Saviour

I woke up yesterday with thoughts of blowing out my brains Bad dreams with horrid themes like blood upon my windowpane The night creeps on the day, I gather with my trusted tribe Burn down some buildings just to smoke a blunt and catch a vibe

Staring straight through the ceilings Hours creep, the clock it goes I feel the creepy crawlers In my fingers In my toes Wonder if I go crazy Would anyone even know? No, no, no, no, no

Bad wolves — Comatose

В полумраке зала после сладкой речи, состоящей по большей части из приветственных слов, Леди Си наступает если не повальная тишина, то блаженное спокойствие, которого мне так долго не хватало. Большинство разговоров смолкают ещё в момент появления самой женщины на сцене, а оставшиеся звуки сами собой тонут в нарастающем нарративе дальнейших событий, стоит присутствующим понять, что тот момент, которого все так долго ждали наконец-то наступил. Если не считать ядрёную смесь из ароматов напускной роскоши и громогласной попытки как можно более заметно продемонстрировать свой образ жизнь, основанный на бесчисленном количестве денег и высоком, привилегированном положении в обществе, то обстановка более чем удачная и благополучно настраивает на деловой лад. Несмотря на витавшую до недавнего времени атмосферу праздного, беззаботного веселья и лёгкости в общении между участниками аукциона, она уходит в мгновение ока, сменяясь на нечто абсолютно противоположное, ведь на её место приходит явное, ощущаемое всеми присутствующими напряжение и осознание грядущих, отчаянных до мысленных — и не только — просьб и доведённых до психологического измождения людей с их, прерывистыми, едва слышимыми из-за хриплого дыхания, застревающего в районе гортани, играми в которых былые приятели, друзья и просто близкие по духу единомышленники в одно мгновение становятся главными, злейшими противниками и даже врагами за желанные ценности и дорогие предметы роскоши. Яркие, откровенно настоящие эмоции — это лишь малая часть из того, что нас будет ожидать этим вечером. И не сказать, что меня подобный исход не устраивает. В любом случае, нас с Изо переживания окружающих и чужие молитвы на благоприятный исход сегодняшнего вечера никоим образом не волнуют и совершенно не касаются. Наша главная цель находится впереди — в обозримом будущем, а всё остальное не более чем фоновый шум, на который не стоит обращать внимание, покуда он не мешает достичь желаемого. Того, что нужно конкретно нам. Маленькими и аккуратными — чтобы ни в коем случае не испортить платье или — в противном случае — макияж губ — глотками потягиваю из бокала, сделанного явно из высококачественного — и никак иначе — стекла, дорогой напиток, ощущая на языке его богатый, пропитанный различными гранями оттенков вкуса свежих фруктов, редких заморских пряностей, луговых трав и солнечных цветов вкупе с отчётливо ощущаемой щекочущей нёбо нотой деревянной бочки, мне уже не терпится приступить к воплощению в жизнь долгожданного продолжения и посмотреть на то, что нас будет ждать дальше. Ведь как бы то не было, а всё самое интересное нам только предстоит увидеть. Всё только начинается — совсем скоро большая часть масок будут окончательно сброшены, в то время как иная сторона за неимением другого выхода просто обязана их будет приспустить и вот тогда-то и наступит черёд для финального акта представления, призом в котором и станет желанная многими книга. *** Время идёт своим неспешным ходом, но в данном случае это нельзя выделить как существенный минус. Аукцион играет по классическим правилам: начало было положено маленькими, не особо ценными вещами. Ну как незначительными: первыми лотами, выставленными на торги, стали украшения и иные предметы роскоши, которые, если верить данным, предоставленным Леди Си в ходе кратких пояснений по каждому конкретному пункту, были обнаружены при расследовании трагедии и исследовании на месте некогда стоявшей усадьбы одной довольно богатой семьи, жившей на территории первой половины Гранд Лайна на одном из островов, чьим основным промыслом на протяжении нескольких десятилетий было и является по сей день выращивание с последующей продажей злаковых культур. Сама семья стояла во главе решения всех финансовых вопросов, на чём умудрилась за годы плодотворной работы сколотить немалый, даже по меркам присутствующих, денежный капитал. В следствии чего их жизнь в определённый момент оборвалась: они вместе с прислугой были жестоко убиты по — официально — невыясненным причинам, находясь в тот самый момент внутри своего дома, который группа убийц подожгла, ради того, чтобы замести следы. Как итог, все, находившиеся