Пытаясь дотянуться до тебя...

Комната, состоящая из четырёх стен. На одной из них, что ближе к окну, цветы. Те, что в кашпо, отдают приятным тёмно-зелёным оттенком. Под ними стоит фортепиано, на котором лежит очень много папок. В них партитуры различных произведений музыкантов-классиков. У стены, что напротив окна, стоит шкаф с большим зеркалом. А у самого окна находится кровать, рядом с которой письменный стол и книжные настенные полки. Уютно и чисто. Первые лучи солнца скользят по его щекам: пытаясь спрятаться от них, Ричард закрыл лицо руками. К несчастью, шторы находятся по разные стороны карниза, а небо так и не затянулось тучами, как ожидалось по прогнозу. — Винни, – медленно открывая глаза и убирая руку, – почему ты снова здесь? Винни же, выходя из темноты комнаты, в которой читала книгу, поднялась с кресла у фортепиано, а затем нежно и ласково произнесла: — Ричи, я прилетела вчера вечером. И посчитала нужным зайти к тебе до того, как отправлюсь в университет. — Как ты вошла? – Игнорируя возвращение старшей сестры, спросил темноволосый парень. — Разве мама не впустит в дом свою любимую дочь?.. – удивлённо, но с улыбкой, поинтересовалась темноволосая красавица Вин. — Если бы мама знала, что ты позволишь солнечным лучам пробраться в мою комнату, то не разрешила бы. — Самоуверенный подросток!.. я и не ожидала большего. – Холодно произнесла голубоглазая леди, закрыв книгу и положив её на место. Она подошла к журнальному столику, на котором стояла ваза с анемонами. — Всё ещё любишь эти цветы? — Да, до сих пор. И буду. Они прекрасны. — Ничего не изменилось, не изменился и ты. – Резко бросила сестра и покинула комнату. — Если бы... – вновь прикрывая рукой глаза, тихо прошептал Ричард.

Итак, ничего не поделать, он уже проснулся и должен встать.

Каждое утро, которое начиналось с будильника, было прервано появлением Винсент Миллер, которую Ричард с детства считает ещё той "тяжёлой артиллерией". Звон будильника. Рич медленно поднимается с кровати, к которой так сильно тянет желание поспать ещё... Вчера вечером он сел за чтение очередной лекции о роботах, а около трёх утра впервые взглянул на часы. Время не вернуть, новый день наступил: уже светает... Выключив все заведённые на утро будильники на своём смартфоне, темноволосый парень легонько ударяет своими руками щёки, пытаясь вдохновить организм на то, что бы хотя бы умыться. Обычное утро, ничем не отличающееся от других, пошло бы дальше по расписанию: умывание, чистка зубов, пробежка, душ, завтрак, но не сейчас. Зачитавшись лекции, он уже определил для себя иное: никакой пробежки, попытаться побывать в душе, завтрак — вода и ещё стакан воды. И не завалиться в кровать перед самым выходом!

