Тяжёлая работа, неблагодарная работа

- Юнги, у нас проблемы! - Чимин влетел сквозь стену, рухнув прямо передо мной, - Пиздец! - Бля-я-ять... - простонал я, прикрывая глаза. Серьёзно? Проблемы? Какие ещё? Кроме того, что Тэхёна заперли в подвале, откуда Чонгук не сможет записать разговор, я проблем уже не вижу. План накрылся медной... тазом. В тот момент, когда красотульку в этот подвал спустили, предварительно отделав для пущей убедительности в серьёзности намерений, я едва не отдал концы, поняв, что теперь надежда только на крошечное устройство в пиджаке Гым Мёнсо, подкинутое Хёджин. И всё бы ничего, хорошее устройство, до тридцати часов автономной работы с соответствующим объёмом памяти, но ведь это устройство нужно будет потом как-то и забрать. Выкрасть, иными словами. И это удастся только если Гым не заметит его. Ахуенный расклад. Но что убивает меня больше всего - Тэхён абсолютно спокоен! Серьёзно, он же не может не знать, что сигнал отсюда не дойдёт до аппаратуры Чонгука? И что сам Чонгук, по факту, рискует сейчас зря, околачиваясь рядом с поместьем? Мой подопечный, боле известный как следователь Ким Тэхён или "отбитый псих, блять", сидел в углу подвала с завязанными за спиной руками, подбитой губой и засохшей на подбородке кровью. Обидно за старания Сохва, она так тщательно маскировала следы встречи с Верзилой. Наверное, всю косметику спустила на моего красавчика. Над ним стояло двое телохранителей Мёнсо. Они смотрели строго перед собой, сложив руки на груди, и не произнесли ни звука за те четыре часа, что Тэхён провёл в подвале. Хотя, подвалом я бы это местечко назвал с трудом. Просторная комната без окон, но с хорошим освещением и мощной вытяжкой, чистые стены, покрытые фактурной отделкой, мраморный пол и аккуратно расставленные по углам коробки неизвестного происхождения из-за плотной упаковочной бумаги без этикеток. В воздухе витал аромат лаванды и ванили. Мне же не одному любопытно, за каким хером здесь лаванда и ваниль? Маскируют запашок криминала? - Ты думал, проблема только в провале львиной доли плана? - Чимин запустил пальцы в волосы, нервно топчась на месте. Пол часа назад я попросил его отправиться проверить ведьму Хёджин, с трудом заверив Липучку в хорошем самочувствии и клятвенно пообещав никуда без него не смыться. - В общем, Хёджин всё ещё в доме. - Что?! - вскричал я, подскакивая, - Как это? Почему? - Без понятия. - Чимин развёл руки в стороны, - Стоит с муженьком, да ручкой гостям на прощанье машет. Что делать будем?! - он обернулся на Тэхёна, обречённо простонав, - У них, конечно, сложные отношения, но это будет пиздец. - Блять, план пошёл не по плану уже второй раз. - я потёр затылок, - Надо что-то приду... - Стойте, стойте, давайте договоримся! - перебил меня громкий возглас Чон Хосока, - Ребят, к чему эти сложности? Серьёзно, зачем в подвал?! Тяжёлая металлическая дверь открылась и внутрь ввалился Чон Хосок с завязанными за спиной руками. Не удержав равновесие, он рухнул на колени, болезненно вскрикнув и выматерив доставивших его сюда телохранителей, но те уже скрылись за дверью, кивнув коллегам. Охранявшие Тэхёна тут же подхватили Хосока под руки и оттащили к стене, усадив в паре метров от красотульки. - Давно не виделись. - хохотнул Ким, скользнув взглядом по другу. Хосок, с алым пятном на скуле, в центре которого зиял небольшой порез, усмехнулся в ответ, жмурясь от боли. - Ага, очень. - Чон скрестил ноги поудобнее, - Сволочи, все внутренности отбили. - Гостеприимство бывает разным. - Тэхён повернулся к своим надзирателям, хитро прищурившись, - Не боитесь, что мы сейчас вас отделаем и слиняем? - Крепко так отделаем! - с воодушевлением добавил Чон. Но никто на дешёвые провокации не повёлся и следователи стихли, украдкой переглянувшись. - Хос, постарайся попасться людям Гыма хотя бы через час. И сделай это беспалевно. Как бы невзначай. - Это как, извини? - Придумай что-нибудь, я что, за всех тут соображать должен? - Ой, а ты прям умеешь! Зачем мне им попадаться? - Если они схватят двоих, подозрений в третьем не будет. Я потянул Чимина за тунику, кивнув в сторону выхода. Он подхватил меня на руки, промчался сквозь стены нескольких помещений, назначение которых я не успел увидеть, и поднялся в главный зал. Практически все гости покинули усадьбу, зала опустела, а официанты стояли рядом с горничными в ожидании, пока последние шесть человек не завершат беседу. Госсекретарь Пак стоял рядом с женой, в окружении Хёджин, Мёнсо и ещё одной пожилой пары, которых я видел ранее. Такие красивые ханбоки трудно пропустить. Ведьма Хёджин выглядела спокойной и дружелюбной, улыбаясь, отвечая на вопросы или вставляя фразы. Но её выдавали глаза. Эти глаза я знал слишком хорошо, что бы не понять, как она нервничает. Оказывается, экспрессия во взгляде у них с Тэхёном семейная. Странно, ведь она профессиональная лгунья. Может, на этот раз она боится по-настоящему? Через несколько минут пожилые люди, распрощавшись, покинули усадьбу, тихо продолжив беседовать между собой. Я проводил их взглядом, поджав губы. Милые. - Хеён. - госсекретарь, как только четвёрка осталась без посторонних, обернулся к супруге, мягко улыбнувшись, - Ты не против вернуться домой без меня? Мне нужно ненадолго задержаться. Не успела госпожа ответить мужу, Хёджин шагнула вперёд. - Я могу пока составить госпоже компанию. - воскликнула она, - Вы ведь не до утра собираетесь решать свои дела? А нам есть о чём поговорить, скоро выставка. - В этом нет необходимости. - любезно ответил Пак Чаннён. - Нет, я, пожалуй, останусь, если не возражаешь. - Со Хеён обернулась к Хёджин, не заметив, как потемнело лицо её мужа и как тот бросил на мать Тэхёна предупреждающий взгляд. Гым наблюдал за этой сценой с каким-то сдержанным весельем. Чимин рассказывал о нём, конечно, говорил, что отчим красотульки, не взирая на род деятельности, обладает лёгким характером, но видеть это своими глазами куда интересней. - Мы будем на втором этаже в моём кабинете. - Хёджин тут же подхватила Со Хеён под руку, лукаво ей улыбнувшись, - Госпожа, пропустим по бокалу шампанского? - Разве что половинку. - со смешком ответила та и, поклонившись Гыму, позволила Хёджин себя увести. Пак Чаннён рассвирепел окончательно. Горящим взглядом почерневших глаз он прожигал дыру в спине ведьмы, выглядя до того устрашающе, что я на мгновение испугался за неё. Ладони госсекретаря сжались в кулаки, желваки ходили ходуном, а брови сошлись у переносицы. Несколько секунд Гым наблюдал за ним, после чего вытащил телефон и набрал номер. Краем глаза я заметил, что Хёджин вытащила свой мобильник, трель от звонка которого эхом пронеслась по зале. - Любимая, забыл напомнить, - проворковал Гым, - что твой сын сейчас очень занят в нашем доме и беспокоить его не стоит. Ты ведь меня понимаешь? Хёджин что-то быстро ответила ему и сбросила звонок, продолжив забалтывать Со Хеён, и через некоторое время они скрылись из виду. - Надеюсь, твоя жена действительно всё поняла. - сквозь зубы процедил госсекретарь, обернувшись к Мёнсо, - Иначе ей не жить. - Не о чем переживать, господин. - беззаботно отмахнулся Гым, жестом пригласив Пака следовать за ним, - Хёджин - умная женщина. - Однако, она не догадалась о причинах твоих попыток возобновить отношения матери и сына, не так ли? - Видимо, догадалась, раз помогла ему сегодня проникнуть в наш дом. - пожал плечами Гым. - Юнги, - Чимин высвободил свою ладонь из моей, остановившись, - ты иди за ними, а я прослежу за Хёджин. - он с беспокойством взглянул на госсекретаря, - Только ни во что не вмешивайся. - Да когда такое было. - усмехнулся я, поцеловав его в щёку, и подбежал к ушедшим вперёд мужчинам. - Думаю, мы немного задержимся, начальник Шим ещё не вернулся. - произнёс Гым Мёнсо, когда они свернули в коридор. - Поторопите его, чем он занят? - хмуро ответил госсекретарь. - Проверяет, что бы в окрестностях больше никого не оказалось. - Чонгук, тебе придётся идти пешком, сможешь? Твоё колено прошло? - Смогу. - Когда нас схватят, приём ещё будет идти. Нами займутся явно позже и перед началом всё ещё раз проверят, поэтому будь осторожен. - Откуда такая уверенность? - Это предположение, но я бы