Соперники

Сегодня последний день семестра. Прошло уже около трех месяцев, как мы живем с Джи. Думаем о том, куда рванем в каникулы, но пока еще ничего не решили. Всю гребанную ночь хлестал сильный дождь. Мы привыкли спать с балконами нараспашку, поэтому в квартире было довольно холодно. Я даже несколько раз просыпался, но проиграв неравный бой со своей ленью, я так и не встал,чтобы закрыть балконы или надеть что – нибудь теплое, лишь крепче обнимал Джи, надеясь согреться. Сейчас уже утро. Странно, но мне очень тепло и... Тяжело? Я открываю глаза и вижу, что Джи полностью лежит на мне... Именно не рядом со мной, он не просто положил голову мне на плечо, он залез на меня! И уткнувшись мне в шею, тихо посапывал. Не я один хотел согреться! Я посмотрел на часы, мы просто невъебически опаздывали в институт, да и я просто ужасно хочу есть, так что мне все таки придется разбудить эту милашку. – Детка? – я нежно провел рукой по его волосам. В ответ он недовольно простонал и сильнее уткнулся мне в шею. – Детка? – Фрэнк Энтони Томас Ацетон младший! – заплетающимся языком протороторил Джерард. – Ацетон?! – я охуел, как бы ни каверкали раньше, мою фамилию, но чтобы так! – Бляя, – хохотнул Джи, – я хотел сказать... Короче не мешай спать. – Я хочу есть. – Я с тебя не слезу. Ты меня греешь. – Я очень хочу есть! – Фрэнки, в холодильнике все равно пусто! – Ну, Джи, – заскулил я. – Так все, ты заебал ныть! Хочешь есть? Сейчас ты у меня поешь! – Джи вскочил с меня и выбежал из комнаты. Через секунду он вернулся с баллончиком взбитых сливок... О, черт... – Кушать подано! – заорал Джи. Он запрыгнул на меня и нажал на «курок». Пиздец... Все мое лицо в ебаных сливках. – Ты понимаешь, что только что совершил фатальную ошибку? – я четко выговорил каждое слово. Битва началась! Мы перекатываясь по кровати, стараясь выхватить друг у друга баллончик, мы пинались, кусались, щипались, выдавливая сливки друг другу на лицо, грудь, живот, руки... Когда «оружие» оказывалось у меня, я пытался, как можно больше измазать Джерарда, как и он меня. Вскоре всю нашу кровать, да и нас самих покрывал толстый слой сливок. Красноголовка, снова оказался сверху, но я быстро перехватил его руки и перевернулся, подминая его под себя. Комнату заполнило наше тяжелое дыхание. Мы смотрели друг другу в глаза, пытаясь отдышаться. А потом, Джи залился хохотом. Обожаю, когда он смеется. Я не могу удержаться и тоже начинаю смеяться как идиот. – Ну что, ты наелся? – улыбнулся Джи. – Пока нет, – я наклонился и поцеловал его. Его язычок проник мне в рот. Я чувствовал сладкий вкус сливок. Джи посасывал мой язык, ласкал небо, а потом нежно прикусил за нижнюю губу. Он обнял ногами мою талию, а руками поглаживал мои плечи и спину. Все наши тела были клейкие и липкие. Но я был совсем не против прилипнуть к Джи. – В душ, – прошептал Джерард, немного отстраняясь. Немного пошалив в душе, мы все таки были обязаны появиться на последней паре по психологии. Брокколи поставил нам отлично уже за то, что я перекрасился в красный. Хоть я уже и вернул свой цвет, те два месяца произвели на него сильное впечатление. Роззи начала встречаться с Рэем, теперь он почти каждый день встречал ее из института, а все пары она проводила, стуча по клавиатуре своего телефона, и мечтательно улыбалась. Брокколи отпустил нас на полчаса раньше и все студенты, словно муравьи, начали разбегаться кто куда. Мы шли по двору института. – Фрэнки, если я попрошу тебя кое о чем, ты сделаешь это? – Конечно, детка, – не сомневаясь, ответил я. Джи остановился и полностью развернулся ко мне. – Поцелуй меня, прямо здесь и прямо сейчас. У меня отвисла челюсть. Неужели ему не страшно? Не страшно в один миг потерять все? Мы живем в обществе ограниченных людей, поэтому признаться в своей сексуальной ориентации, увы, значит потерять репутацию, уважение и нескольких друзей. Джерард такой смелый, не то что я. Пусть я и трус, но рядом со мной стоит смелый человек, которому не стыдно быть тем, кем он является и... Я люблю его. А это значит, что рядом с ним я никогда не буду бояться мнения окружающих или стыдиться себя. Я поцеловал Джи, крепко обнимая. Похоже, он был удивлен, что я сделал это, да я и сам от себя такого не ожидал! Время остановилось. Есть только я, Джи, наша любовь и страсть, ну и еще пару тройку десятков охуевших студентов и преподавателей, лицезреющих нас. – Похоже, я придумал, куда мы поедем на каникулы, – прошептал я. – Куда? – Для начала другой вопрос, ты выйдешь за меня? Блять, Фрэнк, неужели ты, наконец, это сказал! Я думал о женитьбе, но я, мне кажется, никогда бы не осмелился спросить Джерарда об этом. А сейчас после этого поцелуя, все страхи и неуверенность как будто испарились. Тем более если он скажет нет, я всегда могу прыгнуть с крыши.... – О, Боже, Фрэнки! Да! – У Джи расширились зрачки до такой степени, что зеленую окантовку глаз почти не было видно. Он широко улыбался, часто моргал, а слова у него никак не могли сложиться в целое предложение. Я чувственно поцеловал его, слегка приподнимая над землей. – Мы едем в Вегас, детка! Я опустил Джи и собственически прижал к себе за талию, Джерард положил свою руку мне в задний карман джинс. Так мы и вышли из двора института. Мне стоит напоминать насколько сильно дергались глаза у всех тех, кто остался во дворе?