Профессор Бербидж

Этот отпуск я запомню надолго, потому что как такового отпуска у меня нет! Что я делаю в свободное от работы время? Гоняю строителей, ругаюсь с парно- и непарнокопытными, гоняю нечисть и разбираю с Амбридж организационные вопросы Турнира, но обо всем по порядку. В первых числах июля началась грандиозная стройка. Я, конечно, понимала, что будет много работы, но такого размаха не ожидала! Лорды нагнали рабочих, включая того самого Блэтчли и своих вторых-третьих сыновей-племянников-пасынков, стройматериалы, Локхарта с охотниками, несколько гоблинов и Ньюта Скамандера в придачу. Путем долгих препирательств, внесения правок в проект, строительной и природоведческой экспертизы стоимость выросла до девяти тысяч галлеонов! Это без учета выкупа домика Рози. Раньше планировался на территории соседки сад, а возле моего забора кормушки, а теперь все стало выглядеть немного иначе: Домик соседки разобрали, а на его месте воздвигли теплицу, вокруг теплицы я разметила сад с плодовыми деревьями и кустами. Половина территории соседки отдано под кормушки для гиппогрифов, фестралов, пегасов и прочей живности, кроме единорогов. Кони с рогом во лбу остались возле моего болотца. Территорию с клюквой расширили — спилили деревья, растущие частоколом, перенесли на очищенную территорию кормушки и навесы, сделали дополнительно сарайчики и загоны, поставили теплушку два на два метра для того, кто будет присматривать за лошадками. Из-за лесопорубочных работ (во какое слово знаю! Это я в смете подсмотрела) случился конфликт с нечистью: ночью на территорию стройки прорвались джинны, гули, броллханы, лепреконы и еще несколько видов лесных жителей; благо, кентавров не было. Темные твари посчитали, что недопустимо человеку рубить лес, и напали на строителей, живущих на болотце. Итогом нападения стали раны и кровопотеря у людей, несколько убитых тварей и жуткий стресс для меня! Если бы я не была седая, то точно бы поседела — лепрекон пробрался ко мне в спальню, когда я, разбуженная шумом, проснулась, а время, между прочим, половина третьего ночи! — Из-за тебя! — прошипел мелкий человечек, одетый в замысловатый костюм из зеленых листьев. — Ты-ы-ы-ы! — Свали отсюда! — закричала я и попыталась добраться до волшебной палочки, но человечек открыл пасть, полную акульих зубов, и бросился на меня. Я отступила назад, но запнулась и завалилась на кровать. Лепрекон вновь зашипел, как рассерженный кот, и прыгнул, словно мячик, в мою сторону. Он не учел одного — старой мебели! Кровать у меня была со столбиками для балдахинов. Один из этих столбиков человечек и свалил, да так удачно, что деревяшка упала ему на голову. Голова лопнула как арбуз, забрызгав своим содержимым пространство и меня в том числе. Как так получилось, что в полете он задел столбик кровати и деревяшка его остановила, при этом приземлившись ему на голову, я не знаю! Вот только что на меня летел живой «мяч» с острыми треугольными зубами, а через секунду «Бам!» — и все заляпано кровью и мозгами. — Не благодари, — сказал появившийся на секунду передо мной Азазелло<note>Прим.автора: демон из свиты Воланда. Свита Воланда и перенесла нашу героиню в тело Чарити. Роман «Мастер и Маргарита»</note> и тут же исчез. А что я? Я закричала! Я кричала громко, во всю мощь своих легких, а потом была темнота. Очнулась я — нет, не в Мунго, а все в той же спальне — среди чужих мозгов, размазанных по полу. Кое-как поднявшись и добравшись до палочки, очистила себя чарами, призвала мантию и бегом отправилась вниз, а выйдя на воздух, услышала звуки боя: строители и пришедшие к ним на помощь охотники отбивались от тварей. Я смогла опознать только броллханов и лепреконов. Люди теснили нечисть в лес. Еще минуты три происходило магическо-рукопашное сражение, и уцелевшие темные твари, потерпев поражение, ушли в лес. Это я рассказываю долго, а произошло все минуты за три-пять минут, то есть очень быстро. — Все целы? — послышался голос одного из «целевиков» Гойлов. — Ульрих, Джент, Блэтчли, Кэрроу и Уизли ранены. Остальные в норме, — ответил кто-то из мужчин. — Проверьте хозяйку. — Со мной все в порядке, — мой голос