на их месте поступил именно так. - Стоит ли нам демонстрировать наш козырь? - нажав кнопку лифта, Гым Мёнсо обернулся к госсекретарю, улыбнувшись, - Ким Тэхён не из тех, кого легко запугать, но именно это может сработать безотказно. - Где мальчишка сейчас? Они вошли в одно из помещений напротив лифта. Просторная и светлая комната с тёплым светом разбросанных по потолку кругляшек ламп, одним диваном и увлажнителем воздуха на кофейном столике перед ним. - В третьем. - Мёнсо опустился на диван после госсекретаря, закинув ногу на ногу, - Так что? - Раз в дело вмешалась твоя жена, думаю, стоит и припугнуть этого следователя. - задумчиво ответил Пак, - Как поступишь с ней? На безмятежном лице Гыма расплылась плотоядная улыбка. - Для начала, подпорчу между ними то, что сам и наладил. - Ты говорил, они всё ещё не примирились. - Так оно и было, пока моя любезная супруга не прознала о наших с вами делах. Любопытно, насколько она в курсе? - кивнул Мёнсо, - Эх, а ведь я к ней даже привязался. - Разумеется. - хмыкнул госсекретарь, - Иных причин жить с подобного рода женщиной я не вижу. - У вас доброе сердце, господин. - хохотнул мужчина, поклонившись. Так это он по доброте душевной продаёт детей в ублажение извращенцам?! Нихуя себе, доброта! Воцарилась тишина. Я уселся у самой двери, обхватив колени, и вперился взглядом в лицо госсекретаря. До чего же он странный. Прав был Чимин, когда удивлялся, как можно быть таким... двуличным? Нет, наверное, это не то слово. Госсекретарь искренне любит свою жену, смотрит на неё с обожанием. Удивляет то, что он, способный на такие чувства, может быть так жесток. С какой-то стороны я бы даже мог его понять. Беременную жену избили, лишив жизни двух сыновей. И всё из-за чего? А не из-за чего. Самая банальная человеческая жестокость. Беженцы на то и беженцы, они не от хорошей жизни уносили ноги с родины. Загвоздка в том, что не все смогли справится с изменениями, смирится и жить дальше. Кто-то, как напавшие на Со Хеён, попросту не сумели справится с собой, не сумели остаться людьми в новой обстановке. Лишившись всего привычного, они выработали защитную реакцию, ставшую агрессией. В случае госпожи Со - агрессию неуправляемую. Виноваты ли они в этом? И да, и нет. Виноват ли госсекретарь, что таким чудовищным способом мстит за свою семью? И да, и нет. У всего есть две стороны. Не бывает абсолюта, разве что в космосе, в тех частях пространства, куда не доходит свет ни одной Звезды. Там да, абсолютная тьма. А человек сложнее. Что движет нами, когда мы причиняем боль другим? Наша собственная боль. Когда я колотил Чимина, я выплёскивал свою боль и злость, игнорировал причины и не замечал, не хотел замечать очевидного, думал, учу его уму-разуму, но в итоге оказался единственным дебилом из нас двоих. И это работает у всех. Причиняя боль, ты отдаёшь, выбрасываешь свою. Стараешься от неё избавиться, потому что уже невыносимо держать её в себе. Это сложно. Внезапный стук в дверь прервал мои раздумья. После разрешения на пороге появился молодой мужчина высокого роста, широкоплечий, с бледной кожей, тонкими губами и цепким пронзительным взглядом. Я отодвинулся подальше, про себя отметив, что этот человек явно опасен - бесшумная поступь немного пугает. Незнакомец поклонился сначала госсекретарю, затем Гыму. - Чем порадуете, начальник Шим? - с улыбкой спросил Мёнсо. - Вокруг никого. - сухо ответил тот, - Можем приступать. Я резко подскочил, едва не повалившись от головокружения. - К чему ты там приступать собрался, сука? - пробормотал я и вцепился в штанину Шима. - Двадцати минут вам хватит? - спросил Мёнсо, на что получил утвердительный кивок и взглянул на наручные часы, - Тогда мы подойдём к этому времени. Шим снова кивнул и, со мной на прицепе, вышел в коридор. Тэхён и Хосок сидели молча. Я бы даже сказал, слегка засыпали. На звук открывшейся двери они синхронно подняли головы и окинули взглядами появившегося Шима с тремя охранниками за спиной. Они ждали своего начальника уже у двери, я заметил их ещё с другого конца коридора, пока бежал за Шимом. Подбежав к красотульке, я обхватил его за шею, чувствуя, как всё внутри скрутило от страха. Блять, каким только местом мой ёбнутый думал?! - Ты не забыл, что госсекретарь может использовать тебя в качестве приманки? Это всё ещё актуально. - Тэ, а шеф прав. - Ничего я не забыл. Я уже отправил Намджуну сообщение, попросил предупредить Тана, так что всё схвачено. - Когда только успел. - Я шустрый. - Намджун ответил? - Нет. Напряжённую тишину, царившую в подвале несколько часов, в клочья разорвали громкие возмущения двух следователей. Когда пятеро телохранителей принялись ощупывать каждый сантиметр на следователях, Хосок и Тэхён не смогли сдержать комментариев, состоявших, в основном, из нецензурной брани. Фу, как некультурно. Сказал бы я, если бы весь этот блядский пиздец творился не с нами! - В трусы мне, блять, ещё залезь, гондон! - Тэхён машинально попытался вывернуться из чужих рук, но держали его достаточно крепко, - Уёбки, сука! Отошли! - Э, бля, про трусы он пошутил! - раздался возглас Хосока, когда телохранитель провёл аппаратом в районе его паха. По двое человек держали следователей в стальных тисках, пока ещё один сканировал устройством каждый миллиметр тел незванных гостей. А устройство буквально сходило с ума, ибо нашпиговались ребята ими с ног до головы. За что спасибо человеку господина Кана, сумевшему не только раздобыть эти дорогущие примочки, но и вовремя доставить. Начальник Шим наблюдал за всем происходящим не просто молча, а с каким-то безразличием. Пару раз посреди возни я заметил, как его взгляд рассеивается, словно мыслями он далеко отсюда. - Всё готово. - телохранитель, водивший устройством обнаружения прослушки, поклонился Шиму, кивком указав на сложенные в сторонке небольшой горкой девайсы. Я поджал губы и взглянул на ребят. С Хосока стащили толстовку, оставив в одной футболке, Тэхёна лишили жилетки и ненавистной ему бабочки, оставив в одной расстёгнутой рубашке на голое тело. Даже обувь сняли! С одного и второго! Пиздец! Начальник Шим взглянул на наручные часы. - Уберите всё и сожгите. - велел он. - Эй, ботинки-то за что?! - вскрикнул Тэхён. - Верните обувь, суки! - в голос ему возмутился Хосок. Но никто не повёл и ухом. А через пару минут, когда в подвале не осталось никого, кроме полицейских и Шима, на пороге появился госсекретарь. Сказать, что воздух наэлектризовался - это ничего не сказать. Он словно стал тяжелее на пару тонн, стал чёрной тучей с молниями. Внутри красотульки всё замерло и перевернулось. В груди вспыхнул гнев, стиснутые зубы скрипели корабельными канатами. С бешено бьющимся сердцем я мысленно надавал Тэхёну пощёчин за самый тупой план в истории и встал перед ним с раскинутыми конечностями. Мамочки. - Ну, здравствуй, Ким Тэхён. - госсекретарь впился взглядом в моего подопечного, улыбнувшись уголком губ. В жопу засунь себе своё здрасьте, ирод! - Тэхён, добрый вечер! - расплылся в улыбке вошедший за ним Гым Мёнсо, - Давно не виделись. Здравствуйте, детектив Чон. - он обернулся на растерявшегося Хосока, машинально кивнувшего ему в ответ. Начальник Шим отошёл за спину ребят, сомкнув руки перед собой. Он не сводил глаз с полицейских, безмолвно давая понять, что глупостей делать не стоит. - Разговор будет короткий. - госсекретарь, пройдя дальше, опустился на корточки в метре от Тэхёна, совершенно игнорируя присутствие и скривившиеся выражение лица Чон Хосока, - Зачем ты привлёк свою мать? Ты же понимаешь, что ничего не проходит без последствий? Тэхён, на мгновение зажмурившийся от распиравших его чувств, быстро взял себя в руки, но его глаза даже под линзами блестели, выдавая внутреннюю бурю. - Вы избавляетесь от всех неугодных, не так ли? - процедил он, - Ю Чану, Чон Чонгук, Кан Джигю. - Разве Чон Чонгук не сам виноват в своей смерти? - ухмыльнулся госсекретарь, - Тебе, должно быть, прискорбно потерять такого верного друга, он ведь даже хотел обменять твой покой на Ли Тана и северокорейское отребье. - он выдержал многозначительную паузу, но Тэхён сохранял молчание, - Не смотри волком, вы оба понимали, чего ждать. И не вини меня ни в чьих