Sweet Dreams

Не было никакой гражданской войны, «Мстители» дружно и счастливо жили вместе. Между Старком и Роджерсом вспыхнул мимолётный роман, сохраняемый в тайне ото всех, о котором оба пожалели, но расстались, оставшись друзьями. Тони нашел Питера и всячески его опекал. Капитан зарекся, больше не встречаться с мужчинами, и вот при первой же встрече с человечком-паучком влюбился в него без памяти, и было это более, чем на 200% взаимно, но… Капитан не понимал, что с ним происходит: он засматривается на подростка. Это не особо удивительно для людей нетрадиционной ориентации, но для кэпа это было настоящей пыткой. Моральные барьеры запрещали ему даже думать в эту сторону. А тем более, все было не совсем логично. Ему не хотелось взять это юное и хрупкое создание, ему хотелось отдаться… У него захватывало дух от своих фантазий об этом моменте, и тело охватывал волшебный трепет, но одновременно он и жутко стыдился необычного желания взрослого и брутального мужчины лечь под подростка, позволить ему обладать собой. Этот взрыв мозга не давал Роджерсу спокойно жить и спать. А Питер изводился, днем и ночью пялился на изображение Капитана и почти перестал уделять внимание учебе, страдая от любви. Он даже не представлял, как это так, сказать САМОМУ (!!!) Капитану Америка, такому мужественному и нравственно чистому, о своих чувствах, не восхищении и не почитании, а самом настоящем желании, да еще и объяснить ему, что Питер хочет быть сверху. Кэп даже не посмотрит в сторону какого-то подростка. Эх… Это безнадежно… Остается только глупо улыбаться при встрече, а потом кусать локти наедине с самим собой. Грустненько… Не удивительно, что мысли озабоченных ребят прочитала Ванда, а точнее они ей просто не давали покоя. Зная, что эти двое никогда не смогут сделать шаг навстречу, он решила уладить проблему своим способом. А именно, наслать галлюцинации. Влюбленные будут ощущать, как будто спят, хотя на самом деле все будет происходить в реальности. А во сне можно все! Полный отрыв! И даже признаться в своих чувствах.

***

— Роджерс, у меня для тебя важнейшее и сложнейшее задание, — подошел к нему Старк. — Уровня «Импоссибл», категории «Справится только Капитан Америка». — Заинтересовал, — поднял бровь кэп. — И что это? — Присмотри за паучком, пока его тетя в отъезде. — А сам не можешь? — раздраженно огрызнулся Стив, демонстративно скривив губы. Не любил он выполнять команды Старка, а кроме того, заранее знал, такого испытания прочности, как вечер наедине с Питером, ему точно не выдержать… — Я тоже занят. И тем более, общение с тобой на него очень благосклонно повлияет. — И я занят, — соврал Роджерс. — Попроси Романофф. — Не могу я ей такое доверить… Она его либо камеры научит ставить, где не надо, либо будут вместе шпионить за соседями, либо накормит, чем попало. — Ванду… Вижена… — начал перечислять Капитан. — За ними самими нужно присматривать… Ребенка могу доверить только тебе! — Здорово! Но нет! — Роджерс, ну, не ломайся! Очень тебя прошу! — уже как-то совсем серьезно произнес Тони. — У Питера что-то не так… Он на учебу положил, стал какой-то странный, грустный. Я переживаю за него… Только ты его сможешь поставить на путь истинный. — Не уверен… — смущенно скосил взгляд в сторону Капитан, размышляя о своих эротических желаниях относительно Питера, но все-таки решил согласиться, так как тоже начал беспокоиться из-за поведения подростка. — Ну, ладно… — Сделаете вместе уроки, приготовите ужин (никакого фастфуда!), порядок наведете и как-нибудь развлечетесь, — тут же начал командовать Старк. — Не включай папочку! Без тебя знаю, что делать. — А ты мамочку! — передразнил его Тони.