в тот момент люди, погибли, а некогда роскошное родовое гнездо было сожжено до самого основания. Зная же из многочисленных слухов об несметных богатствах убитых владельцев, искатели сокровищ и лёгкой наживы днями и ночами исследовали пепелище и в конце концов нашли-таки вдох в подвал, спрятанный под толщей обвалившихся обломков, бывшими когда-то частями несущих конструкций, крышей, а также до конца не догоревшими элементами интерьера и декора. То, что они поначалу приняли за небольшую комнату по факту, оказалось коридором с целой сетью разветвлений, о которых кроме самих обитателей особняка никто и не знал. Там же и нашлись сокровищницы хозяев, наполненные драгоценным скарбом. Хоть дом и не смогли спасти, но благодаря действиям местных жителей, пытавшихся изо всех сил локализовать и остановить распространение огня, подвальные помещения не особо сильно пострадали и из них даже смогли достать кое-какие пригодные ценности, часть из которых и была выставлена на сегодняшние торги. Среди многочисленных вещей представлены как украшения, принадлежавшие нескольким поколениям некогда живших женщин, носящих громогласную фамилию, так и бутылки дорогого, элитного алкоголя из личного погреба почивших, а также коллекционные книжные издания, представляющие особую историческую ценность. Большинство присутствующих с той или иной степенью азарта вступили в гонку за желаемым. В то время как уверенные в своих силах коллекционеры положили глаз на бутылки и книги, многие дамы предпочли сделать выбор в пользу ювелирных украшений. Вопрос, касающийся их кровавой предыстории никого не волнует, а даже наоборот — это сыграло свою решающую роль в вопросе повышенного интереса к товарам и формированию ценника. Повышенный спрос сработал как всегда лучше всех. То, что началось с малых, несерьёзных сумм в конечном итоге вылилось в перебивку одной ставки другой — более высокой, весомой, пока стоимость на каждый отдельный лот не достигала предела той, на которую обычная семья, состоящая из четырёх человек, смогла бы спокойно прожить порядка пяти лет, не беспокоясь о финансовом благополучии и необходимости работать. Никого из присутствующих не беспокоит тот факт, что победителю, выкупившему конкретную вещь, придётся по факту выложить в конце вечера порядка пяти миллионов белли. И это только за одну позицию! А ведь вечер только начался, а уже такой накал страстей... Мы же с моим сопровождающим во время этих баталий предпочли сохранять молчаливое участие и просто наблюдать за ожесточёнными спорами. Нам, конечно, для поддержания легенды также необходимо будет время от времени выдвигать соответствующие ставки, однако, пока что нас ещё ничего не смогло заинтересовать насколько сильно, чтобы табличка, с прикреплённым к нам номером, взмыла вверх и мой голос огласился на весь зал. Пока что меня больше привлекает размеренное распитие ранее принесённого вина, а также исследование обстановки на момент реакции окружающих и поиска возможных угроз. Так, внимательно вглядываясь в окружающих меня людей и пробуждающийся в них дух азарта, я не могу не отметить скучающего при всём этом Шарля Бира, чья поза и демонстративное поведение всецело показывает то, что он думает обо всём происходящем в данный момент времени. Свободное, расслабленное положение тела, развалившееся в кресле словно он находится не в общественном месте, где необходимо соблюдать элементарные правила приличия, а у себя дома, и рука, поддерживающая склонённую набок голову, говорит громче любых слов. Кажется, что мужчина в любой момент может провалится в глубокий сон, даже невзирая на столь неудобную для совершения данного процесса позу, напрочь проигнорировав и громкий шум, исходящий от многочисленных выкриков, воодушевлённых спортивным интересом покупателей, и скрип кресел, оглашающий зал то и дело при особом резком вскакивании человека со своего места, и даже монотонный — в своей ровности, а также неспешном темпе повествования — голос Леди Си, рассказывающий об истории того или иного лота. И этому поведению есть своё логичное объяснение. Ведь какую для него, с учётом его высокого статуса и безграничных — по крайней мере, по сравнению со всеми присутствующими — возможностей, представляет ценность подобного рода мишура, когда всё самое интересное находится впереди. Зачем ему торговаться за эти игрушки-погремушки, если перед ним стоит конкретно-поставленная задача, ради исполнения которой он пересёк половину света. И подобное умозаключение действительно можно засчитать за достойное объяснение странностям аристократа, однако, мне всё равно не даёт покоя то, что я чувствую при виде