Воришка

      Чимин в буквальном смысле врывается в первую попавшуюся аптеку, расталкивая возмущающихся покупателей, и вопит во всё горло: — Ингалятор, срочно!       Напуганная аптекарша суёт ему первый попавшийся ингалятор и забывает даже деньги взять у парня, который выбегает так же быстро, как и появился. Чимин бежит, не видя никого вокруг. В голове рой мыслей.

POV Чимин

«Тэ, миленький, держись. Я скоро. Я уже совсем близко. Чёрт, и зачем я отпустил его одного. Если с ним что-то случится, я ни за что себе этого не прощу!»

Конец POV Чимин

      Наконец-то та самая подворотня, в которой Чимин оставил Тэхёна. Розоволосый парень сшибает собой мусорные баки, катясь кубарём по мусору, собирая на одежду всё, что валяется под ногами. Не замечая ничего, он вскакивает и бежит к Тэхёну, падая возле него на колени и подставляя ко рту ингалятор. Друг еле дышит, хватается за руку Чимина, как за спасательный канат, и, когда тот нажимает на кнопку аппарата, наконец хватает ртом воздух, вдыхая его полной грудью, от чего в рёбрах отдаёт новой болью. — Господи, Тэхён, ты так напугал меня, — не стесняясь, Чимин обнимает друга, роняя солёные капли ему на плечи. — Я думал, что не успею. Думал, что потеряю тебя, брат.       Тэхён приобнимает в ответ, утыкаясь Паку в плечо, и так же, как и он, роняет горькие слёзы. — Я такой дурак, что отпустил тебя одного, Тэ, — всхлипывает Чимин. — Прости меня! — Тебе… Не за что… Просить прощения, — слова даются ещё не легко, а рёбра всё так же болят.       Подняв Тэхёна с земли, Чимин придерживает его за талию, перекинув руку друга через свою шею. — Но оно…стоило того, Чимин, — хрипло смеётся Тэхён, переставляя ноги по грязной земле. — Ничего не стоит твоей жизни, брат… Она бесценна! — тихо говорит Чимин, продолжая идти. — Зато мы сможем прожить неделю без краж и голодовки, — улыбается Ким. — Ради этого стоило рискнуть!       Чимин усмехается, глядя на друга. Этот малый всегда был сорвиголовой. Они медленно бредут в убежище, старательно обходя людные места. Тэхён не в лучшем состоянии, а от Чимина разит помоями за километр. Завтра они не пойдут в школу, да и послезавтра скорее всего тоже. Тэ нужен отдых, да и Чимину не повредит. Как выкручиваться из всего, они подумают завтра, а сейчас, дойдя до укрытия, Чимин переодевается, прежде окатив себя ледяной водой из самодельного душа, бежит в магазин, где заваривает рамён и тащит другу. Они ужинают и падают спать под тёплое детское одеяло Тэхёна на старые матрасы из дома Чимина.

***

      Чон Чонгук — молодой офицер полиции, только что закончивший академию. Именно он и его напарник Юнги гнались пару дней назад за воришкой из кофейни, но так и не поймали. Они обыскали весь район, но никого не нашли. Лишь кучи мусора, раскиданные по подворотням. — Сядь и успокойся, чё ты мечешься, как зверь в клетке? — фыркнул блондин невозмутимо, попивая кофе и поудобнее усаживаясь в кресле. — Меня больше удивляет, почему ты такой спокойный, — рычит брюнет. — У нас на глазах свистнули кошелёк, ограбили человека, мы упустили вора, а ты такой спокойный. — Прижми жопу, я сказал, — с нажимом говорит блондин, от чего брюнет слегка вздрагивает и садится с надутыми щеками. — Чонгук, я не пойму, чего ты дуешься как мышь на крупу. — Да, правда. Чего это я? — фыркает Чонгук. — У нас грабитель сбежал из-под носа, а Мин Юнги сидит и пьёт кофе. — А что я должен? Танцевать ламбаду? Я сижу и думаю, — спокойно отвечает Юнги. — Да чего тут думать, надо искать его! — Ты серьёзно? Мы толком лица-то его не видели, а парней в чёрных толстовках и спортивных штанах по улицам ходят миллионы, — фыркает блондин на заявление напарника. — Или тебе так марафон понравился, что он нам устроил?       Чонгук дуется ещё сильнее, отворачиваясь от капитана и прокручивая их разговор в голове. — Глаза… У него большие карие глаза и маленькая родинка на веке, снизу, — тихо выдаёт Гук.       Мин чуть не подавился от высказывания напарника. — Серьёзно? Как ты вообще смог рассмотреть и запомнить его глаза? — шокировано выдаёт блондин. — Я встретился с ним взглядами в кофейне. «И увидел столько боли и страха в этих глазах», — додумал про себя Чонгук, но вслух так и не произнёс.