Сердце и душа волка

Россия надел белую мешковатую рубашку, оставив расстёгнутыми пару перламутровых пуговиц на шее, голубоватые брюки, под цвет глаз, хотел ещё кросовки, но вспомнил, что мероприятие не приемлет подобного дресскода, и забив на это всё равно надел кеды. Сегодня оттепель, тем более славянин не мёрзнет в принципе, а болеть - почти не болеет. Руки сами потянулись к отцовской ушанке, которую подросток теперь носил почти всегда, даже в школе, если не заставляли снять. Тут же взгляд скользнул по серебряному крестику, который лежал рядом на полке. Православие ведь вроде бы против... пидоров? А он сейчас... Он сейчас... А кого русский обманывает? Буквально несколько часов назад он сам насаживался на... Короче, насаживался и... И ему это нравится? Или не нравится? Опять эти мысли... Рейх когда отдавал ему свёрток, крестик отдавал не особо охотно. Мистер Шварц вроде как верующий, но он католик, а не христианин. Наконец закончив одеваться, Россия телепортнулся из гардеробной прямо в свою комнату, но забыл выключить свет и вернулся назад. В его с женихом в комнате были ещё две гардеробные, у каждого своя. Ну, и ванная с балконом. Судя по всему, Аме его сам вымыл после того как "очернил". Именно из-за того, что эта гнида не использовал контрацепцию или мог хотя бы не кончать внутрь, у волка паранойя выходила на новый уровень. Скоро он переборет свой стыд и купит тестер, иначе ему слишком страшно за своё здоровье. - И куда же мы идём?- русский вышел из своей комнаты, прикрыв дверь, но не до щелчка, оборачиваясь к Аму. - Сегодня ты был хорошей собакой, поэтому наконец решил взять тебя в свет. - парень улыбнулся оборотню, который непонимающе хлопнул прозрачными ресницами. От Штатов опять пахло одеколоном, от которого кружилась голова у слишком чувствительного к запахам волка. От некоторых особо сильных запахов, его даже подташнивало, что аж хотелось прикрыть нос рукой. Духи жениха были чем-то средним, от них обед не рвался наружу, но и мысли начинали замирать. - - В смысле?- не понял волк, тут же закрывая ладонями волосы, на которые уже набросились с расчёской. Америка легко перехватил юношу за пояс сзади, потянув на себя, в одной руке сжимая гребень и приземлился на стоящую рядом кровать. Росс зло сопел, пока возлюбленный воевал с его кудряшками. Сидя на коленях у США, он непроизвольно придерживал старшего за пояс. Между ними разницы в росте была уже жалкие одиннадцать см (они измерялись на точном ростомере). Русскому не особо нравилось сидеть у Америки на коленках, как ребёнок, на противоположной стороне это судя по всему доставляло кайф. - Понимаешь, милаха, я достаточно популярное лицо,- начал парень, мучая огромный белоснежный клок. - А ты мой жених. Где колечко, кстати? - Вот.- он поднял бледную руку с серебряным кольцом, оторвав от складки чёрной сорочки. - Умница. Свадьба будет уже летом, сразу после твоего дня рождения, так что... До тебя у меня было много партнёров. Я даже немного горд собой, что смог первым тебя заполучить. Ты такой чистый и невинный, но в постели просто проститутка. - Опя-ять твои подколы. - протянул юноша, опуская кисть, украшение на которой ярко сверкнуло в свете лампы. - Ой, да ладно... - он усмехнулся, поднимая славянина за пояс, вставая следом. - А-аккуратней! - у волка внезапно потемнело в глазах, горло сдавило, ноги стали ватными и колени дрогнули. От этого Росс покачнулся, чуть не упав, но парень быстро подхватил его за запястье, удержав стоя. - Н-не ме-мешок с картошкой... Я-я! - промямлил славянин проводя рукой по волосам, приходя в себя. - Тише, милый! - Америка немного напугался из-за помрачнения подростка. - Эй!? Ты опять сбил свои волосы! Ты знаешь, как трудно их причёсывать!? - Нет... - Та-ак, ты куришь? - Не трогай сигареты! - В мусор, в мусор, в мусор! - Украина быстро закинула пачку с длинными тонкими сигаретами в пластиковый мешок, отпрыгивая от хозяйки квартиры, которая была мягко говоря возмущена подобным вторжением в личное пространство. - Кто тебя потом прокуренную замуж возьмёт? - подросток повернулся к девушке, нахмурился, уперев руки в боки, поставив рядом мусорный пакет. Роза подняла бровь, вздохнула и бессильно опустилась в кресло, стоящее в углу. Откинувшись на спинку, которая теперь была немного выше неё, бывший аниморф помолилась про себя о дополнительном терпении, чтобы вынести это чудо с золотыми кудряшками, которое загорелось желанием прибраться у неё. - Господи Иисусе, дай мне терпения...- пробормотала девушка, потирая виски, облокотившись локтями на пухлую обивку подлокотников. - Что?- переспросила Укроп. - Тебе кто-нибудь говорил о личном пространстве?- повысила голос Роза, прикрывая глаза. - Неа! - качнула кудрявой головкой подросток.