***

Капитан стоял перед зеркалом, готовясь к встрече с Питером. — Так! Никаких развратных взглядов, никаких лишних слов! Все в рамках приличия! Стив, ты идешь к Питеру, а он еще не до конца взрослый… Нельзя! Нельзя! Нельзя! — он почти плачущим взглядом посмотрел на себя. — Черт! Почему же так хочется?! Питер, узнав от Старка, что к нему приставлен, ни больше ни меньше, сам Капитан Америка, чуть не запрыгал от счастья. Он жутко волновался, боясь предстать перед своим кумиром в невыгодном свете, поэтому носился по дому как электровеник, наводя идеальный шмон. Роджерс, входя в квартиру Паркера, включил все безразличие и надменность, на которые был способен, чтобы никак себя не выдать. Только вот подросток буквально сводил его с ума своими большущими глазами, с восхищением глядящими на Капитана. Стив прошел внутрь, оглядываясь по сторонам: чистота его смутила, он планировал помочь Питеру навести порядок, а сейчас действительно нечем будет заняться. Может, обучить его боевым приемам? — Что ты хочешь на ужин? — заботливо поинтересовался Капитан. «Тебя! — все в Питере мысленно кричало о любви. — На ужин, обед и завтрак…» А на деле только безразлично пожал плечами. Роджерс готовил ужин, а Паркер делал уроки, посматривая украдкой на кэпа: он и не замечал раньше, что мужчины гораздо сексуальнее готовят, чем женщины. Завалить бы кэпа прямо на столе, и к черту ужин, потому что ни есть, ни пить не хочется, когда тот, кого ты любишь, не отвечает тебе взаимностью. Стив, в свою очередь, тихо мучился от собственных терзаний, то и дело вздыхая и романтично хлопая ресницами, а также постоянно одёргивая себя от пошлых мыслей, возникающих при взгляде на симпатичного парня. Как в сознании взрослого и психически здорового мужчины могли родиться такие фантазии, чтобы его трахал подросток?! Но Капитана всегда заводили лапочки-активы. Едва начал он сексуальную жизнь, как сразу во все тяжкие… «Исключено! Запрещено! — внушал себе Роджерс, безнадёжно стараясь спрятать эмоции, кружащие голову и вырывающиеся наружу. — Питеру ведь молодые девчонки нравятся, а не взрослые мужчины…» Но пару раз случайно наклонившись в процессе работы и заметив странные взгляды подростка на своей пятой точке, подумал, а так ли уж прав Старк, утверждающий, что Паркер влюблен в какую-то красотку, с которой вместе учится. «Почему же Капитан такой холодный и равнодушный? — с грустью думал Питер, не в силах сосредоточиться на домашнем задании. — Неужели, мистер Старк был прав, когда называл его «ледышкой»? Абсолютно никаких чувств?..» — Питер, ты сделал уроки? — строго спросил Стив, уперев руки в бока и изображая из себя образцового воспитателя. Паркер по привычке подсунул Роджерсу физику, потому что Старк любил ее проверять. Но почти сразу горько пожалел об этом, так как удручённый вид Капитана Америка, пыхтящего над несложной задачкой, которую Питер решил в два счета, поистине вызывал жалость. Паучок бы еще полюбовался страдальчески склонившимся над его тетрадкой, в высшей степени красивым и печальным кэпом, но издеваться над кем-то Питеру было совсем не по душе. Поэтому он тут же извинился за физику, сказав, что это не срочно, и положил перед Капитаном учебник истории, развернув его на параграфе про Вторую мировую. Роджерс с радостным облегчением выдохнул и принялся соловьем заливаться, попутно рассказывая подростку весёлые ситуации, которые случались на фронте. Питер откровенно балдел от общения с Капитаном, со всем вниманием и любопытством слушая его, буквально заглядывая ему в рот. Уже и сам Роджерс расслабился: он вспомнил свою бравую молодость, боевых друзей и победы, настроение его стремительно улучшилось и стало проявляться в лучезарных улыбках, которые он, сам не замечая, регулярно дарил собеседнику. Паучок выразил огромную благодарность за рассказ, признавшись, что Капитан реально круто помог ему с историей, заставив последнего почувствовать свою нужность и значимость, и постарался больше не грузить его крайне лишними в данный момент занятиями. — Будем спать? — спросил Стив, когда они закончили с уроками. — Нет! — почти взмолился Питер, не желая, чтобы вечер с кэпом так быстро заканчивался. — Может фильм какой-нибудь? Паркер печально вздохнул, когда Капитан сел аж за километр от него, на другом конце дивана, не давая даже малейшего шанса на близость. И вел он себя просто как замороженный. А Роджерс понимал, что чуть даст себе слабину, как может случиться непоправимое. Фильм кончился, и Питер со Стивом отправились каждый в свою комнату, бросая украдкой друг на друга взгляды, наполненные бесконечной тоской. Они ночевали наедине, в одной квартире, и больше никого. Осознание этого настолько будоражило воображение, что заснуть совсем не получалось, все мысли были только о том, чего хотели оба и чему, как они считали, не суждено сбыться… Все могло бы закончиться так печально, если бы Ванда в этот вечер не узнала от Старка обо всех событиях и не решила навести на ребят небольшие галлюцинации. Стив лежал без движения, раз за разом прокручивая в мозгу, как приятно было бы провести ночь в одной кровати со своим подопечным, а Питер крутился, как червячок, понимая, что прогнать фантазии с голыми ягодицами кэпа практически нереально, а чуть позже они все-таки заснули, но не по-настоящему: это была все та же реальность, воспринимая ими как сновидение.

