How do you want me?

Вейверли сидела в кабинете в «Шорти» и разбирала почту, когда дверь тихонько открылась. Она подняла глаза и остолбенела: сначала в комнату протиснулся огромный букет белых роз, а потом улыбающаяся Николь. — Ники?! Она вскочила и с визгом запрыгнула на Хот. — Тише, малышка! Ты меня так сломаешь! — Ох, Ник! — Эрп покрывала поцелуями её лицо, не давая опомниться. Николь наконец умудрилась бросить букет на диван и усадила девушку на стол. — Когда ты приехала? — спросила Вейверли, притягивая её к себе плотнее. — Сегодня утром. — Почему не предупредила?! — Хотела сделать сюрприз. — Тебе удалось, — она снова прижалась к её губам. — Надолго? Николь победно улыбнулась: — Насовсем! Я всё сдала! — О, да! Я знала, что ты справишься, детка! — Всё ради тебя! Вейверли выглянула из-за спины Хот и посмотрела на диван: — Полагаю, это мне? — кивнула она в сторону букета — А? — Николь обернулась. — Ага. Мы вроде как решили действовать как нормальные люди… А это вроде как принято. Она улыбнулась, и Вейверли рассмеялась. — Вроде как, да. Спасибо. Только он занимает моё место. — В каком смысле? — удивилась Хот. — В том смысле, — девушка прижалась к её уху, — что на этом диване сейчас должна лежать я. Под тобой. — Ааа, — протянула Николь, — точно. Только нет. — Что??? — Мы едем на пикник. — Ник! Рехнулась?! У меня на тебя совсем другие планы! — Знаю, и они мне очень-очень интересны. Но я так долго настраивала себя на то, чтобы не взять тебя в первые две минуты после встречи, что ты не испортишь этот настрой, Вейверли Эрп. Мы все ещё не торопимся, поэтому едем на свидание. Вейверли разочарованно застонала. — Что за подстава, Хот…

***

На этот раз Николь основательно подготовилась: она была на машине, с целой корзиной припасов и парой пледов. Вейверли заглянула в корзину и обнаружила там бутылку вина и безалкогольное пиво. — Ух ты, Ник. Я за рулём или ты решила спаивать несовершеннолетнюю? — Решила спаивать. — Я и без вина на всё готова. — Малышка, ну что ты в самом деле?! Я же стараюсь! — возмутилась Николь. — Не перестарайся только, — задумчиво протянула Эрп. — Слушай, у меня никогда этого не было, ты же знаешь… Мы с Вайноной… Наш роман начался так рано и закономерно, что у нас такого не было… А потом… Ну в общем не было никакого «потом»… Так что для меня всё это — совершенно неизведанная территория… — Да, я уже поняла, что ты не умеешь ухаживать за девушками, Ник, — Вейверли усмехнулась. — Ну я знаю теорию, Вейвс! Будь снисходительнее! — Николь притянула её к себе. — Тебе не нравится всё это? — Очень нравится, милая, — Эрп искренне улыбнулась. — Просто ты слишком активно за это взялась. — Да? — Хот удивилась. — И что я сделала не так? — Скажем так: если ты собралась за мной ухаживать, то нужно было немного навести справки. — О чём это ты? — Николь озадаченно нахмурилась. — Во-первых, не люблю розы, — девушка мягко улыбнулась. — А