Глава 5. Танец Пламенной Женщины
21 июня 2015 г., 20:10
Она танцевала в небесах, словно ангел. Волосы ее были подобны золотому дождю. Глаза, красивые и золотистые, излучали свет и тепло. Ее запах опьянял младенца, колыбель которого раскачивалась из стороны в сторону под действием теплого ветерка. Белокурый красивый мальчик сучил ручками в воздухе, пытаясь ухватиться за невидимую нить, соединявшую его с загадочной танцовщицей. А та все манила в кружево золотых мотыльков, крылья которых играли всеми цветами радуги в лучах полуденного солнца. Пламенная женщина наклонилась поближе к колыбели, вдохнула больше воздуха в грудь и запела:
- «Ты мой милый ангелочек, Принеси-ка свет во тьму! Принеси добра кусочек Да не поддавайся злу. Если ж впустишь в душу гнев, То она погрязнет в страхе. И останется навек Мир в кромешном мраке».
Женщина замолчала, но песня ее еще долго стояла в ушах младенца. Сладость ее голоса пленила мальчика навеки. Он улыбнулся и тихонько засмеялся, чувствуя, как душу наполняют тепло, любовь и доброта. В Аду время тянулась так долго, а ему еще только предстояло все познать и попробовать. Королева суккубов склонилась над младенцем и дотронулась губами до его маленького лобика, запечатлев поцелуй, а затем растаяла словно мираж.***
Этот виденье-сон снился ему постоянно на протяжении девяноста девяти лет. Асмодей повернулся на другой бок и тяжело вздохнул. Какая-то неистовая тоска пожирала его изнутри, будто бы потерял он нечто важное. Но Асмодей не помнил, как бы не старался. Его первым разумным воспоминанием было удрученное лицо Леонарда, его старшего брата. Он то и заменял ему на протяжении всех его этапов взросления отца и мать. Ахерона мальчик видел редко; последний всегда от него отмахивался и запирался в своей библиотеке, но стоило появиться Леонарду, как он словно расцветал. Демоненку было интересно, кто же его мать и отец, если его воспитывает брат, на что Лео устало отмахивался, объясняя это тем, что в день своего совершеннолетия Дей все узнает. Прогуливая занятия по небесной магии, он пробирался в уютный сквер, где, возле большого фонтана, сидел мрачный, но красивый мужчина. И сколько не пытался малец разговорить его, тот не проронил не слова, а лишь смотрел на него с огромной тоской и печалью. Единожды он протянул руку мальчику и хотел было что-то сказать, но потом, будто опомнившись, отвернулся и торопливо скрылся во дворце. Этой ночью Дей ворочался и никак не мог уснуть. То и дело он просыпался и смотрел в прохладную тьму. Приближался день его совершеннолетия, и он с нетерпением ждал этого дня. У него была мечта: спуститься в мир людей. Впервые он рассмотрел его в большом хрустальном шаре Ахерона в библиотеке, но этого хватило, чтобы покорить маленького мальчика навсегда. - Завтра день большой охоты… - прошептал он в пустоту. – Только бы с адской лошади не упасть. Не хватало мне еще позора на весь Тартар, - и сон накрыл его.***
Звук охотничьего рога пронесся по дворцу. Асмодей резко подскочил, но, не удержав равновесие, упал с кровати и приземлился на пятую точку. - Ну, с добрым утром тебя, - сказал он всклоченному отражению в зеркале. - Деус, - грозный голос его старшего брата, прозвучавший перед дверью в его комнату, не сулил ничего хорошего. – Все ждут только тебя, черт подери! Дверь в его комнату распахнулась, слетая с петель, и вошел изрядно разгневанный братец. - Когда ты уже, наконец, повзрослеешь! Я не могу постоянно выгораживать тебя перед старейшинами, они вообще против проведения твоей церемонии взросления, понимаешь?! Я хочу сказать… - тут он прервал свою речь на полуслове. Его братец валялся на полу, скрючившись от хохота. - Тебе смешно?! - Прости-прости, но ты бы себя видел: эдакая большая сова в разноцветной одежке, рассказывающая о правилах этикета… - Заткнись! – Леонард сгреб его в охапку и понес к выходу.***
Лошади скакали рысцой вдоль леса по каменистой тропке. Налитые кровью глаза скакунов неотрывно сверлили лесную чащу. Лошади нервничали и из ноздрей выдыхали серый дым. -Вельзевул… - обратился Леонард к дряблому, едва сохранявшему прямое положение в седле, старцу. – Не объяснишь ли ты, что это за ритуал нашему юному другу, Асмодею, а то, боюсь, все твои наставления он проспал. - Разумеется, молодому господину не помешало бы научиться концентрации и вниманию у вас, молодой Владыка, однако, он напрочь отказывался посещать мои интересные лекции, видимо, считая их нудными и бесполезными. Ну что ж, Асмодей, сегодняшняя королевская охота весьма необычна. На этом ритуале мы узнаем, какой силой ты обладаешь. - Хм, именно для этого мы отправляемся в