сына доносился словно через вату. — Ты как?       — Нормально, — немного погодя, ответил мужчина, проморгавшись. — Что это было?       — Извини, тебе досталось от моей ловушки, — мальчишка покаянно опустил голову.       — Ловушки? Кир, ты что, опять издеваешься над окружающими? – Айзек нахмурился.       — И ничего я не издеваюсь. Это все Штайн, маэт…       — Кир Найорт Хейвен.       — Прости. Просто Штайн постоянно надоедает со своими нравоучениями, ну и вот.       — Ох, сынок, ты меня в могилу сведешь раньше времени.       — Простииии, — Кир всхлипнул, каким бы сильным и жестоким он не считал себя, тело ребенка делало свое дело.       — Что ты использовал?       — Ну, одно зелье, его рецепт нашелся в нашей библиотеке, и чуть-чуть магии. Здорово ведь, отец?       — Очень, — усмехнулся мужчина. — Но больше так не делай. Стой, ты использовал магию?       — Ага, — Кир закивал.       — Мда, то, что магия в тебе пробудилась — это здорово. Проблема в том, что тебе придется уехать учится.       — Куда? — Кир насторожился.       — В Лайвасу. Там как раз набирают учеников.       — А не слишком рано мне на учебу, отец? Разве в Академии не обучаются с двенадцати лет? Или я не прав?       — Прав, конечно, набор на первый курс происходит в конце августа. Однако у них есть так называемый начальный класс, где обучаются азам магии и ее контролю, особое внимание уделяется контролю, и плюсом можно определить уровень резерва и направленность магии. Думаю, это идеальный вариант.       — Но почему не ты? Ты же тоже можешь обучить меня азам?       — Нет, — покачал головой мужчина. — Я смогу обучить тебя менталистике, однако есть вероятность, и очень большая, что твои способности лежат в другой плоскости, и я просто нарушу твой магический центр*.       — Айзек, Кир, пора ужинать, — по лестнице спускался Вайт с годовалым ребенком на руках.       — Папа, тебе не тяжело? — Кир подлетел к омеге. — Мир не плакал?       — Нет, все хорошо, — омега покачал головой. — Он сегодня хорошо поспал, зубки нас не беспокоили.       — Дорогой, дай-ка я подержу нашего сына. А то он на твоих руках чаще, чем у меня, — альфа нежно поцеловал мужа.       — Родители, фу. Телячьи нежности, беее.       — Ха-ха, когда ты подрастешь, ты нас поймешь, — мягко улыбнулся сыну Вайт.       Эти два года покоя и тишины пошли омеге на пользу. Он набрал вес, округлился в положенных местах и перестал походить на суповой набор. Вернулась, пусть и не до конца, уверенность в себе и своих силах. Улыбка стала чаще появляться на его губах, исчезло затравленное выражение глаз, прошли синяки. Лекари и целители исправили почти весь вред, нанесенный предыдущим мужем омеги, но некоторые трудности даже они убрать не смогли. Рождение второго ребенка далось Вайту намного сложнее, восстанавливался он почти две недели, хотя у обычных омег на это уходит от двух до пяти дней. Он начал жутко бояться остаться наедине с незнакомыми альфами, бетами и даже омегами. И пусть он уже не трясся от прикосновении супруга, но все равно замирал, когда Айзек касался его тела.       — Никогда.       — Идемте есть. Мир, проголодался?       — Да.       Кир улыбнулся. Как бы он не был счастлив в своей семье, у него не было времени. До начала войны осталось каких-то восемь лет. Войны, не оставившей ничего, кроме шрамов и потерь в сердце и душе, боли и горя. А в воспоминания лез тот последний день, когда он видел свою семью.