во-вторых, не люблю белое вино. — Оу, чёрт, — Хот растерянно приподняла брови. — Не думала, что всё будет так сложно… — Всегда сложно, — рассмеялась Вейверли, — так что подумай всё же: может перейдем сразу к постели. — Чёрта с два, Вейверли Эрп! Я не сдамся! К тому же ты не справедлива ко мне! — она открыла багажник. — Я гораздо сообразительнее, чем ты думаешь. Вейверли заглянула в багажник и охнула: там мирно лежали бутылок десять вина. Красное, розовое, белое, сухое, полусухое, во всех возможных сочетаниях, и даже три варианта игристого. — Ни хера себе, — пробормотала Эрп. — Выбирай! — Эээ, — Вейверли растерянно ткнула пальцем в одну из бутылок. — Ты, блять, подготовилась… — Именно, — Хот быстро заменила бутылку в корзине. — Я знаю, к чему ты ведешь, Вейвс. Пытаешься убедить меня в том, что моя идея не торопиться была неудачной, и рассчитываешь затащить меня в постель. Но ни хрена-то у тебя не выйдет. Пикник состоится, хочешь ты того или нет! — Ого, Хот! Как категорично, — Вейверли прищурилась и сложила руки на груди. — Ладно, с вином ты всё продумала. Но что-то я не вижу здесь кучи разных букетов! — Вейвс! Ты серьёзно?! Для всех возможных вариантов места в машине не хватит! К тому же, все девушки любят розы! — Ни черта подобного, Хот! И ты могла бы просто узнать, какие цветы мне нравятся! — Это как же интересно?! Ты выкладываешь фотки с ними в соцсети с подписью: «Дарите только эти!»??? — Николь слегка разозлилась. — Можно было спросить у кого-нибудь… — Точняк! «Вайнона, а какие цветы нравятся твоей сестре! А то хочу трахнуть её с долгой прелюдией, и не знаю, с чего начать!» Вейверли тоже завелась и скептически хмыкнула: — Так спросила бы у Чемпа! Он в курсе! — Что?! Хот резко схватила её за руку и с силой впечатала в дверь машины так, что девушка вскрикнула от боли. — Ещё раз услышу от тебя что-то подобное, — прошипела Николь ей в ухо, — пожалеешь, что вообще со мной связалась! — Охх, чёрт! — Вейверли схватила её за воротник куртки и резко притянула к себе, впиваясь в губы. Николь зарычала и прижалась к ней всем телом, грубо углубляя поцелуй. — Продолжай в том же духе, Хот, — возбуждённо пробормотала Вейверли, — и никакого пикника точно не будет! — Неужели? Почему же это? — Николь всё сильнее вжимала девушку в холодный металл и судорожно водила руками по её бёдрам. — Да потому что ты трахнешь меня прямо на этой парковке… — Чёртова девчонка! — Хот резко сделала шаг назад, сжимая кулаки. — Садись в машину! Вейверли довольно ухмыльнулась и села на пассажирское сиденье. Николь ещё пару минут постояла рядом, пытаясь успокоиться, и тоже забралась в салон. — Не выводи меня из себя, Вейверли. Это может плохо кончиться, — холодно сказала она. Эрп прикусила губу и внимательно посмотрела на напряжённое лицо Николь. — А ты чертовски ревнива, Хот. Никогда бы не подумала. Хот недовольно поморщилась: — Только блять с тобой, — и завела машину.

