Солнце с фенечками на запястьях

Даша курит. Курит самые обычные дешёвые сигареты, которые продаются в ларьке, где никто не интересуется её возрастом. Курит много, смакуя, истрачивая все свои не очень-то большие сбережения. Просто так легче: ты поджигаешь никотиновую палочку, затягиваешься, расслабляешься. Перенаправляешь душевную боль во вред физический, и чувствуешь себя от этого непомерно счастливым. Даша даже читала где-то, что никотин помогает выработке некого нужного гормона (вряд ли это соответствовало действительности). Правда, это было ещё тогда, когда она пыталась оправдаться хотя бы перед самой собой. Не получилось, какая жалость. Сигарета медленно тлеет, опадающий пепел подхватывает ветер и уносит ввысь. Девушка стоит в тупичке домов, облокотившись на обшарпанную и разрисованную стену. Это её секретное место, где можно спокойно предаться вредной привычке: сюда почти никто не суётся, тем более мама или знакомые. Никаких удобств и следов её пребывания — окурки не в счёт, на личность они не указывают. Да и не хочется Чертник палиться перед одноклассниками и рассказывать, чем занимается в свободное время. Подруги не поймут, парни задолбят просьбами по типу "одолжи сигаретку", Виталина перестанет общаться. Вообще-то дело всегда было лишь в ней. И секретное место, и мятная жвачка, и сами сигареты, как ни странно, тоже. Даша ведь для того и курила: расслабиться, забыться, отпустить эти неуместные чувства. И, конечно же, с последним никак не выходило. Почти год как.

***

Познакомились они с ней в сентябре. Новая школа, новые учителя, новые люди и никто никого не знает. Тогда Даша увидела её впервые: белоснежная кожа, светлые, чуть всколоченные из-за ветра волосы и горящие глаза. Девушка представилась первой, улыбнулась ярко-ярко, протянула нежную ладонь и сказала. — Виталина. У Даши от этого вида сердце забилось быстрее и ладошки вспотели, потому ничего лучше, как ответить комплиментом, ей в голову не пришло. — А я думала, как минимум солнце, — поняв, как же это убого звучало, Чертник решила всё-таки представиться: — Даша, кстати. Но на рукопожатие так и не ответила. Виталина, кажется, вообще не обратила внимания на самый худший подкат в истории, только щёки чуть порозовели. Девушка тут же засыпала её вопросами и улыбалась-улыбалась-улыбалась. Даша даже на секунду ослепла от света, источаемого Витой. Тогда они познакомились ещё с четырьмя девочками, пообщались и сдружились. Но всё же больше никто не смог затмить Виту.

***

— Даш, а Даш, какое твоё любимое женское имя? "Виталина". Светлые волосы — солнце окрашивало их в искрящееся золото — падали Шестаковой на лицо, и она прикрыла глаза. Но смотрела на Дашу цепко и игриво. Сейчас она была красива. Вообще Виталина всегда была красива, но лёгкая рубашка и свободные брюки придавали ей особенный шарм. И, конечно, из-за того, что залипла на свою подругу, Даша не успела ответить. В который уже раз. — Мм? Девочки засмеялись. Чертник постоянно попадала в такие ситуации, и на это уже не обращали внимания. — Какое у тебя любимое женское имя? — поторопила Настя подругу. Она не очень-то любила ждать. Вот и как ответить на такой двусмысленный вопрос?! О честном ответе и речи не шло, потому растерянная девушка начала лихорадочно метаться взглядом по классу. За соседней партой болтали их одноклассницы, обсуждая нечто с огромным энтузиазмом. Одна из них повернулась лицом к Даше, и та узнала в ней Софу. Идеальное решение. — Соня. Вита улыбнулась и, кивнув, уронила голову на руки, выражая всем своим видом, что оставшееся до урока время она будет отдыхать. — Да, Соня — несомненно, прекрасное имя, — протянула, насмехаясь, Катя, которая и затеяла весь этот фарс. Подруги засмеялись, и Настя даже пихнула Даше под рёбра локтём. Мол, в этот раз ты выкрутилась. Конечно, девочки давно догадались об её чувствах. Даша постоянно смотрела на Виту, делала ей комплименты и старалась лишний раз прикоснуться. В общем, в их дружной компании было весело: Даша влюбилась в Виту, девочки пытались их свести (ну и ещё кого-то из класса в свободное время), Виталина ничего не замечала. Вита улыбалась, Вита краснела и теребила фенечки на руках, Вита ничего не понимала. Иногда Даше казалось, что её жизнь была какой-то чересчур сюрреалистичной.

***

Даша из-за Виталины перестала прогуливать, стала больше курить и привыкала к теплу. Виталина была солнцем — ослепительно ярким, горячим, но в то же время никогда не обжигающим, огромным. Вита была красивая, как звёзды на далеком небосводе, милой и немного неуклюжей, с интересными фенечками на запястьях. Со смехом, похожим на колокольчик, с яблочным батончиком в кармане рюкзака и с короткими, неумело покрашенными в розовый ногтями. Незаметно Вита заполнила собой дашину жизнь. В школе постоянно вместе, по дороге до дома тоже. Шестакова не покидала мысли девушки и частенько объявлялась во снах. Там она смеялась, убегала от неё с горящими глазами и обнимала аккуратно за шею, целуя в висок. В жизни она, конечно, так не делала. В жизни девушка обнимала её при встрече, смеялась над её шутками и неуместными комплиментами, помогала с учёбой. В жизни Виталина была н е д о с т у п н о й. А Даша увидела её и утонула. Запуталась в золотых волосах, прикипела к родинкам на белоснежной коже, не могла насмотреться на голубые глаза Виты, горящие каким-то неизвестным огнём. И этот огонь был основой Виталины. Он высвобождался в нежных прикосновениях, ласковых разговорах и взглядах. И Даша — с детства не знающая такой заботы и ласки — промёрзлая и тёмная изнутри, постепенно оттаивала от этого огня. Становилась зависимой от неё.

***

Даша устала. Устала жить, устала чувствовать, устала-устала-устала. Даша больше не хочет ощущать эту отравляющую тоску в душе, и потому курит — сигареты делают больно телу, отрезвляя разум. Никотиновые палочки неприятно отяжеляют карман куртки. Сигарета, зажатая тонкими пальцами, казалась предательством и просто отвратительной заменой приятному огню. Внутренности, что поднялись из пепла благодаря девочке-солнцу, тоже сопротивлялись теперь неприятной отраве. А стоит Даше вспомнить, как сегодня Виталина поцеловала её в щёку (при прощании, правда), и Алёна ободряюще улыбнулась, подтолкнув её к Шестаковой... Возможно, целого года безответных чувств достаточно, чтобы что-то изменить? И Даша, неожиданно решительная, затушила окурок об обшарпанную кирпичную стену. Сунув руку в карман, Даша нащупала самодельную фенечку, и... И пачка сигарет, купленная в ларьке около дома, оказалась в мусорном баке. Виталина своим внутренним огнём, своей заботой и теплотой помогла Даше стать счастливым человеком — который не прячется от эмоций за дымом, а от реальности за книгой, — не прикладывая никаких усилий. И если у Даши есть шанс стать ещё счастливее, то она сделает для этого всё: и курить бросит, и научится нормально общаться с людьми, и Виталину в себя влюбит. Обязательно.