проблемах. - Пак Чаннён поднялся, спрятав руки в карманы, - Разве что, в своих. Это ведь я хотел, что бы ты нашёл мальчишку. - Слава бежит впереди меня, да? - Тэхён оскалился в подобии улыбки, но уже через мгновение от неё и след простыл, - Вы безжалостный убийца, который покупает у ублюдка из Северной Кореи детей тех, кто попал в концлагеря, а потом здесь, у нас помещаете их в притоны, где их используют, как сексуальных рабов. - он горько усмехнулся, покачав головой, - Даже если вашей вины в смерти моих друзей нет, а это вовсе не так, перечисленного уже хватит, что бы приговорить вас к смертной казни. Некоторое время госсекретарь молчаливо изучал подбитое лицо Тэхёна. Красотулька стойко выдерживал взгляд этих безумных устрашающих глаз, упрямо глядя в ответ. Я мельком заметил, как помрачнело лицо Чон Хосока, как сникли его плечи и с какой ненавистью и презрением он взглянул на госсекретаря. А вот Гым Мёнсо, казалось, был восхищён. Он тоже наблюдал за моим красотулькой, но в нём не было и доли той серьёзности, с которой вели разговор эти двое. - Не понимаю, почему ты называешь меня убийцей. - госсекретарь повёл плечом, вскинув брови, - Даже если перечисленное тобой - правда. - Серьёзно? - несдержанно воскликнул Тэхён, - Не по вашему ли приказу в машину господина Кана заложили взрывчатку?! Госсекретарь вновь пожал плечами и протянул руку Гым Мёнсо. Тот сразу же вытащил смартфон, что-то понажимал и протянул его госсекретарю. Чаннён, оглядев содержимое экрана, удовлетворённо хмыкнул и повернул мобильник к красотульке. У меня сердце только что подавилось или воздуха стало меньше? - Ах ты сука... - выдохнул я, пока телом Тэхёна понемногу завладевала дрожь. На экран была выведена фотография. На бетонном полу лежал свернувшийся в клубок Ким Намджун. В поношенном тряпье, с разбитым лицом, он прижимал руки к животу, болезненно морщась. Но хуже был передний план. Фотография была сделана на фронтальную камеру. А сделал её Хон Минсик. Верзила. Стоя в чёрной маске, он показывал пальцами "V" и улыбался одним глазом. Как будто турист перед достопримечательностью. Смысл дошёл до меня не сразу. А когда дошёл, мою брань заглушил крик Тэхёна. Потому что за живот просто так не держатся. Верзила сделал своё грязное дело. Ублюдок. - Сука, какая же ты мразь! - Тэхён попытался рвануть вперёд, но начальник Шим моментально схватил его за шиворот и отбросил назад. Хосок, ловко поднявшись, сумел подскочить к красотульке, но его тут же повалил с ног увесистый удар с ноги по рёбрам. - Блядина, Пак Чаннён, я засажу тебя на всю оставшуюся жизнь! - вопил Тэхён, тщась вырваться из рук Шима. Госсекретарь поморщился от громкости мощного голоса моего красотульки и кивнул Шиму. Не озвученный приказ привели в исполнение моментально - Тэхёна потянули вверх за грудки и увесистый кулак прилетел точно в солнечное сплетение одним поставленным ударом. Из Тэхёна вышибло воздух, он начал оседать, но опустился грудью на спину ринувшегося к нему Хосока. - Уёбок! - выплюнул Чон в бесстрастное лицо Шима. - Дети на то и дети, что бы быть такими сумасбродными. - сквозь кашель и хриплое дыхание Тэхёна донёсся до меня голос Пак Чаннёна. - Выродки на то и выродки, что бы быть такими, как ты! - прошипел я в сердцах. Когда кашель стих, Пак Чаннён снова подошёл к сползшему на пол Тэхёну, опустившись на корточки. Хосок неосознанно потянулся вперёд, прикрывая друга. - Ты не понимаешь, что всё это означает? - игнорируя его, обратился к Тэхёну Пак, - Что для поимки Ли Тана ты мне больше не нужен. Тэхён вскинул голову, громко хрипя. На глаза выступили слёзы, подталкиваемые изнутри исступлённым отчаянием. - Мразь... Думаешь... твоих детей это воскресит? Я обернулся на госсекретаря. На долю секунды его взгляд потемнел. - А ты думаешь, твои вопли тебе помогут? - с едва уловимой ухмылкой спросил он, - Вижу, ты не в себе, поэтому скажу прямо. Из-за твоего малодушного поступка я не могу разделаться с тобой прямо сейчас. Ты привлёк в дела мать, а это совсем не по-мужски. Я даже разочарован, Ким Тэхён. Мало того, ты, кажется, привязал этого мальчишку, Ким Намджуна, к себе. Знаешь, где его поймали? Возле твоего дома. Я судорожно выдохнул, зажав рот ладонью. Блять, а ведь они могли поймать не только Джуна, но и Чонгука... Бестолковый ребёнок, на кой хер он припёрся к Тэхёну?! - Бляди. - прохрипел Тэ, зажмурившись. Чувство вины в нём опаляло. Казалось, я мог развернуться и потрогать его руками, обжечься. - Отпусти парня. - Зачем мне это? - Я отступлю. Только отпусти его. Госсекретарь покачал головой, поднимаясь. Он обернулся к стоявшему за его спиной Гыму, поджав губы. - Плохо же ты обучил своего пасынка, Мёнсо. - с наигранным недовольством произнёс он, - Совершенно не умеет вести переговоры. - Я же сказал, что отступлю! - вскричал Тэхён. - Ещё и старших перебивает. - Пак обернулся к красотульке, - Следователь Чон, кстати, поможет тебе держаться от меня подальше. - встретившись взглядом с Хосоком, госсекретарь улыбнулся, - Им Сохва ведь ещё не закончила курсы визажа? И домой возвращается довольно поздно, не правда ли? Хосок на это ничего не ответил. Даже в лице не изменился, за исключением отхлынувшей краски, сделавшей его похожим на полотно. Изумительная выдержка! Чего нельзя сказать о Ким Тэхёне. - Какая же ты... - Снова оскорбления? - перебил его госсекретарь, - Пустое, Тэхён, не трать силы. Они тебе понадобятся. Хорошенько запомни, что теперь каждый твой шаг будет стоить Ким Намджуну слишком дорого. Развернувшись к Мёнсо, он приблизил к нему лицо. Я тут же подбежал ближе, изо всех сил подтягиваясь на предплечье Гыма, что бы услышать слова госсекретаря. - Их отвезти подальше от города. А к Ким Намджуну отправьте начальника Шима, пусть предупредит того ненормального, что бы мальчишка был жив. - на грани слышимости произнёс он, - Всё понял? - Разумеется. - Гым поклонился госсекретарю и, проводив его взглядом, подошёл к Тэхёну, сунув руки в карманы, - Добавил ты мне хлопот, милый отпрыск. Я спрыгнул с него и вернулся к Тэхёну, обняв красотульку за плечи. - Какой я тебе отпрыск, гнида. - прорычал Тэхён, хмурясь. - Фу, что за воспитание? - Мёнсо показушно отмахнулся будто от дурного аромата, - Хотя, кого ещё могла воспитать такая женщина? - Что, жёнушка уже не мила? - Тэхён оскалился, вздёрнув подбородок, - Подослал её, что бы узнать обо мне, у тебя получилось. Сейчас что хочешь? Она даже смогла заманить меня сюда. - Заманить? - усмехнулся Гым, - Тебя? Интересный поворот. Что ещё расскажешь? - Остальная информация платная. - И какой тариф? - Отпустишь нас сию секунду. - А давай, - Мёнсо подошёл ближе, сделав вид, что задумался, - я проявлю щедрость и отпущу вас с ещё кое-какой информацией? Я прикусил губу, предчувствуя неприятности. Ну не может прозвучать сейчас ничего хорошего! - Ты никогда не задумывался, почему твоя мама так тебя не любит? - по лицу мужчины было отчётливо видно, как он наслаждается немым вопросом в глазах Тэхёна. - Тэ, он сейчас тебе бреда тут наговорит, не слушай его. - Хосок плотнее прижался к другу, пихнув его плечом. - Сделаем ставки? - Тэхён с вымученным смешком взглянул на друга, - Если проиграю, отдам с зарплаты. - Знаешь, твой характер так похож на мой, что я бы даже мог подумать, будто ты мой сын. - рассмеялся Гым, - Но... Ты ведь даже своему отцу не сын. Вернее, своему приёмному отцу. - Ставки принимаются. - процедил Хосок, почувствовав, как Тэхён напрягся, - Тэ, он выводит тебя из себя. - Правда, следователь Чон? - изогнул бровь Мёнсо, - Вам не интересно послушать? История увлекательная, на самом деле. - Заткнись. - сквозь зубы прорычал Тэхён. - Что? Стыдно при друге? Понимаю. - мужчина опустил ладонь на грудь и я едва не взвизгнул от страха - в нагрудном кармане всё ещё покоилось прослушивающее устройство, - Но что поделать, придётся поведать, раз начал. - он демонстративно откашлялся и принялся плавно жестикулировать, изяществом движений выдавая своё благородное происхождение. Ещё одна ирония, среди богачей и потомков знати психов водится больше всего. - Твоя мама, будучи совсем юной невинной девушкой встречалась с твоим названным отцом, Ким Тэёном. У них была первая любовь, планы