***

Вейверли сидела на пледе, не спеша потягивая вино и глядя на панораму раскинувшегося под ними ночного города, а Хот с ухмылкой наблюдала за ней, лёжа рядом и опираясь на локоть. Она привезла её ровно на то же место, что и в последний раз, рассчитывая реабилитироваться. — Ты прожжёшь во мне дыру, — с усмешкой заявила Вейверли. — Тебе же это нравится, — с той же интонацией ответила Николь. Эрп повернулась к ней, отставляя бокал в сторону: — Нравится, да, — она наклонилась к Хот, быстро поцеловала её в губы и сразу отстранилась. Николь лишь улыбнулась уголком рта. — Опять рассчитываешь поиграть со мной, малышка? — И в мыслях не было, — Вейверли придвинулась ближе, и следующий поцелуй вышел куда дольше. Она склонилась над Хот, закрывая её лицо каскадом распущенных волос, аккуратно прикусила сначала её нижнюю губу, потом верхнюю, и медленно провела по ним языком. Николь едва слышно застонала, отвечая на поцелуй, и Эрп уже чуть увереннее прижалась к её губам. Пальцы девушки несмело прошлись по щеке, перемещаясь на затылок и зарываясь в рыжие волосы. Все прикосновения Вейверли были настолько осторожными, настолько робкими и нерешительными, и оттого столь манящими и притягательными, что Хот совсем потеряла голову от желания: — Боже, Вейвс, — выдохнула Николь, обнимая её за талию, — иди ко мне. Эрп легла рядом, продолжая целовать девушку. Рука Николь пробралась ей на спину, притягивая к себе за поясницу, спустилась ниже, пройдясь по ягодицам, скользнула по бедру и потянула Вейверли под колено на себя. Через мгновение Эрп уже сидела на ней верхом, упираясь ладонями в плед, и страстно целовала шею и ключицы, всё сильнее сбивая и собственное дыхание, и дыхание Хот. — Моя малышка, — Николь поднялась, села удобнее, и сжала ягодицы девушки, прижимая её плотнее. Руки Эрп тут же вцепились в её волосы, с силой притягивая за очередным поцелуем. Николь уже громче застонала, почувствовав, как Вейверли снова принимается за сладкую пытку своими невероятными поцелуями, и качнула бёдра девушки себе навстречу. Эрп подалась вперед, подчиняясь этому движению, и ощутила как упирается в массивную металлическую пряжку на ремне Хот. Язык Николь настойчиво скользнул между её губами, а руки снова дёрнули на себя. Вейверли застонала, не выдерживая её напора, и ускорилась, подгоняемая движениями Хот. Через пару минут она с протяжным стоном запрокинула голову и прижала лицо Николь к груди: острое желание сводило тело невыносимо приятной судорогой. Хот, одной рукой продолжая помогать ей двигаться на себе, второй уже забралась под свитер и ласкала напряжённую грудь, спрятанную за кружевным бюстгальтером. Вейверли уже было решительно мало этого, ей жутко хотелось продолжения, хотелось сорвать с себя всю одежду, почувствовать губы Николь на обнажённой коже, задыхаться под движениями её ловких пальцев. Это уже было жизненно необходимо, и одна мысль, что Хот снова отступит, бросала её в леденящий ужас. — Это так мы не торопимся, Ник? — срывающимся голосом выдохнула она. — Разве торопимся? — шёпот Николь был хриплым, и по спине Вейверли понеслись мурашки. — Думаешь, это удачное место для экспериментов? — с трудом сдерживаясь, чтобы не наброситься на неё, спросила Эрп. — Думаю, идеальное, — кивнула Хот. — Тогда может мы продвинемся чуть дальше? Сексуальный горячий шепот прямо в ухо заставил Николь клацнуть зубами от возбуждения и окончательно попрощаться со всем рациональным, что ещё мельтешило тусклыми отблесками где-то на краешке сознания. Она стремительно перевернула Вейверли на спину, задрала её свитер и принялась целовать грудь, чуть прикусывая мягкую кожу. — Ох, Ник, — застонала девушка, забираясь руками под её куртку и судорожно