Узы крови

Клэр долго всматривался в глаза старшего брата, источая лишь одно: нескончаемую боль. Паркер двумя часами ранее позвонил и сказал то, что не успел сказать в баре, обещав с убийцами его возлюбленной разобраться единолично. Договорившись, что пленные должны быть в приоритете, пришли к взаимопониманию. Малакай не филантроп, чтобы помогать бесплатно. Он все ещё точит зуб на старших Майклсонов, поэтому борьба за бизнес не прекращается, но… Они поняли боль друг друга. Враги сражаются лицом к лицу, а нож в спину вонзают друзья и близкие. Оба познали, каково это быть преданным. Клаус, возможно, искренне не понимал вопрос, но Кол не видел этого. Отправив Драко помочь Паркеру, он кинулся выгребать все, что раскроет правду и докажет, что его братья ни в чем не участвовали. Но… поставки оружия, грязные делишки против конкурентов, бесконечные переводы денег, разрушение целых кланов и их бизнеса. Нджамена, Ресифи, Ванкувер, Прага, Минск, Ростов-на-Дону, Владивосток, Афины, Стамбул, Нет, Шанхай, Джакарта, Мумбаи, Токио и много других городов… По всему свету заключались нелегальные сделки, поставлялся товар по закрытым путям, в тени переводились огромные деньги. И это только первая папка. Элайджа владелец нескольких банков в Европе и Америке. Разве что в Швейцарию не полез с такими амбициями. Купил местных властей не в одном городе, чтобы им легче было нарушать всевозможные законы. Успокаивало мужчину то, что к наркотикам Майклсоны не имели никакого отношения и препятствовали его распространению. Разве что не спрятаны несколько лабораторий где-нибудь в Латинской Америке. Кол и не знал, насколько далеко Майклсоны шагнули, даже не думал, как глубоко увязли. Отец явно был в курсе всего и активно помогал, имея выгоды, позволяющие беспечно путешествовать по миру. Клэр знал братьев и не особо удивился, что они втянулись в такое болото, из-за чего частенько разгребают последствия. Просто поразил масштаб. Поэтому он искал все дальше. То, что действительно ему было важно знать. Когда заветная неприметная папка оказалась в руках, Кол провёл языком по пересохшим от волнения губам и прочистил горло. Эти документы не были среди других датированных тем же днем. Парочка бумажек лежали отдельно с явной целью спрятать как можно дальше. Простой список, состоящий из цифр. Счета, сумма и дата. Кол нашел необходимые дату и сумму и взглянул на номер счета. Клаус. Как смертный приговор обрушился на голову Клэра этот факт. Этот счет в личном распоряжении Никлауса Майклсона. Именно он оплатил заказ. Взглянув на другие строчки он понял, что это был некий черный список. И если покопаться в следующих папках, там будут такие же. Оплата наличкой внесены в список от руки чернилами ручки. Шуршание бумаг отвлекло от воспоминаний. — Это ищешь? — подняв лист вверх, спросил Кол, после встал с дивана, сминая бумаги в кулаке. — Кол, ты неверно все понял. — Банальная фраза, с которой все начинают своё жалкое оправдание. — Я не поступил бы так! Что бы не значили эти цифры, что бы ты не узнал — я сделал все, что угодно, но только не покушался на твою жизнь. Даже обидно, что ты так подумал. Шатен взъерошил свои волосы после отошёл к окну, пытаясь зарыть эмоции как можно глубже. Иначе было бы невозможно даже находиться здесь. А ведь предстояло выслушать и попытаться принять верное решение, не поддаваясь затаившемуся внутри раненому зверю, что когтями рвал внутри душу, пытаясь выскочить наружу и разорвать любого, кого встретит. Один раз слепая ярость его уже водила по свету в поисках виновника. В этот раз ей нельзя поддаваться, иначе уже никогда не прийти в себя. Никогда не залечить раны. Никогда не отпустить боль. — Десять лет назад! — стукнул Клэр по подоконнику и смахнул на пол смятые в руках бумаги вместе с потушенной и раскрашенный сигаретой среди них. — Никто не поверил в то, что я не убийца. С чего мне верить сейчас тебе? В ответ лишь молчание. — Ты не бойся! Расскажи всю правду! Мести не будет. Я не братоубийца. Я даже из-за Давины не смогу лишить жизни отца своей племянницы! Хотя поклялся, что отомщу! Раз хотел убить меня, почему остановился на первой попытке? — Я не знал, что это был ты!!! Твой успех бесил весь континент. Австралийцы подсуетились и нашли тебе врагов. Близнецы копали под нас, несмотря на партнёрство, и в один миг заставили сделать за них несколько грязных дел. Они угрожали нашему бизнесу и я не мог отказать. Я не знал, за что перевожу деньги. В нашем мире не брезгуют, и чьё-либо убийство меня никак не касалось. Кол молчал, слушая, казалось, нелепые предложения. Что все это значило? Переводил деньги? Угрожали бизнесу? Чьё-то убийство не касалось… — Что, яиц не хватило дать отпор? — истерический смех сорвался вместо криков. — Разгромить, вместо того чтобы идти на поводу? — Нелегальный бизнес, купленные власти, конкуренты. Нас со всех сторон зажали. Я мог потерять бизнес, а после и возможность обеспечить безопасность семьи. Я выбрал то, что дало возможность сохранить нажитое непосильным трудом. — Вместо того чтобы связаться со мной, приехать на свадьбу и попросить о помощи, ты помог найти врагам и убить смысл моей жизни. Что тебе мешало просто собрать семью всю вместе? Кол развернулся и взглянул вновь в глаза. Клаус чуть стал спокойней, увидев в глазах