Красный-Красный-Зелёный

      — А давайте сыграем в твистер?       Никто другой не смог бы родить в подобном состоянии столь «здравую» мысль, кроме Вэй Ина. К тому же, чем еще заняться в поздний зимний вечер компании подвыпивших друзей? «Гениально», — подумал парень, с усмешкой глядя на Цзян Чэна.       — Что за хрень ты опять придумал? — тот закатил глаза, когда услышал восторженные возгласы сидящих вокруг людей, которые были более чем воодушевлены этой идеей. Они решили отметить окончание сессии и все скопом завалились в квартиру, которую Цзян Чэн снимал на пару с Вэй Ином: аренда была не особо высокой, да и до универа просто рукой подать, что и было главным плюсом, учитывая частоту, с которой Вэй Ин просыпал все три установленных будильника.       — И почему ты вечно сливаешься? — со вздохом произнес Цзинь Цзысюань, делая глоток вина, — никто даже не удивился, когда он принес на вечер с пивом бутылку дорогого Шардоне, — и прислонился спиной к краю дивана, а затем приподнял бровь. — Неужели боишься продуть?       — Если бы моя сестра тебя так не любила, ты бы уже давно со всей страстью целовал коврик перед нашей квартирой, — Цзян Чэн покачал головой, а затем взглянул на Вэй Ина с раздражением, на что тот лишь пожал плечами и широко раскрыл глаза.       — Ладно вам. Давайте так, — Вэй Ин спрыгнул со своего насеста, слегка покачиваясь, и пьяно засмеялся. — Кто за, поднимите руки.       В воздух тут же взлетело несколько рук; единственными не проголосовавшими оказались Цзян Чэн и Лань Чжань.       — Эй, Лань Чжа-а-нь, — Вэй Ин надул губы, взглянув на молчаливого брюнета, который попивал свой сок. Он вопросительно приподнял бровь. — Ты хочешь, чтобы мы сыграли в твистер.       Лань Чжань в молчании уставился на Вэй Ина, а затем немного выдохнул, заметив его щенячий взгляд.       — Мгм.       — Значит решено! — Вэй Ин с хитрым прищуром взглянул на Цзян Чэна, а затем бросил взгляд куда-то справа от него. — Так-с, где же он лежал…       Цзян Чэн вздохнул и потер точку между бровей; он не был особенно пьян, лишь чувствовал небольшое напряжение. И парадокс заключался в том, что он как раз и хотел упиться в хлам. В последнее время он круглые сутки испытывал беспокойство и хотел бы, чтобы оно было беспричинным; лишь очередной кризис жизни.       Но причина была. И в данный момент сидела прямо рядом с ним.       — Да ладно тебе, Цзян-сюн, — с тихим смешком произнес Не Хуайсан. Цзян Чэн повернул голову, взглянув на сидящего в паре сантиметров от него парня. Низкий хвостик заставлял его выглядеть до странного миловидно, почти крича о том, что он учится на факультете искусств, а огромный вязаный свитер вырвиглазного оттенка оранжевого делал его хрупким и похожим на какой-то цветок. И о чем я, блять, только думаю, господи.       Пока все остальные помогали Вэй Ину достать игру, Хуайсан улыбнулся, немного склонив голову набок.       — Мне кажется, будет весело.       — Когда Вэй Ин что-то придумывает, это приводит к катастрофическим последствиям, — проворчал Цзян Чэн, отводя взгляд в сторону.       — Аргументы против отсутствуют. До сих пор не могу забыть тот случай, когда он решил испечь пирог, а в итоге эвакуировали все здание, — Хуайсан засмеялся, откинув голову и обнажив тонкую шею, а Цзян Чэн сглотнул.       — Эй, голубки. Хватит ворковать, мы уже начинаем, — этот голос разрушил всю атмосферу, мгновенно прогоняя туман из головы Цзян Чэна. Не Хуайсан встал довольно резво, в отличие от него самого.       — Цзян Чэн, ты что, старикан? Колени хрустят? Спину ломит? Нужна согревающая мазь? — спросил Вэй Ин, тут же получив приличный тычок под ребра, но лишь засмеялся. — Сейчас разомнешь свои престарелые косточки.       — Боги, закройся уже, — Цзян Чэн подошел к расстеленному на полу белому коврику, на котором располагались круги четырех цветов. Хуайсан мельком взглянул на него и улыбнулся, а Цзян Чэну закралась в голову пугающая мысль.       Они.       Будут.       Играть.       В долбанный.       Твистер.       — Ладно, думаю, правила вы знаете, — Вэй Ин взял доску со стрелкой и запрыгнул на стол, усевшись на его край, а затем поманил Лань Чжаня пальцем. Тот послушно встал рядом с ним. — Я кручу стрелку, а затем говорю цвет и конечность, которую вы должны туда поставить. Вас много, поэтому Лань Чжань будет ведущим вместе со мной. Что ж, начнем!       И после этого начался настоящий хаос. В самом начале было куда проще, но с каждым новым вращением стрелки удерживать равновесие становилось все сложнее, а смех становился все громче, иногда перерастая в истерику и тюлений хохот.       Первой вылетела одногруппница Вэй Ина, которая уже в принципе была не в состоянии стоять на ногах и отправилась домой в соседнюю квартиру. Цзян Чэн же все время старался не соприкасаться с Не Хуайсаном, и пока что удача была на его стороне.       — Павлин, правую руку на твой любимый желтый цвет, — громко произнес Вэй Ин, который почти что держался за живот от смеха с тех неловких поз, в которых они корчились на этом узком клочке материала: Цзян Чэн почти сел на шпагат; ему тяжело давалось держаться в подобном положении; Хуайсан балансировал на одной руке, выгнувшись в мостик и дрожал, сдерживая смех. Цзинь Цзысюань громко вздохнул и переставил руку, оказавшись в крайне неустойчивом положении.       — О боги, я обязан отправить это цзецзе, — Вэй Ин громко захохотал и достал телефон, начав фотографировать Цзысюаня, лицо которого полностью покраснело от натуги.       — Только попробуй… — он вскинул голову и, не успев закончить предложение, окончательно потерял равновесие и рухнул лицом вниз.       — И-и, главная звезда всего потока экономического факультета выбывает из нашего состязания, — имитируя голос ведущего с телеканала, произнес Вэй Ин.       — Пошел к черту, это все из-за тебя, — Цзинь Цзысюань встал, смахивая несуществующие пылинки со своей одежды, а затем уселся на диван и сложил руки на груди, усмехнувшись. — Ну, теперь началось все самое интересное.       На коврике остались только Цзян Чэн и Не Хуайсан, что заставило первого изрядно нервничать.       — Та-а-ак, — Вэй Ин в очередной раз покрутил стрелку. — Хуайсан, правую ногу на зеленый.       — Божечки, спасибо, — парень переместился, оказавшись в сидячем положении, а затем стянул с себя свитер, оказавшись в одной футболке. — Я думал, что сломаю позвоночник.       Вэй Ин вздохнул.       — Что-то скучновато стало, — он покрутил стрелку, а затем его глаза загорелись. — Цзян Чэн, левую ногу на зеленый.       Цзян Чэн переставил ногу, вздохнув, когда оказался в удобном положении. Вэй Ин ждать долго не стал, и добавил:       — Хуайсан, правую руку на красный.       — Эм… — обронил Не Хуайсан. — Черт, Цзян-сюн, это будет неудобно.       Цзян Чэн нахмурился, а затем до него дошло, в чем дело. Хуайсан не мог достать как раз из-за него, поэтому бросил на него извиняющийся взгляд, а затем наклонился ближе к полу и пролез под его рукой, оказавшись спиной прижатым к Цзян Чэну. Тот сглотнул, а на виске запульсировала маленькая венка. Блять.       — Цзян Чэн, правую ногу на зеленый.       — Завтра утром, когда будешь мучиться от похмелья, я не принесу тебе воды, — с раздражением обронил Цзян Чэн.       — Ой, как страшно, — Вэй Ин ухмыльнулся. — Давай, не отлынивай. Хуайсан, левую руку на красный.       Не Хуайсан передвинул руку, встав почти на четвереньки, из-за чего его поза вышла довольно многозначительной. Он покачал головой и засмеялся; его волосы успели растрепаться и теперь некоторые выбившиеся пряди прилипали к влажной шее. И Цзян Чэн, конечно же, мог это разглядеть.       — Ох, становится жарко, — Вэй Ин замотал ногами, а затем прикусил губу, взглянув на друга. — Цзян Чэн, правая рука на красный.       Цзян Чэн посмотрел вниз и стиснул зубы.       — Какого хрена. Твоя доска что, сломана?       — Да нет, с ней полный порядок, — Вэй Ин приподнял бровь, а на его лице расплылась ухмылка. — Ну же. Или уже сдался?       Пока Цзян Чэн глядел вниз, решаясь на следующий шаг, а на фоне раздавался хриплый смех Цзысюаня, Лань Чжань немного склонился к Вэй Ину.       — Если мне не изменяет память, это синий.       — Тсс, Лань Чжань, — прошипел Вэй Ин, взглянув на него, и шепотом добавил: — Я вообще-то пытаюсь наладить личную жизнь друга.       Лань Чжань лишь молча взглянул на него в ответ и покачал головой, но говорить ничего не стал.       А тем временем Хуайсан нахмурился, когда движения позади него застыли, и немного повернул голову.       — В чем дело, Цзян-сюн?.. — едва он это произнес, как почувствовал, что к его спине прижалось чужое крепкое тело, от которого исходил жар, а рядом с его рукой оказалась рука Цзян Чэна с сильными суставами пальцев, на одном из которых поблескивало кольцо. Он тут же замер, а затем нервно рассмеялся. — Ох. Знаете… это все так странно ахаха… но забавно. Хахаха.       Цзян Чэн стиснул зубы, чувствуя животом вибрации его тела, и с силой выдохнул, обдавая шею Хуайсана горячим дыханием. Тот слегка вздрогнул, а в голове парня нарисовалась весьма реалистичная картина: Хуайсан, в той же позе под ним, выгибается в пояснице, запрокидывает голову, издавая глубокий стон и зовя его по имени.       Раньше, чем он это осознал, у Цзян Чэна стало довольно тесно в штанах. А еще раньше до него дошло, что его пах оказался вплотную прижат к заду Хуайсана.       — Ну и в чем была проблема? Нормально ведь встал, — откашлявшись в кулак, произнес Вэй Ин.       Ага. Во всех смыслах.