Второе дыхание.

Гермиона хорошо помнит момент, когда жизнь разделилась на «до» и «после». В тот день она всем сердцем верила, что Гарри Поттер победит. Он сможет одолеть ужасного монстра, терроризирующего волшебников на протяжении многих лет. Но всё пошло не так, как хотелось. Красный луч, который почти добрался до Того-Кого-Нельзя-Называть, стал стремительно сокращаться. Волдеморт начал побеждать, и отчаянный взгляд друга был тому доказательством. В этот момент зелёные глаза Гарри были красивы, как никогда. Его сосредоточенное лицо, взъерошенные волосы, шрам, нахмуренные брови — всё в нем было тогда прекрасным. Возможно, потому что Гермиона уже знала, что это последние минуты жизни её лучшего друга. А потом, когда смертельный луч добрался до Гарри, жизнь прекратилась. И его ярко-зелёные глаза перестали быть такими же прекрасными, как пару секунд назад. Они стали пустыми, стеклянными. В них не было жизни. Избранный упал на спину. Наступила напряженная тишина, которая прервалась мерзким смехом безумной Лестрейндж. Первым пришёл в себя Рон. Всё ещё не до конца понимая происходящее, он посмотрел на свою застывшую возлюбленную. "Что теперь будет? Она магглорожденная. Первым делом убьют её" - пронеслись мысли в его голове. — Гермиона, Гермиона. Он потряс её за плечо, но она продолжала стоять с немым ужасом на лице. Тогда Рон с силой дёрнул её на себя, обхватил лицо своими грязными, но тёплыми руками и медленно проговорил, смотря прямо в затуманенные глаза. — Гермиона, ты должна бежать в замок. А я пойду искать свою семью. Встретимся внутри, хорошо? — Х-хорошо. Её голос был хриплым и тихим, словно она не понимала, что говорит. Тем не менее Гермиона развернулась и медленными шагами направилась в сторону полуразрушенного Хогвартса. Теперь ему оставалось найти родителей, братьев и сестру. Затем вместе со всеми аппарировать в безопасное место. А будет ли такое место, учитывая, что Волдеморт победил, он не знал, но надеялся всем сердцем.

***

Гермиона резко остановилась. Состояние оцепенения спало, на голову опустилась жестокая реальность. Волдеморт победил. Гарри мёртв. Будущего не будет. От этой мысли на глазах появились слёзы. Но она не должна плакать! Сейчас она должна где-то спрятаться, чтобы потом Рон смог её отыскать, и они исчезнут из этого проклятого замка. Только потом можно будет поплакать, не сейчас, ясно? Но слёзы продолжали течь по лицу, как бы Гермиона не старалась унять себя другими мыслями. Всё произошло слишком быстро и неправильно. Гарри не должен был умереть, он должен был победить, и тогда бы сейчас они стояли все вместе, крепко обнявшись. Почему всё пошло не так, как надо? Почему? Гермиона бежала вперёд, точно не понимая, где бы ей стоило укрыться. Каким-то странным способом она оказалась в холодных подземельях. Чёртов Слизерин и всё, что его касается! Она свернула налево, чтобы выбраться, но до её ушей донесся тихий всхлип. Вероятно, кто-то плакал за дверью. Гермиона не должна была лезть не в своё дело, но совесть не позволяла просто уйти. Да и тем более, не будет же там сидеть и плакать Пожиратель. Наверняка какой-нибудь третьекурсник или третьекурсница, который/которая не успел (а) уйти во время или не захотел (а). Гермиона тихо отворила дверь и медленными шагами зашла в кабинет Зелий. Кругом было мрачно и холодно. И ей казалось, что сейчас-сейчас сзади появится Снейп, отчитает её и выставит за дверь. Но этого не будет, как и беззаботных дней без воспоминаний о войне. Гермиона сделала ещё один шаг вперёд, но половица под ногой предательски заскрипела. Плач мигом прекратился. Не теряя ни секунды, Гермиона прямиком направилась к шкафу и с громким хлопком открыла его дверцу. На неё смотрела рыжеволосая Джинни с красными и напуганными до смерти глазами. — Джинни? — Гермиона, — вздохнув, смогла произнести подруга, — Я думала, что за мной пришла сама смерть, я думала меня убьют. Нервно затороторила она, прикрывая рот ладошкой и лихорадочно смотря по сторонам. Гермиона не смогла устоять, она протянула руки к Джинни и крепко обняла, уткнувшись в её волосы. Такие же рыжие, как у Рона, но пахнущие совсем по-другому. — Тише, Джинни. Гермиона хотела бы сказать «не плачь», но тогда бы это прозвучало очень глупо. Как здесь не плакать? Она сама еле сдерживалась, пыталась казаться сильной, хотя несколько минут назад её нервы сдали. Поэтому подруги обнялись и сели на пол. Они обе плакали, выливали друг другу душу. Но потом что-то произошло, и Джинни резко замолчала. Её тело задрожало, а пальцы сжимающие туловище Гермионы сжались сильнее, причиняя некоторый дискомфорт. Гермиона обернулась в тот момент, когда Джинни страшно зашипела: — Я не отдам её тебе! Ты не убьёшь её, ясно? Позади стоял Драко Малфой с палочкой в руках. Он был ужасно бледен. — Я и не собираюсь её убивать. Ответил тот, опомнившись. Мешкаясь, Драко отпустил палочку, но продолжал пристально смотреть на напуганных девушек. — Не верю! Вы все убийцы! Я не отдам свою подругу, не отдам! Закричала Джинни во всю глотку и встала, заслонив Гермиону, словно это могло помочь. А Гермиона же стояла, анализируя, как можно сбежать от Пожирателя с палочкой в руке, пока её собственная находилась неизвестно где. — Не кричи, они услышат. Слова Малфоя были крайне странными. Особенно насторожило то, что он поставил Заглущающие чары и закрыл дверь. — Я не собираюсь никого убивать, сумасшедшая. Я хочу вам помочь сбежать отсюда. Что за чушь он нёс? Гермиона окончательно запуталась в Малфое и его действиях. — С чего бы тебе помогать нам? Акцентируя внимание на последнем слове, заговорила она и нахмурилась. — Потому что я никогда не желал вам настоящего зла. Но если они поймают вас, то вам точно не выбраться живыми. — И это говорит «хорёк», который постоянно называл меня грязнокровкой? — Послушай, Грейнджер, я вправду не буду вас убивать. Единственное, чего желаю, так это попытаться вытащить вас из дерьмовой ситуации, в которую вы попали. Признаться, он звучал весьма убедительно. Но Гермиона не могла поверить человеку, который буквально травил её жизнь и жизнь её друзей на протяжении нескольких лет. Сложив руки на груди, она недоверчиво покосилась на него. — Чем дольше вы решаетесь, тем меньше шансов… — Ненавижу! Громкий выкрик Джинни заставил обоих обернуться. Она с размахом опрокинула все зелья, стоящие на столе, отчего раздался хруст стеклянных пробирок и других вещей. Гермиона, испугавшись, что у подруги произошёл нервный срыв, поспешила к ней. Она крепко обняла её. — Джинни… В этот момент произошло две вещи: первое — на плечо Гермионы опустилась холодная рука Малфоя, второе — комната перестала быть чёткой. Внезапно окружающее пространство превратилось в сплошную тьму, в которую они стали стремительно падать.