брата ясность, а не былую отрешенность с отчаянием, хоть и внутри кипела буря эмоций, давя на горло, не давая говорить. — У нас на было на это времени! Я сделал то, что сделал. На тот момент это было единственное правильное решение. После чего я прогнал Паркеров из города. — Выходит, твоя семья расплатилась за твою ошибку. Был причастен Элайджа или нет, я не знаю. Но и знать не хочу. Когда ты понял, кто стал целью? — Спустя год, когда твои зверские расправы дошли до всех. Мы с тобой разминулись в Толедо и тогда я понял свою ошибку. Но я не знал, что Давина пострадала. — Не пострадала! ОНА УМЕРЛА! — сорвавшись, надломлено вскрикнул Кол, заставив Майклсона захлебнуться собственными словами и пораженно опустить голову. Клэр направился на выход, понимая, что на грани истерики и больше не может себя терзать этим разговором. Все и так встало на свои места. — Брат! Я прошу тебя… — крикнул блондин вслед, но он уже ушёл. Девочки в опасности и пора окончательно разобраться с виновниками. … Паркер, как и обещал, расправился с теми, кто убил его любовь. И, зная все тайны клана, помог Колу найти старшего Паркера. Французский квартал. Прямо под носом. Без Малакая даже не догадался бы. Ворвавшись в дом, Кол оглянулся. Охрана встрепенулась, но его люди взяли их на прицел, заставив замереть на месте. — Выходите! — пропел Малакай, довольно улыбнувшись. — С отцом делай, что хочешь. — Велел Клэр, взглянув на напарника обстоятельства. — Но Стивена я прикончу своими руками. Его взгляд пал на стену, где висели древние, дорогие, настоящие катаны. Малакай изогнул бровь, проследив за взглядом подельника и отметил про себя, что даже он не стал бы так церемониться. Да и не учился никогда таким вещам. Вытащив оружие, Клэр довольно улыбнулся и отправился на поиски. Еще будучи Майклсоном хоть и любил орудовать битой, все осталось в прошлом. Боль, настигнувшая его, не давала покоя, разъедала, выжигала все, требуя метаться из угла в угол, теряя контроль. Но ему очень вовремя друг посоветовал заняться тем, что позволит выпустить пар и взять свои разум и тело под должный контроль. Тренируясь, испытывая себя на физическую выносливость и осваивая боевые искусства, спустя пару лет наконец смог прийти хоть к какому-то равновесию. И сейчас приобретённые навыки очень пригодились. … Дом был хорошей крепостью. Но лишь на первый взгляд. Кол знал всевозможные тайные ходы, ведь в особняке, в котором он жил, все было проложено куда сложней, и по площади он был больше раза в три. — Знаешь, Стив, — окликнул шатен, смахнув вазу рукояткой катаны с комода у двери, когда вошёл в очередную спальню. — Глупо прятаться по углам! Он прошёл вглубь, осматривая картины. После открыл шкаф — но везде пусто. — Человеку в таком почитаемом возрасте не подобает! Вдруг спину прихватит или коленки заболят. Но в ответ ни шороха. Начиная злиться, Кол ушёл в следующую комнату. Это был просторный кабинет. И, конечно же, был огромный шкаф, заставленный множеством книг. — Обожаю тайные проходы, — усмехнулся мужчина и, проведя руками по нескольким книгам примерно на уровне своей груди, обнаружил те, что не сдвинулись. — Не спрячешься. — Надавив на них, Кол отошёл и дождался пока шкаф сдвинется. Пройдя под открывшейся аркой, он спустился по лестнице и обнаружил небольшую, но просторную библиотеку. Стеллажи, круглый стол в центре и кресла, холодильник и мини-бар. На стене висел китайский прямой меч цзянь. Судя по пустому креплению, второй такой же сняли. Зазвонил телефон. Лицо друга высветились на экране, и мужчина поспешил ответить. — Кол, мы нашли только Хейли. Она без сознания. Детей нет. Едва Клэр сжал зубы, намереваясь прорычать от досады, как половицы скрипнули и послышались шаги. — Без глупостей! Иначе ей конец! — прорычал Стивен Паркер, выйдя из-за стеллажей, прижимая к себе пятилетнюю девочку, приставив к ее шее длинный меч, едва не раня кожу. Телефон выпал из рук. — Папочка! — пропищала напуганная и вся в слезах Джози, чуть дёрнувшись в руках монстра, что посмел прикоснуться к ребёнку. Увидев дочь в таком состоянии, Кол едва не потерял сознание. Сердце ушло в пятки, а колени подкосились. — Отпусти моих детей, ублюдок, — прохрипел он наполняясь яростью, но побоявшись сделать хотя бы шаг. — Где Рози? Вышел одетый в чёрный костюм охранник, держа другую дочь, приставив пистолет к виску. — Ну что, щенок? Твои отпрыски у меня! — старик зловредно рассмеялся. — На колени! — Они же совсем маленькие! Убери от них оружие! Я и так ничего не смогу сделать. — поддавшись окончательно панике и осознав свою беспомощность, отец близняшек поднял руки и опустился на колени. — Отпусти их. — Я сделаю лучше! Убью тебя и заберу твоих девочек в свой клан. Вырастут достойными наследницами моей империи, раз уж ты отобрал моего наследника. — Убив меня ты подпишешь себе смертный приговор. Девочки с ужасом смотрели на папу, боясь пошевелиться. Они не понимали, что происходит и молча слушали ужасные вещи. Рози, не выдержав, зарыдала в голос, что выбило всех из колеи. Джози помнила, что ей велели молчать и почти не издавала ни звука, боясь что они пострадают где-то на уровне инстинктов. Ведь разве пятилетняя девочка понимает, что значит слова плохого дяди: «иначе пожалеешь, что родилась». — Замолкни! — крикнул