Flashback

      — Кир, как прошел твой год? — эти несколько лет никак не отразились на альфе.       — Неплохо, — улыбнулся, вспоминая свои шалости в Академии.       — Правда? — прищурился Айзек.       — Ага.       — А вот мне ректор на тебя жаловался.       — Что? Ну да, веревку при входе в лаборатории я натянул, и ведро на двери установил, намазал доску мылом, поменял местами реагенты. Да, доводил одноклассника и прятал его одежду после боевки. Но не со зла же. Только отомстить.       — Ох, Кир. Ты же омега, — вздохнул Вайт. Ему нездоровилось: все-таки жизнь не в лучших условиях подорвала его здоровье. Он начал часто кашлять, мало ел, плохо спал и все меньше двигался. Вайт подолгу сидел в кресле у окна и смотрел в раскинувшийся рядом сад бездумным и пустым взглядом. А лекари ничего не могли сделать. Тело омеги отторгало все зелья, слишком часто Айрен вливал в него настойку Майрины*, это и привело к тому, что Вайт медленно умирал. Близость истинного оттягивала момент смерти и даже позволила омеге родить ребенка.       — И что? Я должен молча сносить его издевательства над более слабыми? Отец, они травили омег, а те им ответить ничего не могли, и я вступился за них. Неужели я не прав?       — Прав. И ты молодец, — похвалил омегу, в гневе подскочившего со стула. — Но думаю, это не тот поступок, о котором стоило говорить.       — Спасибо, я не буду ужинать. Пройдусь.       Кир покинул столовую, уже не слушая, о чем начали разговаривать родители. Вбежав в конюшню, он взлетел на Тень — коня вороной масти — и помчался в сторону долины. Кир носился по долине около часа, выплескивая свой гнев в бешеной скачке. Немного успокоившись, он решил вернуться домой.       — Пошли домой, Тень.       Конь всхрапнул, и они шагом двинулись домой. Запах гари Кир учуял на лугу неподалеку от поместья. Этот мерзкий запах перебивал аромат луговых трав, и Тень забеспокоился. Паника овладела омегой, и он, толкнув лошадь пятками, галопом поскакал к поместью.       Вскоре он заметил дым и огонь, еще раз ударив пятками Тень, он быстрее поскакал к дому. Вот только дома не было. Были горящие руины некогда богатого поместья. Влетев в горящий холл и прикрывая рукой лицо, Кир закричал.       — Папа! Отец! Мир! Энди!       — Кир, — слабый голос раздался со стороны входа для слуг.       — Энди, что случилось? Где родители, брат?       — Напали… в мантиях… черных… в саду…       — Энди, Энди, — Кир затряс мужчину, но тот уже не мог ответить, ведь он перешел грань.       Бросившись в сад, он никого не застал, точнее, никого из живых. На трех алтарях лежали тела его папы*, отца* и брата. Страшно изувеченные, со сломанными руками и ногами и ранами по всему телу.       — Нет, нет, нет, — омега всхлипнул.       — Кир, — слабый голос еще живого альфы достиг ушей омеги.       — Отец, отец, молчи, я попытаюсь…       — Нет… Мой… брат… его рук… де…       — Отец, отец. ОТЕЕЕЕЕЦ!       Альфа молчал — его сердце остановилось, но он сделал все, что мог, указав на убийцу.

End flashback

      — Кир, ты в порядке? — озабоченно посмотрел на своего сына омега.       — А… Да…. Прости. Все хорошо. Я просто задумался. Ты что-то спрашивал?       — Да. Мне хотелось бы знать, поедешь ли ты в Академию?       — Думаю, да. Ведь кроме получения навыков использование магией у меня вполне могут появиться друзья.       — Хороший выбор. Не все время тебе жить в поместье.       — А … да…       Они продолжили ужинать, и только редкий стук вилок о тарелки нарушал тишину, даже Мир так не шумел, словно понимая, что происходит что-то необыкновенное.

Справка

      Двухгодичное обучение появилось вследствие частых катаклизмов, от самых простых, как дождь из чего-либо, до поднятия двух ближайших кладбищ в виде личей, которые полностью уничтожили все близлежащие деревни. Чтобы не допускать больше таких ошибок, было решено начинать обучение раньше.

Конец справки