painful shock

      При сквозном пулевом ранении чаще всего повреждается легочная плевра. Воздух проникает в плевральную область, вызывая его переизбыток. Образуются тромбы, нарушается доступ кислорода к органам. Первая помощь – закрыть рану материалом, не пропускающим воздух, и крепко примотать к туловищу. Нужно делать на выдохе.       Эдди это знает, потому что когда-то увлекался медициной. Или ему приходилось увлекаться, сейчас трудно сказать. Эдди думает о том, что одной легочной плеврой в его случае не обошлось – в его груди зияет дыра размером с мячик для тенниса. Он даже не может понять, задет ли позвоночник, потому что вначале боль просто адская, а потом он резко перестает все чувствовать.       Эдди видит лицо Ричи, на котором застыла гримаса неверия напополам с ужасом. По правде говоря, он видит только его лицо, все остальное как будто расплывается, теряется в темноте. Он чувствует, как Тозиер прижимает что-то к ране, и это похоже на взрыв осколочной гранаты прямо у него между ребер. Он чувствует нажатие сильной, подрагивающей ладони, и это единственное, на чем он может сконцентрироваться. В ушах все отчетливее и быстрее бьется пульс. Каспбрак думает, что у него болевой шок.       Эдди слышит ужасный грохот. Пеннивайз рвется, с легкостью разламывая камень, и у них совсем нет времени. Он помнит, что должен сказать что-то, что-то важное. Что-то, что поможет им выжить. Он начинает говорить раньше, чем успевает понять, что именно.       «Я почти убил его»       Ричи молчит. Он смотрит почти не отрываясь, только иногда поворачивается на вход в пещеру. Когда его взгляд возвращается назад, он кажется еще более напуганным, и Эдди совершенно не хочет знать, что там происходит. Он чувствует, как булькает в легких, как кровь горячо льется через ткань, и руки Тозиера все, должно быть, красные.       Мир вдруг резко переворачивается, а внутренности все сильнее просятся наружу. Сквозь мутную пелену Эдди осознает, что его куда-то ведут. Ричи ведет, несет на себе скорее. Он все еще аккуратно зажимает рану, и Каспбрак знает, что это не поможет. Но это знание его успокаивает. Он рядом.       Когда за спиной снова ощущается опора, он все еще здесь. Все еще смотрит и держит, и Эдди хотел бы не видеть этого взгляда, но не может не смотреть. Он думает о том, насколько знакомым он выглядит. Как будто Ричи всегда так на него смотрел. Как будто они все еще дети. Становится так уютно, тепло, и Эдди чувствует себя дома. Не в том доме, который находится в Дерри, и не в том, где ждала его жена, а здесь. Под этим взглядом и теплыми руками.       «Слушай, Рич» Он всегда мечтал это сказать. Наверное, он даже завидовал Ричи. Его смелости и непосредственности. Эдди видит, как обеспокоенное, несчастное лицо становится недовольным. Обескураженным? Эдди не может не смеяться, потому что это всегда делал Ричи. Он чувствует, будто они поменялись местами. Он хочет попросить его улыбнуться, потому что все хорошо. Эдди чувствует себя прекрасно.       Эдди слышит крики. Неудачники, его лучшие друзья, сражаются с Ним. Он хотел бы помочь, но не может теперь даже сглотнуть кровь, скопившуюся в горле. Он просто моргает, а когда поднимает веки, Ричи нет. Никого нет рядом, вокруг только камень, и Эдди не может сфокусироваться. Он все еще слышит крики, но не может пошевелиться, его тело как будто парит. Как будто летает.       Крики стихают, но ненадолго. Кто-то подбегает к нему, и это, конечно же, Ричи. Он захлебывается радостью, говорит «мы убили Пеннивайза», трогает лицо Эдди, и Каспбрак так рад. Он хочет ответить, но тело не слушается, словно скованное сном. Эдди не чувствует его. Он чувствует руки Ричи, будто они прикасаются не к коже, а напрямую к сердцу. К душе.       «Билл, он жив, нам надо вытащить его отсюда»       Эдди слышит, как голос Тозиера ломается, слышит слезы и боль, но он не может даже вдохнуть глубже. Он не уверен, что вообще дышит, но даже это не вызывает паники. Он чувствует прикосновение. Объятие. Руки Ричи вокруг него такие ласковые, что душа Эдди разрывается на части. Он злится. Так чертовски злится на себя, что практически ощущает горькие слезы. Он чувствует дрожь, и то, как Ричи прижимает его сильнее, еще ближе. Почти слишком близко. Эдди не чувствует своего пульса, но слезы Тозиера отпечатываются ожогами на его коже.       Они уходят. Эдди слышит только звуки падающих камней. Дом на Нейболт Стрит рушится, наконец-то.       Эдди все еще жив.