проклятый лес, я знаю, - перебил Дей. – Но, старик, я часто бывал там со своим братом, и монстры там не особенно сильные. Думаю, мне и ребятам там делать нечего. - Ты кое-что забываешь, мой мальчик. Там с тобой был брат, да и в глубь леса ты не пробирался, я прав? Так что сегодняшний поход в лес воспринимай, как экзамен на пригодность. Если не пробудишь в себе силу, не сможешь стать столетним демоном. - Тогда, выходит, Ахерон слабак? – мальчишка посмотрел на брата. – У него ведь нет никаких особенных способностей, так? Старик ухмыльнулся: - Видишь ли, Ахерон – самородок. Он голыми руками может расправится с любым демоном. Его сила – управление абсолютным знанием, что делает его куда более опасным, чем Леонард. Однако, есть в его способностях и существенный недостаток. Количество противника для него губительно, поэтому, как Владыка Преисподней, он ни на что не годен. - А вдруг я тоже ботаник-самородок? -Ты и сам знаешь ответ на свой вопрос, глупый братец! – рассмеялся Лео. – Так-с, ребятки! – его голос громовым рыком пронесся по колонне всадников. Вам необходимо убить Одноглазого Каракаджала и принести его спинной рог. Путешествие крайне опасно, подумайте еще раз, уверенны ли вы в своем выборе. Не все вернуться домой, кто-то погибнет, и, пока еще есть время, вы можете отказаться. Три лошади с вейлами-всадниками отделились от шеренги, затем восемь орков и два паучьих демона. - Вы должны помнить для чего вы это делаете и оставаться сильными до конца, иначе лес вас сожрет, помните мои наставления до конца! Удачи!***
Крики и тьма, запах дыма и крови обволакивали лес. Мальчишка бежал сломя голову, его сердечный ритм то и дело сбивался, каким же слабаком он был! Каким глупцом! Нужно было слушать Вельзевула на лекциях. Одна ошибка стоила жизни половине его товарищей, тварь, которую он принял за Каракаджала оказалась Лубеном - монстром, поедающим мертвечину, но не брезгующим и живой плотью. Рана на бедре от когтей демона сильно кровоточила, яд потихоньку проникал все глубже, путая мысли. Зрение стало каким-то мутным, а дыхание хриплым и слабым – мальчишка терял сознание. - Мама, помоги мне… Он и сам удивился, почему в последний момент прошептал подобную фразу. Его матери нет в живых, так почему же… Почему же так отчаянно хочется… Он рухнул на колени, зацепившись за корни деревьев. Не хватало сил даже переставить ноги, ему хотелось заснуть, и наплевать, что больше не проснется, просто уйти от боли, забыться в сладкой дреме и будь, что будет. В сознании мелькнула золотая вспышка, затем еще. Помутневший рассудок на секунду прояснился и в него, словно в пустой сосуд, стали вливаться воспоминания. Боль его семьи переполняла и его самого. Вот кругом тьма и лишь песня, песня золотой женщины доносится откуда-то издалека, вот яркое солнце и отчаянный крик мужчины, лицо, такое знакомое, красивая женщина с мечтательной улыбкой на лице… Спит? Нет, четкое осознание смерти, и громкий плач, его громкий плач. Удивленное лицо Леонарда, Ахерон, скорчившийся в немом плаче, мужчина возле фонтана - отец, его глаза наполнены ненавистью и одновременно виной. По жилам Асмодея будто текла лава. Свет наполнял его изнутри, боль разливалась по всему телу. Секунда, и он снова лежит посреди леса, но что-то изменилось. Он слышит тяжелые шаги зверя, чувствует его зловонный запах, его смрадное дыхание. Боль усилилась, но теперь ее пламя вошло в его голову, и будто плавило изнутри. Каждая клеточка его организма наполнялась странной энергией, впервые он ее ощущал. Некая разрушающая сила проникала в сердце, а чувства постепенно затухали, он осознавал, что сам превращался в монстра. Сознание уступило место звериным инстинктам. Огромная пасть монстра раскрылась над телом юноши, желая его поглотить. Зубы сомкнулись там, где лежало неподвижное тело Дея, но он, окутанный таинственной черной дымкой, будто испарился и в мгновение ока оказался позади демона. Парень выставил перед собой руку, окутанную аурой смерти, и прошептал проклятие. Из земли, словно тентакула, прорываясь на волю, выползали огромные фиолетовые тентакли, с которых капал желтый яд. Они оборачивались вокруг монстра, прожигая ему кожу ядовитым соком. Дей улыбался, ему впервые было так весело и так спокойно, теперь ему было наплевать на всех. Он чувствовал силу и знал правду, знал о сильной стороне себя. - Ну что, звереныш? Теперь ты не кажешься мне таким уж опасным. Всего лишь жалкий отброс на моем пути. Пора с тобой заканчивать. Асмодей подался вперед, выпуская из своей руки щупальце, и ринулся прямо на монстра. Последний рев пронесся по лесу, и все погрузилось в тишину.
