Ты будешь со мной встречаться, Рэд?

-7-

Твик вздрогнул и слегка покосился на Рэд, когда она наконец набралась смелости и плюхнулась на свободное место за его столом в библиотеке, но сделал вид, что ничего необычного не происходит. Рэд преследовала его уже несколько дней, но никак не решалась подойти ближе, где-то рядом постоянно вертелся Крейг. В библиотеке же шанс встретить Такера близился к нулю, и она решилась. — Он тебе врёт, — без лишних прелюдий сообщила Рэд и откинулась на спинку стула, ожидая реакции. Но её не последовало: Твик безразлично бросил на неё рассеянный взгляд и вновь уткнулся в книгу, хотя мало что мог теперь осмысленно прочитать. Он не был взволнован, только безысходность окончательно укрыла его своим пуховым одеялом. — Крейг тебе врёт, — внушающим голосом повторила она. — Обо всём с самого начала он… — Я знаю, — просто перебил её Твик, слегка поморщившись. Рэд удивлённо замолчала. Её безупречный рот слегка перекосило. — Тогда на игре он хотел предложить встречаться… — Тебе, — он устало отложил книгу и уставился на девушку напротив. Ничего нового Рэд не могла ему сообщить. — Так ты знаешь… — повторила Рэд всё более удивлённым тоном и, поставив локти на стол, запустила маленькие ладони за шею. Ярко-рыжие пряди рассыпались по её плечам, сквозь тонкий джемпер проступили ключицы. — Я так и сказал, — быстро отвёл от неё взгляд Твик. Отточенная безупречная красота, как у Рэд, резала глаз. Твик прекрасно понимал Такера и сам бы, может, влюбился в неё, не будь у него особых обстоятельств в виде отупляющей и деструктивной зависимости от Крейга Такера. — Откуда? — А откуда знаешь ты? — слегка улыбнулся Твик в ответ на такую настойчивость. — Клайд, — отозвалась Рэд даже слегка потерянно. — Он ведь и поменял наши с тобой места, он рассчитывал… Я не знаю, кажется, он хотел меня впечатлить или вроде того. На том матче. Идиот. — Ясно, — Твику мучительно хотелось сбежать, но он старался этого не показывать. О добрых побуждениях Рэд у него не было никаких иллюзий, и моментально она подтвердила свою репутацию чрезвычайно хваткой девчонки. — То, что случилось на матче, просто ошибка. То, что вы встречаетесь, это… — Ошибка, — прохладно закончил Твик. — Я знаю. — Тогда почему ты это не прекратишь? Рэд постепенно приходила в себя, и становилось понятно, что ей есть что сказать. Она скрестила руки на груди и хищно улыбнулась. — Крейг просто использует тебя, — нараспев сообщила она ему. — Из-за команды. Это всё игра. Твик стиснул зубы. Самообладание, которое он копил эти несколько дней преследования, покидало его. Слова Рэд неизменно достигали цели: он ведь и сам долгими ночами прокручивал нечто подобное в голове. Только вот от Рэд их услышать было куда больнее. — И что ты хочешь от меня? — процедил он и скрестил руки на груди, с некоторой театральностью копируя её позу. — Прекрати это, — небрежно бросила Рэд, а затем, смерив его насмешливым взглядом, добавила: — Если у тебя есть хоть немного самоуважения. Твик растянул губы в подобии улыбки. — Я никогда не… — он запнулся, и голос у него против воли задрожал. — Я его не заставляю. Всё, что происходит, происходит из-за Крейга. Это Крейг предлагает пойти куда-нибудь и выбирает кино. Это он берёт меня за руку и… — Чудесно! — перебила его Рэд. — А ты просто самый удобный человек на свете. — А если он хочет со мной встречаться? — вырвалось неожиданно у Твика, и он почти сразу об этом пожалел: на лице Рэд отразилась такое брезгливое недоумение, что у него защемило в груди. — Знаешь, Твик, я не рассчитывала, что ты всё поймёшь, но у меня была надежда, что у тебя есть хотя бы капля гордости. Крейг Такер тебя бессовестно использует, а ты и рад. Чао, Счастливо оставаться.

