Ректор и я

От третьего лица Леди Кристалин Маер стояла посередине своего нового кабинета и со скепсисом его рассматривала. Кабинет был мрачным, в тёмных тонах с ярко-бордовыми гардинами. Тёмно-синий ковёр, коричневые кресла. Девушка скривилась, сжала пальцами виски и обернулась к своему секретарю, который молча стоял за её спиной.       — Исправь вот это недоразумение, пожалуйста.       — Устроить так же как и твой кабинет? — густым басом, что удивительно для его комплекции, спросил секретарь.       — Да.       — Будет исполнено, моя леди. Женщина развернулась и направилась в жилую часть, где должны были находиться комнаты ректора. Насколько она помнит, то его комнаты в самом конце коридора. Благополучно добравшись до места назначения, она вошла в своё новое жилище и застонала. Всё было мрачным, тёмным и вульгарным. — За что мне такое наказание? Тяжело вздохнув, она быстрым шагом подошла к окнам, распахнула окна, раздвинув гардины и впуская свежий воздух. А затем круто развернулась на каблуках, осмотрев всё внимательнее, она сняла куртку, закатала рукава чёрной рубашки и с её пальцев сорвались искорки голубого света. Искры полетели в сторону мебели, окружили её и она начала медленно менять цвет и даже структуру. Таким образом ковёр сменил цвет на светло-голубой, а его ворс стал ещё длиннее и мягче, кресла стали бежевого цвета, а картины на стене и вовсе исчезли, зато их сменили прекрасные канделябры из белого золота с янтарной инкрустацией. Ещё взмах рукой и искр стало больше, но теперь они облепили всё пространство от стен до пола. Каменный пол сменил деревянный паркет, стены перекрасились в бежевый оттенок с голубыми узорами, окна стали более широкими и округлыми сверху, тяжёлые гардины сменились на белоснежный тонкий тюль, а самая обычная люстра слегка поменялась, и на ней заиграли хрустальные подвески. Потолок украсили морозные узоры синего цвета, а кровать сменила дуб на белое дерево, постельное белье из алого стало светло-голубым, массивный балдахин сменился более воздушным, белоснежным с серебряными узорами. Искорки потухли, девушка довольно улыбнулась, рассматривая преобразившуюся комнату, затем подошла к креслу и устало в него опустилась. Прикрыв глаза, она расслабилась, слегка улыбнувшись. Дверь тихо отворилась и в комнату вошёл её секретарь.       — Крис, как ты?       — Слегка устала, а так нормально. Давно крылья не разминала, так что плечи ноют с непривычки.       — А я говорил тебе, что надо не в кабинете сидеть по уши в бумагах и искать гипотетического предателя, а хоть иногда выходить летать, а то в следующий раз крылья просто возьмут и атрофируются.       — Не мели чушь, Рам. Мои крылья не могут атрофироваться, если я не буду летать. Они просто слегка ослабнут и то не факт, — секретарь недоверчиво фыркнул и сел во второе кресло.       — Ты видела его?       — Ты про наследника генерала Кэрэруш? Да, видела. Интересный молодой человек, но по нему видно, что он пока что далёк от дел своего отца, так что можно пока не волноваться, что его отец узнает о том, что я здесь.       — Лорд Кэрэруш представляет опасность? — удивился Рамир, снимая свои очки, за которыми скрывались не голубые глаза, как сначала показалось, а золотые с вертикальным зрачком, что прямо говорило, что он оборотень.       — Нет, конечно. Просто эта надоеда давно ко мне подступается зачем-то. Не хочется, чтобы он начинал осаду на меня через своего отпрыска, — Кристалин скривилась и начала массировать свои виски.       — Голова болит?       — Есть немного. Но ничего смертельного. Что у меня завтра по плану?       — У тебя завтра первая пара у пятикурсников. Теория высших заклинаний.       — Принеси мне в кабинет их учебник, так же и за 4 курс, мне надо подготовиться. Да и интересно, что сейчас дети проходят.       — Как будет приказано, — Рамир встал, поклонился, затем, надев обратно очки, вышел из комнаты. Кристалин тяжело вздохнула и посмотрела в окно, где ярко светило солнце, дул по-летнему тёплый ветер и пели птички. Хоть и наступила осень, всё равно лето полностью не ушло, хотя ночами уже достаточно прохладно. Девушка тоскливым взглядом смотрела на небо, но потом отвернулась. Надо подготовиться к завтрашнему дню. Будет тяжеловато, давно она не общалась с новым поколением. А тут ещё и преподавать нужно. Ох, зачем она согласилась?

