Позови меня с собой

Пустая квартира давила на ушные перепонки. Чуя сидел в коридоре на полу и пустым взглядом смотрел в потолок. Телефон сжимался в руке непроизвольно. Кажется, Огай позвонил только пару минут назад, но на деле, Накахара сидит уже час, игнорируя который входящий вызов от босса. Когда же телефон безвольно застыл, Чуя всё же нашел в себе силы подняться и пройти до кухни. К такому ветру перемен парень не был готов. - Чу-у-уя, ну прости,- Дазай обнимает Накахару, сидящего на его коленях,- Давай я куплю тебе твоего любимого вина? Или машину тебе куплю! Парень игнорировал своего напарника, прижимаясь к его груди. - Нет! Я куплю тебе дом, только подальше отсюда, и мы будем жить там вдвоем, без портовой мафии и прочей чепухи,- Осаму был пьян, поэтому говорил тихо и растягивал слова, поглаживая спину исполнителя. - Не неси бред, никуда я не уеду из Йокогамы, к тому же, портовая мафия уже моя семья,- Чуя уперто хмыкнул, а Дазай наклонился к уху парня и прошептал - Ну а если со мной?... Накахара молчал, и Осаму ухмыльнулся. Чуя шлёпал босыми ступнями по паркету кухни и не мог понять, почему же так больно идти? Ах да… Это же мечты осыпались острыми, безжалостными осколками прямо под ноги, мешая идти дальше, но… Оглядываться назад было еще больнее. Бросив короткий взгляд на стул у окна, на котором Дазай постоянно сидел и наблюдал за рыжим, Накахара разочарованно отвернулся. Ты ожидал увидеть там что-то? Его тень может быть? Отголосок того, что он правда сидел тут, а не был идиотским плодом твоего воображения? Он не был. Даже твое больное воображение не придумала такое. За дверью стоял Дазай, держа в руках большой букет роз. Запустив эспера внутрь, Чуя заставил себя убрать с лица чертову радость за то, что Осаму, цел и невредим, наконец вернулся из долгой командировки. - Ты извини, я сразу с дороги, так что устал, но, зато я примчался к тебе, ты рад? Накахара зло прищурил глаза и вырвал букет из рук Осаму и отчаянно прижался, обнимая. - Придурок. Мог бы просто позвонить и ехать отдыхать. - А…Да, кстати, прости, что трубку не брал. Правда, не получалось перезвонить,- Дазай виновато опустил голову и крепко обнял Накахару. - Забей, я понимаю,- Чуя прикусил губу, пытаясь сдержать себя, ведь сейчас, чувствуя эспера рядом, он готов был плакать от облегчения. В тот день Осаму уснул прямо за столом, ожидая пока Накахара заварит чай, который сам же и попросил. Чуе было крайне жалко его будить, но он всё же это сделал, потому что оставлять парня спать так, было бы бесчеловечно. Тогда Осаму первый раз в жизни спал в постели рыжего, и Чуя впервые проснулся таким счастливым. Чуя быстро шёл по переполненному проспекту. Около нужного поворота Накахара смог растолкать людей и выйти из, казалось, бесконечного течения. Остановившись у стены, рыжий достал сигарету и закурил, всматриваясь в толпу. Так много незнакомых людей, они все идут куда-то, толкаются, и... Чуя правда не хочет осознавать тот факт, что каждый день, вот уже четыре года, он всматривается в толпу с надеждой увидеть знакомого человека. Человека, который однажды ушёл. А для Накахары - просто исчез. Эспер не видел его, и не мог понять, почему хочется просто посмотреть, хотя бы краем глаза увидеть - изменился ли он? Узнает ли его? Конечно, он изменился, наверняка этот урод ещё и вырос. Но он не узнает. Ты для него отголосок прошлого. ...