-8-

— Я должен тебе кое-что рассказать, — сказал Крейг, ласково взъерошивая ему волосы на затылке. Твик рассеянно улыбнулся и перехватил его руку, переплетая их пальцы между собой. Он сидел на полу у кровати, в то время как Крейг уже полчаса обещал проснуться и пойти с ним в молл. — Может, по дороге расскажешь? — Кажется, я и так с этим слишком долго тянул, — с явно преувеличенным трагизмом вздохнул Крейг, и улыбка Твика погасла окончательно. Сомнений у Твика не оставалось. Крейг принял решение всё разрушить, и внутри у Твика протестующе сжалось горячее сердце. — Не думаю, что это может быть важно, — его самого покоробило, как жалко и умоляюще прозвучал его голос. — Послушай, — глубоко вздохнул Крейг и прикрыл глаза, будто набираясь смелости. — К-крейг… — растерянно пробормотал Твик, впиваясь ногтями в ладони. Он быстро поднялся с пола и отодвинулся от кровати, будто это могло отсрочить правду. Последние дни Твик старался убедить себя, что всё можно наладить, ведь неважно, почему Крейг сейчас с ним, ведь он с ним! Глупо было надеяться, что Крейг полюбит его так же сильно, как Твик любил его. — Я достал нам билеты на Super Bowl! — завопил Крейг неожиданно, подрываясь с места и сгребая Твика в охапку. — Что? — выдохнул Твик ошарашенно. Против воли слёзы выступили на его глазах. — Ну, ты чего? — смущённо пробормотал Крейг. — Я, конечно, знал, что ты любишь футбол, но чтобы настолько… На место панического страха неожиданно пришла злость. Почему Крейг вообще имеет такую власть над ним? Он перехватил его руки, задирая их выше, чтобы его было не оттолкнуть, чтобы ничего не могло помешать. Крейг растерянно откинулся на кровать, в глазах читалось удивление, но Твику неожиданно стало наплевать. В первый и последний раз он решил не думать ни о ком, делать только то, что хочется, забыть об осторожности. Губы под его требовательными поцелуями стали оживать. Крейг, всё ещё слегка растерянный, отзывался на поцелуй всё с большей нежностью. Тёплые руки быстро оказались под свободной салатовой футболкой, притягивали ещё ближе, а Твик чувствовал только холодную ярость. Прерывистое дыхание Крейга щекотало шею, а сам он, то и дело касаясь мочки уха, шептал какие-то наивные глупости ему на ухо. Заведённый до предела Твик через плотную ткань джинсов чувствовал чужое возбуждение, и это сводило с ума: хотелось одновременно смеяться и рыдать от безысходности. Больше всего на свете хотелось поверить, что это с ним происходит на самом деле… Но ведь Крейг его не любит? Он вжимался до боли в тёплое отзывчивое тело под собой, позволял Крейгу ловить свои губы, задыхался от нехватки воздуха, а в мыслях было только то, что это первый и последний раз. А потом его вдруг затрясло и он, издав приглушённый стон, обмяк, уткнувшись носом в чужое плечо. — Ты?.. — Крейг пока ещё не понимал, что случилось, но догадка, ещё не оформившись полностью, уже витала где-то рядом. Он попытался привстать, но Твик легко толкнул его обратно и прошипел: — Заткнись! Руки Твика, скользящие под его одеждой, не способствовали его мышлению. Пальцы уж очень ловкими движениями перебирали пуговицы на рубашке и джинсах. Вспышками Крейга и без того накрывало возбуждение, а близость разгорячённого, слегка влажного тела делала разрядку совсем уж скорой. Отточенными движениями Твик доводил его до лихорадочного состояния, а когда тот был на пике, то вдруг с плохо скрываемым сожалением прошептал на ухо: — Подумай, о… чём-нибудь приятном. Глаза Крейга на секунду распахнулись, в них отразилось непонимание, а потом с его губ сорвалось вовсе не то, что предполагал Твик. Его имя разорвало сумрак комнаты, Крейга изогнуло дугой, и лёгкая дрожь прошла между ними. Твик на пару секунд прижался к его горячему лбу губами и быстро слез с кровати. Его довольно ощутимо потряхивало. — Охуеть, — одними губами выдохнул Крейг и попытался поймать Твика за руки, но тот на удивление ловко вывернулся и исчез за дверь в ванную. Зашумела вода. Вернувшись Твик без лишних слов начал собираться домой, забрасывая вещи в рюкзак. На Крейга он больше не смотрел. — Эй, — хриплым голосом позвал его Крейг, всё ещё смущённый произошедшим. — Куда ты? Ты ещё хочешь в молл? Я сейчас… — Мне пора домой, — отрывисто сообщил Твик. Чем быстрее он уйдёт, тем меньше шансов обнаружить свою слабость. Меньше шансов закатить истерику. С волос у него безбожно капала вода, но казалось, ему на это наплевать: он откинул их назад. — И ещё мы должны расстаться, — равнодушно добавил Твик, будто речь шла о погоде или это было само собой разумеющимся.