Тэриан

Первый учебный день. Мы сидели в аудитории, куда меня за полчаса до пары утянул Дэни. Он сидел и нервно барабанил пальцами по столу, с опаской кидая взгляды на дверь. Я же в свою очередь молча игнорировал этого жестокого тирана, который не дал мне поспать и вылил на меня целое ведро ледяной воды. Ник куда-то убежал, пообещав вернуться за 5 минут до пары. Посмотрев на свои наручные часы, я понял, что у Ника до обещанного времени осталась одна минута. Скосив взгляд на дверь, я стал ожидать пришествия своего второго соседа по комнате. Дверь распахнулась, заставив вздрогнуть всех, и вошёл мой рыжий друг. Он с широкой улыбкой всем приветственно помахал и быстрым шагом направился к нам. Мы сидели ровно в середине, упав рядом со мной Ник бесшабашно улыбнулся и признался:       — Я нашёл безумно милую девчонку, сегодня мы с ней вечером встречаемся.       — А ничего, что правилами Академии запрещено водить девушек в комнаты парней и наоборот? — спросил Дэни, даже не повернув голову в сторону Ника.       — А кто сказал, что я приведу её в наши комнаты? — Дэни усмехнулся и покачал головой.       — А у твоей девочки нет такой же милой подружки? — невинно спросил я Ника.       — Я спрошу, — рыжий подмигнул. Так посмеиваясь и шутя, мы нервно ждали пришествия Богини, как успели её прозвать вчера на вечеринке пьяные студенты. И тут прозвенел звонок, в аудитории наступила тишина и никто в этой тишине не услышал, как открылась дверь и вошла Она. Девушка была одета в белое платье с высоким воротником, обтягивающее, но свободно струящиеся в ногах, по подолу шёл чёрный узор, который поднимался вверх и заканчивался поясом на талии. На ногах чёрные балетки. Волосы были заплетены в две косы. Пройдя к кафедре, она подошла к столу и, развернувшись к нам, присела на край, сложив руки на груди, с мягкой улыбкой обвела аудиторию взглядом. — Доброе утро, господа студенты. Рада вас всех видеть живыми и относительно здоровыми, — в глазах её сверкнула насмешка. — Как вы уже поняли, я буду у вас вести «Теорию Высшей Магии», а также новый предмет, который я ввела с сегодняшнего дня — это «Практическая Высшая Магия». Есть ли у вас какие-то вопросы? Вопросы у нас были, но отважился только наш отличник, высший вампир — Эльдар. Он поднял руку, слегка затравленно смотря на девушку, ректор ему благосклонно кивнула, и он встал, нервно сглотнув, но спросил. Его голос даже не дрогнул. Удивительная выдержка. Я сам покрылся испариной и мурашками от её холодного взгляда серых глаз.       — Вы сказали, что новый предмет это Практическая Высшая Магия, но практика этого вида магии запрещена из-за глобальных последствий. Тогда как мы будем практиковаться? — ректор кивнула, приняв его вопрос, и махнула рукой, молчаливо приказывая ему сесть.       — Практика была запрещена из-за того, что ни один маг не мог предотвратить последствия заклинаний Высшей Магии, но по моему мнению, ректора не хотели тратиться на защиту территории, где должна была проходить практика. Первая версия была написана в вашей книге, но вам повезло, что я имею возможность защитить вас и территории вокруг от попыток создать заклинания, — она улыбнулась. Мы немного помолчали, переглянулись и я поднял руку. Ректор кивнула, разрешая задать вопрос.       — А где будут проходить наши тренировки? Неужели на нашем плацу или стадионе? — ректор округлила глаза, наверное, представляя наши тренировки, и фыркнула.       — Конечно нет! Как такое в голову пришло? Мы будем тренироваться в горах, где безжизненно: нет никаких хрупких строений, как ваша Академия, нет соседей, которые каждый раз орали, когда в радиусе километра вы мне всё спалите, затопите, заморозите и тому подобное. И хотя мы ничего такого ещё не натворили, но синхронно смутились. Я кивнул и, дождавшись жеста, сел на место, не смотря на ректора. Как-то мне не нравятся перспективы всё палить/топить/морозить в радиусе километра. Может ректор говорит это не всерьёз, но, кинув взгляд на ледяную деву, понял, что она и не серьёзно — это либо параллельные прямые, либо о-очень редкое явление.       — Всё? Вопросы закончились? Тогда, если вы потом придумаете, лучше задавайте их моему секретарю, вы его найдёте возле моего кабинета, в моём кабинете, в деканате или в столовой. Так что проблем с его поиском не должно быть, — мы улыбнулись и кивнули. — А теперь у меня для вас вопрос. Кто-нибудь сохранил конспекты с прошлого года по этому предмету? — половина нашей группы и Дэни подняли руки. Единственное утешение — есть люди, как я, которые ничего не сохраняли. Зачем если есть Дэни? — Сожгите эти конспекты, — наступила оглушающая тишина, все вытаращились на ректора, а та холодно улыбнулась, заставив нас вздрогнуть. — Ну или выкиньте их. Они вам не понадобятся. Вы же учились по этой книге? — она взяла книгу со стола и подняла вверх, наглядно показывая её, мы заторможено кивнули и тут на наших глаза книгу объяло яркое пламя и через пару секунд на пол опали хлопья пепла. — Забудьте всё, что вы изучали по этой книге. Эти недоноски, которые составляли эту книгу забыли пометить, что половины заклинаний тут нет, а те что есть искажены и понижены. Мы молчали, в шоке смотря на нашего нового ректора. Под ложечкой засосало от предчувствия, что с приходом леди Маер в эту Академию абсолютно всё здесь изменится. И лёгкой жизни нам точно не видать.       — Возьмём примером заклинание «Ледяная лавина», что она предполагает, кто расскажет? — Эльдар поднял руку, ректор ему кивнула.       — Заклинание «Ледяная лавина» относится к Высшей стихийной магии, при построении этого заклинания цель и рядом стоящие объекты замораживаются, а в радиусе 500 метров появляются метели и вьюги, которые всё сметают с пути. Используются стихии воды и воздуха, — ректор кивнула, Эльдар сел, а потом наша Ледяная дева нас убила.       — Радиус настоящего заклинания предполагает примерно от километра до трёх, так же замораживается не только цель, но и всё вокруг диаметром примерно, — она прикрыла глаза. — Примерно в 20 метров. Но это так, не точно, так как всё зависит от силы мага и его предрасположенности к стихиям. Естественно это заклинание удалённое, желательно использовать в пяти километрах от самой цели. Наводится мыслеобразом или предметом, что принадлежит цели. Мы молчали. То, что говорила леди Маер, было невозможно. Нам всегда говорили, что это заклинание имеет предел в 600 метров, но чтобы три километра?! Если «Ледяная лавина» так уменьшена в своих последствиях, то что говорить о других заклинаниях?! Мне стало страшно учиться у Маер, а так же стало безумно интересно, что же у нас будет за полигон, где мы будет практиковать ТАКИЕ заклинания?       — А теперь открываем тетради и пишем тему «Огненное плато». Мы будем начинать с вами высшую магию с самого начала и полным вариантом, так что дорогие мои, готовьтесь к очень сложному году. У вас очень много работы, — и на губах госпожи ректор расцвела поистине садистская улыбка. Нам конец. Это истина отразилась в глазах всей группы. Именно в этот момент я понял, что моя жизнь точно не будет прежней…