Паркер, отвлекшись. Кол хоть и обожал холодное оружие, но без пистолета никуда не влезал. Спасибо Драко, что так настаивал на всевозможной защите. Вовремя вспомнив, что по правую руку под кардиганом спрятана кобура с Глок 17, он не стал медлить. Секундного замешательства хватило, чтобы выстрелить охраннику в голову, после направить пистолет на старика. Он испугался и, забыв, что стоило бы крепко держать девчонку, чуть ослабил хватку. Джози со всей силой оттолкнула от себя руку и нырнула под лезвие, после схватила оцепеневшую сестру за руку и побежала со всех сил, куда глаза глядят. Тео учил: «Прячьтесь, когда враги близко. Бегите, не останавливаясь. Папа убьет их, потом найдёт и заберёт вас». Кол смотрел как они убегают за стеллажи и хотел остановить, но заметив Малфоя, что, очевидно, вошёл в библиотеку со стороны подвала, чуть успокоился. Драко сел на корточки и подхватил обеих на руки, чувствуя облегчение хотя бы за них. Чего не скажешь про Клэра. Взяв в одну руку катаны, а другой покрепче обхватив пистолет, он направился с зажатому в углу Паркеру, который все же осмелился потянуться к мертвому охраннику и взять в руки его пистолет. — Не стоит, иначе выстрелю! — процедил шатен. — Ты в любом случае проиграл. И непременно поплатишься за сегодняшнее и за мою жену. — С брата ты уже спросил? — старик все же нашел в себе силы поиздеваться. — Он хорошо помог в этом деле. Жаль, что так тебя и не прикончили. — Не беспокойся. Всем воздастся по заслугам. Но первым будешь ты. Однако я, в отличии от тебя, предпочитаю расправляться с врагами собственноручно. Так что потешь мое самолюбие и возьми в руку меч. — Решил устроить поединок, мальчишка? Держать-то хоть умеешь? Кол убрал пистолет на место и перекинул в руку второй меч, после рассек ими воздух, подбирая удобное положение. Драко с опаской смотрел на открывшееся представление: он уже видел как его начальник расправляется самурайскими мечами. И сегодня его ярость охватила настолько, что несколько телохранителей Паркера лежали без рук или головы. — Кол, девочек нужно отвезти домой, — слабая попытка отрезвить друга. Но Клэр даже не обратил внимание. Чуть подрагивающие от рыданий девочки прильнули к Малфою, спрятав лица на плечах и даже не оборачивались, боясь увидеть что-то ужасное. — Тогда начнём. — Хмыкнул Стивен Паркер и встал в удобную стойку в паре метрах от своего врага. Звуки соприкосновения мечей действовали всем наблюдателям на нервы. Охрана вместе с Драко наблюдали, затаившись, ведь бой шёл почти на равных и любое неверное движение и их работодатель будет мёртв. Один из них все же направил Бенелли м4, готовясь в любой момент произвести выстрел и защитить его. — Стрельнешь в руку, чтобы не убить. — Приказал ему Драко и вновь взглянул на друга, что рассек катаной торс своего противника, причинив неслабую боль. Снова увидев перед собой мертвую жену, Кол чуть опешил и это позволило Стивену ранить его. Однако реакция молодого мужчины сработала быстро, и сабля была остановлена, прежде чем прошлась бы целиком своим остриём. Злость охватила Кола с новой силой, а в груди снова все сдавило. Мертвая Давина, напуганные девочки… Враг должен был за это понести жестокое наказание. Точным взмахом руки Кол отсек руку, которой Стивен держал своё оружие. Старик завопил от боли, смотря на фантазирующую из руки кровь, не видя больше кисти и пальцев… лишь обрубок. Драко с ужасом смотрел на это, не зная, стоит ли вмешаться. И боялся за состояние друга, понимая, что он не в себе. Давно не в себе раз рассеял трупы по всему дому. И знал, что это будет мучить его друга и преследовать, как было всегда, когда она наконец успокаивался. Но ничего не мог поделать. — Отведи детей в машину, — велел он одному из охранников, но попытка передать близняшек провалилась. Они намертво обхватили его шею, боясь оторваться и перейти в незнакомые руки. Что, сволочь?! Больно терять частичку себя, не так ли? Какого без руки, что могла помочь тебе прожить ещё несколько минут?! — Псих! — завыл Стивен и рухнул на колени, хватаясь за руку. — Аааа! Сука! Кол одним движением вонзил в его грудную клетку меч и покрутил, заставив Паркера захлебнуться собственной кровью. После, оставив меч внутри, обхватил обеими руками второй и поднял его над собой, намереваясь опустить его в последний раз, что он и сделал. Голова отлетела в сторону, брызжа кровью, а тело рухнуло. Кол, стоя весь в крови смотрел на картину перед собой и ждал, когда облегчение наконец достигнет его. Бросив на пол мечи, он взглянул на своих девочек. — Рози, Джози. Вы в порядке? — подрагивающим голосом спросил он, подойдя чуть ближе. Капли чужой крови высыхали, стягивая кожу. Сердце колотилось о рёбра, все ещё под воздействием адреналина. Но боль не отступала. Злость разрывала на части, но боль не утихала. Отомстил за смерть своей жены, но боль все равно не исчезает! Кажется, что все стало ещё бессмысленней. Первой на зов отца отреагировала Джози, сперва повернув голову, а после отодвигая от себя руку. Рози последовала за ней. Как только Драко опустил их, обе сперва, увидев отца в необычном до них обличии, остановились. Родной папочка, самое светлое, тёплое, необъятное, светлое, лучшее явление в их жизни, объект их необъяснимой бесконечной любви. Сейчас он был неузнаваемым: перепачкан в крови, одежда местами разорвана, и, главное, источает злость, обиду, навевает страх. Но, все же, что-то внутри, в том месте, которую папа называет «душа», добродушно всегда улыбаясь, тянуло в его объятья и было все равно, что сейчас с ним. Кол, просто рухнул на колени, глядя на свой смысл жизни и ожидая, когда его маленькие девочки просто подбегут и обнимут его. Он едва не рухнул без сил, чувствуя как внутри все рвёт от боли. Усталость сковывала каждую клеточку и хотелось просто упасть в небытие. Ещё чуть-чуть и тьма окончательно поглотит его разум… ещё секунда и долгожданный покой… Рози и Джози прильнули к нему, крепко сжав в объятьях, не дав провалиться в никуда окончательно. Они всегда заставляли его держаться на ногах каждый новый день, заставляли продолжать жить и делали безмерно счастливым, давали надежду на будущее, несмотря на худшую трагедию в его жизни. И сейчас два его светлых лучика не дали тьме поглотить. — Любимые мои, — прошептал Клэр, обняв дочерей в ответ и прижав к себе. Джози чуть отпрянула и сквозь очередные слёзы взглянула на папу. — Не уходи, папочка, никогда, пожалуйста, — всхлипывая, пролепетала она, после заревела, наконец дав волю своим эмоциям. — Я не буду больше плохо себя вести. Рози плакала вместе с сестрой. Она отпрянула от груди отца и увидела его слёзы, возможно впервые в ее памяти. Поняв, что папе тоже больно, девочка стёрла аккуратно своими ручками слёзы с его щеки и поцеловала, не обращая внимание на кровь, что размазалась и по ее руке и щеке. Кол взглянул на неё с благодарностью и трепетом, после вернулся к Джози. — Не плачь, милая. Я никогда вас не оставлю. И ты вовсе не вела себя плохо. Это моя вина, но я обещаю. Я исправлюсь. Больше никогда это не повторится. Никто не посмеет вам навредить и расстроить. Драко давно выпроводил охрану, велев все зачистить и подготовить машину. Сам же прошёл вглубь зала и поднял оставленный на полу телефон, стараясь унять неприятный ком в горле и явно избегая вид окровавленного расчлененного тела, чтобы потом не пришлось унимать тошноту. Вспомнив, что это могут увидеть и маленькие девочки, Драко взглянул на друга. Заметив, что Кол уже сидит на полу, руки все время пытается не уронить и покачивается, словно встряхивая себя ото сна, он подошёл к ним, подхватывая друга за плечи. — Пора домой. Девочки, помогите папе встать. Просьба о помощи отвлекла Джози и Рози от собственных чувств, и они с беспокойством и воодушевлением держали его за руки. — Я сам, — Произнёс Клэр, но едва не упал, стоило сделать шаг. Этот урод ранил тебя, поэтому тебе надо в больницу. — Я справлюсь. Я… — голова вновь закружилась, и все же пришлось позволить другу стать опорой и донести до машины. Когда Кол оказался на заднем сидении автомобиля, а в его руках улеглись дочки, вновь крепко прижавшись к нему, будучи в безопасности и на пути домой, он все же позволил себе с умиротворенностью закрыть глаза и вскоре провалился в сон. *** Возвращение в особняк было чем-то эфемерным. Он не помнил, как проснулся, как его донесли до спальни, осмотрели раны, перевязали, поставили капельницу и, наверное, много чего ещё. Помнит лишь как в какой-то момент беспокойство ушло далеко, а две маленькие дочурки легли рядом и охраняли весь его дальнейший сон. Утром, едва он открыл глаза, увидел Драко, что сидел на стуле, прислонившись головой к стене, и посапывал. — Где девочки? — спросилось, поняв, что их нет в постели. Драко мгновенно встрепенулся и взглянул на друга, чуть повеселев. — Доброго утра. Как себя чувствуешь? — Пока не знаю. — Чуть охрипшим голосом, ответил Кол и оглянулся, чуть приподняв голову. — Где Рози и Джози? — Тео еле оторвал их от тебя. Не хотели даже есть, пока ты не проснёшься. — Малфой пересел на край кровати, протирая сонные глаза. — Сейчас они во дворе. — Доктор осмотрел их? Они тоже были в крови, я помню… — Эй, тише, ладно? — усмехнулся начальник охранной службы. — С ними все хорошо. В первую очередь доктор осмотрел их, потом Кэтрин и Хейли искупали их, переодели и покормили. О них твоя семья позаботилась, так что можешь не волноваться. — Я мог вчера их потерять. — Вновь поддавшись эмоциям, которые так и не оставили его за ночь, произнес мужчина виновато. — Я ужасный отец! — вздохнул он и, приложив усилия, присел, оперевшись на подушку. — Они все видели? Что-то сказали? До сих пор напуганы, наверное? — Не видели. Они сейчас лишь беспокоятся о тебе и твоём состоянии. Ждут, когда ты проснёшься. Так что просто приходи в себя. — Куда дели Паркеров? Малакай не связывался с нами? — Он звонил и просил перезвонить, когда будешь в состоянии. Похоронами он занялся лично. Хочет присвоить все наследие. — Хорошо. Что насчёт этого? — Кол слегка недовольно кивнул на капельницу. — Тебе нужен отдых. Ты потерял немало крови и переутомился. К счастью, обошлось без переливаний и больницы. Раны неглубокие. — Тогда мне это не нужно. — Собравшись с силами, мужчина вырвал из рук иглу и, откинув провод, воткнутый в него, в сторону свесил ноги с кровати и попытался встать. — Помоги. Малфой был недоволен рвением друга, но, зная его характер, перечить не стал. Он смиренно помог добраться до ванной комнаты и ушёл, чтобы попросить приготовить поесть. Голова сначала кружилась, мешая сосредоточиться, но