-9-

Крейг звонил ему весь вечер, будто назло самому себе Твик не отключил телефон, наблюдая, как копятся пропущенные вызовы на дисплее. Было одновременно и больно, и хорошо. Мыслей не было. Планов — тоже. А потом гармонию нарушила его мать, бесцеремонно ворвавшаяся в комнату и всучившая ему свой мобильник. Твик быстро сел на кровати, держа трубку на расстоянии, будто та могла его ужалить. — Я не хочу, — одними губами прошептал Твик и замотал головой. Он без пояснений понимал, кто на другом конце. — Этот парень оборвал нам все телефоны, — сделала страшные глаза мама. — Поговори уже с ним! Сочувствия в её словах не было, Крейг своей телефонной атакой изрядно подпортил всем настроение. Твик с грустью подумал, что Крейг вновь не оставляет ему выбора. — Всё в порядке, Крейг, — спокойнее, чем чувствовал, отозвался Твик, когда дверь за матерью закрылась. — Я в порядке. Давай закончим на этом. — Закончим? — истерично прошипел Крейг. — Закончим?! Вдох-выдох, чтобы не сорваться. — Ты ведь только этого и хотел, так? — хмыкнул Твик, и в носу противно защипало. Он искренне был рад, что разговор происходит не лицом к лицу. — Я? Я не хотел этого, — высоким срывающимся голосом бормотал Крейг, периодически задыхаясь, будто от быстрого бега. — Я вообще не понимаю, с чего ты вдруг решаешь со мной порвать! И ты ничего не объясняешь, ты, по-прежнему, ничего не объясняешь! Твик глубоко вздохнул. Пожалуй, доля истины в словах Крейга присутствовала: он заслуживал объяснения. Даже он. Твик слез с кровати на пол и прижался спиной к холодной стене. — Я был там, Крейг… — Голос у него был удивительно равнодушный, будто говорил он и не о предательстве вовсе. Будто не провёл всю следующую ночь в попытках собрать разбитое сердце. — Я искал под трибуной ключи, а когда выходил, на улице уже был ты. — Твик… — тихо выдохнул Крейг и замолчал. Такеру больше нечего было сказать, и Твик зажал трубку рукой, чтобы Крейг не услышал, как тот всхлипнул, а его плечи беззвучно затряслись. — Кричал, что даже имени моего не знаешь, — добавил Твик на одном дыхании, периодически кусая кулак, чтобы не разреветься окончательно. — Хочешь быть с Рэд. Не хочешь потерять команду. Я понимаю. Прости, что не сказал раньше. — Твик, ты… — Крейг только взволнованно дышал в трубку. — Ты услышал не то… Это неправда. Точнее, правда, но сейчас… — Боюсь, что мы оба заигрались, — перебил Твик, ложась на прохладный пол и окончательно сворачиваясь жалким клубочком. — Я не играл, — звенящим голосом выпалил Крейг, почти крича в трубку. — Поначалу — да, но сейчас… Твик не давал себе возможности подумать. — Мне это больше неинтересно, — чтобы услышать хоть что-то, Крейгу пришлось приложить усилие, так тихо теперь говорил Твик. — Твик, но я же… — Ты мне больше неинтересен, — поставил окончательную точку в разговоре Твик и завершил вызов.