***

Сон Питера начался довольно странно. Была ночь, он также лежал в своей кровати, в окно любопытно заглядывала луна, освещая все голубоватым, искрящимся светом, простыни и одеяло окрасились в иссиня-белый цвет, а темные предметы приобрели оттенок глубокого индиго, напоминающий персидское небо, клонящееся к бархатной ночи, на бескрайнем пологе которого вот-вот начнут вспыхивать первые звезды. Питер какими-то новым взглядом осмотрел свою комнату, погруженную в таинственный, почти сказочный полумрак, ощущаемую не более, чем хрупкий ночной мираж или легкая дымка воспоминаний. Обстановка ни чем не отличалась от обычной, но появилось в ней что-то, неуловимое глазу, даже немного волшебное. А душу переполняли необъяснимое волнение и приятное смятение в предчувствии чего-то необыкновенного, словно переступи он порог этой комнаты — произойдёт настоящее чудо! Он встал и направился в соседнюю комнату, за ним тихо прокралась длинным, черным силуэтом его собственная тень. За стеной все также спал Капитан, лежа на спине и подложив руку под голову. Сон действительно был очень похож на явь, но Питер четко ощущал, что ему это все только снится. Он немного полюбовался полуголым, укрытым по пояс Стивом, мраморно-бледным от лунного света, глубоко и мерно дышащим, его красивой, выпирающей грудью, которая высоко поднималась, завлекая сжать эту твердую, рельефно очерченную и гладкую упругость, идеальным прессом, слегка вогнутым из-за лежачей позы, светлыми волосами с оттенком серебристого пепла. Что делать дальше в своем сне, он не представлял. А еще мешало «приподнятое настроение», спровоцированное разглядыванием прекрасного тела кэпа. Роджерс тоже не спал, но притворился спящим, не зная, как реагировать на ночной визит паучка. Его очень удивило то, что тот заглянул к нему в комнату, да еще и стоял так долго, рассматривая его. Он встал вслед за ним и пошел узнать, что тот делает. Тут и Стив вдруг начал чувствовать, что уже находится во сне. Питер дрочил в ванной. Он слишком увлекся процессом и не заметил, что уже около минуты за ним наблюдает Капитан, лениво облокотившись на дверной проем и сексуально лаская себя от сосков и до пупка. Парень вздрогнул и чуть не умер от ужаса. Как же он мог так облажаться?! Капитан его всего рассмотрел. Но в голове отчетливо стучала мысль: «Ничего страшного, это всего лишь сон». — Помочь? — расслабленно уточнил Роджерс, поглядев на член Паркера и заманчиво проведя пальцами по своим губам. Тот только нервно сглотнул, понимая, что проваливается под землю от стыда. — Отсосать или подставиться? — стрельнул глазами Стив, развратно трогая себя, но все еще сохраняя невинность в голубоглазом взгляде и где-то на кончиках длиннющих ресниц. — Отсос-с-сать?! — заикаясь, переспросил паучок, в шоке раскрыв глаза. Но Стив, видимо, посчитал, что фраза не вопросительная, а утвердительная и побуждает к действию, поэтому направился к подростку, сексуально улыбаясь. «Точно сон! — подумал Питер, тряхнув головой. — Не мог Капитан «Моральность» такое сказать! Тогда буду вести себя как во сне. А во сне можно все…» Роджерс медленно приблизился к нему, собираясь взять в рот. — А раздеться? — неожиданно остановил его паучок, и уже смело флиртуя, добавил. — Эротичнее. Стивен аж просиял, заигрывающе улыбаясь такой уверенности. Конечно, Капитан может эротичнее, если даже Старка заводил до срыва с петель. Это от природы он очень скромный, но когда партнер так раскрепощен и безумно хочет его, всё стеснение улетучивалось, как дым, тогда Роджерс и сам становился фривольным и смелым в своих желаниях, до точки развратным. Неплохое такое начало сна… Он медленно спустил пояс пижамных штанов ниже, оголив потрясающие, точёные, будто вышедшие из-под руки античного скульптора, мышцы пояса Апполона*, и приблизился к объекту своего восхищения, положил его руку на свою круглую