после стала проясняться, позволив без затруднений принять душ, одеться в чистую одежду и выйти из спальни, не держась за стены. Не спеша, Кол дошёл до гостиной. — Кол! — обрадовалась Хейли, увидев мужчину и и встала с кресла, отложив какие-то бумаги. — Как ты? Вызвать, может, врача? — Все хорошо, спасибо. — Клэр улыбнулся и обнял подругу. После отпрянул, чтобы рассмотреть ее саму. — Ты как? Пластырь на лбу, разбитая губа, синяк на руках. — Все заживёт. Главное, что все обошлось, и я и девочки дома. — Хейли улыбнулась и направилась на кухню. — Идем позавтракаем. — Где Малфой? — Тебе повезло с другом. Заботливый. Переживал, что тебе станет хуже и дежурил всю ночь. Теперь ходит как приведение. От всего отказывается. Щас с Элайджей в библиотеке. — Хейли включила чайник и достала заварку. — У него все хорошо, он какой-то расстроенный? — Я утопил его в своих проблемах, даже не поинтересовался, что с ним. Он давно ходит без настроения. — Все уладилось. Теперь ты сможешь помочь ему. — Ненужный сын. Никчемный брат. Неудавшийся муж. Плохой друг. Ужасный отец. — На выдохе проговорил Кол, уткнувшись взглядом куда-то перед собой. — Что не попытаюсь сделать, не выходит. — За что ты с собой так, Кол? — Хейли застыла на мгновение, услышав все это. Но не подала виду. Миссис Майклсон быть тяжело, и она до сих пор до конца не привыкла ко всему происходящему. Но была точно уверена, что мужчины этого семейства сделают все, чтобы защитить семью. И это ее воодушевляло и восхищало. В ответ ничего не прозвучало. — Не полегчало, не так ли? — догадалась Хейли. Или даже знала. — И не полегчает. Клэр удивленно уставился на женщину. К его раздражению, она стояла спиной, заливая кипяток в чай, поэтому он не мог взглянуть на ее эмоции. После она минут пять возилась с горячим завтраком. — Не удивляйся. — Улыбнулась брюнетка, поставив тарелку омлета и чашку чая перед ним, и присела, взяв в руки свою кружку. — Тебе рассказывали, как я и Ник познакомились? — Помнится, пьяный Элайджа на свадьбе о чем-то упоминал. Кажется… дикая волчица едва не разорвала своего будущего возлюбленного. Я подумал, он смешал виски с мартини. — Мамы не стало, ещё когда мне было десять. И, вот мне двадцать, умирает отец от сердечного приступа, хотя ему всего пятьдесят пять. Я училась далеко от дома, поэтому почти ни о чем не знала. Приехав, увидела разбитого брата, который днями напролёт пытался разобраться с бумажками компании, а ночами, как потом оказалось, разгребал все чёрные дела. О чем, естественно, я не знала. Хейли отпила чай, переводя дыхание, чтобы спокойно продолжить. — Я была убита потерей. Выпивала, гоняла на машине. Что угодно, лишь бы не сидеть дома. Учеба стала претить. Брат был так все время чем-то занят, что даже не замечал, что я валяюсь утром у дивана, не способная даже на него взобраться. Я почувствовала себя ужасно одинокой и, намереваясь подпортить настроение и Тристану, проследила за ним до самой его берлоги и узнала, что не было никаких автокатастрофы и сердечного приступа. Тогда я быстро осознала все происходящее и мне потребовалась неделя, чтобы выяснить, кто за всем стоит. Хейли, вынырнула из воспоминаний, кратко улыбнулась своему слушателю, отпила чай и продолжила. Кол тем временем с аппетитом поглощал завтрак, заедая кусочком хлеба. — Брат вёл борьбу открыто, поэтому не мог подобраться к Фрэнсису Бэнксу — главе Арканзасского картеля. Он был в совете директоров отца, поэтому загребал и наш легальный бизнес и почти разрушил подпольный. Я решила отомстить ему и начала подбираться через его приближённых. В итоге я оказалась на тайной вечеринке в качестве официантки, где Ник раскусил меня почти сразу. — И где же прокололась? — Фамильное кольцо на пальце. О нем мало кто знал. Потом меня узнали из-за схожести с братом, но Клаус опередил их. Я испугалась. Подумала, он захочет отдать меня главарю. Стала убегать, по пути отбиваясь от любого, кто пытался меня схватить. Клауса я прижала в коридоре почти у чёрного выхода, приставив к груди острие подсвечника. — У тебя был шанс спасти человечество одним подсвечником, — усмехнулся Кол. — Да, но он, едва приблизились другие, схватил меня за руку и утянул меня на вход, после посадил в машину и увёз. — Хейли тепло улыбнулась, бродя по картинкам воспоминаний. — Я была словно раненный зверь, готовый процарапать когтями путь к своей добычи. И я убивала тех, кто мне попадался. Но мне становилось только хуже. Я утопала в болоте страха и ненависти, поссорилась с братом, бросила университет, начала курить и спать с пистолетом под подушкой. Клаус все это время был рядом и помогал мне в этом. Я все ждала, когда он начнёт меня отговаривать, но этого не происходило. По своим на то причинам. — И много ты убила? — Всех, кто стояли на моем пути к главной цели. Я потеряла счёт, но Клаус запомнил каждого. И когда я спросила у него, почему он помогает, почему не отговаривает всякий раз, когда я прихожу к нему с новым именем, он ответил, что… «я сама должна прийти к тому, что месть ничто не изменит, и смириться с тем, что боль не прекратится». «Хочешь лишить жизни других — твой выбор. Однажды ты начнёшь задыхаться, и я кинусь тебя спасать. Но до тех пор вымещай свою злость, сколько потребуется». — И ты все же убила этого наркобарона? — Избила