этого человека. С ним явно что-то не так. Но покуда этот мужчина никоим образом не мешает в достижении цели, данная тема не должна меня касаться, и поэтому я насильно отвожу от него свой взгляд, чтобы не вызвать лишних подозрений и в очередной раз пытаюсь сосредоточиться на том, что будет происходить на сцене. Ведь пришло время для чего-то более существенного чем ряд вещей, добытых через простое разграбление места страшной трагедии. По крайней мере, опираясь на всё те же оценочные мерки, по которым местный контингент уже успел привыкнуть к подобному стечению обстоятельств и им нужно нечто больше чем это всё. Нечто более захватывающее и рискованное по своей сути. И именно во многом благодаря подобному отношению к вещам и настал момент перейти ко второму акту продаж, коим станут ценности, стоящие на порядок выше тех, что были до этого — сокровища, имеющие особую историческую оценку, ведь они были найдены и привезены либо с территории обитания редких рас, либо с островов, из-за чьих климатических условий, зоны расположения или совокупности целого ряда факторов мало кто решается отправиться покорять их и ещё меньше тех, кто возвращается в целости и сохранности из этих опасных путешествий, либо вообще с запретных земель, о которых официальные власти старательно подчищают любую возможную информацию, кроме той, что они сами готовы признать и чьи секреты стараются похоронить вместе с теми, кто их может знать и огласить широкой общественности. *** Из-за высокого риска, связанного с добычей следующих лотов, градус напряжения в воздухе вырос в соответствии с ценовыми ставками на эти самые предметы. Начиная от необъятных размеров шкур убитых животных разной степени редкости и различий в зонах их исторического обитания, заканчивая всевозможными предметами поклонения в духе небольших вырезных фигурок, сделанных из различных пород деревьев, идолов, в которых жители мест, откуда они прибыли, видели посланников Богов в подобной интерпретации и им же свято молились об приходе благополучия на их земли и в их дома, шептали про избежание смертей и иных катастроф… — это и не только, мне довелось увидеть в течении следующего получаса. И если с теми же самыми шкурами дела обстоят более чем понятно, ведь их можно применить и как элемент декора и использовать при изготовлении предмета верхнего гардероба, то зачем кому-то могут понадобится вырезанные кем-то деревянные столбы, мне совершенно не понятно. Покупатели подобных вещей не получают никакой выгоды, а даже наоборот — с учётом уровня и баланса сил в данном мире, я не удивлюсь, если при ненадлежащем обращении с теми же самыми идолами, то того будет ждать наказание от потусторонних, высших сил, чьё происхождение нельзя объяснить простыми словами. Ведь на некоторых из ныне проданных лотов даже застывшая, давно засохшая кровь присутствовала, чьи многочисленные следы даже не старались никак спрятать, а ровным счётом наоборот — возвели в некую абсолютную единицу, как мифическое доказательство истинной и неповторимой ценности. И что-то мне подсказывает, что все эти неровно-нанесённые капли, отпечатки пальцев и иные проявления крови на идолах вряд ли при жизни принадлежали кому-то из представителей животного мира. Конечно, всегда практически всё можно списать на банальное желание похвастаться перед точно такими же любителями спускать деньги на ветер необычной вещью в своей коллекции, однако, меня подобного рода развлечения никогда не привлекали. Страха нет, но и любопытства также не проявилось. Ведь даже не веря во всевозможные сверхъестественные проклятия и простые суеверия, как минимум, призыв шинигами возможен и точно существуют. И это не оспоримый факт. В любом случае, меня чужие странности не касаются. Сейчас главное, получить желаемое, а всё остальное такое лишнее — вторичное по своей сути. Однако, сложно не поражаться людской натуре, несмотря на наличие многолетнего опыта взаимодействия с ними. Всё также медленно потягивая предоставленное вино, я начинаю всё-таки изредка поднимать табличку с нашим номером, на привлекающих мой взор, позициях в попытке вступить в заведомо провальную гонку, но это не несёт в себе никакого серьёзного посыла. Громогласные ставки для поддержания идеального попадания в образ крайне избирательной в своих вкусовых предпочтениях и очень избалованной аристократки, желающей спустить пару-тройку миллионов белли, идут своим чередом до тех пор, пока я не понимаю, что настал момент для отступления в самый последний миг и вот тогда тому, кто со мной так долго и старательно до хрипоты в голосе пререкался, приходит осознание, насколько дорого ему обойдётся