Сердце и душа волка

— Ох... — парень стоял посреди комнаты с предметом одежды в руках, — Т-то есть, ты... только что, хотел со мной заняться... этим!? То есть, я для тебя насадка на хер!? — резко произошло неполное перевоплощение, — Я парень!!! Такого Россию Америка ещё не видел. Лицо исказилось, во рту заблестели клыки. Белоснежные уши прижались к голове, на ногах появились когти. — Пидорас несчастный! А я наивный, думал, что ты просто странный! — всё это он то ли прорычал, то ли прохрипел. — Тише! Успокойся... — Америка понял, что это не к добру. — Как, бл@ть, после такого, ты меня изнасиловать хотел! — юноша резко прыгнул на Штаты. США начал отбиваться от русского. Это было сравнительно легко, тело было лёгким и имело небольшой габарит. Да, Россия в ярости это что-то... Америка судорожно шарил взглядом в поиске чего-то что могло ему помочь. Его ремень! Точно! Пара быстрых рывков, он схватил аксессуар. Ещё движение, подопечный прижат к полу. Ещё секунда, он фиксирует руки славянина. Всё... — Ч-что?...— зрачки подростка сузились от ужаса... Взгляд полный страха и отчаяния перевёлся на него, — Т-теперь т-ты меня... нет... нет... Нет!!! — Успокойся, — Америка поднял его на руки, после сел на кровать посадив того себе на колени. — П-пожалуйста... — Тихо... чшшш... — он провёл рукой по его щеке, — Я больше не буду тебя трогать в ближайшее время... успокойся. — Как ты посмел? Я намного тебя младше, — славянин зло сопел, — Развяжи меня. Пожалуйста. — Тогда успокойся, — Америка закинул его так, что теперь его руки были вверху, а остальное тело внизу. — Агх! Я бы в суд на тебя подал... — А я и не запрещаю, — он закончил с этим занятием. Россия быстро вскочил на ноги и отошёл от него. — И что ты теперь делать будешь?! — парень был всё ещё в ярости, — Что всё это значит?... — То что я тебя люблю, это правда... — он вздохнул, — С первой нашей встречи я начал питать к тебе чувства. — Ага. Ясно. А то что мы одного пола, это тебя не смущает? Или хотя бы то, что я тебя младше? — Да нет, я люблю тебя по настоящему... — Это конечно очень мило. Только пытаться меня изнасиловать... Это точно правда?... — Да... Ладно, я предлагаю установить внегласные правила. — Какие же? — Я не буду делать что-либо, что тебе не нравится, но я не имею ввиду школу, в ближайшее время. Ты можешь завести на меня дело, я не буду тебя просить или останавливать. — Хорошо, я согласен. Мне только не нравится это ближайшее время... Ладно, идёт. Ты мне нравишься, но после того, что ты сделал, я еле буду доверять тебе, как раньше, учти это. — А в суд подавать не будешь? — Америка усмехнулся. — Я не хочу прослыть геем.

***

— Тот волк мёртв!? — невысокий черноволосый мужчина, лет около сорока, зло расхаживал по комнате. — Да, особь была слишком агрессивна... — молодой парень нервно смотрел за ним. — Да я вам всем руки поотрываю! Я же просил, доставить его живым! Как вы могли это допустить!? Снотворное было достаточно крепким! — он перешёл на крик. — Его не брало снотворное. Он не отключался, похоже у него есть иммунитет... — молодой человек оправдывался. — Агх! Что стало с остальными животными?! — Их продали... — Ладно... где сейчас тот мёртвый волк? — Его тело отправлено на экспертизу. На данный момент, обрабатывают от разложения. — Сверните процесс... — Но... — Никаких "но". Я сам знаю, что делать.