на будущее и прочее. А в тоже самое время в твою маму был влюблён твой настоящий отец, Ким Тэги. Родной брат Ким Тэёна. Так уж вышло, что братья разорвали связи и не общались, но жили в одном городе. Ким Тэги не был порядочным человеком, нет. Скорее, он походил на того сумасшедшего паренька с одним глазом, которого вы недавно чуть не упекли за решётку. - Мёнсо кивнул собственным словам и продолжил, - Он не захотел добиваться внимания девушки и просто овладел ею. Ким Тэён не согласился на аборт, потому что в те времена это могло поставить под угрозу жизнь женщины. Да и племянник, как-никак. И Хёджин, родив дитя насильника, чуть с ума не сошла от ненависти ко всему семейству, включая тебя, мой дорогой пасынок. - Мёнсо лучезарно улыбнулся, ласково глядя на обомлевшего красотульку, - Как хорошо, что Тэён не дал тебя убить ещё тогда, в утробе, верно? Иначе бы мы не лицезрели сейчас такого прекрасного юношу! Тяжело дыша, я оглянулся на красотульку. Нужно ли говорить, с каким звоном в его груди разбивались стёкла? - Юнги... - раздался над ухом мягкий голос, заставивший меня вздрогнуть. Чимин коснулся моего плеча и потянул на себя, крепко обнимая. Я почувствовал, как сильно дрожу в его руках. Блять, этого не может быть. Кто-нибудь, пожалуйста, скажите, что это враньё! Скажите! - Чим... - прохрипел я. - Я всё слышал. - шепнул он, целуя меня в лоб, - С другой стороны зашёл и всё слышал. - Ты ничего не скажешь, Тэхён? - с издёвкой спросил Гым, но Тэхён сохранял молчание. За него ответил Хосок, дрожащим от гнева голосом. - Шли бы вы другим байки втирать! - Это чистая правда, вам ли не знать, детектив, это же ваша работа - распознавать ложь! - с искренним возмущением ответил мужчина, - Ладно, вижу, не настроен мой пасынок на разговоры по душам. Тогда счастливо. - он махнул рукой ребятам, - Намджуну привет передать? Тишина в ответ заставила Мёнсо окончательно покинуть подвал, дав знак Шиму идти за ним. Думаю, он и без игнора со стороны красотульки собирался слинять, но сделал это слишком уж поспешно. - Твою мать, я уж думал, этот пиздабол не съебётся! - шёпотом воскликнул в раз оживившийся Тэхён, - Хос, что делать будем?! - он обернулся к растерявшемуся от резкой перемены другу, - Нужно как-то спасти Намджуна! - Ага, и окончательно могилу ему вырыть? - возмутился Чон, - Сейчас бы с другой проблемой разобраться! Шеф наверняка ничего записать не смог! Пиздец! - Кто ж знал, что здесь подвал есть... - проворчал Тэ, оглядываясь, - Ничего, пусть только вывезут нас отсюда. Я мысленно взмолился, что бы этому психу не пришла новая безумная идея, и взял Чимина за руку, потащив к выходу. В конце концов, показная бравада Тэхёна обманет кого угодно, кроме меня.

***

Надо было прихватить с собой блокнот и ручку. Ибо столько новых матерных выражений, сколько выдал Чимин, услышав от меня про Намджуна и Верзилу, я давно не слыхал! И пока он матерился, сидя ко мне вплотную на заднем сиденье машины начальника Шима, я в пол голоса радовался побегу Хёджин из дома. Чимин сказал, что она умудрилась переодеться и смыться из особняка только при помощи госпожи Со Хеён, что одновременно и пугало, и радовало. - Сука, я ему яйца вырву, добавлю их в кимпаб и жрать заставлю! - шипел Пак, - Госсекретарь, мразота, ненавижу! - Отличная идея. - усмехнулся я, - Полностью поддерживаю. На самом деле, во мне кипела та же ярость, что и в Липучке, но мозг остужал её, накидывая идеи, как вызволить Намджуна из... откуда бы там ни было. Может, просто дать знать своим подопечным о местонахождении этого несчастного ребёнка? Или поступить, как в прошлый раз? На пару с Тэ мы неплохо так разделались с Верзилой. Может, выгорит и на этот раз? Нет, лучше сначала увидеть Намджуна. Я перевёл взгляд в окно, но увидел только проплывающие мимо погасшие фонари. Наступило утро. - Хоть бы Хёджин успела где-нибудь спрятаться. - раздался голос Чимина и я понял, что не сразу заметил, как он перестал ругаться. Только бы не накрыло. То, что мне стало тяжело дышать ведь не считается? - Успеет, куда денется. - отмахнулся я, - У нас будет ещё одна задача - украсть из пиджака Гым Мёнсо прослушку. - Что? - Что? Хёджин-то теперь этого не сделает. - я тяжело вздохнул, - Она же наверняка не знает, что из подвала Чонгук записать ничего не смог бы. Женщины. - Эй, тебе не стыдно? Что за сексизм? - Брось, это не сексизм, просто девушки не интересуются подобными вещами. - Вообще-то, у них айкью повыше нашего будет. - Чимин мрачно усмехнулся, - Даже завидую. - Говори за себя, лично я очень умный. Чимин на это только рассмеялся и хотел было уже что-то ответить, но машина остановилась и мы напряжённо переглянулись. Выбравшись на улицу, я бегло осмотрел здание. Обычный "норэбан" , только побольше тех, что разбросаны на каждом шагу, с яркой неоновой вывеской, расположенный в двухэтажной пристройке, с собственным парковочным местом и клумбами с цветами. Блядюшник, одним словом. И я бы не мыслил так стереотипно, если бы не знал, что там на самом деле. Начальник Шим вышел из машины и направился уверенным шагом ко входу. "Норэбан" закрывался, как и большинство ночных заведений, в шесть часов утра, а потому до закрытия этого караоке-клуба оставалось ещё около получаса, если верить наручным часам Шима, циферблат которых я смог чудом углядеть мельком. Внутри картина тоже не отличалась многообразием. Первый этаж был разделён на две зоны - посадочные места с балконами над ними и танцпол с диджейской площадкой. По обеим сторонам от входа вверх, на настоящий второй этаж уходили лестницы с неоновой тусклой подсветкой ступеней. На противоположных концах зала, по углам были расставлены барные стойки. К одной из них Шим и направился сквозь многочисленных танцующих. Чимин, подхватив меня на руки, медленно парил над ним, стараясь не упустить из виду, что, собственно, у него хорошо получилось. Когда человек Гыма уселся на один из высоких стульев, бармен, бросив принимать заказ у парочки, оказался перед ним, кланяясь на девяносто. - Доброго утра, господин. - перекрикивая музыку, выпалил он, - Вам как обычно? - Только воды. - устало ответил Шим, - И где наш новенький? Мне нужно поговорить с ним наедине. - У третьего служебного. - ответил бармен, ставя стакан перед мужчиной. Он его что, из задницы достал?! Что за скорость? - Мне позвать его? - Нет, иди работай. - отмахнулся Шим, делая крупные глотки. - Да, господин. - бармен снова поклонился и вернулся к негодующим посетителям. - Сдаётся мне, этот парень не просто начальник охраны, а что-то вроде правой руки Гым Мёнсо. - задумчиво пробормотал Чимин, когда, со мной на руках, влетел за Шимом в чёрный узкий коридор сбоку от бара. - Ага, и мне, почему-то, кажется, что он не сильно этому рад. - кивнул я, - Не похож он на безжалостного ублюдка. - Ты ещё начни его защищать! - Брось, я пытаюсь отыскать запасные пути. Спор на этом был прекращён, а коридор, закончившийся ещё двумя лестницами по бокам и широкой дверью посередине, рядом с которой стояло два охранника, остался позади. Шим вышел на улицу, на закрытый от посторонних глаз дворик с потрескавшимся асфальтом и стеной деревьев за бетонным высоким забором. Верзилу я отыскал глазами сразу. Расслабленный, я бы даже сказал, разморенный, он сидел на деревянных поддонах у забора, выпуская в небо густые клубы дыма. На лице медицинская повязка, закрывавшая пострадавший от моих умелых золотых рученек глаз. Завидев Шима, Минсик нехотя поднялся и вальяжно поклонился. - Доброе утро, босс. - улыбнулся он, - Какими судьбами? Шим остановился в паре шагов от него, запустив руки в карманы брюк. Явно у хозяина нахватался. - Ты снова пил на работе? - с плохо скрываемым отвращением спросил он. - От него пахнет спиртным? - шепнул я Чимину. - Да, а ты не чувствуешь? - Вообще нет. - Я немного, для задора. - хохотнул Верзила, затягиваясь, - Можете убедиться. - он кивнул в сторону входа в полуподвал. - Ты бы с задором не перебарщивал. Я здесь с проверкой. И предупреждением. - Предупреждением? Каким же? - Верзила сделал очередную затяжку, вызывая явное раздражение собеседника. - Мальчишку до смерти не истерзай. Он нужен. - Шим откровенно поморщился и дал знак идти за