желание быть лучше меня. Быть просто тем, кто получит желанную шкуру убитого животного по заведомо завышенному прайсу. И всё благодаря моим капризам, из-за которых уже ничего нельзя изменить. Для них это яростный порыв, ярчайшие негативные эмоции из-за банальности развода, но конкретно в моём случае всё является не более чем напускной вуалью, призванной лишь отвести внимание от самого главное. Умелое, чёткое управление голосом с проскальзывающими в нём истеричными нотами, резкая и активная жестикуляция руками, нарочито открытая реакция из-за очередного проигрыша и попытка «успокоить нервы» при помощи бокальчика-другого — всё это и не только являются частью налаженного механизма, направленного на выполнение поставленной задачи. Да и даже если бы я собралась что-нибудь приобрести легальным — насколько это только возможно с учётом богатой предыстории, касающейся непосредственно добычи большинства из представленных к сегодняшней продаже лотов — способом, то у меня вряд ли что-нибудь путное получилось из-за фактического отсутствия столь внушительной финансовой подушки в моей копилке, несмотря на предпринятые ранее попытки исправить подобное допущение, в то время как сам Белоус с учётом его нынешней лояльности по отношению ко мне вряд ли бы согласился на оплату подобного рода вещей. Капитан одной из известнейших пиратских команд современности до сих пор так и не смог до конца отойти, после окончательного подсчёта всех трат, совершённых мною за несколько дней до всех этих событий. И даже логичные, прямолинейные аргументы, приведённые мною позднее, с подробными, более чем исчерпывающими объяснениями о пользе каждого потраченного белли не сказать, что смогли хотя бы немного исправить ситуацию. Ведь, да, ему определённо стало чуточку легче от осознания того факта, что многочисленные счета с безумными — даже по их меркам — тратами не являются лишь пустой фикцией, совершённой исключительно с целью попытаться таким образом неоригинальным способом отомстить ему за моё относительно добровольное вступление в их команду, однако, денежный вопрос до сих пор остаётся открытым к активному обсуждению. И не сказать, что в положительном ключе. По крайней мере, на данный момент времени и при нынешних вводных, по меркам вышестоящего руководства, я ещё не смогла раскрыться настолько хорошо, чтобы отбить все вложенные в меня ресурсы, включая в ход в их драгоценную обитель и предоставление места специально под меня. *** Когда наконец доходит черёд для самой интересной части вечера, с момента начала аукциона, если верить настенным часам, проходит уже около двух часов. Градус всеобщей увлечённости кажется достигает своего критического предела, но многие старательно сдерживали свои аппетиты вплоть до самого конца и это отчётливо видно по их трясущимся от предвкушения рукам, резким движениям головы, а также наиболее частым, резким обмахиваниям веером у женщин с резко уменьшающимися интервалами, проходящими между каждым движением чужих кистей. Хотя, даже с учётом повышенного интереса к финальному лоту сегодняшнего мероприятия, все ранее представленные к продаже ценности были выкуплены за немалые денежные средства, в то время как многие из здесь собравшихся к данному моменту конкретно так успели опустошить свои кошельки. Несмотря на, казалось бы, мою легкомысленную праздность, активно проявляемую внешне ради поддержания образа, бутылка из-под вина опустела меньше чем на половину, бокал всё ещё на одну треть наполнен прекрасным, богатым в своей насыщенности букетом элитного алкоголя, а большинство из телодвижений и яркой, временами чересчур активной реакции были сделаны исключительно ради создания видимости бурной деятельности. Ведь вечер подходит к концу и сейчас настал наконец-то момент, которого все так долго и упорно ждали. — Уважаемые дамы и господа, — произносит Леди Си и кажется, что только у неё одной за весь вечер так и не проявилось абсолютно ни капли эмоций даже в самых волнительных моментах. — Я с гордостью представляю Вашему вниманию финальный лот сегодняшнего аукциона, ради которого многие сегодня собрались в это время и в этом месте. Это то, ради чего наши дорогие коллеги по поиску и оценке различных древностей не спали круглыми сутками; так долго и тщательно искали в разных уголках и точках света на протяжении последних нескольких лет, временами буквально рискуя расстаться с собственными конечностями и даже жизнями. Но, результат того стоил. Прошу: перед вашими глазами сейчас предстанет вещь, чью ценность невозможно в полной мере определить ни одними словами в мире или же простыми исчислениями. Вещь, которая имеет