Улыбка Сарады

Если путь к званию Хокаге состоял в том, чтобы совать нос в чужие дела, то Сарада Учиха делала невероятную успехи в достижении своей цели. Он не хотел есть тайяки вместе с ней, не хотел таскаться с этой командой неудачников по деревне, он даже не хотел оставаться в этой деревне, где все притворялись такими миролюбивыми и общительными. Он действительно не мог дождаться момента, когда наконец сможет покинуть эту злосчастную деревню и последовать велению своей судьбы по пути полного страданий и мести. Каваки, который прогуливался по узким улочкам Конохи в поисках чего-нибудь съестного, остановился и понюхал: это был Учиха. Он стоял неподвижно, дожидаясь, когда девушка в красном платье появится перед ним. Сарада появилась спустя пару секунд, с улыбкой на лице и переплетенными руками за спиной. Каваки был потрясен: он не понимал, как девушка с такими глубокими, пронзительными глазами могла так ярко улыбаться, сияя. Это было совершенно несопоставимо, как будто у свирепого льва было поведение котенка. Ее поведение, не соответствовало ее внешности. Для Каваки, подобное могло означать только одно, она пыталась обмануть его, усыпить его бдительность, выведать информацию и доставить ее тому придурку Хокаге. — Тебе... — Сарада прервала поток его мыслей. — ...тебе будет интересно потренироваться в тайдзюцу со мной? Он прошелся взглядом по ее телу сверху донизу, точно зная, что этот жест заставит юную куноичи чувствовать себя беспокойно. — И зачем мне это? Почему я должен хотеть тренироваться с тобой? Ты ведь просто самодовольная и слабая девчонка. По мимике ее лица было видно, как она напряглась и слегка надулась, пытаясь не обидеться на его слова. Она была гордой, как и положено Учиха.Однако... она моргнула и в ту же секунду, ее лицо расслабилось и прежняя взъерошенность пропала — Ты должен потренироваться со мной, потому что я собираюсь стать Хокаге, а значит должна становиться сильнее, и я вижу, что ты сейчас один из самых подходящих для этой цели парней в деревне! Девушка невинно улыбнулась, наверняка зная, что сейчас получит еще одно колкое замечание от Каваки. Она что мазохистка? Совсем нет, но тогда, в цветочной лавке Яманака, она увидела его настоящее лицо, пропитанное болью прежней жизни. Дерзкие, ранящие слова - лишь его самозащита. — Что за херня с этим вашим Хокаге? Чего все так носятся? Этот придурок-блондин просто говорит мне какую-то чепуху о связях и прочем дерьме, нихрена не объясняя. — Не смей говорить так о Седьмом! — возмущенно ответила Сарада, но сразу же избавилась от своей злости. — Слушай, давай так, если ты согласишься провести со мной время, я угощу тебя теми десертами, за которыми ты ходишь каждое воскресенье, идет? Каваки подошел к ней в полную, преследуя одну единственную цель — доставить ей неудобства, незваное проникновение в личное пространство должно было вывести ее из себя, но на удивление она не отступила ни на миллиметр, даже тогда, когда расстояние между ними сократилась до такой степени, что Каваки уже мог чувствовать ее дыхание на своей шее. У девушки было определенное количество смелости, это он признать должен, но было ли ее достаточно, чтобы противостоять ему? — Увидимся завтра в тренировочном лагере номер три, в девять утра. — произнес парень глядя на нее сверху вниз. Их разница в росте не была слишком велика, чтобы при желание Сарада не смогла достать до его лица, но все-таки, эти несколько сантиметров давали ему моральное преимущество, по крайней мере, так казалось Каваки. Сарада не скрывала радости и улыбалась ему показывая все свои зубы. Он не был против съесть парочку тайяки с шоколадом за чужой счет, но не это стало причиной того, что он принял ее предложение, ему всего лишь хотелось поставить на место это самоуверенную девчонку. ********* Ветер дул с востока, и лишь накалял обстановку, словно здесь и сейчас должна была произойти грандиозная бойня давних соперников. Но на деле, для Каваки все это было просто развлечение, в конце концов, ему нравилось ставить на место избалованных детей, таких как Сарада или это сынишка-зазнайка Седьмого. Для Сарады же это противостояние означало все, наконец-таки, она сможет вступить в спарринг с опытным соперником и оценить проделанную ей работу по совершенствованию своих навыков, которые она так старательно оттачивала со времен экзамена на Чунина. — Если мне придется ударить тебя по лицу, я сделаю это, слышишь? — крикнул ей парень стоящий напротив. Сарада улыбнулась, иногда грубость Каваки казалась ей своеобразным проявлением заботы и отдавала нотками нежности. — Я не ограничиваю тебя ни в чем. — прокомментировал она с улыбкой, занимая боевую позицию. — Кроме того, я тоже ударю тебя по лицу, если ты не будешь защищаться в полную силу. Каваки рассмеялся, впервые она видела его смех. Что ж, у этой девчушки было больше смелости, чем он предполагал изначально. Сарада была первой, кто рванулся к оппоненту, удивив Каваки своей пресловутой ловкостью. Для него это не было проблемой, конечно, он был удивлен ее решимостью и напором, но на его опыте были соперники и куда серьезнее. Каваки и Сарада обменялись несколькими ударами в блок и разошлись по сторонам, замерев. Куноичи снова попыталась приблизиться, но не смогла даже попытаться нанести удары, которые задумала, он был слишком быстр. "Она слишком много думает", заметил Каваки. Запустив