Осенние этюды

Едет в ночи забитый поезд, давка хоть убей, Пейзажи за окном все слились в серое пятно. Все сдавлены, как в банке, а у ржавеньких дверей Нашли приют лишь те, кому пока не все равно. А поезд этот мчится в даль по рельсам из костей, Несет вперед он жизни гладь, несет людей к концу. Маршрут так хорошо знаком каждому из людей, Но паника давно уж стала всем им не к лицу. Все в давке жмутся, все скулят и с жалобами все, Но поезд мчится, как экспресс — нет остановки. Нет передышки для людей и некуда присесть, А крыша поезда изучена от корки и до корки. В толкучке давят люди тех, кто падает к стене. Все за себя, так что нет пользы вовсе плакать. Все мысли только лишь о собственной нужде, Все прочее для них покрыто серым мраком. Сжимают руки судорожно единственный билет, А кто успел его утратить в шуме ночи. Шепот и хмурый взгляд, поезда тусклый свет, Так тяжело стоять. Но все привыкли, впрочем. Кто-то скребется у окна, стекло пытаясь срезать, А кто за пандус лучший начал вовсе враждовать. Слабейшие — так на полу, о лучшем им не грезить, Людские ноги их мечты уж начали топтать. Забитый поезд мирно едет, рассекая ночь, Гудки его кричат как оры сотен тризн. Его не остановить, от всех уйдет он прочь Он в спешке глух, ведь поезд этот — жизнь.