ним. Верзила затянулся, отбросил сигарету и медленно поплёлся за гостем, на ходу застёгивая ветровку. В полуподвал я спускался с бешено бьющимся в груди сердцем, а ладонь Чимина в моей мелко подрагивала. Он сжал пухлые губы в тугую полоску, сильно хмурясь, и я не понимал, злится он или боится. - Вон он. - разрезал тишину голос Минсика, когда они спустились по лестнице. Намджун лежал на груде старого тряпья, накрытый таким же прохудившимся покрывалом. Чимин, не предупреждая, подхватил меня на руки и в миг оказался возле мальчишки. В груди больно кольнуло, когда я увидел Кима вблизи. Осунувшееся лицо, повёрнутое к стене, посерело. Из ничего не выражающих глаз градом катились слёзы. И я понимал, от чего. В полуметре от него на пыльном бетонном полу валялись использованные презервативы, пустая бутылка соджу и пара пустых упаковок снеков. Желудок скрутило в узел. Твою мать. - Корми его вовремя, пои. Он должен быть в презентабельном состоянии. Головой за него отвечаешь. - услышал я голос Шима с лестницы и поднял на него взгляд. В карих глазах читалось едва уловимое сочувствие. Мелькнувшее всего на миллисекунду, но мелькнувшее, когда он, взглянув на Джуна последний раз, начал подниматься обратно. Закрывшаяся за ним дверь погрузила это место в полумрак, разбавляемый светом, льющимся из небольших окон под потолком. Я наспех, пока Верзила неспеша вышагивал в нашу сторону, оглянулся. Метрах в пяти от Намджуна стояла раскладушка, рядом с которой стояла дорожная сумка и расположился небольшой столик с несколькими упаковками заварного рамёна, чайником и мобильной плитой для готовки. - Слышал, малыш? - Минсик, остановившись перед Намджуном, опустился на корточки и похлопал его по впалой щеке, - Мне сказали хорошо тебя кормить. - он провёл по сальным спутавшимся волосам пальцами, вдохнув запах. Какая мерзость! Да он настоящий извращенец! - Рамён будешь? В ответ ничего. Ни словечка. Намджун даже не всхлипывал. - Я тебя этим рамёном до заворота кишок накормлю, выблядок! - прошипел я, машинально обнимая Кима. - Давай, - Верзила откинул покрывало, явив на свет истощённое голое тело, покрытое синяками, ссадинами и царапинами, - вставай, я заварю пока. - он поднялся и отошёл к столику, - Заартачишься - будет тебе другой рамён. - Юнги, что делать будем?! - прошептал Чимин, не сводя глаз с наручников, болтавшихся на тощих запястьях Намджуна. - Легче лёгкого. - махнул рукой я, - Ты лети, постучи в дверь, только подольше и понастойчивее, а я приведу его в чувство. Если сможешь, отвлеки его, что бы он со двора ушёл. А я выведу Джуна. - И куда дальше? Через бар ему не пройти, там охрана, а здесь забор высокий! Я провёл ладонями по лицу, соображая и попутно глядя, как Верзила добавлял специи в чашки, пока закипал чайник. - Блять, тогда я просто попробую его убедить делать всё, как скажет этот уёбок, что б его больше не трогали. Скажу, что меня Тэхён прислал, мол, он всё уже знает и скоро спасёт его. - А потом? Что будешь делать, когда Тэхён не придёт? - Чим, блять, а от тебя идеи будут?! - воскликнул я, - Мы вытащим его отсюда, это без вариантов! Надо будет, всех наших притащим! - Особенно Джин-хёна. - Чимин покачал головой, шумно выдохнув, - Похуй, погнали. - он резко расправил крылья и пулей вылетел на улицу. Мне кажется, или Липучка с каждым днём всё больше становится похожим на меня? Стук в дверь Минсик услышал не сразу из-за чайника. Но стоило тому затихнуть, как на всё помещением эхом прокатился грохот. Нехотя Верзила поднялся, скользнул взглядом по мягкому месту Намджуна, лежавшего к нему тем самым местом, и протопал к двери. Я дождался нужного момента и материализовался рядом с Джуном, обхватив его лицо ладонями. - Эй, Ким Намджун! - тихо воскликнул я, кожей почувствовав горячие слёзы, продолжавшие катится из глаз, - Эй! Слышишь меня? Я Мин Юнги, друг Ким Тэхёна! - ноль реакции, - Намджун, дружище, давай, очнись! Что с тобой?! Не реагирует! Вообще! Блять, что же... Верзила вернулся через несколько минут моих тщетных попыток привести Намджуна в чувство. Чимин залетел следом за ним. Взглянув на моё лицо, он замер, зажав рот ладонью. - Чим, я... - прокашлявшись, я схватился за голову, - Чим, он в ступоре! Это пиздец! Пак оказался возле меня за мгновение и склонился над Намджуном. Краем глаза я наблюдал за Верзилой, за тем, как он заканчивал возню с едой. - Успокойся. - Липучка ущипнул меня за руку, сосредоточенно глазея по сторонам, - Сейчас придумаем что-нибудь, не волнуйся. - Это мои слова. - хрипло пробормотал я, попытавшись улыбнуться. - Малыш, жратва готова. - голос верзилы заставил меня вздрогнуть. Я резко обернулся к нему, но он уже подошёл к Джуну, склонившись над ним и схватив его за волосы на затылке. Потянул на себя, приблизив своё мерзкое лицо к лицу мальчишки. - Что решил? Будешь добровольно есть или недобровольно принимать? - с плотоядной улыбкой задал вопрос Верзила и прильнул губами к иссохшим губам напротив. Рвотный рефлекс не заставил себя долго ждать и я согнулся пополам, скрученный волнами судороги под вскрик Чимина. Конечно, из меня ничего не вышло, но тело била крупная дрожь. - Сука! - взревел Чимин и я поднял голову. Блять... Верзила не останавливался. Наоборот, одной рукой он вытащил из кармана штанов голубую квадратную упаковку, отложив её в сторону. Затем расстегнул ширинку и вывалил наружу хозяйство. Сквозь пелену перед глазами я смотрел, как этот монстр разжал ладонь, подошёл к безвольному телу сзади и, взяв презерватив, раскрыл его. - Нет, нет! - Чимин, метаясь между мной и Джуном, пытался растрясти хоть одного из нас, но я не мог пошевелиться, - Юнги! - вскричал Пак, когда Минсик сплюнул себе на ладонь и растёр это по всей длине. Не думая, я подлетел к пустой бутылке соджу, материализовался и, сжав прохладное стекло в разгорячённой ладони, рванул вперёд. Удар пришёлся ровно на уровень глаз. Я вложил всю силу, что осталась, в это мгновение, в этот решающий момент. Последнее, что я успел заметить, полный изумления взгляд единственного глаза. Стекло со звоном разлетелось, а воздух сотряс истошный вопль от нестерпимой боли. Отбросив осколки, часть из которых впилась мне в кожу, я подлетел к завалившемуся на спину Верзиле, пытаясь залезть в его карман, но тот метался слишком сильно. - Надо найти ключи! - крикнул я растерявшемуся Чимину, - Обыщи сумку! Кивнув, он материализовался возле раскладушки и полез в дорожную сумку, выбрасывая оттуда всё содержимое. Я подхватил с пола оставшееся целым горлышко бутылки и встал рядом с Верзилой. Так себе защитник из меня, конечно, но похер! Я его изрежу, пусть только рыпнется! - Фу, блять! - воскликнул Чимин, морщась, и вытащил небольшой бутылёк, - Сгодится. - Что это? - Смазка. - Фу, блять! - Ага. - он промчался мимо меня, опустившись на колени рядом с Намджуном. Раскрыв бутылёк, Чимин вылил на запястья Кима приличное количество этой дряни. Наблюдая за ним, я не заметил, как Верзила поднялся. Пошатываясь, он протёр лицо от крови, неловкими движениями запрятал член обратно в штаны и приоткрыл пострадавший глаз с кровоточившим над ним веком. - Юнги, осторожно! - вскричал Чимин и я отпрыгнул в сторону. Руки Минсика просвистели в воздухе в сантиметрах от моей головы. Я направил на него горлышко двумя руками, но он словно ничего не видел. Нетвёрдо шагнул в мою сторону, утёр рукой стекавшую на ресницы кровь. - Отошёл, паскуда, отошёл! - кричал я, пятясь. Краем глаза я заметил высвободившего руки Джуна из наручников Чимина. Он прокрутил половинки в холостую и помчался к нам. Нужно завалить Верзилу! - Получай! - рявкнул я, кидаясь на него. Острый край горлышка прошёлся между пальцев протянувшейся ко мне пятерни. Машинально отдёрнув руку, Верзила отшатнулся и с грохотом повалился на пол благодаря прыгнувшему ему со спины под ноги Чимину. - Давай! - Пак ловким движением сомкнул одно кольцо на запястье Минсика. Я толкнул его руку со своей стороны и Пак закрепил второе кольцо. Лишь через мгновение, синхронно отбежав, мы поняли, что Верзила стих. - Он... сознание потерял? - запыхавшись, произнёс я, на что Липучка молча кивнул и рванул обратно к сумке, подхватив валявшуюся рядом чёрную толстовку. - Чего ты