цепляя ткань тонкой майки. — Если ты опять остановишься, я тебя убью. Николь расстегнула на ней бюстгальтер и подняла его, наконец-то обнажая грудь. — Всё будет хорошо, малышка, — пробормотала она, со стоном лаская её языком. — То есть мы официально забили на «не торопимся»? — Вейверли решила всё же уточнить, чтобы не сойти с ума от очередного разочарования. — Нет, не забили, — Хот сжала её грудь обеими руками, ни на мгновение не выпуская изо рта дразнящий напряженный сосок девушки. — Просто я долго размышляла и пришла к выводу, что кое-что всё-таки могу себе позволить. — Серьёзно? — Вейверли подняла на неё затуманенный взгляд, силясь сообразить о чём речь. — Ага, — Николь с трудом оторвалась от груди, оставив на ней непроизвольно сжимающиеся пальцы, и принялась покрывать поцелуями нежную кожу, медленно спускаясь всё ниже. — И что же это за «кое-что»? — Увидишь. — То есть это «кое-что» нам можно делать? Уверена, что есть разница? — Вейверли и сама не понимала за каким чёртом задает столько тупых вопросов. Она внезапно начала сильно нервничать, и её куда-то понесло. Видимо столь долгое ожидание, невероятное возбуждение и неожиданная настойчивость Хот слились в один нервный узел, и она запаниковала. — Малышка моя… — Николь целовала её живот, подбираясь к поясу джинсов. — Пожалуйста… Я столько времени убеждала себя в том, что это делать можно… Не разубеждай меня… — Хорошо. Только… — Вейверли! — Хот подняла голову, сверкнув глазами. — Ты не хочешь?! Эрп сглотнула, борясь с нервозностью и пытаясь сосредоточиться исключительно на действиях девушки, так страстно прижимающей её сейчас к прохладной земле. — Конечно хочу. Просто… — Что? — нахмурилась Николь. В темноте это не было заметно, но Вейверли густо покраснела. — Просто мне немного страшно… Хот изумлённо подняла брови: — С каких пор? То ты почти запрыгиваешь на меня, то теперь… — Знаю, знаю, Ник, — перебила Вейверли. — Сама не пойму… Просто нервы… Хот прислушалась к своим ощущениям и неуверенно спросила: — Мне остановиться? — О Боже, нет! Не вздумай! Я разберусь со своими страхами, — Эрп перепугалась ещё сильнее. — Уверена? — Абсолютно! — Вейверли потянула её голову к себе. — Не останавливайся… Николь медленно расстегнула ширинку её джинсов и потянула их вниз. Вейверли непроизвольно вздрогнула, и Хот замерла. — Малышка… — Да? — Доверься мне, детка, — Николь чувствовала, что балансирует на точке невозврата, и уже предпочла бы уговорить девушку, чем остановиться. — Всё будет хорошо, обещаю. Она бормотала что-то ещё, глядя Вейверли в глаза и уже просто отвлекая её от процесса, и тянула джинсы всё ниже. Эрп откровенно тонула в её возбужденном взгляде, продолжая отчаянно нервничать, и была не в силах произнести и слово. — Да, моя маленькая, — шептала Хот, отбрасывая джинсы и покрывая поцелуями бёдра девушки. — Я так хочу тебя, малышка. Губы Николь быстрыми короткими прикосновениями вжимались в чувствительную кожу, опускаясь до коленей девушки и снова поднимаясь, и всё ближе подбираясь к центру, руки чуть разводили дрожащие ноги, непрерывно поглаживая и всё настойчивее сжимая. Вейверли старалась дышать как можно глубже: паника смешалась с возбуждением, сердце было готово вырваться из груди, и её начало потряхивать. — Ники, — прошептала она. — Погоди. — Малышка, ну что такое? — Хот поднялась к ней, быстро сбросила с себя куртку и легла на девушку, прижимая её к пледу всем весом. — Ты же так хотела… — Я и хочу, Ник! Очень хочу… Я не знаю… Меня трясет… — Ну же, Вейвс… — она приподняла её лицо за подбородок. — Посмотри на меня. Вейверли подняла голову, вглядываясь в Николь: взгляд Хот был почти безумным, в карих глазах словно плясали яростные искорки, она