обе руки в карманы, он кивком позволил ей продолжать попытки. Сарада моментально сорвалась с места и побежала к нему, на этот раз пытаясь нанести удары ногами. Каваки легко уворачивался от каждого из них, пока не увидел, как она подняла ногу почти на восемьдесят градусов. Его глаза тотчас же непроизвольно уставились прямо на внутреннюю часть ее бедра, где весьма смущенный, он обнаружил серые шорты. Он всегда думал, что под этим коротким платьем она носит лишь одно белье. Они обменивались простенькими ударами, пока Каваки не посчитал целесообразным, наконец, начать атаковать. Он начал с несильного выпада, но она сумела его блокировать используя скорость и свою силу, которая кстати была не так уж и мала. Он ее недооценил, взлом ее обороны требует тщательного подхода. Уже менее чем через полчаса противостояния, Каваки все-таки смог нащупать слепую зону Учиха. Он подготовил кулак и направил его против нее, как и предполагалось, она не смогла предугадать подобную атаку. Его кулак коснулся ее щеки и оставался там в течение двух секунд, прежде чем внезапный удар сбил Сараду с ног и шумом повалил на землю. Он торжествующе улыбнулся, но как только заметил ее беспомощно валяющуюся на земле, после его весьма неслабого удара, его тут же захлестнула волна вины. — Эй ...— позвал Каваки, делая шаг в сторону Сарады. Он не собирался извиняться, это было бы абсурдом, она знала зачем пришла и что могла получить, он не должен был. Тогда почему что-то внутри него так отчаянно хотело сделать это? Сарада поправила очки и подняла голову, пристально глядя на Каваки. Он думал, что она сейчас пошлет его нахер или наброситься попытаясь ударить в ответ, но то, что он увидел, было совершенно неожиданным. Она улыбнулась. Как и прежде. Ее улыбка была непохожа ни на одну из тех, что ему доводилось видеть когда-либо. На лице Сарады была кровь, ее губа была разбита, она закусила ее, а затем вновь подарила Каваки улыбку, словно это не он только что причинил ей боль. Эта девушка ... она выглядела красивой даже с запачканным лицом и кровью стекающей с ее нижней губы. — Это был хороший удар. — изрекла она, вставая на ноги. Каваки был сбит с толку, и думал о прекращении боя, но она ведь снова встала на ноги. Было бы несправедливо, если бы Сарада закончила все вот так, да и, честно говоря, он бы этого очень не хотел, теперь ему было интересно, что же еще скрывает эта с первого взгляда слабая девчонка. Сарада подождала, пока кивнет в знак готовности, а затем напала, но уже гораздо быстрее, чем раньше. Она пропустила его удар, но за счет этого, смогла найти его слабую точку и сейчас готова была нанести по ней удар. — Почти! — сказал он, сжимая ее кулак в своей руке и отталкивая прочь. Находясь в двух метрах друг от друга, Каваки размышлял над тем, чтобы повторить свой трюк, но теперь с меньшей яростью, ему не хотелось снова сбивать ее с ног. Впервые именно он направился к ней. Сарада ждала его, внимательная и сосредоточенная, она планировала заблокировать его удар и в тот же момент нанести свой. Внезапно, кулак Каваки застыл в воздухе перехваченный чужой рукой. Перед ним больше не было девушки, напротив стоял высокий темноволосый мужчина. "Как?!" Каваки не почувствовал его приближения. Если он когда-либо и думал, что взгляд Сарады был холоден и суров, то взгляд этого человека был намного и намного хуже. — Папа!! Иначе и быть не могло. — Кто он? — спросил мужчина, отпустив Каваки и погладив голову Сарады. Все ли Учиха что ли были такими? — Эмм.. он мой друг. — объяснила девушка. Каваки бы опроверг это в любой другой ситуации, но не тогда, когда этот страшный человек не сводил с него глаз. — Папа, когда ты вернулся? — задала вопрос Сарада, но мужчина не ответил, он продолжать сверлить своим тяжелым взглядом новоиспеченного друга своей драгоценной дочери. — Папа? — позвала она вновь. — Мы просто тренировались. Мужчина повернулся к девушке и нахмурился, увидев ее лицо. Каваки понимал, что подобная "красота" на лице собственной дочери, вряд ли обрадовала этого человека, а значит, лучше не вмешиваться и не объяснять. Рука Учиха-старшего поднялась к лицу Сарады и он пальцем прижал ее кровоточащую губу, вызывая у девочки дискомфорт и боль. — Пойдем домой. — сказал он ей и отвернулся от них обоих. Раннее улыбчивое лицо Сарады сразу же изменилось на гораздо более грустное и более запутанное. — Но папа ... — Твоя мама ждет. Пошли. — повторил мужчина, или точнее сказать приказал? Сарада прикусила нижнюю губу, ту сторону , которая не кровоточила. Ей не хотелось выглядеть в глазах Каваки через чур избалованной или чрезмерно опекаемой девчонкой, но ей также не хотелось перечить отцу, ведь она знала, что даже если он и не принимал участие в ее воспитании, ей следует его уважать. — Мы можем продолжить в следующий раз, если хочешь. Мы еще не закончили. Каваки не знал почему вдруг сказал этой ей, но слова вырвались прежде, чем он успел их обдумать. Сияющая улыбка Сарада, появившаяся сразу после сказанного, давала все ответы на его "почему". Как же легко было заставить ее улыбнуться. — Ах! — радостно воскликнул она. — Спасибо! Куноичи пришлось дернуть отца за руку, чтобы тот прекратил прожигать Каваки взглядом и пошел в сторону их дома. Да уж, Учиха действительно нагоняли ужас. — Хах, ну и кто теперь заплатит за мой тайяки? Ладно, там ведь все еще есть этот придурок Седьмой Хокаге.