грудь, дал полапать, толкаясь ему в ладонь отвердевшими сосками, сам при этом несдержанно ахая и неприкрыто наслаждаясь прикосновениями. Паркер даже глаза прикрыл от умопомрачительного удовольствия, которое уносило его куда-то далеко за пределы земной гравитации. Роджерс сжал его пальцы крепче и увел их руки вниз, по всем идеальным кубиками своего пресса, на бока, и наконец позволил забраться к себе в штаны и медленно их стягивать, сжимая упругие, крепкие ягодицы. При этом атлет уже прислонился всем своим телом к Питеру, чувственно выгибаясь в руках подростка, его движения лишились мужественности, стали плавными и послушными, наполнились до краев томной нежностью. Паркер не знал, как у него хватило наглости оттянуть тугую резинку трусов Стива, топорщащихся от того, что в них стоит, но вот и они уже сползают вниз по стройным, сексуально накачанным ногам Капитана. И перед ним стоит это божество во всей своей обнаженной красоте! Мощная грудь Стива надувалась от глубокого дыхания, покачивались плечи, ходили мышцы пресса. Он весь был в готовности и нетерпении, как перед боем. И на нем совсем не было одежды… У Питера даже пропал дар речи от того чуда, что с ним произошло. Он часто вспоминал, какой восторг испытал при первой встрече с самим Капитаном Америка, но даже описать словами не мог свой восторг при виде голого (!!!) Капитана. Он несмело коснулся этой прелести, которая уже послушно вставала перед ним на коленки, мило смотрела исподлобья, ласково водя пальцами по низу живота и готовясь взять в рот. — В спальню? — как-то машинально предложил Питер, и они прошли в его комнату. Снова объятия и ласки, не зажигая света. Только темное покрывало ночи, изысканный романтизм прошлых веков и слишком долгожданное, а потому пламенное, единение двух влюбленных. Мужчина опять встал на колени перед подростком и томно посмотрел на такую желанную плоть, сглотнул уже обильнее выделяющуюся слюну. Он почему-то неожиданно напряг свои выпирающие грудные мышцы, словно его тело стеснялось своих желаний, а потом перевел взгляд, излучающий любовь, на лицо подростка. Питер глянул в ответ в его счастливые глаза, игриво сверкающие в полумраке от предчувствия момента сладостной близости, скользнул по красивому лицу, губам, до неприличия объемным и роскошным. Полусвет глубоким темным пятнышком, ямкой под ними так отчётливо подчеркивал их выдающиеся, сексуальные параметры, надутость и крутые изгибы, словно они были созданы именно для этого, заставляя воображение в сумасшедшей лихорадке биться, представляя, какое удовольствие гарантировано при сближении. Паучок уже старался не смотреть в его лицо, так это было нестерпимо возбуждающе: сосущий Капитан Америка. Блондин прильнул губами, ласково играя и скользя, пропуская тугую, солоноватую головку во влажный рот и выпуская, заводя. Он закрыл глаза от наслаждения, водя по нежной, гладкой коже, вобрал до конца и принялся старательно сосать. «Ему отсасывает САМ Капитан Америка! — словно яркие вспышки молний зажигались мысли в голове у Паркера и тут же гасли, уходя в небытие, но заставляя организм разрядами принимать все нарастающее и нарастающее возбуждение, которому, казалось, уже не уместиться в человеческом сознании, настолько оно огромно. — Боже, хоть бы не проснуться сейчас! Ему никогда не отсасывали, но, наверное, и действительность не сравнится с этим потрясающим сном!» Питер, умирая от удовольствия, тыкался в мокрый, горячий рот Стива, сочащийся слюной, плотно накрывающий мягкими губами, уже четко осознавая, что все, происходящее с ним, несомненно круче реальности. А Капитан ни о чем не думал, он просто усердно сосал и получал от этого кайф, вернее думал только о том, как сделать партнеру еще приятнее. «Надо вести себя как мистер Старк, у него всегда все круто получается», — вдруг осенило Паркера. — Ты классно работаешь