и придушила галстуком. Но легче не стало. Клаус был прав, я лишь начала задыхаться, понимая, что стала убийцей, а мои старания так и не вернули мне моих родителей. Понимая, что все равно не будет покоя, я впала в отчаяние. Тристан, узнав о том, что все было моих рук дело, пришёл в ярость и почти отыгрался на Нике, после и меня попытался отправить куда подальше. — Хейли взглянула на друга и положила свою ладонь поверх его. — Месть свершилась, цели больше нет. Лишь уйма непредвиденных последствий. Но тебе есть ради чего жить. Обожающие тебя дочери, преданный друг, любящая семья. Исправляй свои ошибки. Теперь ты можешь стать для них хорошим отцом, другом и братом, больше не отвлекаясь на что-либо. — Что бы ты сделала, если бы виновным в смерти отца оказался Тристан? Даже если случайно, не зная об этом, помог своим врагам. — Прежняя я перестала бы считать его своим братом. Я тогда не мирилась ни с чем. И лишь Клаус помог мне вернуть мое прежнее состояние. И, взглянув на это спустя годы, я попыталась бы понять. Кол отпил свой чай, успевший остыть лишь до приемлемой температуры. — Омлет мне понравился. Спасибо, — улыбнулся Кол, решив что данной темы с них достаточно. Ответы он получил. — Пойду проветрюсь. — Не выйдешь к детям? Они обрадуются. — Нет. Пусть спокойно играют. Сперва разберусь кое с чем. — Кол. — Окликнула Хейли, прежде чем Клэр ушёл. Он развернулся и вопросительно взглянул на неё. — Ты хороший отец. Благодарно кивнув, Кол ушёл, намереваясь закончить с тем, что мучило его больше всего. … Потушив сигарету о стекло пепельницы, Кол сел на диван. — Что здесь делаешь? — выдал от удивления Клаус, открыв дверь в свой кабинет. — Как ты? — Бывало и лучше. Я ждал тебя, чтобы поговорить в последний раз о том, что произошло. — Слушаю. — Мужчина прошёл и сел в кресло напротив младшего брата. Он знал, о чем будет разговор и боялся того, что услышит, но старался не подавать виду и для этого достал из шкафа бутылку коньяка и бокалы. — Будешь? — Кол отказался. — Ладно. А я выпью. — Я заберу девочек и уеду. Мы хорошо пожили здесь, но… Я не смогу здесь жить. Зная, что… — Клэр смотрел в пол до этого момента, будто нарочно избегая брата, не смотря ему в лицо, собираясь сказать неприятные вещи. Но зачем-то все же взглянул и пожалел об этом. Говорить стало тяжелее. Клаус всем своим взглядом выражал сожаление и тоску. Возможно, действительно хотел, чтобы брат остался. Но младший брат был безжалостен. — Зная, что ты и Элайджа навлекли беду в мой дом и из-за ваших ошибок я потерял жену и чудом не лишился и детей, я не смогу. Я оказался на распутье: как бы я стал вас наказывать, зная что будут страдать мои любимые люди?! — Лишь я виноват в этом. Не наказывай за мою ошибку остальных. — Почти безжизненным голосом произнёс Майклсон, после залпом осушил стакан. — Твоя семья здесь, Кол. И как бы ты далеко не уехал, порвав все связи, кровные узы не разорвешь. — Помнишь, ты говорил, что «мы навеки связаны с теми, кто с нами одной крови. Пусть мы не выбираем своих родных, связь с ними может стать великой силой… или глубочайшим разочарованием»?! Так вот, Никлаус. Сил не то что не прибавилось, собственные иссякли! Я с тяжелым сердцем покинул дом в семнадцать лет, не впав в отчаяние лишь благодаря Давине. Создал с ней семью. Вы отказались быть частью этого, хорошо. Но… умышленно или нет… вы ее разрушили вместе с моими планами на счастливую жизнь. Оставили меня без семьи дважды. Так что я глубоко разочарован. — Прости нас, Кол. — Донёсся голос от дверей. Братья обернулись и увидели на пороге Элайджу. Он прошёл и сел на другой конец дивана. — Мы виноваты и очень сожалеем. Мне очень жаль, что не смог быть рядом, когда был тебе нужнее всего. — Да. Мне тоже. Но… я перешагнул это. И приехал лишь ради детей и девочек. Они, в отличие от вас, хотя бы на моей свадьбе были. Присылали открытки по праздникам. Звонили по выходным. Вам повезло с жёнами. — Кол встал и братья поднялись на ноги следом. — На случай беды я оставлю номера телефонов. Напишу адрес, когда определюсь, куда отдам их учиться и все прочее. Прятаться смысла нет. — Я рад, что ты не исчезаешь снова. — Произнёс Клаус. — Мы благодарны тебе за помощь, брат. Мы давно в неоплатном долгу перед тобой. И надеюсь, однажды ты простишь нас. — Знаете, — усмехнулся Кол, сглотнув сдавливающий ком. На глаза выступили слёзы, которые уже было не удержать. — Несмотря на все, я люблю вас. Давно отказался быть частью семьи Майклсон, но сердце не перестало болеть. Оно связано с вами. И поэтому я просто хочу чуточку покоя, чтобы растить своих девочек. С меня хватит семейных драм. — Клаус кивнув, сморгнув слёзы. Элайджа в немом согласии отвернулся, так же не сдержав жгучую в глазах влагу. Кол ушёл, оставив старших братьев гореть в том же огне, в котором всегда горел сам. Ведь и они любят своего младшего брата. Никогда не переставали любить. И вновь отпускать его из дома было так же больно как и десять лет назад. … — Друг, — Кол коснулся плеча, заснувшего на диване библиотеки Малфоя. — Ты в порядке? Ушёл бы спать в спальню. — Я случайно заснул. — Пробормотал светловолосый, сонно протирая глаза. — Ты как? — Нет. В этот раз ты мне будешь жаловаться на жизнь. Давно ходишь безрадостный. — Кол откинулся на спинку дивана приготовившись