ХватитХватитХватит… Эспер срывается с места и, практически бежит к своему дому. Ворвавшись в собственную квартиру, Чуя останавливается в коридоре и тяжело дышит. - Хорошо, идиот, я отпущу тебя,- Накахара срывает с себя шляпу и швыряет её в неизвестную сторону, за ней летит и плащ,- Всё. Пора заканчивать этот пиздец. До скрипа сжав зубы, Чуя заходит на кухню, и понимает – он не хочет отпускать, хочет найти. Но ты ведь любишь его? Тогда сделай это. И рыжеволосый устало опускает веки. - Ты будешь со мной. - Куда ж я от тебя денусь? - Дазай задорно смеётся, придавленный телом Накахары к кровати. - Навсегда? - Чуя вскидывает брови и наивно смотрит на Осаму, а Дазай лишь улыбается, а затем прикрывает глаза и грузно выдыхает. - Насколько это возможно,- Рыжий от этого ответа тоже прикрывает глаза и закусывает губу, понимая – нельзя загадывать наперёд, особенно в мафии. Дазай сам не понимает, что он здесь делает. Шумный проспект толкает его впёред, но Осаму всё равно идет неспешно, не обращая внимания на людей, отчаянно куда-то бегущих. Мысли будто резко покинули его голову, и брюнет будто забывает, что куда-то шёл. Слушай, Дазай, тебе пора домой. Осаму останавливается и уже готовится развернуться, но усталый взгляд цепляется за быстро удаляющуюся макушку, такую…невероятно знакомую. Да. Пора домой. И Дазай бежит. Бежит, но не в сторону дома, а за рыжим эспером. Бросается вперед, расталкивая людей и сбивая подошву. Зачем ты это делаешь? Что ты хочешь сделать? Какая разница? Просто все его чувства кричат прямо в барабанные перепонки – не дай ему уйти! И сердце судорожно толкает в ребра, заставляя не сбавлять скорость. - А собак ты любишь? Чуя поворачивает голову на Осаму и скептично поднимает бровь - Собак? Ну…люблю, но я бы не хотел собаку,- Накахара вновь отворачивается к раковине, ополаскивая турку, в которой только что заварил кофе. - А кошку бы хотел? Скривившись, Чуя фыркает - Что за странные вопросы, скумбрия? – Рыжий недолго обдумывает мысль, но всё же отвечает,- Наверное – да, но точно не сейчас. - Хорошо, учту,- Дазай мило улыбается и подходит к Накахаре, целуя того в ухо Чуя перестал останавливаться на одном месте каждый день. Каждый раз, заставляя себя не оборачиваться, Накахара, буквально, бежит до дома. Его шаги стали намного быстрее, но он даже рад этому. Но сейчас, делая очередной шаг вперед, он чувствует рывок. Рывок назад. Чья-то рука дёрнула рыжего за запястье, и Чуя, по инерции, заваливается назад, но быстро разворачивается. Готовый накричать на нарушителя спокойствия, Накахара в изумлении раскрывает рот и понимает, что он покрылся мурашками, а колени резко ослабли, будто сейчас не выдержат эспера, или предательски затрясутся. Дазай стоял перед ним. Тяжелое дыхание которого, с поличным выдавало то, что он бежал. Глаза так же растеряно смотрели на Накахару, будто не веря, что он правда это сделал. «…И мы будем жить там вместе, без портовой мафии…» «…Куда ж я от тебя денусь?...» «…А собак ты любишь?...» «…Ты извини, я сразу с дороги, так что устал, но, зато я примчался к тебе, ты рад?...» «…Ну а если со мной?...» О, Чуя так много раз представлял их встречу. Как он накричит на него, выскажет всё, что думает, а затем просто уйдет, забывая Дазая навсегда. Но сейчас. Они просто смотрят друг на друга, а руки Осаму начинают мелко дрожать. До Накахары доходит мысль, что они стоят среди толпы и их периодически толкают прохожие, поэтому рыжеволосый берет Дазая за руку и тащит в сторону. В сторону своего дома. *** Чуя не помнит, как они оказались на его кухне, он не помнит, как Осаму оказался на коленях перед ним, обнимая Накахару. Зато отчётливо помнит, как впервые за их разлуку заплакал. - Чуя. Прости меня, я..- Путаясь в словах Дазай тихо бормотал,- Пожалуйста, скажи, что мне сделать? Прошу не молчи… Положив руку на затылок Осаму, рыжий молчал, задыхаясь от тихих рыданий. - Я же всё сделаю, ты только шанс мне дай... Накахара вдруг усмехнулся своим мыслям. Он ведь пойдет за ним. Чуя готов идти с ним. Пусть обещания Дазая будут не больше чем иллюзия, даже это рыжего не остановит. И может у них есть надежда на будущее? Накахара тоже садится на колени и, так привычно, прижимается к груди Осаму, у которого так же на глазах горькие слезы отчаянья. И мечты, хоть и с уродливыми шрамами, будто склеенные скотчем, вновь с ними. И перекрытое дыхание вновь возобновляется.