-10-

Новость об их расставании не осталась незамеченной. Из команды, несмотря на все угрозы, Крейга не выгнали, но должность капитана тихо вернулась к Токену. Это было так естественно, что никто будто даже и не удивился. Твик старался теперь не пересекаться ни с Рэд, ни с Крейгом. Изредка он ловил на себе тоскливые, тянущие взгляды из дальнего конца коридора. Он не позволял себе отвечать, но не мог прекратить думать. Он немыслимо скучал по Крейгу, по его крепким объятиям и робким поцелуям, когда их никто не видел. Крейг ему больше не звонил, и Твик часами не выпускал телефона из рук, ожидая звонка или решаясь позвонить сам. Почти набирая знакомый номер, он вспоминал себя, слишком наивного и безнадёжно влюблённого, вынужденного слышать все те злые слова, что говорил Крейг в спортзале, и вновь чувствовал себя жалким и несчастным. День за днём ему не становилось легче, но помощи было неоткуда ждать. В последнее время он был страшно рассеян, и когда Токен налетел на него в коридоре и сообщил, что пару по истории перенесли в комнату 29а, он поверил, не задумываясь. И только когда дверь за ним захлопнулась, а ключ повернулся в замке, Твик меланхолично вспомнил, что у них нет совместных пар с Токеном. Крейг, как и стоило ожидать, сидел на парте, но даже не повернул головы в его сторону. — Боже, — рассмеялся Твик и опёрся спиной о запертую дверь, прикрывая глаза. Он мог бы ожидать чего-то подобного, зная склонность Крейга ко всякого рода театральщине. Голос у него подозрительно осип. — Ты настолько сильно хочешь остаться капитаном? — Если бы ты меня выслушал, то знал бы, — процедил Крейг, бросая на него единственный мрачный взгляд и мгновенно ощетиниваясь, — что я вообще не хотел быть капитаном. Твик мысленно поблагодарил Крейга за готовность держать удар. Мгновенно ему стало лучше: он снова был ужасно на него зол. — Ну, и кто на этот раз должен был быть на моём месте? — с преувеличенной весёлостью поинтересовался Твик, подходя чуть ближе и присаживаясь на соседнюю с Крейгом парту. Крейг сжал губы в тонкую линию и решил полностью проигнорировать вопрос. Вблизи Твик вдруг заметил, что под глазами у Крейга залегли тёмные круги, а сам он выглядел бледным и нездоровым. А самое волнительное было в том, что ещё Крейг не выглядел больше счастливым. — Отлично, — вздохнул Твик и поднял глаза к потолку, лишь бы не замечать никаких больше деталей и ни в коем случае их не анализировать. — Я хотел поговорить, а тебя невозможно поймать, — с лёгким волнением в голосе пробормотал Крейг. — На этот раз у меня есть время. — Ты не представляешь, как мне интересно, — фыркнул Твик. — Это ты бросил меня. Это ты не захотел ничего объяснить или хотя бы выслушать моё объяснение. — О, так ты у нас жертва, — скрестил руки на груди Твик. Он всё пытался сбить Крейга и себя с толку, но в голове стучало лишь одно: Крейг здесь. — Знаешь, я всё ещё на что-то надеюсь, хотя надежду мне даёт всего одна вещь. Твик приподнял брови. — До разговора с тренером, до того, как я, как идиот, бегал по спортзалу и рвал на себе волосы, а ты слушал всё это под трибуной… — Крейг нервно сглотнул и опустил глаза. — До всего этого. Ты налетел на меня в коридоре и поцеловал. — Н-нет, — покачал головой Твик. — Ты не мог тогда знать ни про Рэд, ни про место в команде, — упрямо продолжал Крейг. — Ты ничего не знал, но всё равно признался мне в любви. Всё, что угодно, могло быть потом: ты мог притворяться, играть роль, экспериментировать, проверять моё терпение, но это было потом! Вначале всё было по-настоящему. — Всё было не так, — помотал головой Твик, чувствуя как самого бросает в холод. — И я хотел бы сказать, что рано или поздно рассказал бы тебе всё, но это будет значить, что я снова тебе вру, — Крейг растерянно улыбнулся и пожал плечами, а у Твика от его улыбки внутренности скрутились в узел. — У нас всё было так хорошо: ты казался мне счастливым. Я не хотел, чтобы ты узнал начало истории. Да и какая разница, почему так получилось, если я уже тебя люблю? — Ты — что? — улыбнулся Твик и болезненно фыркнул. Любит. Крейг его… любит? — Ты мне не веришь? — с сожалением спросил Крейг. — Это сложно, — улыбнулся Твик, глядя в пространство перед собой и не видя больше ничего. Он безбожно врал: поверить Крейгу было даже слишком просто, ведь он так этого хотел! — Я мог бы доказать, — тихо пробормотал Крейг. — Если ты дашь мне ещё один шанс. Даст ли он ему шанс? Не всё ли равно, с кем хотел встречаться Крейг в начале, если сейчас он хочет быть с ним? Твик прикрыл глаза и улыбнулся. Он ведь давно уже всё решил, ещё до того, как увидел Крейга в комнате, и Крейг ему признался. Он любил Крейга так сильно, что не мог припомнить время, когда это было иначе. Раненое самолюбие и страх быть покинутым, использованным не дали выслушать версию Крейга. Твик думал, что справится, но жить без Крейга было невыносимо, он и сам не понимал, как протянул так долго. Глядя, как Крейг впивался ногтями в парту под собой, как старательно он избегал прямого взгляда, как сильно он был взволнован, Твик понимал, что окончательно пропал. Он смотрел на Крейга и тонул в лавине из чувств, но совсем не хотел быть спасён. И когда Крейг наконец не выдержал и поднял на него глаза цвета глубокого синего моря, Твик задал всего один вопрос: — Ты будешь со мной встречаться, Крейг?