замер?! - рявкнул на ходу он, - Бери штаны, ребёнок мёрзнет! В две руки мы сумели одеть Намджуна в вещи Минсика, не обнаружив его собственных. А вот затащить на раскладушку, специально перетащенную поближе, сил не оказалось, поэтому мы максимально обустроили место, на котором он лежал, укрыв нормальным одеялом. Правда, пропахшим Верзилой, но лучше того, что было. - Он вообще выйдет из ступора? - Чимин, сидя у головы мальчишки, мягко, осторожно гладил его по волосам, то смахивая пыль, то приглаживая свалявшиеся пряди. Я прикусил губу, не зная, что ответить на этот вопрос. Должно быть, за жизнь мне стоило больше времени уделить медицине, но так как я этого не сделал, потому что ленивый болван, то и как вывести человека из состояния ступора, кроме вызова скорой, не имел ни малейшего понятия. - Чим, ты сможешь полететь к Тэхёну? - спросил я, подсев к нему и вперившись взглядом в Верзилу, - Мы не сумеем сами вынести отсюда Намджуна. - А как мне его найти? - задал вполне логичный вопрос Пак, - Да и как ты себе представляешь план? Намджуна отсюда никак не вытащить. - он склонился над ним, оставив поцелуй на бледном лбу, - Этот изверг довёл ребёнка до такого состояния, что ему уже только врачи помогут, а ты сам понимаешь, в больнице тоже безопасно не будет. - Не можем же мы его здесь бросить! - возмутился я, но моментально заткнулся. Намджун вяло поднял руку и протянул её к ладошке Чимина, аккуратно сжав её в своих длинных костлявых пальцах. Мы синхронно переглянулись. - Намджун. - позвал я, склонившись к нему, - Намджун, ты слышишь меня? Я Мин Юнги, друг Тэхёна. Намджун. Но никакого ответа не последовало. Ким только продолжал держать Чимина за руку, глядя перед собой. Сердце обливалось кровью. - Чим, лети домой к Тэхёну. - вздохнул я, - Если его там ещё не будет, подожди. Телефон он дома оставил, а нового номера Чонгука... - я резко выпрямился, улыбнувшись, - С него Чонгуку и позвони! С телефона Тэ! - А пароль? - вскинул бровь Чимин. - Три, восемь, четыре, два, один. - я улыбнулся ещё шире, - Запомнил? - Три, восемь, четыре, два, один. - повторил Чим, уверенно кивнув, - Тогда я полетел. Осторожно выбравшись из хватки Намджуна, он поцеловал меня в лоб и пулей вылетел из подвала. Я воодушевлённо хлопнул в ладоши, занял его место и продолжил гладить мальчишку по голове. Реакция у него появилась, надежда, пусть и крошечная, тоже. Чем не повод помурлыкать песенку Хвасы под нос? - Ничего, - после второго куплета я наклонился к Джуну, поцеловав его в лоб, - Тэ что-нибудь, да придумает. Мы тебя здесь не бросим. Пальцы, державшие до это слабо, сжались едва ощутимо сильнее, и я продолжил напевать. Но мой мини-концерт на одного прервал протяжный стон Верзилы. Я перевёл на него полный презрения взгляд. Что за удивительный человек? Ему палец отрезали, в него стреляли, лишили глаза, били, а ему всё хоть бы хны. Не прошло ведь и недели с тех событий, как он умудрился не только уйти от правосудия, но ещё и получить такой ценный заказ, как Ким Намджун? Почему Джуна не охраняют лучше? Почему его отдали насильнику? Бред какой-то. С организацией у этих невидимых вражин явные пробелы. Беспокойно покрутившись, Верзила попытался открыть глаз, но набухшее веко не поддавалось. Я внимательно следил за каждым его движением. Выродок попытался привстать, но не смог. Только тяжело дышал и водил ногами из стороны в сторону. Блять, а мы дебилы! Почему ни я, ни Чимин не додумались застегнуть наручники за спиной, когда он потерял сознание?! - Эй... - выдохнул Минсик, - Есть здесь кто?... - Ну я здесь, сука. - процедил я, поднимаясь, - Завали ебало и лежи смирно. Натужный смех пустил мурашки по моему позвоночнику, но я взял себя в руки и постарался как можно тише скользнуть к дорожной сумке Верзилы. - А-а, всё ты... Мелочь пузатая. - фыркнул он, ощупывая свои запястья. Благо Липучка додумался протереть наручники от смазки, что бы у этого мудака не было даже микро-шанса. - Кажется, мы стали слишком часто встречаться. - Тебе не кажется. - я распихал футболки и джинсы, нащупав дно. Блять, неужели нет оружия?! - А что? Понравилось пиздюлей от меня получать? - Ты ведь не обычный ребёнок? - последовал незамедлительный ответ, - Я видел, ты многое умеешь. Появляешься из воздуха, исчезаешь. Как? Раскрой мне свой секрет, малыш. - Разбежался! - воскликнул я, нащупав искомое прижатым к стенке сумки, под тканевой накладкой, - Может, мне ещё штаны перед тобой снять, извращенец ебучий?! - вытащив пистолет, я не смог сдержать победную улыбку и развернулся. Верзила стоял в полуметре от меня. Сердце гулко стукнуло в груди. - Ты ко мне не справедлив, малыш. - плотоядно оскалился Минсик и я с облегчением понял, что его глаз всё ещё закрыт. Он ничего не видит. Я попятился назад, обойдя сумку. - Я не тронул ни одного ребёнка так, как его. - он кивнул за спину, туда, где лежал Намджун, - Уж извини, но я не педофил. - Зато ублюдок тот ещё. - процедил я, чувствуя, как с каждым шагом дальше от него ледяная клешня, сжавшая все мои внутренности, разжимается, - За что ты так с пацаном? Ты же покалечил его. - Я слышу, как твоё маленькое сердечко бьётся от страха. - снова оскалился Верзила, - Ты знал, что когда человек теряет зрение, все другие органы чувств обостряются в несколько раз? - Потому что через глаза мы получаем почти девяносто процентов информации. И к чему этот ликбез? - К тому, что тебе не поможет ни мой пистолет, ни моя слепота. - он двинулся в мою сторону и эхо от его нарочито тяжёлых шагов прокатилось по подвалу. Я отошёл ещё дальше и уселся на пол, вдавил рукоять в колено и хорошенько прицелился, зажмурив левый глаз. Снял пистолет с предохранителя. - Ебать ты самоуверенный. - громко усмехнулся я, нажав на курок. Выстрел оглушительный. Каждый грёбанный раз это смерть для барабанных перепонок! Сука! И снова та же картина, любуйтесь вдоволь. Верзила на полу, скрючился в тщетных попытках сдержать рёв. Когда это стихло, я поднялся, самодовольно фыркнув. - Ну что, пидор, помог мне твой пистолет? - я склонил голову на бок, - Падаль, лучше закрой рот и сиди спокойно. Ты слеп и беззащитен, а я красавчик с пистолетом. - Сучоныш. - прошипел Верзила, отползая к стене, - Я убью тебя. - В следующей жизни, говна кусок. - я показал ему средний палец и отбежал к Намджуну. Тот продолжал лежать неподвижно. Я подсел к его спине, облокотившись о неё своей, и опустил пистолет на выставленное колено. Нельзя спускать глаз с Верзилы. Бравада бравадой, а он всё ещё в разы сильнее меня. Не зря же его наняли такие люди, как Гым Мёнсо. В подобного рода дела новичков или простаков не берут. У Верзилы должны быть отличные навыки, но против существа, умеющего испаряться, у него шансов нет. Ни у кого нет, по сути, но этого гада сгубила ещё и самоуверенность. Каков дебил, не находите? Мог и с прошлой встречи догадаться, что я не побоюсь воспользоваться оружием. - Хён, слышь. - я слегка пихнул Джуна локтем в бок, - Ты бы видел, как я его! Хочешь, я ему ещё причиндалы отстрелю? Ты только скажи. На ответ я, конечно, не рассчитывал. Но от мысли, что мы с Чимином уберегли мальчишку от очередного насилия на душе стало теплее. Взгляд то и дело падал на отброшенные нами в сторону презервативы. Надо было их чем-то накрыть. Мерзость. - Хён, ты бы поскорее пришёл в себя, м? - я откинулся на него затылком, выдохнув, - Поели бы, ты бы на улицу вышел. Свежим воздухом дышать надо, всё таки. А тут вонь. Нужно побольше с ним говорить. Чимин вон, гладил его по голове и Джун отозвался. Может, и у меня получится? - Хён, я тут подумал. А не устроить ли нам всем после этого пиздеца пикник? Прикинь, как здорово было бы. - я поднялся и, не сводя глаз с притихшего Верзилы, подсел на прежнее место к Намджуну. Мальчишка лежал с закрытыми глазами. Уснул, наверно. Даже выстрел, похоже, не помешал истерзанному организму погрузится в блаженный сон. - Спи, мой хороший, спи. - я поцеловал его в висок. И понял, что что-то не так. Не дышит. Внутри всё похолодело. В панике я вжался ухом в грудную клетку. Тишина. Трясущимися руками, отложив пистолет, взял его кисть и приложил пальцы к вене. Пульса нет. Нет. Нет, нет! Сука! - Сука! - вскричал я, - Блять! Нет!