после крика был чуть хрипловатым. — Ко мне лепрекон ворвался. — Он вас укусил? — спросил кто-то из команды Локхарта. Охотники отличались от строителей своей экипировкой, только из-за этого я их и различала. — Не успел. На него кровать упала. — Опасная вы женщина, — хохотнул охотник. — К вам в спальню мужчина заглянул, а вы его кроватью. Тут все присутствующие покатились со смеху. Это был истеричный смех, смех с которым уходило напряжение, смех, который успокаивал и давал разрядку. Поэтому я не стала возмущаться, а попросила Локхарта, прибывшего под самый конец сражения, посмотреть в комнате дохлого леприкона и убрать останки. Глава охотников справился быстро, спросил претендую ли я на тушку, и огорчил, что кровать и ковер, на которые попала кровь и мозги твари, пришлось уничтожить, так они очень токсичны. Именно поэтому меня и спросили: кусала ли меня нечисть, поскольку если бы укусила, то пришлось бы срочно бежать в Мунго. Со слов Ньюта Скамандера, который пришел к «шапошному разбору»<note>Прим.автора — под конец</note>, именно слюна лепрекона положила начало такому вирусу, как вирус бешенства. С шутками и прибаутками мужики начали убирать территорию и делить добычу. Мне тоже перепало немного — по подсчетам охотника, около двадцати галлеонов, хотя тот же Блэтчли заработал почти двести. Уборка и дележка заняли время до пяти утра, ложиться спать уже смысла не было, да и не на что. Я сварила на всех кофе, а школьный эльф (питание строителей и охотников свалили на школу) принес булочек, шоколада и пончиков. После импровизированного завтрака я отправилась осматривать владения и кормить живность. Первыми к кормушкам приходили фестралы и гиппогрифы. Оба вида всеядны, предпочитают белковую пищу, но от морковки не отказываются. Животные спокойно ждали в стороне, пока я и Блэтчли, которого они знали, отлевитируем сено вперемешку с овощами и зерном (именно такой рацион составил Скамандер). После того как лошадиные мутанты приступили к трапезе, прилетела пара пегасов. У них другой рацион — зерновой. Овощи и фрукты исключены, как и комбикорм. На таком разделении настоял Скамандер. Не знаю почему и знать не хочу — он тут самый умный, ему виднее, вот пусть и мудохается с летающими. Когда фестралы и гиппогрифы закончили трапезничать, на мой участок пришли единороги, в основном жеребята с мамками, был среди них один молодой самец, который хромал. Я не могу смотреть на страдания зверушек, поэтому поспешила на помощь, единорог меня подпустил и дал перевязать сустав. — Вы нарушаете баланс и экосистему! — Скамандер опять завел свою шарманку: нельзя вмешиваться, нужно придерживаться естественного отбора и прочее-прочее-прочее. Он, конечно, прав. Но мое мнение — человек уже и так до фига чего сделал с природой и от моих действий ничего не будет, по крайне мере плохого — точно. — Слушайте, мистер Саламандер, — сказала я, нарочно исковеркав его фамилию. — Вас в «Трех метлах» мадам Розмерта ждала. Сходите к ней, пивка попейте, комплиментов ей скажите. Что вам среди нас, убогих, делать? — Вы забываетесь! — мужчина начал «заводиться». Он покраснел, сжал руки в кулаки, сдвинул брови. — Вы сюда зачем пришли? Помогать? Вы мне очень поможете, если свалите отсюда! — жестко ответила я. — Я буду жаловаться… — начал орать знаменитый зоолог. — Слышь, мужик, — подал голос один из строителей. Судя по тому, как он шатался, утро у него началось не с кофе, — тебе же сказали — иди к Розмерте. И так башка болит, ты еще тут! Скамандер что-то там бубнил, потряс кулаками, но направился на выход с участка, а затем в сторону «Трех метел». — Не боитесь, что у ваших перепалок будут последствия? — спросил Локхарт. — Все же он известный человек, награды, регалии, а вы всего лишь преподаватель в Хогвартсе. — Не боюсь, — ответила я. — Участок мой, животные сюда приходят тоже из-за меня. И будь он хоть трижды с орденом Мерлина, ни единороги, ни пегасы его к себе не подпустят. — В отличие от вас, — усмехнулся Локхарт. Он тоже недолюбливал пухленького старичка и не отказывался лишний раз насолить ему. Общение с Ньютом Скамандером не задалось сразу. В отличие от киношного