А ты умеешь любить?

      Первым делом Эррор быстро осмотрел ребёнка и заметил: он похож на самого Эррора.       —Где Инк? — задал вопрос Глючный, после которого Градиент напрягся, сжав игрушку у себя в руках.       —Зачем он вам? — так-же Ошибкин заметил что на вид ребёнку года три-четыре, из-за чего Глюк думал что у Инка уже есть кто-то, с кем он совокупился и теперь любит его, забыв про Дестроя и желал уйти, но он всё же хочет увидеть Ки-ки.       —Мне просто он нужен. Просто скажи, малой. — Град промолчал и после полуминутной тишины всё же ответил гостю.       —Он спит. Он слишком устал за ночь. — в душе разрушителя появился неприятный осадок, но всё же он грустно усмехнулся.       —Воу, и с кем же он веселился ночью? — малыш опустил взгляд, крепко обнимая мишку.       —С бумагами. Он за неделю только сейчас лёг спать. — Ошибка удивился. Он думал что его возлюбленный с кем-то кувыркался в постели. Но вдруг из комнаты послышались шаги, приближающиеся к двери из комнаты. Эррор вздохнул поглубже, сдерживая б что-бы не уйти прочь на ногах которые еле его держат.       И вот, дверная ручка поворачивается и в дверном проёме показывается Инк. Уставший, с большими мешками под глазами, потрепанный и сонный. Потирая глаза, он пробубнил.       —Гради, с кем ты говоришь? — Малыш повернулся к своей маме, а Художник только щас открыл глаза и увидев Эррора замер, а к глазам подступили слезы.       —Спустя пять лет ты так и не изменился, чернильница. — Пожал голос Ошибкин, а потом шагнул за порог и раздвинул руки по сторонам. — Можешь ударить меня, можешь вытолкнуть обратно в подъезд, я думаю что я заслужил. — но вместо этого Ки-ки быстрым шагом подошёл к Дестрою и крепко его обнял, начиная тихо всхлипывать.       —Т-ты жив! Я скучал по тебе! Где ты был? — он снова же всхлипнул, а ошибка обнял того в ответ, поглаживая по голове, лишь бы он успокоился.       —Я думал ты забыл меня, хах. Я не хотел надолго уходить, но так нужно было. Прости меня за измену, я не знаю что нашло на меня, я просто хотел передать тебе свою куртку и шарф пока я уезжаю на месяц, а потом он просто поцеловал меня, и.. — но его перебил Инкубатор, подняв голову и поцеловав его. Ошибка ответил на поцелуй, прижав к себе художника, а тот лишь приоткрыв рот, впустил языки ошибки к себе.       Градиент к тому времени уже ушёл в комнату, лишь бы не смотреть. Вскоре языки исследовали весь рот Ки-ки и Ру-ру отстранился, вздыхая недостающий воздух.       —Просто не напоминай. Я простил тебя. Просто давай забудем? — и только сейчас взгляд опустился к коленям Ошибки. — О боже! Что с твоими ногами? Пойдём на кухню! — выпутавшись из прижиманий Эррора, Инк схватил его за руку и потащил на кухню, а после усадил на стул и достав аптечку, сел у Глюка в ногах и начал обрабатывать раны на коленях, в то время как Дестрой отвернул голову, смущаясь и румянясь от своих грязных мыслишек, которые всплыли у него в голове. — О чем же думает наш Оши?~ — пролепетал Ки-ки, видя как его возлюбленный краснеет сильнее.       —Н-не важно, просто закончи это п-поскорее. — Инки лишь ухмыльнулся, обработав и перематывая рану, а потом полушепотом, со странной ухмылкой, произнес:       —Я с тобой как будто в порно фильме снимаюсь. — От этого Эррор чуть ли не загорел от смущения, а не такой уж и невинный Художник звонко засмеялся, наконец перемотав ноги бинтами. Но потом Ошибка спросил:       —Кстати а чей это малой? И от кого? — посмотрев на Художника, тот лишь опустил голову и тихо сказал:       —От тебя... — Глюк ухмыльнулся, поднял и посадил Творца к себе на колени, от чего тот смутился.       —А я тебя люблю~— Полушепотом произнес Эррор, уткнувшись ему в плече, бывшая мать одиночка лишь нежно улыбнулся и так-же полушепотом сказал:       —И я тебя тоже люблю. Только прошу, не уходи от меня больше...