We got this

      Эдди проснулся уставшим, с жуткой болью в голове. Он с трудом открыл глаза, пытаясь сфокусировать взгляд на ярком пятне света, скользящем сквозь окно в спальне Тозиера. Самого Ричи рядом не было, и поначалу Эдди испугался, что его сон всё ещё не закончился, и что он по-прежнему заперт в ловушке, один, покинутый всеми. Но только он успел сформировать эту мысль в голове, как дверь комнаты Ричарда открылась, являя самого её владельца.       — Доброе утро, Эдс, — поприветствовал мальчика Ричи. Он уже успел переодеться и теперь призывал Каспбрака тоже поскорее подняться и привести себя в порядок перед завтраком.       — Доброе утро, Ричи, — кое-как выдавил из себя тихое приветствие Эдди, через силу поднимаясь с постели. Он не сразу вспомнил, как оказался в доме Ричи, а когда воспоминания о прошедшей ночи наконец настигли его, Каспбраку стало ещё хуже. Его мать в больнице, без сознания. Оправится ли она, очнётся ли? Известно одному лишь богу. В сердце Каспбрака вновь вонзилось острое, как игла, паническое настроение, с которым он совершенно не мог совладать.       За завтраком, сидя за столом рядом с Ричи, он усердно делал вид, что всё нормально, что он вполне может справиться и пережить это, но на деле совершенно не представлял, как будет возвращаться домой один. Он мог позаботиться о себе, это правда, но всё же мысль о том, что ему придется ночевать одному в доме, заставляла кожу покрываться мурашками.       Ночные кошмары, связанные с их прошлым, возвращались, становясь всё чётче и яснее, как и шрамы на их ладонях. Каспбрак незаметно взглянул на свою, замечая, что рубец, который до этого был совсем не заметен, теперь становился ярче, краснел, будто пытаясь сбросить кожицу. У Эдди перехватило дыхание. Разве такое возможно? Быть может, он просто поцарапался вчера и того не заметил? Ещё вчера рубец на коже был бледным и белым, это уж он помнил хорошо. — Ричи, покажи мне свою ладонь. — Тихо прошептал подросток, толкая Тозиера локтем. Рич тут же поднял руку, вопросительно глядя на друга. Заметив панику в чужих глазах, он тут же развернул ладонь к себе. — Какого черта?! — Едва ли не в слух выругался Ричи, замечая изменения, произошедшие всего лишь за одну ночь. Они что, вернулись в прошлое? — Эдди? Лицо Каспбрака стремительно бледнело. Он чувствовал, что ещё немного — и его стошнит. Кое-как доев завтрак, мальчишки выбрались из-за стола и поспешили в школу. Находиться в классе, как и всегда, было сродни пытке. Хорошо хоть Бауэрс всё ещё был отстранён от занятий, одной бедой меньше. Как только занятия кончились, они тут же поспешили встретиться с Майком и Стэном, желая поделиться с ними утренней жуткой находкой. Ладони Хэнлона и Уриса ничем не отличались от их собственных, кривые полоски шрамов алели, готовые вот-вот начать кровоточить. — Думаете, это как-то связано с ним? — Эдди внимательно глядел на ребят, пребывающих в таком же шоке. — Думаете, он может вернуться? — Бред! — Нервно воскликнул Майк. — Мы ведь видели, как он умер! Все видели! — А что, если не умер? — Голос Ричи дрогнул. Он медленно поднял взгляд на друзей. — Вдруг он только сделал вид, а сам уполз зализывать раны, а теперь вернулся и хочет отомстить? Урис с трудом проглотил ком в горле. Слова Ричи казались ему более, чем логичными. Ведь чем ещё можно было объяснить внезапную боль в их ладонях и превращение шрамов в свежие порезы? В обычной жизни с людьми такого не происходит. Он чувствовал, как сердце с каждым ударом набирает обороты. — Нужно позвонить Беверли... И Биллу. — Тут же предложил Майк. Если оно и вправду жаждало вернуться, им следовало быть готовыми к его появлению.