***

Начало учебного года — знаменательный день. Но не в жизни других ребят, которые окружали Миллера. Они все называли это началом ада, изнывали о том, что не успели отдохнуть и насладиться жизнью... Ричард в свою очередь спокойно принимал ношу, называющуюся "ОБРАЗОВАНИЕ". Он не может ничего изменить, он обязан посещать это место ради будущего, для которого он так старается прилежно учиться. Нет, он не отличник, но и спуску себе в учёбе не даёт. "Зачем?" – спросите вы. Я отвечу: ради самого себя. Его эгоизм проявляется в желании быть кем-то в этой жизни, а не слоняться по пустыне испытаний с табличкой на груди "необразованный и безработный". Его семья не живёт богато, потому что в семье нет отца, а работает только мать. Он никогда не гнался за роскошной жизнью, но и быть глупым ему не хотелось. К несчастью, у него есть проблема: он гордый. Он не может спокойно признать какую-то слабость или свою неидеальность. Он до сих пор не хочет признавать, что не способен мыслить логически правильно и быстро. И, к счастью, ему это не мешает не быть эгоистом, быть добрым и радоваться победам и успехам других. Ричард не стремится быть первым. (Мне это в нём определённо нравится.) И да, поэтому он не самоуверенный подросток, а гордый ребёнок, желающий полюбить себя. Читать книгу он предпочтёт многому другом, но не рассуждениям о жизни. Ему предстоит решить проблему идеализма в его последнем году в школе, иначе ему не справиться в дальнейшем. Подходя к школе, можно услышать громкие крики младших. Учащиеся среднего звена стараются выглядеть крутыми и взрослыми, потому что ещё не знают, что ждёт их впереди. Вымотанные выпускники подбираются к школе на последних минутах перед звонком на первый урок. Начало конца — последний год. Я думаю, он справится. Зажимая указательными пальцами уши, Ричард спокойно и медленно поднимается по лестнице. Его не заботил окружающий мир, полный шума и бессмысленных разговоров о последних трендах моды и прочего. По окончании школьного дня, Рич возвращается домой. Он знает, что до позднего вечера ещё далеко, поэтому решает лечь спать и выспаться. Проходит час, второй, третий... с наступлением темноты, юноша просыпается. Он выходит из комнаты, тихонько закрывая дверь, чтобы не разбудить спящую сестру. Спускаясь со второго этажа на кухню, он обнаруживает, что и сегодня мама не дома. Немного нахмурив брови, он хватает мандарины и ловко их очищает. Ненадолго задумавшись, надевает белый фартук. Позади него кухонный гарнитур сияет в светло-серых тонах, где-то переходя в чёрный. Свет лампы покрывает поверхность стола, на котором он уже умело орудует ножом. Справа от него начинает закипать вода. Он быстро высыпает из миски нарезанные кубиком кусочки ветчины и "соломку" болгарского перца, посыпанные маленькими кусочками перца чили. Изящно нарезая оставшиеся ингредиенты, он постепенно переходит к жареным овощами с чесноком. Лёгкая ядрёность последнего добавляет блюду яркий вкус. Закончив приготовление ужина, Ричард сервирует стол. К этому времени уже возвращается мама. А старшая сестра просыпается после долгого дня в университете. — Добрый вечер, ребята. Как вы провели этот день? Винни, что решилось с должностью профессора в университете? Ричард лишь кивнул матери и нежно улыбнулся. — Привет, мама. — Сонно, но громко произнесла дочь.— Меня выбрали, потому что в моём резюме было всё, что они хотели видеть... Рич посмеялся и молча продолжал сервировку стола. Он уже приготовился накладывать прекрасные блюда в тарелки, как вдруг... зазвонил его телефон, но не тот, что всегда в использовании, а особенный. Мать и сестра считали его рабочим, потому что парень не любит, когда на его основной телефон поступают звонки и сообщения. — Ричард на связи, я слушаю. — Тебе стоит поторопиться, потому что Доктор Фабилио сбежал из тюрьмы. — … я... понял вас, выезжаю. Тёмноволосый нахмурился. Он понимал, что сейчас не сможет провести время с матерью, которую изредка можно встретить дома, даже на выходных... (в наше время военным иногда приходится задерживаться на работе) — Снова ночная смена, да? — Чувствуя себя неловко, спросила женщина. — Ты можешь идти, правда. Мы поедим. Еду я уберу в стеклянный контейнер. Ты сможешь насладиться ей позже. Винни разберётся с посудой. – Винсент громко вздохнула в полушутку. – Успехов на работе! Задай всем ритма своей игрой на фортепиано!! Смутившись из-за лжи, которую Ричард вынужден оправдывать секретностью своей работы, он улыбнулся и побежал в свою комнату. Схватив какой-то пакет, быстро выбежал из дома. Сестра только покачала головой, а мать смотрела в окно, за которым начинался дождь... — Он забыл зонт. — С грустью в голосе произнесла мать. — Снова. И это неудивительно... — Винни тяжело вздохнула. Ричард быстро бежал, иногда наступая в лужи. На перекрёстке, недалеко от его дома, к нему подъехал чёрный джип. Притронувшись к дверной ручке, он тяжело вздохнул.

Но его ожидало то, что он так любит, — приключения...