прототипа, этот на него не был похож. Ну, может, из-за того, что в фильме показывали тридцатые годы, а сейчас девяностые — как-никак больше полувека прошло! Если в молодости это был стройный мужчина с каштановыми волосами, то сейчас он из себя представлял седого дедулю с лысиной, усами и пивным животиком. Именно так выглядел бы Вернон Дурсль, не вмешайся я в историю их семьи. Да и характер у Скамандера был один в один как у Дурсля до моего визита — препротивнейший. Он постоянно орал, брызгал слюной, требовал не вмешиваться в природу, убрать все кормушки и выгнать парно- и непарнокопытных. В тот момент вмешались Гойл-старший и Уоррингтон, которые весьма холодно и жестко напомнили ему сумму гонорара и условия контракта. Старикан немного успокоился, но продолжал выносить мозг естественным отбором, неправильной кормовой базой, неверными действиями и прочей лабудой. Любое действие на участке вызывало у него гнев с агрессией, слава Мерлину — только вербальной<note>Прим. автора — на словах</note>, до действий дело пока не дошло. Охотники его уважали, но не любили — любые действия делали «из-под палки». Строители сразу посылали. А со мной была «особая любовь»: если со Снейпом перепалки нам обоим доставляли удовольствие, то после ругани со Скамандером оставалось чувство гадливости. Ну неприятен он мне! Жду не дождусь середины августа, когда закончится контракт и он свалит обратно в Бразилию, где будет изучать кого-то там! — Это нюхлеры или горностаи? — от дум меня отвлек вопрос Локхарта, который смотрел на пушистых зверьков, подъедающих в кормушках гиппогрифов. — Догоните и спросите у нашего великого светоча животного мира, — съязвила я. — О нет, — засмеялся Гилдерой, — я мазохизмом не страдаю! — Можно подумать, я страдаю. — Судя по вашим отношениям с великим и ужасным деканом Слизерина — страдаете. — Со Снейпом я получаю удовольствие, и это взаимно, — ответила я на провокацию и с нескрываемым злорадством смотрела, как вытягивается лицо Локхарта. Мне хотелось расхохотаться, но я сдержалась. Похоже, будет новая сплетня о том, с кем я трахаюсь. — А этот представитель мужского пола никакого желания не вызывает, кроме одного. — Дайте угадаю — прибить? — Нет. Стукнуть посильнее и отправить в Бразилию к далеким берегам! — Как решитесь воплотить это в жизнь — позовите, — сказал Локхарт и ушел к своей команде. Я же вздохнула, достала палочку и отправилась наводить порядок на территории бывшего дома Рози. Необходимо прополоть растения, подкормить, что-то высадить, полить, собрать урожай, закатать урожай. Хорошо, что крупные животные приходят только утром, а мелочь питается тем, что осталось, и к трем часам пополудни из живности на участке никого! Именно в три часа я закончила работу на участках, даже обед пропустила, но зато сделала все, что хотела, и даже больше — рассадила кусты смородины в форме шестиугольника Герпия<note>Прим.автора — авторский произвол из головы</note>; сделала пятиугольник из груш; линию гортензий перед забором высадила, и они отлично скрыли рунные камни с защитой от нечеловечеких рас (спасибо Блэку, подогнал книженцию); обрезала сливы и абрикосы, которые теперь отгонят мелких летающих паразитов. Теперь можно с чистой совестью выпить чаю и отправляться к Амбридж на встречу. * * * Увидеться с подругой я договорилась еще неделю назад. Сегодня мы встречаемся не где-нибудь, а на том самом стадионе, где будет проходить чемпионат мира по квиддичу. Уже известно, что играют болгары и шотландцы. Амбридж как тот Фигаро — и там и тут! Министр свалил на нее очень много: подготовку к чемпионату, открытие каких-то там полей и все, что предшествует этим полям, Турнир Трех Волшебников, открытие отделения больницы… Как она еще не свихнулась — не знаю. Интересно, а что на самом деле делала Амбридж в Хогвартсе? Зная ее работу, версия про преподавателя ЗОТИ притянута за уши. До места встречи меня добросил все тот же Стэн Шанпайк с водителем Эрни. Мужчинам я отдала две бутылки наливки — они не возражали. Автобус домчал до дверей административного домика. А неплохо так Амбридж устроилась — двухэтажный коттедж, бассейн, палисадник! В этом домике