Соблазнительница

Юнги заходит в свою квартиру и, не нагибаясь, снимает обувь. Сегодня он особенно устал. Из его головы не выходил образ милой школьницы Пак Дахэ, когда она так невинно смотрела на него, сидя в одной его же рубашке. Её запах до сих пор витал где-то перед носом мужчины. Физик убежал не лишь из-за того, что у него начался урок, но по большей части, чтобы поскорее его младший друг перестал подавать весомые сигналы. — Чёрт, — Юнги тогда стоял у своего кабинета и не мог войти, осознав, что забыл о своей дурацкой рубашке. В одном пиджаке он никак не мог появиться… Пришлось бежать обратно через этаж к кабинету биологии, Мин надеялся, что Дахэ уже закончила, но как только он зашел в класс, увидел через открытую дверь в лаборанскую, как девушка стояла спиной к мужчине в своих черных трусиках. Она пыталась застегнуть лифчик, а Юнги выпучил глаза и сделал широкий шаг назад, скрывшись за дверью кабинета. Щеки мгновенно приобрели нездоровый румянец, преподаватель не знал, куда деть себя. Он решил дождаться, пока ученица выйдет, тогда он и забрал свою рубашку. Она до сих пор пахнет ею. Мин чувствует это, и ему сносит голову. Мужчина проклял этот день, ведь долгое время он чувствовал себя прекрасно, но мгновенно его ладони стали влажными, по спине сползали капли пота. Открыв ноутбук, Юнги находит знакомую вкладку с сайтами, на которых обычно смотрит камасутру. Его тело пылает, в комнате душно. Физик испытывает это на протяжении всего дня. Пальцы тянутся к холодной клавиатуре и через пару секунд на экране появляется порно. Мин делает это довольно часто. Не имея отношений, он научился довольствоваться тем, что есть. Сев за компьютерное кресло, мужчина расстегивает ширинку брюк и спускает их. Рука достаёт окаменелый член. Юн тяжело вздыхает и переводит взгляд на происходящее на экране ноута. Пальцы ласкают орган, после, обхватывают его, рука медленно скользит. Ресницы вновь соприкасаются, глаза перестают видеть картинку. В голове Юнги сразу же всплывает силуэт его школьницы. Первая мысль, как только он проводит чуть быстрее по члену, о том, какой беспомощной может быть эта девочка, как Юнги нравятся её пухлые обветренные губы, её заворожительные ножки… Осознав о том, что он думает о Дахэ, Мин остановился и открыл глаза. В тот же миг он закрыл ноутбук и спрятал член обратно. — Я идиот? — спросил сам себя Юнги — О чем я вообще думаю?! Мужчина злился сам на себя. Но в его голове все равно держался образ девушки, от чего сердце Юнги вырывалось наружу. — Так нельзя, твою мать… Застегнув ширинку, педагог встал и, взяв со стола пачку сигарет, вышел на балкон. Дахе заходит в дом, идёт в свою комнату, и тут же валится на кровать. Она ушла из школы без разрешения, но надеялась, что физик сообщит о случившемся. Она не понимала, почему это произошло. На следующий день, когда теплый осенний ветерок играл с волосами, когда тусклое солнце и серое небо еле сдерживались, чтобы в очередной раз не заплакать, Дахе было всё равно. Она шагала в школу, не обращая никакого внимания на других. По школе разлетелись слухи о вчерашнем, а Тэхёну, видимо, досталось ещё больше. На пути к кабинету английского языка, девушку встретил завуч по воспитательным работам. Пак Дахэ ненавидела терять в школe всякиe вещи, типa карандашей и бумаги, нервов, амбиций, уверенности в себe… Сейчас она абсолютно сломана, так что постаралась пройти мимо сотрудника. — Дахэ, — начала женщина средних лет, остановив школьницу, — Ты в порядке? Не в порядке. Девушка не хотела беседовать с этой женщиной, особенно перед уроком английского языка. — Нормально, — сухо ответила она. Завуч все поняла. — Тэхён отстранён на неделю, — сообщила она, поправляя свои очки на переносице. — Мне всё равно. Дахэ было не всё равно на парня. Но он заслужил. Всё же было то, что интересовало её. — За что его наказали сначала? — поинтересовалась она. Женщина явно не ожидала такого вопроса. Она растерялась, но видя спокойное лицо ученицы, призналась. — Он отправил картинку порнографического характера нескольким людям, которые, впоследствии, настучали на него. Дахэ не понимала, при чем здесь она. Почему же Ким был так зол? — А что за картинка? — Комикс, картинка из комикса для взрослых. Как объяснила мисс Хан, а так звали эту женщину, Тэ отослал картинку младшеклассникам. До девушки дошло, что накануне он спалил её за чтением комикса, а значит, фото, которое он сделал, она не удалила, а отправила кому-то. Значит, не одно фото он сделал, а несколько. Здесь ему были интересны