***

Не убить Верзилу стоило мне титанических усилий. А вот справиться со своими слезами не получилось. Усевшись на заборе, я притянул колени к груди и обнял себя закоченевшими крыльями. И с безразличием наблюдал за вознёй в подвале. Охранники пришли туда спустя некоторое время после выстрела. Минсик сумел открыть им дверь, о чём после, надо думать, здорово пожалел, потому как те позвонили начальнику Шиму. А после его приезда начался сущий кошмар для Верзилы, радовавший моё сердце. После допроса с пристрастием о случившемся его выволокли из подвала, засунули в огромный мешок и избили деревянными палками, не поверив рассказу о произошедшем. На секунду я даже подумал, что эти люди точно связанны с мафией или сами ею являются, ибо это точно мафиозные методы. Но да похуй. Это уже не вернёт мальчишку. Убедившись в отсутствии пульса и сердцебиения, эти люди просто закатали тело в покрывала и бросили остывать, заключив, что вывезти его лучше будет ночью. Я вытер очередную порцию солёной жидкости с лица и перевёл взгляд на мешок с Верзилой. Он вообще жив? Надеюсь, нет. Ублюдок. Грязный похотливый ублюдок. Возможно, за Джуном уже пришёл Жнец? Забрал его? Видел ли Джун меня в истинном облике? Я-то не могу его видеть, а Душе уже ничего не препятствует. Душа, вообще, интересное явление. Поначалу я даже не воспринимал её всерьёз. Когда Джин-хён объяснял мне, кто я такой и для чего появился, я долго смеялся, фыркал и только отмахивался от него, порываясь как можно скорее опробовать крылья. И есть просил, когда понял, что могу перевоплощаться в человека. Постоянно клянчил у хёна еду, а стоило набить пузо, сматывался парить в облаках и стрелять из лука. Весёлое было время. Кто мог знать, что конец моей прекрасной жизни будет именно таким? В бедах, смертях и слезах? Зато у меня появился Чимин. Появился именно так, как должен был в самом начале. Тогда бы жизнь была и правда идеальной. Почему Намджун не стал Купидоном? Сейчас, сидя на бетонном заборе и глядя на вход в подвал, я всей душой, той самой, желаю вернуться в прошлое и завалить его в девятилетнем возрасте. Согласен, мне бы потом за такое Сокджин точно кишки наизнанку вывернул, но тогда бы Джун не пережил то, что пережил сейчас. Он не заслужил такой смерти. Не раз изнасилованный больным ублюдком, истощённый, в пыльном подвале какого-то сраного норэбана. - Блять. - я спрятал в ладонях и лицо, и слезы. Прошло несколько часов, солнце уже клонилось к горизонту, когда я почувствовал приближение своих подопечных. Чонгук, Тэхён, Хосок и Чимин пробирались на полусогнутых ногах вдоль забора, осматриваясь по сторонам. Завидев их, я спустился и уселся между подпорными выступами, материализовываясь. Когда они приблизились, у меня не оказалось сил ни подняться самому, ни даже поднять голову. Дышать становилось всё труднее. - Юнги! - шёпотом воскликнул Тэхён, бросаясь ко мне. Опустившись передо мной на колени, Тэхён с ужасом в глазах осмотрел меня, взяв мои окровавленные руки в свои. Он уже успел переодеться и от былого образа остались только пепельные волосы, но, как обычно, взъерошенные и непослушные. Чонгук и Хосок встали по бокам от красотульки, с тревогой поглядывая на меня, пока Чимин протиснулся ко мне, устраиваясь рядом. - Юнги, что произошло?! - голос Тэхёна задрожал от беспокойства, он поднял пальцами мой подбородок, оглядывая с ног до головы. Представляю, что он видел, учитывая, как сильно я похудел. - Хён, он умер. - тихо произнёс я. - Кто? На глазах снова появились слёзы. И нагло брызнули, позоря меня перед всеми, потому что присутствие Тэ подарило облегчение. - Намджун. - выдавил я, жмурясь. Ничего не отвечая, Тэхён притянул меня к себе, прижал к груди, укрыв спину полами уже такого родного бомбера. Вдавившись лицом в его плечо, я разрыдался. Громко, надрывно, постыдно. Ужас, какой стыд, Мин Юнги! - Я не смог, хён! - прохрипел я сквозь рыдания, - Ничего не смог! Я был там с ним, пришёл, но не уберёг! Я старался, хён, правда... - Тихо, тихо. - Тэхён гладил меня по голове, покачиваясь из стороны в сторону, словно баюкал младенца, - Юнги, ты ни в чём не виноват. Ты вообще у нас герой. Такой смелый. - он легонько встряхнул меня, - Боевой шкет. Успокойся, никто тебя не винит. - Я себя виню! - Что вообще произошло? - спросил Тэ и я понял, что вопрос адресован Чимину, - Как вы здесь оказались? Зачем? - Долго рассказывать, но если вкратце, Хон Минсик не один раз насиловал этого парня. Кажется, из-за этого он впал в ступор. Мы пытались привести его в чувство, но не вышло. - утирая со щёк слёзы, мрачно ответил Чимин. - Как вы вообще сюда попали? - задал вопрос Хосок. - Секрет фирмы. - выдавил я, затихая. Тэхён мягко отстранился, кивнув Чимину, и я моментально оказался в других родных руках, заботливо усаженный обратно к забору. - Нужно посмотреть, что там. - Тэхён повернулся к Хосоку, - Подсади меня. Я поджал ноги и опустил голову на плечо Пака, глядя на забавную картину. - Капец ты жопу отрастил, братан! - прокряхтел Хосок, помогая Тэхёну удержаться на собственных плечах, - Не поднять! - Это просто ты дохляк. - шикнул красотулька, - Шеф, вы бы... ай, блять! Вы бы прихватили его с собой в качалку. Чонгук лишь усмехнулся, на наблюдая за ребятами и за нами поочерёдно. В какой-то момент до меня дошло, что я окончательно разбился. В хлам, в дребезги. От старого Мин Юнги не осталось ничего. Пусто. А ведь я ангел любви, ангел родственных душ, должен быть воплощением прекрасного. Но кто, как не люди, умеет убивать прекрасное? Забавно. Меньше и меньше мне хочется становится одним из них. - Да не крутись ты! - Ты тяжёлый! Хотя, может и нет. Ведь есть не только те, кто уничтожает. Есть такие, как эти трое. На губах мелькнула улыбка. А в груди робко проскользнуло что-то тёплое. Это всего лишь отчаяние, Мин Юнги. Просто отчаяние от боли, не зацикливайся на нём, не доверяй ему. Оно пройдёт. Люди, ради которых стоит бороться, всегда будут. Такие, как мой добрый лучезарный красотулька, как сочувствующий и заботливый Хосок, даже как Чонгук, готовый рисковать собой ради невиновных. - Юнги, если я спрошу, как ты этот забор перемахнул, ты ведь не ответишь? - Тэхён, схватившись руками за верхний край, обернулся на меня, забавно сощурив глаза. - Я своими фокусами не делюсь. - отмахнулся я. Чонгук, до этого стоявший молча, уселся на землю перед нами, скрестив ноги. Он не сводил глаз с Тэхёна, напряжённо ожидая какого-нибудь дерьма, но на заднем дворе норэбана всё было тихо. - В мешке там что валяется? - спросил Тэхён. - Хон Минсик. - мрачно