явно едва сдерживалась. — Ник… — Малышка, я так тебя хочу… Пожалуйста… Не могу больше… Просто расслабься и доверься мне. Я тебе обещаю, слышишь? Всё будет хорошо. Очень-очень хорошо… — горячо зашептала Николь, наклоняясь и жадно целуя её. — Так хорошо, девочка моя… Вейверли закрыла глаза, не в силах сопротивляться сводящему с ума требовательному шёпоту, и постаралась расслабиться. «Да какого чёрта?! Что со мной?! Я же хочу её до безумия! И раньше никогда так не нервничала! Тем более сейчас всё так… Цветы, вино, звезды… Блять!» — Блять! — выдохнула она. — Что такое? — Хот подняла голову, отрываясь от неё, и слегка нахмурилась. — Да это всё твоя долбаная романтика!!! Вот же тебе приспичило!!! А я теперь вся как на иголках!!! Николь недоумённо моргнула и вдруг расхохоталась: — Серьёзно?! Да у вас это, походу, семейная черта! Нелюбовь к романтике и страсть к жёсткому сексу! — Что?! — Вейверли задохнулась от возмущения. — Ах ты! Она попробовала вывернуться из-под Хот, но та резко прижала её руки к пледу: — Всё, Вейверли, ты меня довела! Мне уже плевать на твои сомнения! Она быстро подняла руки девушки, заводя ей за голову, перехватила их одной рукой, а второй быстро потянула вниз её трусики. — Хот! Ты… — Тихо! Разрешаю меня убить, если тебе не понравится! Трусики полетели в траву, Николь уверенно раздвинула её ноги, снова опустила руки, плотно прижимая их вдоль тела Эрп, и двинулась вниз, скользя языком по животу. — Ты охренела?! — взвыла Вейверли и резко вскрикнула, почувствовав, как язык Николь проникает в неё. — Хот! — она дёрнулась и выгнулась навстречу движениям Николь. — Чёрт! — Тсс, — Хот быстро водила языком по клитору, как-то умудряясь говорить в процессе. — Я же обещала, что тебе понравится… Разве это не так? Дыхание Вейверли мгновенно сбилось, из головы тут же выветрилось, что она только что готова была растерзать зарвавшуюся Николь. — Ооо, Ники… Так… — она потянула руки из хватки Хот, и та отпустила их. Пальцы тут же зарылись в рыжих волосах, прижимая голову ближе. — Вот так… Да… — Нравится? — пробормотала Николь, даже не сбиваясь с ритма. — О, да! Очень-очень нравится!!! — А я что говорила… — Заткнись уже и продолжай!!! Хот усмехнулась и слегка ускорилась, наращивая интенсивность движений. Язык то вжимался в дрожащую плоть, с нажимом обводя клитор, то сдвигался ниже, раскрывая её ещё сильнее, то совсем исчезал, уступая место горячим губам. Вейверли готова была потерять сознание от почти болезненного возбуждения, она стонала на каждом выдохе и всё быстрее двигала бедрами. И каждым движением, каждым раскаленным стоном будто умоляла Николь наконец освободить её. — Да, ещё немного, детка… Я почти… Почти… — сами собой шептали пересохшие губы. Хот обхватила клитор губами, двигаясь всё жестче и заставляя девушку под ней судорожно сжимать колени и до боли впиваться в свой затылок, потом с силой сдавила её бедра, не позволяя свести ноги, и быстро скользнула языком внутрь. И Вейверли снова вскрикнула, ощущая стремительную горячую взрывную волну наслаждения, накрывшую всё тело и протяжно пронёсшуюся от низа живота до кончиков дрожащих пальцев. Перед глазами плыл ночной город, звёздное небо, фейерверки, будто специально озарившие всё вокруг радужными всполохами. «Ни хрена себе!» — острой вспышкой пронеслось в голове Вейверли. — «Так вот как…» Она прижала к себе голову Николь, сбиваясь в хаотичные судороги и закричала… — Ох, Хот, — прошептала она минут через десять, когда дыхание, наконец, пришло в норму, — это было очень неплохое «кое-что»… Николь усмехнулась и накрыла её пледом. — Ну так… А ты не верила, глупышка… — И знаешь, что ещё… — Что? — Я, походу, разглядела этого долбаного единорога на небе…