языком, зая, — молодой парень взял кэпа за светлые волосы, натягивая его рот на себя. «Или лучше не надо…» — мысленно пошел на попятную подросток, понимая, что как-то нелепо это звучит в его исполнении. «Пацан — что надо, — пошло хмыкнул Стив. — Старк на него хорошо влияет… Ох! Это же сон! Чудная фантазия, будто Тони Питеру слова придумывал! Скорее всего, в голове кэпа, и правда, соединилась желанная картинка со смелыми фразами Старка». Мужчина задвигался всем корпусом, переполняемый эмоциями, не выпуская половой орган изо рта, сексуально прогнулся, начал насаживаться интенсивнее, со всей отдачей, на которую был способен. И Питер застонал, излившись в рот Стиву и немного на лицо. Тот соблазнительно слизал белые подтеки со своих блестящих губ, улыбаясь тому, как паучок доволен минетом от кэпа. Паркер поднял его с колен, прошел поцелуями по мощной шее, заставляя Роджерса немного вздрагивать от перевозбуждения и тянуться навстречу. Капитан действительно как во сне вспоминал, что у Питера нет опыта и ему вдвойне сложнее быть активным со взрослым партнером. Но у самого Роджерса его уже достаточно: недаром прошли встречи со Старком, с ним год за три, если не за пять… Мужчина, стараясь ловить каждое желание любовника, развернулся к нему спиной, давая почувствовать свое мускулистое, сексуальное тело, прогибаясь и выставляясь. Парень прижался к горячей, сильной спине и накачанным ягодицам, замирая от наслаждения, до чего же прекрасно обнимать и облапывать Капитана, который сейчас принадлежит только ему. Жавшийся к его спине, гладкий и нежный, но в то же время крепкий, торс подростка, легкие прикосновения пальчиков, и Стив понимает, что это доводит его до белого каления, заносит, срывает крышу окончательно. Вся эта робость ребенка перед его мощной фигурой возбуждала настолько, что он не в силах терпеть промедление, готов был на что угодно, лишь бы скорее, глубже, чаще и дольше. Заведенный кэп прогибался перед ним почти дугой, сам двигал бедрами, приглашая в свою задницу, и сам же краснел от того, что ведет себя настолько откровенно и распущенно, насколько не ведут себя даже самые опытные девки в борделе, совращая невинное создание, буквально стелется перед ним. Но распалить его так могло только отсутствие инициативы, с которым он не сталкивался до этого. Эта пытка Капитана наконец кончилась, когда объятия Паркера стали более крепкими, а движения уверенными, старающимися нагнуть его в позу. Блондин жалостливо заскулил, натыкаясь ягодицами на уже вновь твердый член, ощутить его внутри себя было сейчас важнее, чем следующий вдох. Он бы позволил милахе-партнеру этой ночью все, любое извращение, если бы тому захотелось, даже драть себя на сухую и без растяжки. Хотя Стив там узкий: он давно не был на члене. — Есть что-нибудь для… — прошептал Капитан срывающимся на хрип голосом. — Чтобы… — Например, смазка? — услышал он за спиной весёлый голос. Роджерс активно закивал в ответ. — Нет! Я же не ожидал, что ты так сразу мне отдашься… И независимо от того, что это был сон, Стив почувствовал, что ему жутко стыдно от всей неловкости ситуации, он униженно стоит раком перед подростком и умоляет выебать его в зад. — Есть крем, — прозвучало заманчивое предложение. Атлет опять только кивнул, и почти сразу почувствовал ласковый пальчик, легко нажавший на вход. Его анал заполнила нежная, жирноватая консистенция, и любовник приступил к растяжке. Стив ощутил проворные детские пальцы в своей попке, с любопытством исследующие его тело, и начал немного двигаться навстречу. Тот растягивал его даже лучше, чем надо, со всем рвением и желанием расширяя плотное колечко мышц, испытывая неподдельное удовольствие от процесса. А Питера уносило на вершину блаженства, когда он думал, КТО стоит перед ним на четвереньках, раздвинув ноги в самой откровенной позе. Предел его мечтаний, Капитан Америка, полностью