размещались «канцелярские крысы» типа Долорес, Людо Бэгмена, Барти Крауча и других ответственных начальников. Чуть поодаль виднелись палатки рабочих, а метров через триста высилась громада стадиона. — Профессор Бербидж! — позвал меня знакомый голос. — Перси? — удивилась я. — Ты тут как оказался? — Я шестой заместитель мистера Крауча, — гордо ответил бывший ученик. — Мне доверили курировать вопросы, связанные с Чемпионатом. — Очень рада за тебя. — Походу, паренька тупо сплавили, Долорес сама все разруливает, а этот так… для виду, что работает. Надо же ему зарплату за что-то платить! — Подскажи, пожалуйста, где кабинет мисс Амбридж. — Я вас провожу, — сказал Уизли и задрав нос повел меня в здание. Кабинет Амбридж находился на первом этаже. Как объяснила «подруга» — чтобы далеко не бегать. Несмотря на цветущий вид, Долорес была злая и уставшая. Ей я тоже привезла домашнее вино — сливовое — и пирог — вишневый. Под винишко и сладкую закуску заместитель министра жаловалась на жизнь: все свалили на нее, она устала, хочет в отпуск к сыну. — Так отдай часть работы Уизли! Пусть доказывает делом, что ему деньги не просто так платят! — Чарити! Приди в себя! Он тупой баран, наворотит дел, а отвечать мне. — Он не баран, а исполнительный — это во-первых. А во-вторых, привлеки аристократов, пусть раскошеливается тот же Малфой. Посули ему скидки на ввоз каких-нибудь товаров или дай эксклюзивную возможность сидеть рядом с Министром Магии Болгарии. — Ты не понимаешь, — вздохнула Амбридж. — Я все понимаю! — алкоголь, хоть и в малых дозах, брал свое. — Перси! Зайди к нам. Буквально через десять секунд рыжий представитель одного из самых противоречивых семейств стоял у нашего стола. От него не укрылись бутылка вина и закуска. — Перси, — я решила взять все в свои руки, — а тебе не надоело тут штаны протирать? Только давай честно. — Надоело, — ответил рыжик и, вздохнув, сказал: — Я понимаю, что меня сплавили, чтобы не мешался. А я хочу проявить себя. Доказать, что со мной можно работать! — Доказать? У тебя будет такая возможность! Минут за сорок мы с Амбридж рассказали, что необходимо сделать, еще минут тридцать утрясали некоторые вопросы. Потом, втроем, сочиняли письма к аристократии и средствам массовой информации. Недолго думая, привлекли ДМП к охране порядка, пересмотрели систему регистрации, составили обращение к Букингемскому дворцу… Короче, за неполные три часа мы сделали то, над чем Долорес билась около трех месяцев! Счастливый Перси отчалил разрабатывать стратегии и гонять строителей с инженерами, а мы продолжили выпивать дальше. — Одной проблемой меньше, — сказала заместитель министра. — Остался Турнир. — А что с Турниром? Вон у тебя какой исполнительный помощник — скинь на него. — Свободного Чемпиона на него не скинешь. Амбридж рассказала одну интересную деталь, которая очень четко объяснила участие Гарри Поттера в Турнире: Если в школе Турнир не проводился дольше какого-то времени, то вводится такая категория участников, как «Свободный Чемпион» — абсолютно любой желающий из школ-участниц может подать заявку на независимое участие. На него распространяются те же правила, что и на чемпионов от школ. Только есть пара нюансов: первое — участник мужского пола должен быть старше двенадцати лет, участник женского пола — у девочки уже должны пойти месячные; второе — аристократы из обязательного списка в этом участвуют. А это значит, что те же Малфой, Поттер, Уизли и многие другие дети будут вынуждены бросить свое имя в кубок. — Хм, — я была в раздумьях, — слушай, ну кубок, он же не живой. Это кусок камня с определенными настройками. Может, попробуем изменить руны, или что там за условия отвечает, и зададим другие параметры? — А это здравая идея! — сказала Амбридж, наливая в бокал виски, так как вино мы уже выпили. — Это в интересах того же Малфоя. Возраст увеличить не получится, но сузить количество и исключить девочек из списка — вполне реально. Амбридж вновь достала пергамент и чернильницу и стала писать письмо. Я доела закуску, попрощалась и отправилась — нет, не домой, к Блэку — предупреждать, что Гарри Поттер станет участником Турнира.