к долгому разговору. — Но сперва я хочу тебя поблагодарить. Не как начальника своей охраны — за некоторые косяки, наверное, придется урезать тебе премию в этом месяце. А как друга. Ты все это время был рядом, гонял по моим просьбам и не жаловался. Поддерживал, как должно братьям. Так что, спасибо. — Ты ведь мой друг. — Тепло улыбнулся Драко. — Я не мог иначе. — Рассказывай, что у тебя? — Все нормально. — Став в одно мгновение печальным, ответил Малфой. — Просто напряженные недели выдались. — Проблемы в раю? — Мы с Герми поругались перед Лас Вегасом. Потом она уехала к маме, не предупредив. Думал, что приеду и все уладим. Но не нашёл ее и там. Миссис Грейнджер, конечно же, прогнала с порога. Выяснил, что она в Лондоне. Подумал, что успокоилась и решил на пару дней отложить. Вчера пришёл иск о разводе. — Что? — Кол поначалу будто и не понял, после все встало на места. Беспокойный, не высыпающийся, нервно и молчаливо покуривающий друг переживал за самое ценное, что у него есть, и он даже не заметил. — Почему не сказал? Уехал бы сразу к ней! Я даже спрашивать не стал бы. Из-за чего вы поругались? — Смысл?! Это ничего не дало бы. Я не могу оставить своего друга в беде, да и работу в принципе бросить. — Ну, будет враньем если скажу, что я без тебя справился бы. Поругались из-за работы? — И да, и нет. Сложно. Просто я, видимо, не оправдал ее ожидания. — И просто так сдашься? Подпишешь документы? — Она будто всадила мне нож в спину, Кол. Я… я просто не понимаю, как можно бросить и уехать, зная что я буду искать, волноваться. А потом прислать такое. — Если дело в работе, я не стану уговаривать остаться. Это ведь не основной источник твоего заработка даже! — Мы поругались из-за того, где дом купим, если решимся на… ну, появится ребёнок. Герми предложила «наконец создать настоящую семью», как она выразилась. Я и так был без настроения, но разговор так выбесил… в итоге мы все высказали друг другу. Представляешь, я столько нового о себе узнал. Начиная с того, что отодвигаю стул очень громко, заканчивая тем, что… не важно. Удар был ниже пояса. — Будешь обижаться на неё, вместо того чтобы все исправить? Что если она сделала это, разозлившись, а сейчас уже жалеет? — Что бы не произошло, как бы сильно не облажались, мы поклялись не бросать друг друга, не делать больно, не предавать. Разве не это она сделала? — Не хочу влиять на твои чувства тем, что скажу, но… знаешь, будь сейчас моя Ди жива, я подарил бы ей целый набор ножей… Она заикнулась один раз о разводе. Разозлилась. И я сказал, что лишь через ее или мой труп. Но, на самом деле, знал, что даже это не заставило бы меня от неё отказаться. И я готов был уйти за ней. Не повторяй моих ошибок. Терять очень больно, даже на бумаге. Клэр поднялся и направился на балкон. Он почти выскочил на воздух, распахнув дверь, желая как можно скорее вдохнуть воздух, почувствовать облегчение в груди, найти хоть небольшое исцеление, которое все не приходит. Кол взглянул на запястье. Always and forever… стёрлись почти окончательно под толстым шрамом. Или, вернее сказать двумя… — Ты никогда не говорил об этом. — Произнёс Малфой, протянув сигарету. — Я решил не лезть, чтобы не напоминать, но ты и сам часто вспоминаешь. — Чувствую боль. Сводит, будто снова прошлись лезвием. — И явно не раз, — хмыкнул Драко, протянув сигарету. — В первый раз я лишь стёр клятву, которую дал тем, кто меня предал. В день своей свадьбы. А второй… в первую нашу годовщину, которую не успели отпраздновать. — Кол прикусил щеку, сжав кулаки, стараясь сдерживать эмоции и сердцебиение ровными. — Я не говорил: не хотел пугать. Потом я осознал свою ошибку. Однако я осушил половину бутылки бурбона, поцеловал ещё совсем крохотных девочек в их макушки и написал письмо тебе и Герми с просьбой рассказать о них Майклсонам, как того хотел бы не я, а хотела бы Давина. Она и в этом заставила меня поклясться. Я попросил охрану вызвать тебя через два часа и, взяв нож с кухни, закрылся в ванне. — Знай я об этом, сам бы тебя прикончил. Хотя я могу и щас, — Малфой схватил друга за воротник и встряхнул, — Как часто ты об этом до сих пор думаешь? — и взглянул прямо в глубину глаз, желая разглядеть правду. — Я тогда закрыл глаза, принявшись ждать, когда мои страдания закончатся. Но в какой-то момент раздался такой громкий плач Джози, что вскочил так испуганно… — Кол, когда его отпустили, сделал затяжку и нервно выдохнул, окунаясь в свои воспоминания. — Следом проснулась Рози и заплакала так же оглушительно, что в итоге обе просто разрывали мне сердце. Я схватил бинт с ящика, перемотал руку и побежал к ним. — Взгляд вновь пал на шрам, который заныл словно с новой силой, заставляя чаще делать нервный затяг. — Стоило появиться, обе чуть стихли, а когда взял их в руки, то и вовсе улыбнулась, а после так быстро заснули… — Мужчина очарованно улыбнулся, вновь видя перед собой те драгоценные минуты. — Я тогда не выпускал их, пока охрана не подошла сказать, что до тебя не дозвонились. И я вдруг осознал, что едва не совершил ужаснейшую ошибку. Чуть не нарушил клятвы, которые дал Давине, и, самое главное, я чуть не оставил двух беззащитных своих маленьких детей без отца. Без защиты, без заботы, без любви и без шанса на счастливую жизнь. Я и так в долгу перед ними за