голый, горячий, открытый и нетерпеливо желающий твердое естество партнера в свою дырку. Роджерс, сдавливая свои гениталии, чтобы отложить припирающие чувства, попытался дать знак, что пора уже его трахать. Паучок не замедлил с действиями, приставляя свой стояк к подготовленному отверстию и несмело вводя внутрь, правильно и аккуратно, оглаживая стройную талию, бока и бедра Капитана. Мужчина, тяжело дыша, послушно ждал такого необходимого для себя проникновения, а потом вдруг длинно и несдержанно застонал от удовольствия, когда в его анал до конца вошла твердая плоть, безжалостно распирая и приятно наваливаясь всей тяжестью на простату, даря Капитану целый спектр сильнейший ощущений и не давая шанса остаться равнодушным. Питер почувствовал, как узкий анус туго обхватывает его член по всей длине, прижимается гладкими стенками близко-близко, и понял, что все наслаждение, которое он когда-либо испытывал, меркнет перед этим. Его сердце останавливалось, как будто он уже умер, и через секунды начинало биться так, словно этот стук впервые в жизни раздается в его груди. У него действительно срывало крышу от этого сногсшибательного героя с тысячекратной приставкой «супер» и его еще более суперской задницы, натянутой сейчас на Питера. Шквал эмоций, свалившихся на подростка, заставлял быть смелее. И не важно, что под тобой живая легенда, гордость нации, крепкий и брутальный мужчина. Сейчас это просто сексапильный красавчик, которому он засаживает по самое «не хочу» в его отпадный зад. А Роджерс превратился в саму нежность, плавно выгибаясь перед любовником, эмоционально и чувственно отвечая на все его прикосновения, особенно на частые толчки в своей попке, доводящие его до экзальтированного состояния. Паучок и не представлял, что Капитан при всей своей мужественности может быть таким ласковым, сладко таять в его руках ванильной глазурью, податливо стелиться ручным зверем, так томно вздыхать под ним. Хотел, чтобы все было так, но даже не надеялся. Он совсем забыл… Это же сон! И здесь его собственное подсознание отвечает за сюжет. Паркер уже в полной эйфории вбивался в дырку кэпа, долбил его отверстие так, что у того звезды из глаз сыпались. И Стив в ответ ему распущенно качал бедрами и пошло стонал, принимая в себя и наслаждаясь тем, что наконец натянут на член, на член того, кого так сильно хотел. Со стороны зрелище поражало противоестественной извращенной экзотичностью и пленяло одновременно: Капитан Америка подставляется под подростка, такое мощное атлетическое тело ебёт обычный школьник. Но это и было апогеем тайных желаний этих двоих. Желая выйти на свой ритм, Роджерс снялся с крепкого стояка и сел на него снова, но только уже в другой позе. Он разместился сверху, спиной к партнеру, мощный и красивый, до одури сексуальный. Паркер с наслаждением разглядывал мускулистый торс Капитана, перекатывающие под бархатистой кожей мышцы спины, плечи, выделывающие странные движения. Он невольно засмотрелся на красиво работающую сильную поясницу, немного блестящую от пота. Кожа на ней слегка сходилась в тоненькие складочки при крутых прогибах тела, и бесстыдно выставлялись на обозрение паучку накачанные, вызывающе упругие и выпирающие ягодицы. Они гостеприимно пропускали член между собой, в разработанную дырочку, смачно и пошло шлепаясь о пах Питера, мягко пружиня на нем. Любовники все быстрее двигались в горячем слиянии, задыхались. Стив изнывал от пекла в груди, чувствуя в себе жар словно огнедышащего дракона. Прикосновения партнера-красавчика как языки пламени жалили его, обжигали будто раскаленное железо, заставляя вздрагивать, похотливо охать и двигаться с еще большей силой. Роджерс, заклейменный руками Паркера, понимал, что уже не владеет собой, его организм, дрожа от приятных импульсов, самовольно отдается без всякого контроля. В кровь, казалось, ударили