больше сцены, чем-то, что его одноклассница читает это. Чувствовала ли вину школьница? — Однозначно. Это же она, получается, отправила фото, а не Ким. И теперь он виновен не за что. Но говорить об этом с женщиной не имело смысла, ведь уже ничего не исправить. Дахэ желала забыть всё это как страшный сон. Юнги, который никогда не позволял себе завышать оценки, поставил твёрдую четверку ученице Пак за домашнюю работу. Проверяя тетрадь, Мину было смешно с ответов на теоретические вопросы и абсурдные решения задач, которые она явно решала не сама. Он целый день пытался не встречаться с ней, понимая, что не готов. Как только он начинает думать о ней, в его голове всплывают события вчерашнего дня. Температура тела повышается об одном напоминании о том, что девушка была максимально близко… Юнги ненавидел себя за эти мысли, но ничего не мог поделать. Он не мог избавиться от них так просто. Звонок на урок, и вот девятиклассники готовы к новой теме. Ветреный. Таким Юнги казался большинству, он полностью отдавался работе и почти никогда не рассказывал о себе. Именно работа помогла ему справиться с расставаниями, с прочими проблемами, но кажется, порой он слишком увлекается. Как можно так сильно увлекаться делом, которое ненавидишь? Мин действительно не любил всё, что происходит в его жизни, но настолько привык, что ему это даже начало нравиться. Он боялся, что такое же произойдёт с людьми, которые окажутся рядом с ним. Поэтому он одинок. Дахэ сидела в библиотеке и пыталась сделать задание по физике самостоятельно. Внезапно она захотела стать лучшей ученицей во всей вселенной, знать физику лучше всех… Час она сидит над одним заданием и совершенно не понимает его. Физика=Юнги. Думая об учителе, Дахэ сходила с ума. Ей было до жути неловко смотреть ему в глаза после вчерашнего, и как это любят делать девочки, посчитала, что теперь они немного ближе друг к другу. Он буквально видел её насквозь. Было бы глупо, если бы девушка не заметила этого. Она видела всё, что так пытался скрыть учитель. В глазах Мина была дрожь, он казался растерянным. Когда он прижал её близко к себе, сидя за дверью, что-то щелкнуло где-то глубоко в душе школьницы. От педагога пахло сигаретами, его сильные руки прижимали Дахэ к себе и это заставило её затаить дыхание. Невозможно было не почувствовать, как его твёрдое достоинство давило в спину... Да что там! Как только девушка надела рубашку физика, её переполнили эмоции, которых она раньше не испытывала. Голова кружилась, ноги стали ватными. От этих мыслей Дахэ не могла сосредоточиться на предмете. Начиркав что-то у себя в блокноте, ученица снова задумалась о чем-то своём. — Не правильно, формула не та, — донёсся знакомый голос настолько близко, что вызвал мурашки по коже. Дахэ осторожно повернула голову вправо и увидела учителя Мина, который почти прошептал ей на ухо своим низким голосом, что она бездарность. — Учитель, — удивилась она. — Физику учишь? Хвалю, — улыбнулся Юнги. Он очень хотел как ни в чем не бывало говорить с Дахэ. — Пытаюсь, — уточнила девушка. Она тоже не подала виду смущения. — Нужна помощь? Давай, я только «за», — пододвинув стул, Мин сел рядом. Юнги хотел этого. Он хотел смотреть на её нежные черты лица, слушать её, помогать… Кажется, он сошёл с ума, но буквально вчера он дрочил на неё. Мужчина хотел объяснить себе, что она всего лишь ученица. — Что тебе непонятно? — спросил педагог, смотря в учебник. — Всё, — призналась девушка. — Не просто нам придётся, — согласился тот. Дахэ писала всё, что говорил физик, вместе они решали задачи, Юнги объяснял всё, но она наблюдала за его сочными губами, которые он иногда облизывал, наблюдала, пока тот не попросил её написать всё, что он только что ей сказал. Вот когда должно по-настоящему становиться стыдно. Юнги не подал виду о том, что расстроился. Лишь наклонился ближе к ней, взял руку, и указал на то, что и где нужно списывать из учебника. — Потом покажешь, это твоё домашнее задание, поняла? Главное — понять, а не просто списать. Девушке было не до этого. Она не понимала, что происходит с её телом. Щеки обрели красный цвет, когда Мин взял её руку, ноги ослабели, как только он наклонился к ней. По телу в очередной раз пробежали мурашки. — Хорошо, — сказала Дахэ. И как можно быть такой дурой? Ей было неловко перед учителем Мином. — Мы встретимся завтра после уроков и снова прогоним эту тему, не смей уходить домой, — улыбнулся Юнги. Он вовсе не был сердит. Дахэ улыбнулась в ответ.

— Почему моё сердце так бешено колотится?