Тайна двоих

Танджиро ходил за Томиокой по пятам. Да, так и есть. Он следовал за Гию, даже тогда, когда тот просто шёл посмотреть на дерево. Такое поведение мальчишки начало раздражать столпа воды и ему хотелось закатить глаза, но нельзя ведь портить свою репутацию вечно серьёзного убийцы демонов. Танджиро всё устраивало, и казалось, что он не замечает тёмную ауру, которая нависает над Гию. Поэтому он, как верный щенок с наивными глазами, ходил за Томиокой и постоянно о чём-то восторженно говорил. В основном это было: «Томиока-сан, вы великолепны!» «Научите меня этому!» «Как вы это сделали?» «Томиока-сан!». Резкое изменение в характере произошло после того письма, когда Гию решил взять ответственность за брата и сестру Камадо. Тогда и появилась фанатка в лице Танджиро, который, казалось, готов пищать, когда Томиока смотрел на него. Столпы, которые наблюдали за столь милой и странной картиной, посмеивались. Редко увидишь вечно спокойного и гордого Томиоку раздражённым и счастливым(?). Именно. Счастливым. Жизнь Гию была заполнена однотонной тьмой и состояла из убийств демонов, но однажды в его мир влез Танджиро, который заполнил сердце водяного столпа светом. Ему казалось, что в этом мире нет места для улыбок и добра, но рядом с Камадо всё вокруг начало приобретать краски, и хотелось защищать его от всех бед, но он понимал, что вечно с этим несносным мальчишкой он не может быть, поэтому его нужно обучать столько, насколько возможно. Ему хотелось улыбаться, но силой воли ему получалось подавлять улыбку и нежность, которой хотелось одарить убийцу демонов. Гию не понимал такой привязанности к себе. Да, он защитил его пару раз, но больше же ведь Томиока ничего не сделал. И если бы он только знал, как сильно он ошибается. Для Танджиро Томиока был светом. После потери близких хотелось кричать, молить о помощи каждого и в последнюю очередь он верил в свои силы. Но Гию своим методом смог достучаться до сердца, наполненного отчаянием, и дал возможность поверить в свои силы. Тогда мир Камадо стал намного ярче прежнего, и ценность жизни для него приобрела другую окраску. Он не боялся выражать свои чувства в сторону Томиоки и поэтому давал себе вольность обнимать его и прижиматься к его груди, пряча румянец на щеках. Водяной столп в первое время удивлялся таким порывам, но потом привык и иногда обнимал в ответ под визги умиления столпа любви. Они были светом друг для друга, и жизнь без одного казалась страшной тьмой для другого. И оба поклялись себе жить ради другого. Они не кричали столь громкие слова, как: «Я готов умереть за тебя!». В голове у них было лишь: «я буду жить ради тебя». - Томиока-сан! Подождите! Томиока-сан!- кричал мальчишка, пытаясь догнать недовольного Гию, который пытался спрятаться от него, чтобы побыть в тишине и спокойствии. Но они оба понимали, что это дурачество - лишь маски, которые они носят. Преследование Танджиро это лишь слова: «я всегда буду с тобой». А побег Томиоки это: «я знаю». Никому не суждено понять их мысли, и все считают их двумя чудаками. Поэтому эти слова и действия понятны только им. Только Томиоке и Танджиро. Иногда тишина может сказать больше, чем громкие слова. Они не клянутся друг другу быть рядом, а демонстрируют всё своими действиями, взглядами и дурачеством. Ведь чем громче ты кричишь слова о том, что ты будешь рядом, тем меньшую ценность они имеют и чаще всего несут за собой посыл выделится из толпы. Им это было не нужно.