ответил я, прикрыв глаза, - Намджун в подвале, его вывезут ночью. Тэхён зажмурился на несколько мгновений, справляясь с чувствами. При мне ему не хотелось показывать слабость. - А как вы додумались использовать игрушечный пистолет? - Поползли дальше, у меня времени не так много. - Нет, серьёзно, как? Я подумал тогда, что вы просто чокнутый, хённим, настолько это было неожиданно! - Ребёнок, умолкни. - А идея с сигаретами - это взрыв мозга. Хотя, нет, пистолетик был эффектнее. - Намджун, правда, мы же не дома! - Можно сказать, я воочию увидел, за что Тан-хённим вас так нахваливал. Блять. Злоебучий ком в горле, что ж тебе от меня надо?! - Юнги... - Чимин мягко поднял моё лицо, стирая пальцами влагу со щёк. - Юнги, тебе нужно... - начал было Чонгук, но я вскочил, вырвавшись из рук Чимина. - Да что вы до меня все доебались?! - рявкнул я, привлекая внимание Хосока и Тэхёна, - Юнги то, Юнги это! Отъебитесь вы уже наконец! Понимаю, я мудак. И сейчас веду себя по-свински. Но больно. Мне больно от того, как этот ребёнок, этот мальчишка с большими глазами мог улыбаться ярко и заразительно, не смотря на своё детство, проведённое в борделе. Какими глазами он смотрел на Тэхёна, как заливисто смеялся, каким гордым выглядел, когда рассказывал Тэхёну о русских номерах. Теперь этот человек остывает в подвале. Что с ним было перед смертью? Насилие и боль. Ничего хорошего он не увидел. Даже до двадцати не дожил. Его сломали и раскурочили всё нутро, изувечили и тело, и разум, и душу. Всё. Мерзкие выблядки. Стоило мне сделать пару шагов в сторону деревьев, как со стороны двора раздался гневный возглас. О, этот голос мне хорошо знаком. - Как вы это объясните, начальник Шим?! - визжал Гым Мёнсо. Все мы обратились в слух. Я подбежал к забору, вжавшись ухом в узенькую щель, а Тэхён пригнулся, но спускаться обратно не стал. Он вытащил телефон, вдавил палец в динамик и, что-то нажав, осторожно поднял камеру на пару сантиметров над забором. Видеосъёмка. - Господин, мы не знаем, как подобное могло произойти. - намного тише ответил начальник Шим. - Не знаете?! А за что тогда получаете деньги?! Как я теперь отчитаюсь перед госсекретарём?! Ким Намджун был идеальным шансом заткнуть этого Тэхёна! А теперь?! - Есть Им Сохва. - последовал незамедлительный ответ. Краем глаза я увидел ладони Хосока, сжавшиеся в кулаки. - Какие мы умные! - продолжал Гым, - Сравниваешь безродного мальчишку с гражданкой страны?! Ты в своём уме?! - Возможно, я смогу найти варианты решения проблемы. - Лучше сделай так, что бы Ким Тэхён никогда не узнал о пацане! Закопай его так, что бы вообще никто не прознал! Понял?! - послышался тяжёлый вздох, после которого Мёнсо заговорил спокойнее, - И эту падаль рядом с ним закопай. Что б ни следа от них не осталось! Я поджал губы. Это уж вряд ли! Я не позволю нашему мальчику лежать там же, где ублюдок Минсик. - Что с Хёджин? - снова заговорил Гым, - Нашли её? - Поиски продолжаются. - Вы бесполезные куски мусора! - вскричал Мёнсо, - Что бы до рассвета она стояла передо мной, начальник Шим! Иначе разговор будет иной! Ещё несколько минут во дворе слышались возня, шаги и стуки. Когда всё стихло, Тэхён сполз с Хосока, победно улыбаясь. - Это настоящее золото! - шёпотом воскликнул он, потряхивая телефоном в воздухе, - Охренеть как повезло! - После утра в лесу в одних трусах ещё бы нам не повезло. - усмехнулся Хосок, разминая плечи. - Вы тусовались в лесу в трусах? - изогнул бровь я, отлипая от забора. - Долгая история. - улыбнулся мне Тэхён, подхватив на руки. Удивительно, до чего хорошо он держит себя в руках, учитывая, сколько всего произошло за последние сутки. - Не для детей. Наверно, я всё таки мудак. Ибо по другому свою реакцию на эти слова не могу объяснить. - А стрелять в наёмника, который почти присунул подростку, значит, для детей?! - прошипел я, уперевшись ладонями в грудь опешившего Тэхёна, - Давно бы, блять, понял, что я не ребёнок! Пусти! - Юнги, я... - Тэхён потянулся ко мне, стоило спрыгнуть на землю, но я оттолкнул его руки. - Идём. - схватив Чимина за рукав, я, не желая, не имея моральных ресурсов смотреть красотульке в лицо, потащил Пака за собой, но путь преградил Чонгук, схватив меня за шиворот, - Отстань! - Прекрати. - строго произнёс Гук, - Ты не должен себя так вести. - У тебя, блять, не спросил! Отпусти! - Чонгук, отпусти его. - тихо произнёс Тэ, опустив ладонь на плечо своего соулмейта. Было бы приятно получить его поддержку, не будь так паршиво. - Ты не подумал, что твой хён просто хочет тебя защитить? - Чонгук опустился передо мной, взяв уже за руку. Я впился взглядом в глаза напротив, не в силах контролировать яд, кипевший внутри. - Не меня надо было защищать, а этого безмозглого придурка! - я указал пальцем в сторону, где за забором находился подвал. Блять, я думал, это дерьмо во мне кончилось. Но нет. В груди кипит, полыхает нестерпимо. - Мин Юнги! - голос Чонгука прозвенел от злости. Он ощутимо встряхнул меня, стиснув зубы. - Возьми себя в руки. И не срывайся на тех, кто тебя любит, раз возомнил себя взрослым. Не ребёнок? Тогда неси ответственность за свои слова и поступки. Что смотришь? У тебя был пистолет, так как же ты не защитил Ким Намджуна? Может, потому что мал? Или его уже было не спасти? Ты можешь ответить, Юнги? Ты даже не знаешь, от чего он умер, но берёшь на себя слишком много, утверждая, что ты виноват, а потом крича на Тэхёна. Так что, ты взрослый? Или ребёнок? Воцарилась звенящая тишина. Слова Чонгука подействовали, как ушат ледяной воды. Только пламя во мне не стихло, а задымилось, зашипело и принялось мучительно тлеть угольками. В чём-то Чонгук прав, а в чём-то - нет. Мне семьсот лет, я давно не ребёнок. Очень давно. Я видел больше, чем он может себе вообразить. Прекрасное и ужасное, жутко тоскливое и безобразно скучное. Всё видел. Но я всё ещё человек. С чувствами, с которыми не могу справиться. С ошибками, на которые имею право. - Я никто. - тихо произнёс я, вырвав руку и опустив голову. Это что за капельки там мне на ноги падают? Сука, я эти слёзные железы удалю к хуям собачьим! - Нет, Мин Юнги, ты не никто. - Чонгук грубо вздёрнул мой подбородок, сжав его пальцами, - Ты мужчина. И поступать обязан по-мужски. А это нормально, что я чувствую облегчение и защиту, встретившись с этим твёрдым взглядом? - Хён, - высвободив лицо, я обернулся к растерянному красотульке, - я принесу свои извинения. Но не словесно, а буквально. - Что ты имеешь ввиду? - тут же спросил он, шагнув в нашу сторону, но я уже увёл Чимина за собой.