Флюгер

Мия блуждала лабиринтами. Она никак не могла выкарабкаться. Она никак не могла найти свежий глоток воздуха. Легкие заполнялись чем-то болотным. Колючие травы обвивали руки, ноги, хватали за шею. Страж рвалась на свет, отрывала листья и ветки, лишь бы выйти чистой из болота, лишь бы не погрязнуть во Тьме, полностью забыв о Свете. Она слишком сильно привязалась к одной стороне и слишком отвергла другую. «Триша», — только одно имя выдвигалось на передний план в сознании, всплывая методично, время от времени, как раз тогда, когда Мия делала очередную глупость. Когда ее руки поглощали чужую жизнь. Когда она и только она решала, кто достоин продолжить былое существование, а кому от него придется отказаться. Мия перестала держать равновесие. Силы то и дело переваливали в сторону ночных жителей. Рядом мирно существовали и защищали ее Виктор и Макс, а с ними и другие вампиры и оборотни. Высокое положение, громадные очки репутации, Мия будто наглядно в цифрах измеряла для себя эти показатели. Но за ними она не замечала трат. Человеческие жизни рушились одна за другой, пока Рожденная Луной строила отношения, попутно встревая в новые неприятности. — Виктор, помоги. Она упала. Изодранные коленки, задранное черное платье, трава, откуда-то взявшаяся среди запутанных локон волос. Вот бы по мановению щелчка взять да купить новый прикид, вот бы нажать на закругленную стрелочку и повернуть все вспять. Но в жизни не бывает повторов. Нельзя переиграть серию сначала, если уже пошли титры. Нельзя… Девушка скрючилась, ветки обхватили ее за талию, больно пережимая все, что находилось под ребрами. Слезы катились ручьями по щекам и подбородку. Мия подняла взгляд на луну, будто проклиная ее за собственное рождение. На ее руках было столько крови. И ладно бы ей было это необходимо. Еще пускай, если бы Мие нужно было питаться ею, как вампирам. Но она делала это просто так. «Нестандартное решение. Они все либо недостойны, либо слишком бесят меня», — среди всего, что посещало ум, не находилось и фразы, похожей на оправдания. Кровавая луна взошла над Амстердамом. Лил дождь. Пережатые органы, сбитое дыхание. Мия карабкалась вперед, хватаясь за мокрый грунт… не стоило и говорить, что она лишь зря тратила силы и все больше превращалась в грязевого монстра. Ее лицо исказила гримаса ужаса, руки затряслись в страшных судорогах. Там, где свет, лежал труп. Труп того, в чье лицо за его глупые подкаты Мие то и дело хотелось кинуть радиатор. С запрокинутой назад головой и прогрызенной артерией на удивительно сохранившемся сухим клочке земли лежал красный Саймон. Или все же цвета бордо?..