все гормоны разом, запуская в мозгу тысячи цепных реакций и вызывая взрывы сумасшедшего удовольствия. Любовников колотило в запале исступления, словно дикой шаманской пляске, заставляя неистово изгибаться и биться в горячке, отчаянно гнавшись за наслаждением. У двоих помутнело перед глазами. Стив с частыми вздохами стремительно ускорился, в бешеном экстазе насаживаясь и извиваясь на члене, передавая Питеру свои страсть и накал, буквально скакал сверху на не нем. Подросток увидел, как тело Капитана свело судорогой, тот неестественно и резко выгнулся с громким стоном, стал изливаться, подаваясь то всем корпусом вперед, то обратно еще глубже на горячий орган партнера. Питер уже и сам приблизился к точке кипения, задыхаясь в тяжелом, душном полубреду и кончая обильными, рваными бросками в податливое нутро любовника. Роджерсу так не хотелось, чтобы Паркер выходил из него, он бы так и уснул с членом в заднице, и так бы и проснулся, желательно чтобы под утро тот работал в нем. О! Стив забыл. Ведь это же и есть сон! Обессилевший и до предела горячий Питер вышел из растекающегося в неге удовольствия кэпа, провел рукой по расслабленной спине и сжал вспотевшие, блестящие ягодицы. Обладание этим телом — безумное наслаждение. Блондин перевернулся на бок и позволил молодому любовнику ласкать себя везде, где тому хотелось. Они, едва отдышавшись, слились в поцелуе. Стив с любовью погладил взмокшие волосы Питера и слабо улыбнулся, утомленный, но до неприличия довольный. Он всеми чувствами пытался удержать эту фантазию, чтобы она не исчезла как утренний туман, а навсегда осталась с ним, но силы покидали его. Он мечтал, проснувшись, запомнить все до мельчайших деталей: от их неловкого сближения до ошеломляющего секса, от откровенного флирта до мельчайших капелек пота на теле Питера после того, как их накрыло волнами страсти. Они уже засыпали в объятиях. — Я люблю тебя, — сладко выдохнул Капитан, понимая, что проваливается в сон во сне. — С самой первой встречи люблю, — словно вторя ему, прошептал Питер, ласково обнимая первого и самого желанного в своей жизни партнера.

***

Ранним утром Капитан открыл глаза, чувствуя по всему телу приятную истому, которую ощущают после хорошей физической нагрузки и последовавшего за ней полноценного отдыха, а также колоссальный прилив сил. Он лениво потянулся, сверкая обнажённым телом, и вдруг… Увидел рядом спящего Питера! Роджерс, запутавшись в одеяле, свалился с кровати от шокирующего зрелища, и тут, посмотрев на себя, увидел, что он абсолютно голый. Он тут же прикрылся первой попавшейся вещью и аккуратно приоткрыл одеяло дрожащими руками. Черт! По-другому и быть не могло! Питер тоже без одежды. Первым желанием Стива было просто сбежать. Ему доверили присмотреть за подростком, а он его совратил! Он, Капитан Америка! Нравственность и добродетель! «Это, оказывается, был вовсе не сон!» — уныло опустил взъерошенную светловолосую голову Капитан, вспоминая ночное приключение. Вдруг Паркер стал просыпаться. Он с любовью глянул на обалдевшего голого Стива, прикрывающегося подушкой, и медленно начал осознавать, что между ними было… — Ничего ведь не было? — с надеждой спросил кэп, хотя задницей чувствовал (в прямом смысле), что было. — Не уверен, — растерянно взглянул на него Питер и скромно улыбнулся, умиляя своей простотой и вызывая в душе Капитана бурю эмоций, сильнейшими из которых были искренняя любовь и желание вновь отдаться. — Это же был сон? — жалостливо посмотрел Роджерс на уже вставшего с постели и приближающегося к нему подростка. — Если сон, то, мне кажется, что он вещий, — вовлёк его в страстный поцелуй паучок. Стив угодил в объятия, нежно смотря на любовника, и благодарно поднял глаза к небу, ощущая безграничную радость каждой клеточкой тела и души, а Питер самозабвенно прижался к нему, собираясь больше не отпускать от себя.