то что лишил их матери… — Кол бросил бычок в пепельницу и полез в карман за новой сигаретой, беря паузу для своего сердца. — Я понял, что не я один ранен. И осознал, что и они страдают без Ди, так и не познавшие даже ее объятий. Меня спасают каждый раз мои девочки. — Клэр наконец взглянул в глаза друга. — Рози и Джози… Я часто думаю о том, что меня держит. А вчера был так близок к тому, чтобы прекратить себя мучить… уже видел, как я это сделаю. Внутри все горело и сводило от страха потерять их. Смысл моей жизни. Напоминание о моих клятвах жене, о долге перед ними как отца и радостях этой жизни. О том, что я не один и у меня есть семья, которая меня любит и будет страдать и не простит меня, если я ее брошу. Драко, давно сдвинувшись брови к переносице, застыв и притаив дыхание, смотрел на Кола, вглядывался во все, что отражалось в его глазах, приобретая понимание всему, что там происходило. Тяжкий шаг, ничем не оправданный, казалось, был ясен, как никогда. Он сам вчера видел все своими глазами. — И не простили бы себе. Я уверен, что Давина хотела бы, чтобы ты был счастлив и отпустил эту боль и вину. И лучше отца она своим детям не пожелала бы. Но ты должен перестать думать о том, как быстро сбежишь от тягот своего существования, и должен уже задуматься, как сделаешь все ради своей семьи. В первую очередь, отпустишь прошлое, оставив лишь самое светлое. — Я пытаюсь. Каждый день пытаюсь сделать все правильно. Но, как видишь, херово получается. Я даже сейчас все оттягиваю время встречи с Джози и Рози, чувствуя вину перед ними и не зная, как скажу, что мы снова уедем. Они и так обижены на меня. — Ты можешь не уезжать. Здесь ваша семья, и какие бы отношения не сложились, ты не найдёшь покой где-либо еще, как бы себя не убеждал в обратном. — Мне нужно время. Я чувствую себя здесь заложником обстоятельств. — Поступай как велит сердце. Уверен, девочки поймут. Они смышлёные не по годам и очень тебя любят. Оба бросили бычки в пепельницу и вернулись в комнату. — Драко, я уверен, что в данный момент твоя жена хотела бы, чтобы ты просто был рядом. Есть вещи, которые никогда и никак не исправить. А есть, что действительно можно успеть. — Да. Ты прав. Я попытаюсь хотя бы узнать настоящие причины. После будет видно. — Мужчина протянул руку для пожатия. — Набери, когда сам надумаешь отсюда уехать. — А ты, как только все уладишь. — Обняв, пожимая руку, улыбнулся. Кивнув, Драко ушел. … — Дядя! — первым мужчину заметил Тео, который умолял всех святых послать спасителя от трёх неугомонных девчонок. — Как ты? — Он подбежал, отбросив в сторону мяч, и пожал руку, после радостно улыбнулся и обнял. — Спасибо, — Кол похлопал племянника по плечу. — Как ты? Рана заживает? — Мужчина уловил боковым зрением бегущий силуэт племянницы и радостно подхватил ее, приветственного целуя в щеку. — Да, вроде как. Но все еще побаливает. Ты много получал пуль? — Раз десять, наверное. Действительно, отстойное чувство. — Клэр оглянул двор и увидел близняшек, играющих у дерева, через ветки которого пытались перекинуть мяч. Поставив девочку на землю, он направился к своим дочерям. Когда оставалось шагов десять, Рози заметила отца и радостно ахнула, бросив мяч в сторону. Джози заметила удивление сёстры и обернулась в сторону ее взора. Первая побежала на встречу, пока вторая застыла на месте, пару секунд засматриваясь на представшую картину. — Милая, — произнёс Кол, улыбнувшись ей, после сел на корточки и поймал в свои объятья Рози. — Папочка, ты проснулся. Ты долго спал и мы ушли играть. Джози сделала несколько неуверенных шагов, но увидев, как отец улыбнулся ей и кивнул, протянув руку, решилась сорваться на бег, желая поскорее прижаться. — Папочка, я скучала. — Девочка спряталась в его объятьях, не сдержав бурю эмоций. — Я тоже скучал, родные. Мои солнышки. — Наконец мужчина, крепко прижимая к себе свои сокровища, смог вздохнуть полной грудью, впервые чувствуя хотя бы часть долгожданного покоя и умиротворения. Кол с наслаждением поцеловал каждую в макушку, вдыхая такой родной аромат их волос и прикрыл глаза, сойдя с корточек на колени. — Вы в порядке? — спросил он, чуть отпрянув, некоторое время спустя. — Все хорошо? Девочки переглянулись и кивнули. — Мы завершили дела здесь, так что пора собирать вещи и ехать домой. В Лондон. — Там скучно! — с ужасом вскрикнула Джози, но, вспомнив свой печальный опыт, виновато опустила глаза. — Мы не можем здесь остаться, — смягчив тон в разы, тихо возразил Кол, погладив дочь по спине. — Но мы будем приезжать в гости. Девочки вновь переглянулись и со всей вселенской грустью согласно кивнули. Клэр понимал, что поступает нечестно. Из-за него самого приходится лишать детей действительно их места в этом доме, отбирает право быть Майклсонами. Но он верил, что это лишь на время, чтобы обезопасить их. Сейчас он не знал, какой урок может дать своим детям относительно семейных уз. Пока сам чувствовал, что потерялся и едва видит что-то хорошее в том, что он Майклсон, родившийся и выросший в этом самом особняке, не сможет выбрать, делать ли частью этого и своих близняшек. Но знал точно, что со всем разберется, чтобы однажды дать своим детям выбор: позволить узам крови стать разочарованием, как довелось ему самому, или же попытаться черпать в них силы.