Па-па-па

— «Мама, папа, я и Аобин — оба монстры, поэтому мы решили пожениться»? — Нет! — Погоди, нам еще с этим к твоему отцу спускаться. Аобин недовольно, быть может, чуть по-драконьи фыркнул. Синие рога заискрились, и Нэчжа криво улыбнулся: с момента их дружбы прошло ни мало ни много тринадцать лет, Тай И помог вырастить им новые тела — точь-в-точь такие, какие были до их формальной смерти. Единственное, Тай И не мог не сделать что-либо без казусов: учитель принял на грудь и откровенно попортил Аобину рога — те мерцали, словно светильники, когда дракон испытывал сильные чувства. Во время первого секса они освещали комнату не хуже горящей деревни. — Твой отец, Ли Цзин, кажется, не был против нашей дружбы… — блекло пробормотал Аобин. — А твоя матушка, госпожа Инь, угощала меня паровыми булочками на ужин. — Ох, ну, знаешь, я тоже угощаю тебя кое-чем ночью. Аобин непонимающе вскинулся на Нэчжу. Чем больше на лице Нэчжи расцветала улыбка, тем сильнее расширялись глаза у Аобина и ярче становилось в полутемной хижине. — Ты!.. Нэчжа рассмеялся, мастерски уворачиваясь от бамбуковой подушки. Миг — и под его ногами расцвели огненные кольца, спасая хозяина от ледяного столпа. — Спокойствие, Аобин, спокойствие! — Какие непристойности! Думай, о чем говоришь! — Я никогда не был пристоен! — Нэчжа! Демон гаденько рассмеялся и взмыл в небо. Благо, они вдвоем выбрались на охоту за чудовищами и находились сейчас слишком далеко от селений, чтобы несчастные уши невинных жителей слышали их громкие перепалки. И… не только перепалки. Нэчжа недолго парил по небу, виляя от дракона скорее не погони ради, а чтобы у того разбушевалась кровь. Когда догонялки поднадоели, Нэчжа без колебаний снизил скорость и позволил длинным утонченным рукам обвить своё тело: — Попался, — Аобин легко прикоснулся к мочке уха, и Нэчжа, усмехнувшись, подставил шею для поцелуев. Целуй-целуй, пока не надо скрываться. — Попались. Вернее, попали. Завтра возвращаемся домой, и если ничего здравого не придумаем этой ночью, нам придется заниматься «непристойностями» в волшебной картине. — Или постоянно уходить на охоты. — В мире скоро не останется ни единого монстра, Бин-Бин. Аобин вздохнул. Предложение сделать «па-па-па» под толщей воды вертелось на языке невысказанной просьбой, но юный дракон здраво оценивал степень нервозности его отца: в случае, если Король услышит их громкие стоны, драконы рискуют умереть не от руки высокомерных божеств, а от разрыва всех сердец вместе взятых.