***

— А мы всегда будем дружить? — маленький Рейх вместе с Союзом сидели на мосте через реку. Уже садилось солнце. Алые лучи заката окрашивали всё в мягкий, бордовый цвет. — Да! Конечно! — мальчик улыбнулся. — Даже когда станем взрослыми? — Да! Почему мы перестанем дружить? — Взрослые всё время ссорятся. Папа с мамой всегда ругаются, — он помрачнел. — А мы не будем ссорится! Мы будем жить дружно. — Ага. Как кошка с собакой, — оба рассмеялись. Так приятно иметь друга. Наверное, Рейх никогда не сможет обидеть Союза, они ведь друзья. — Ч-что?... К-как ты мог... — СССР опустился на землю перед телом Авган. Оно было обезображено. Полное перевоплощение, но шкура почти содрана. Слёзы потекли по его щекам. Глаза были полны ужаса. Вечно могучее тело ослабло и мелко тряслось. — О, ты пришёл! Рад тебя видеть... — немец улыбнулся, — Ну, что ты? Неужели тебе так плохо? — он подошёл ближе. — К-как? А-авган... н-не стан... С-сначала Казахское-ханство... Т-те... перь... ты... — он закрыл лицо руками, — он виноват. Так виноват. Сначала его друг, теперь жена. Его единственная, любимая... — З-зачем ты... это сд-сделал? — О, ничего личного. Просто работа, — мужчина развёл руками в окровавленных перчатках. Вся форма была в пятнах красной жидкости, — Ты бы только видел её последние минуты. Это было так забавно! Она пыталась сопротивляться, причём неплохо... Такого среди них я ещё не видел. Право, она была близка к спасению, но просто не знала с кем имела дело. Потом ещё долго умоляла, плакала. Ты же знаешь, какая она нежная. Просила оставить её, хотя бы ради детей. Хотя, она может не грустить, я постараюсь отправить этих выродков к ней как можно скорее. Могу тебя поздравить, у неё высокий болевой порог. Бедняжка была всё ещё в сознании, когда я снимал скальп. Даже могла скулить, — эти слова добивали русского окончательно. — Т-ты больной... — Ты прав. Я болен любовью к тебе! У тебя был шанс, но увы, ты его упустил. — Монстр, — он встал на ноги, — ты заслуживаешь смерти, — в его глазах светилась ярость. Секунда и огромный алый волк набросился на Рейха. Он не растерялся и быстро выхватил транквелизатор. Волк обмяк. Немец быстро сбросил с себя тушу и достал из сумки бинт. После перевязал им свой лоб, на котором остались следы от когтей. — Какой же ты глупый, раз не понимаешь, что на самом деле происходит. Та самая поляна!? И то дерево!? Он осмотрелся. Ветер приятно обдувал лицо, нежно светило солнце. — Ну, здравствуй, Рейх, — мужчина оглянулся и увидел сзади себя сидящего Союза. Тот сидел на траве. Лицо помолодело, все морщины сгладились, шрамы исчезли. На вид ему было трудно дать больше двадцати. — Вот мы и встретились вновь, — он грустно улыбнулся. — Ты мёртв? — Да, ты довёл дело до конца. — Почему ты здесь? — Рейх сел рядом. — Я? Моё тело умерло, скоро и моя душа покинет землю. Вот, пришёл тебя навестить. Я видел детей. Они у хороших людей. Правда, с одним надо будет поговорить по душам. Хорошее место... — он зажмурился, — Предвкушаю встречу с женой. Она будет рада. Помнишь нашу первую встречу? — Ты даже мне ничего не скажешь? — А что я могу тебе сказать? Свои последние дни я не хочу тратить на выяснение отношений. Да, я это очень ужасно, всё, что ты сделал. Мне трудно это понять... Я думал, что фонд ИКЧС занимается изучением, а не истреблением. Всё же, я умер и это никак не изменить... — Прости, — Рейх обнял старого друга, — Ты пережил так много боли из-за меня... Какой же я эгоист... — Как-то поздно ты это осознал... Ладно, прощаю тебя. Трудно это. Ты можешь искупить свою вину, если позаботишься о детях, ладо? Не выдавай их. — Да... я обещаю — Тогда... прощай, — он расправил большие золотые крылья и поднялся в воздух. — Подожди!!! — мужчина проснулся в холодном поту. Завтра ему должны были доставить тело. Дети. Да, он их не выдаст.

***

— Ты уже третий раз опаздываешь на физру, что с тобой? — Григорий пытал Россию распросами. Ей Богу, отпустил бы уже! Русский специально опаздывал в раздевалку. Всё тело было покрыто метками опекуна. Они очень долго держались. Ему не очень хотелось чтобы кто-то увидел это зрелище. Так как, девушка вряд ли могла сделать это. Прославиться голубым, — это последние к чему он стремился. — Я ммм... просто, день незадался...