богатую, насыщенную историю, в которой, несмотря на все наши попытки приоткрыть завесу тайны, всё ещё очень много белых пятен, ведь она как появляется, также легко и магическим способом исчезает с горизонта, будто её никогда и не существовало на этой земле. И как вы можете понять: в подлинности данного экземпляра сомневаться не приходиться, ведь за это мы отвечаем сохранностью чести и собственных голов, мирно покоящихся на наших плечах, — сказала женщина, пока двое мужчин заносят на сцену и ставят на специальную подставку нечто, напоминающее квадрат, размером примерно два на два, покрытое сверху плотной, чёрной тканью, под которой, скорее всего, и спрятан объект всеобщих желаний и многочисленных спекуляций. — И так, прошу вашего внимания, дорогие присутствующие. Перед вами находится она — книга, скрывающая в себе тайны о том, как поднять на ноги даже давно умершего мертвеца и имя ей: История путника небес, — произнесла Леди Си, после чего одним ловким движением руки сорвала ткань с куба. Как я и предполагала ранее, в неком подобии закрытого аквариума находится желанная большинство книга, которая своим появлением наделала столько шума, что даже подумать страшно о том, что будет, если она окажется не в тех руках. Перед глазами опять начинают проносится многочисленные картины с некогда живыми людьми, ставшими смертельно-опасными орудиями в руках конкретных людей и к чему это в конечном итоге привело. Мне, конечно, хочется верить, что все истории, ранее рассказанные другими людьми, являются не более чем мифами и умело подогретыми неравнодушными или — что ещё хуже — суеверными людьми слухами, созданными исключительно с целью очернить таинственного автора и его труды или же поднять весомость и значимость данного издания в цене, однако, если в ней всё-таки на самом деле сокрыты секреты, способные воскресить мёртвых, то я должна любым способом добраться до неё первой. И ничего кроме этой задачи нет важнее в данный момент. Сама же книга представляет собой довольно старый экземпляр фолианта, размером около полуметра на полуметр. Даже с моего места можно отчётливо разглядеть возрастные изменения, резко-отразившиеся на обложке как самого издания, так и в уголках. Довольно увесистый талмуд, состоящий далеко ни из одной сотен страниц, облачён в плотную обложку, сделанную явно из кожи, но мне так с ходу никак не удаётся определить из чьей именно. Будучи закованным в стеклянную оболочку, издание, как бы мне не хотелось это признавать, буквально привлекает к себе всё внимание, концентрируя все взгляды исключительно на нём. Кажется, словно оно безмолвно, но очень чётко зовёт к себе: отчаянно хочет, чтобы человек к нему подошёл, открыл клетку и прикоснулся, выпустив его наружу. Подобный реакция виднеется у большинства собравшихся, и даже безразличная фасад-маска Шарля Бира вместе с его откровенной скукой трескаются и мгновенно исчезают в никуда, стоит в его поле зрения показаться главной звезде этого вечера. Мужчину словно подменяют на новое, неустановленное лицо и магия перемен кажется такой разительно-отличающейся от всего того, что было ранее. Время как будто замирает на мгновение, останавливаясь внезапно, резко, а вместе с ним и все мы, попадая под волшебное влияние момента. — Как вы можете заметить, данная книга очень ценная и к тому же довольно древняя, я бы даже сказала «хрупкая», поэтому в целях соблюдения мер безопасности, она помещена в куб, в котором были созданы все необходимые температурные условия для наилучшего её сохранения. Ведь эта вещь… В тот самый миг, когда на меня прекратило воздействовать всеобщая увлечённость, в нос сразу же ударил тонкий шлейф дыма и огня, который с каждой секундой становился всё сильнее. Беспокойство, ранее отступившее в сторону из-за отсутствия видимой или очевидной угрозы, пробудилось с новыми силами, а ощущение грядущих проблем не даёт мне покоя. Мой взгляд вновь перемещается на сцену и в этот момент меня что-то дёргает. Ментальный удар подобен укусу насекомого: точечно, но довольно-таки болезненно. В одно мгновение мне показалось, что если я сейчас промедлю хотя бы на секунду, то ситуация может стать фатальной. При чём как для меня, так и для моего коллеги по несчастью. — Ложись, — прокричала я пирату, вцепившись в рукав мужского костюма, стараясь его утянуть вслед за собой вниз, прикрываясь спинками кресел как щитами для снижения рисков быть ранеными, даже несмотря на дальность зоны поражения. И после этого раздаётся оглушительный хлопок, в котором я нахожу отражение вспышке взрыва. А дальше настаёт черёд для оглушительной тишины. Занавес — непредвиденный антракт. ...