Прекрасные цветы

Небесные глаза быстро осмотрели фигуру, но она не хотела выходить из тени. На мгновение болезнь ушла на второй план, но конечно ненадолго. Новая волна кашля охватила Чую. Перебинтованные руки потянулись к худому телу. Прокашлявшись, Накахара увидел Дазая. Осаму нежно взял на руки Чую. Реальность потеряла смысл. Остались лишь они, горячее дыхание напарника в ухо и заветные слова, которые крутились в голове вихрем совершенно разных мыслей. — Такой же ты глупый, Чу-Чу, — глаза сверкнули недовольством. — Как можно настолько запускать себя? Глупый… Люблю, слышишь? Я люблю тебя! Смысл жить, пришёл быстро. Вместо ответа, пришёл невесомый поцелуй в лоб. Правда, что тут поделаешь — он совсем на грани смерти, что его спасёт? Глаза немного погрустнели. — Я тоже тебя люблю, Осаму… Губы исказились в глупой улыбке, но она быстро сошла с уст. Продолжительный и болезненный кашель послышался от Чуи. Из рта падали цветы. Но вот, от них остался только пепел. Ни один из присутствующих не понял совершенно ничего, но их это не особо волновало. Они лишь смотрели на друг друга и наслаждались моментом. После, они легли в постельку… Эта ночь, для всех была разной. Например, для Чуи с Осаму она была эмоциональной, жаркой и прекрасной. Ну, а их соседям меньше повезло. Ведь не всем нравится, когда из-за стены постоянно слышатся стоны и скрип кровати, если вы понимаете меня, хе-хе.

***

На утро Чуя проснулся в тёплых объятиях своей любви. Думать, что это сон, было бесполезно. Слишком настоящим казалось сопение Осаму. Сердце грела мысль, что всё позади, что больше не будет этих прекрасных и болезненных пионов. На устах появилась лёгкая улыбка. Потом проснулся и Дазай. Они ещё долго лежали в кровати и разговаривали, из-за чего Осаму опоздал в агенство. Ему знатно влетело от Куникиды, но чувство радости не проходило весь день. Его любовь взаимна.

***

Прошло два года совместной жизни Дазая и Чуи, о которой знал не каждый. Каждый божий день они кричали, ругались и материли друг друга. Их знакомые то и слышали " Сосаму, блядский суицидник!» или же «Карлик, чего шумишь?!». Это было привычно, не правда ли? Только избранные знали, что происходит у них дома. Например, одним из таких был Ацуши. Этот бедный парень жил за стенкой от Дазая, ведь к нему переехал. Накаджима не раз слышал «похотливые игры» двух соседей. Конечно, потом им пришлось долго объясняться. Но всё закончилось довольно хорошо. Хотя, после ещё несколько раз Ацу начинал истерики, по поводу «Я спать ночью хочу, а не вас слушать!». Помогало это… Вообще никак. Случай с болезней Чую, они вспоминали со смехом. Возможно, тогда было совсем не до смеха, ну, а сейчас, в принципе и посмеяться можно было. Все второстепенные болезни ушли год назад. Они радовались жизни вместе.

***

— Вау, Осаму! Какие же прекрасные цветы ты выбрал! — сказал Чуя, разглядывая цветок, который только что похвалил. Глаза светились счастьем, как у маленького ребёнка. Дазай лишь ехидно улыбался. Тонкие пальцы затронули кремовый бутон, и сразу отдёрнулись. С каким-то странным интересом Накахара рассматривал бутон. Наконец, немного осмелев, Чуя оставил ладонь на лепестках прекрасного цветка. Убрав свою ладонь он испугался — от его действий, один из лепестков оторвался и упал внутрь вазы. Кремовый лепесток плавал на воде, не думая, что надо утонуть. — Кремовые пионы, прекрасные цветы, правда Чуя? — сказал Осаму, смотря за Накахарой. Его поведение немного удивляло и порожало. В душе оставалось приятное чувство, напоминающее родительскую заботу. — Надо будет завести детей… — Что? — сказал Чуя с непониманием на лице. Осознав, про что имел ввиду Дазай, Накахара залился краской. Это ведь было сказано нарочно, да? — Иди сюда, мой рыжий гном! — рассмеялся Осаму, обнимая краснеющего и ворчащего Чую. А ведь все начиналось с простых бутонов кремового пиона…