Великая Повесть о Житие Шизофреника

Ещё одна неделя впустую!

      Ну, как впустую? Веселого было мало, а это равноценно тому, что я выкинул семь дней в никуда. Сидел я да беспрестанно разгребал проблемы, свалившиеся на голову… И за шиворот, и… Куда бы то ни было! И всё это под осуждающие взгляды Каэдэ… Лучше бы она за мною носилась как бешеная. А всё дело в том, что она обиделась! Ну, думаю, это и так понятно. Но обиделась она не на то, что я облапал её грудь, ведь она мне отплатила, заехав сковородой по морде… Не один раз… А на то, что я, оказывается, забыл про наше свидание! Да я сам, как услышал, захотел себе пару раз пере*бать! В общем, высказала мне любимая всё в лицо, а потом, гордо задрав голову, кинула сковороду в толпу, попав в какого-то беднягу и пошла в комнату, пытаясь незаметно вытереть слезившиеся глаза… Тогда я почувствовал себя самым конченым отбросом не то что на своей родной планете, но и за пределами Млечного Пути! Сразу же, конечно, побежал извиняться, ещё усердней, чем в прошлый раз, но на попытки получил лишь слезливый взгляд и вот эту вот фразу:       — Хмф, а я ведь всего лишь хотела провести с тобой больше времени… — она ручкой прикрыла лицо и шмыгнув продолжила, — Т-ты в последнюю неделю был слишком занят работой и мы максимум за день перекидывались, если повезёт, парочкой предложений… И я-я хотела куда-нибудь сходить, но т-ты… — и окончательно перестав себя сдерживать девушка разревелась и убежала, очевидно, в свою комнату, а я так и остался стоять на месте, полностью разбитый и не понимающий, как я вообще мог забыть столь значимое событие, как свидание с Каэдэ-тян.       На следующие дни, если я пытался с ней заговорить, девушка лишь игнорировала меня и сваливала, когда появлялся нужный предлог… Ну, вот я и узнал одно из правил общения с женщинами: ни в коем случае не обижать этих особ, мало того, что потом проблем нет огребёшься, так и самому не менее больно видеть слёзы этих прекрасных созданий.       И вот сейчас я сижу и под классиков рока, на полной громкости звучащих из наушников, и решаю: «Надо чё-то делать!» Для этого я позвал Хитклиффа…       — Нет лучше влагалища, чем очко товарища! — ехидно высказался Лайт.        — Это ты, бл*ть, к чему? — спрашиваю, поперхнувшись вкусным кофейком и пролив пару капель на важные отчёты.       — Ну, как к чему? — недоуменно спрашивает Светоносец, — С Каэдэ поссорился да решил позвать Хитклиффа, дабы…       — Даже не смей продолжать! — грозно выговариваю я, ударяя по столу, от чего холоп уже пришедший в кабинет испуганно отскачил, — Здаров, Хитклифф! — уже доброжелательно улыбаюсь мужику, что от этого хоть чуть-чуть, но успокаивается… Хах, очень зря! — В общем, я не буду вдаваться в подробности… Мне надоело сидеть на месте и разлогаться, хочется драйва, сражений и приключений! — во-от, теперь-то стоящий передо мной почувствовал, что «Это ж-ж-ж — не спроста!» и бочком-бочком попытался ретироваться из комнаты, да вот только кто ему позволит? — Я это к чему? — крепко захватил я его за шею, перекрывая путь к отступлению… Хотя, это немного не верно, для него путь к отступлению был перекрыт, как только я впервые зашёл в ныне мою таверну… Но это всё «лырика», — Короче, я собираюсь свалить по велению шоколадницы, прихватив с собою д-друзей, — на последнем слове я чуть заикнулся, всё-таки непривычно использовать неиспользованное ранее, но таки какое-то тепло в груди образовалось… Скоро придётся использовать мою силиконовую подругу… Чёрт, снова «лырика»! — А всю заботу о «Сне Дракона» и «Шаловливых Ножках» оставить на тебя! — обрадовал я работягу, — Ну, ты хоть рад? — в нетерпении спрашиваю.       — Бл*ть, убейте меня… — безжизненным голосом произносит он, окончательно обмякая и падая на пол, ибо держать чернь я не намерен!       — Ну, в общем, ты понял! — посмотрел я на тело сверху вниз, — М-м-м, располагайся, а я пока пойду созывать Совет Сильнейший Убивцев Капиталистического Анкрада, коротко С-СУКА. Приступаешь к работе завтра, не явишься — станешь евнухом! — мило улыбнулся я ему.       И вот, оставив помирающее тело на полу и пару раз его пнув, забрав вдобавок себе всех животных, находящихся в кабинете, я вышел из комнаты и направился к главному залу. Пройдя пару поворотов и спустившись с лестницы (снова на Мише и снова сломав при этом пару костей), я вышел на середину главного помещения, встал на Алису, аки Ленин на броневик, и громким басом, с нотками артистизма, выкрикнул:       — С-СУКА!       — Чего? — обернулись все посетители таверны… Кроме мой группировки… Хрм, ладно.       — С-СУКА! — более… Громко, да громко воззвал я ко всем и-и-и… Зашёлся кашлем… Старею, раньше бы и виду не подал, а сейчас…       — Ты чего орёшь с утра пораньше?! — видно не выдержав, вскочила с места наша боевая лоля. А после, с особо злым взглядом (бедня-я-яжка, не в настроении), метнула в меня то, что было у неё в руках, а именно… Бл*дский метательный нож, будто бы подготовилась!       Свалившись с паучихи, без травм, при помощи всевозможных изворотов и приворотов, и наконец откашлявшись, уже подрастерявшим былую уверенность голосом, произнёс:       — Ну, так, С-СУКА же…       — Ты кого сукой назвал?! — подбежав, она попыталась схватиться за части моей одежды, да только… Щ-щаз!       — Кого я сукой назвал? — спросил её же, увернувшись от очередной попытки захвата.       — Ты ещё и издеваться смеешь?! — по-мойму она совсем сейчас обезумеет.       — По-моему тут произошло недопонимание, — оторжавшись и откатавшись по ментальному полу, всё же решил подать голос Лайт.       — Точно, недопонимание, оно самое и виновато! — радостно проговорил я в мысленное пространство, — Стопэ-э! — выставил я руку перед собой так, что девочка-берсерк чуть не влетела в неё, — У нас с тобой недопонимание произойти!       — А-а-а! — неожиданно заакала девушка и понимающе улыбнулась, встав смирно, — Недопонимание? Ну, всё ясно! — говорила она… И как только я расслабился и убрал руки из защитной позиции эта мелкая… Ударила меня! В безопасной зоне! Но что более важно… В лицо!       — Бл*, — коротко, да ёмко прокомментировал я, — Как, а главное зачем ты это сделала?! — спрашиваю, готовясь вдребеденить ей в ответку.       — Зачем — понятно, а как — у меня есть навык… Да и вообще это не важно! — и через секунду, — Ай! — айкнула Ханако, уже лёжа на земле и смотря в потолок.       — Я вообще-то за гендерное равенство! — кинул я короткий взгляд на тело, лежащее на земле, и пару раз хрустнул костяшками пальцев, — Привет, ребята! — подошёл я к земле и поздоровался с моим пати, на что Кущ махнул мне рукой, Асуна издала милое «Привет!», А Каэдэ проигнорировала… Это задевает моё сердечко… Но ничего, скоро всё снова встанет на круги своя! — Так вот, С-СУКА! — снова прокричал я, услышав, что где-то сзади происходит звук поднятия юного лольского тела с земли. И как только оно подошло ко мне:       — Ты что, бл*ть? Обидно, нах*й, — произнесло оно, заливая горе содержимым из бутылки с саке, которая была с Ханако с самого начала потасовки.       — М-м, матерится, аки сапожник! — так дело не пойдёт! — Надо промыть ей ротик моей мясной мочалочкой, а затем всё мыльцем сверху полить, да-а!       — Что за п*здец?! — бурно среагировал Мистер Похотливый, — Слишком жёстко! Ассоциация Похотливых Хренов такое не одобряет!       — Вообще срать! Не понимаю, на что ты обижаешься… — присаживаюсь за общий стол, рядом с рыжулей, на что она лишь безразлично хмыкнула и стала смотреть в противоположную моей сторону.       — Ох-х, как же с тобой трудно! — присела и Ханако тоже, схватившись за свою черепушку и скорчившись, будто от сильной головной боли, — Ладно, — но через пару глотков низкосортной японской алкашки её лицо разгладилось, — Что ты орёшь-то?       — Собрание! — отвечаю.       — Собрание? — спрашивают.       — Да, — отвечаю во второй раз.       — Так, что насчёт собрания? — подаёт голос Кирито.       — Кхм, ну, — откашливаюсь и встаю прямо на стол, — Братья и сестры, товарищи и собутыльники, и просто те, кто должен будет заплатить за выпивку! Сегодня мы все собрались тут, дабы отправиться в главный донжон этажа и настучать по еб*льнику боссу! Именно мы понесем гордое звание… Тех, кто высвободил всех из оков Анкрада! — вновь я начал громко вещать вдохновляющую речь, в конце которой перешёл на крик. Пьянчуги-посетители, моя команда и по-моему даже (!) Каэдэ, уделили мне внимание своими гляделками.       — Неплохо… Можешь когда захочешь, — оценивающим голосом молвил Лайт.       — Не стоило и сомневаться, ведь я же целый Акио-Макс Великий!.. Не меньше! — взмахнул я кулаком в воздух.       — Да-да, мы это уже слышали, — вздохнув, раздражённо проговорил Син, — Мог бы и не повторять.       — Я повторял, повторяю и буду повторять столько сколько будет нужно, зарубите это себе на носу!       — Ты сегодня какой-то больно крикливый, — в манере наше древнешумерского война бурчал Хим. С ним-то что такое? Впрочем, когда меня что-то подобное волновало?       — Ну, наконец! — сразу же воспылала Ханако, ударив рукой по столу и… — Я аж воспылала! — я это и так понял… А вообще, на мой спич моё же «Ко» среагировало крайне положительно: обычно сдержанный Кирито (если не опрокинул пару рюмашек) во весь рот улыбнулся и, похлопав ножны с находящимся внутри мечом, таки чуть-чуть выпил. Сидящая неподалёку Асуна сначала посмотрела на него недовольным взглядом, но через секунду и её охватила всеобщая радость, и она тоже выпила… Сока, конечно, но выглядела при этом, аки заправской алкаш с сорокалетним стажем, видимо, сок-то — брожёный. И даже Каэдэ, недолго о чём-то поразмышляв, несмело улыбнулась, так, чтобы я этого не увидел (наивная, у меня на жопе пара глаз) и это событие меня настолько обрадовало..! Настолько обрадовало! Что по моим штанам даже начала растекаться какая-то липкая жидкость!       — Твою мать, Ханако! — взревел я, смотря на то как эта девчонка, с помутневшим взглядом, и с приложеной к щеке рукой, в позе «скучно — п*здец!», лила саке из бутылки, которую держала во второй руке, прямо в область моей… Э-э, паховой области.       — Шишкан дымит, пытаюсь потушить… — пьяно приговаривала она, — Ну, или поливаю, чтобы в будущем дуб вырос… — и добавляет неопределённости в сию ситуацию.       — Ха-ха-ха-ха, — обыкновенно угорал, аки угорал однажды экипаж одного небезызвестного танка*, Лайт, — Она мой герой! Если у тебя когда-нибудь будет гарем, то я всеми фибрами души буду за то, чтобы Ханако была твоей первой женой.       — Гарем будет, — спокойно говорю, попутно вставая и заряжая подзатыльник одной бесящей особе, — Вот только Каэдэ будет в нём первой женой, а Ханако в нём не будет присутствовать, по причине схожести наших характеров, — и вот, уже собираясь в комнату, за сменной одеждой, говорю ребятам, что выходить будем завтра, на этот раз уж точно, а сегодня отдыхаем, на что они ещё больше обрадовались (не понятно чему, они тут каждый день х*и пинали, пока я вкалывал, аки негр), а я рванулся в комнату, обещая вернуться позже, паралельно ведя диалог с головными колонизаторами, — Знаете, я Ханако воспринимаю как назойливую младшую сестру.       — Ну, так инцест же… — пытались ответить мне, да только я перебил.       — Не-не, это уже давно не смешно, — говорю, поднимаясь по лестнице и ловя взгляды на свою нижнюю часть тела… Благо, стеснение давно померло, и не такое творил.       — Но всё равно, шансы у неё есть! — поигрывал бровями второй Джирая.       — Не-е-ет! — упорно протянул я, уже открывая дверь в мою обитель и здороваясь с живностью, находящейся здесь, — Максимум наших отношений — это если я буду считать её не надоедливой младшей сестрой, а любимой младшей сестрёнкой… И такое, даже если и произойдёт, во что я не верю, то не скоро! — подумал, как отрезал.       Но да, на самом деле, у меня против Ханако ничего нет, даже более того, я её товарищем считаю, надеюсь, как и она меня. Конечно, она странная (кто бы говорил, да), но людей ведь не судят. Тем более, она однажды меня спасла… Не то чтобы я тогда сам не смог бы справится, но сам факт спасения меня радует. Но что ещё более странно: когда смотрю на неё какие-то чувства возникают, тёплые, такие, которые я когда-то о-очень давно прочувствовал на своей шкуре, да так давно, что уже и не помню те ощущения, и не могу охарактеризовать… Впрочем, и не только тёплые, а ещё например и тоска. Мда, какая-то горькая тоска, которая хоть мне и не свойственна, но, конечно, знакома. Странно, странненько, странновато, страннюшенько и подобные синонимы.       И вот, закончив с самокопанием, я открыл стоящий передо мной шкаф и выудив оттуда сухие штаны и надел их. А затем, погладив моих пушистиков, подумал-подумал и удумал пойти в кабинет… Вернуться я-то пообещал, а вот когда — не сказал. Так что можно пока попинать половые органы.       — Ура! — радостно вскрикнул я, на что Алиса и Мишка посмотрели на меня, как на дауна… А вот Шестьдесят Второму нормально, — Но только не свои (органы)!       — Ты чё несёшь? — деликатно рыкнул Михаил, мило наклонив морду чуть влево.       — Бревно! — отвечаю, попытавшись закинуть тушу медведя на своё плечо… Естественно, ничего не вышло… Я просто устал. А вот Мишка не устал: хлопнув меня по хлебалу, он взял меня за шкирку и закинул себе на спину, чтобы я не бурагозил. А я и не против.       — Ладно, — говорю, сильнее укутываясь в мягкую шерсть… Ох-х, эти приятные ощущения… Давно я на нём не катался, — Вези меня в кабинет, Миха! — а он и повёз… И сразу же я вспомнил, почему на нём давно не катался… — Кх-хка! — скрючился я на полу, выплевывая кровь на оный… Мда-а, хорошо пере*бался! — Ладно, Алиса, вези меня ты, пожалуйста… — жалостливо гляжу ей в глаза, краем глаза видя невредимого Мишку, тогда как меня неплохо так переколдо*било, — Прошу-у… — взмолился я, смотря, как медведь потихоньку подходит ко мне.       — Пф-ф… — применила она главную технику клана Учиха… «Презрительное фырканье»! И взгляд подстать. Но, несмотря на это, благодушно разрешила залезть на её спинку. А ко мне же на плечо залез Номерок и мы, всей компанией, двинулись в кабинет.       И вот через пару минут я уже нахожусь на кресле за моим рабочим столом, благо оно было достаточно удобным и приемлемым для моей неприхотливой тушки. Разместил я свой зад именно на этом «"Байконуре» по одной очень простой причине, а если быть точнее и углубиться в ситуацию, то всё из-за того, что мне всё ещё не заделали дыру… В полу, соответственно и не вернули на свою законную родину мой любимый диванчик.       Но хер бы с этим диваном, сейчас предо мной стоит монстр пострашнее, чем неимении места для лёжки. Имя ему — «СКУКА». Я просто и банально не знал, что делать. Можно, конечно, сходить в комнату обратно в комнату и принести сюда мою силиконовую подругу… Но вспомнив, что Ханако ещё в здании, а травмировать её психику — грех, я отложил данную идею.       В начале было слово… Потом попытка помается х*йнёй. Покрутился я, значит, на креслице своём, прибрался в комнате, посчитал, сколько пылинок у меня под столом… После, я обратился с вопросом «Что делать, если делать нечего?» к вшам. Те, в свою очередь, подумали, почесали свои бороды, приклеенные на клей «Момент» да и предложили пару вариантов. Пришлось (принудили) прибегнуть к их исполнению. Первым на очереди было поиграть в настолки с животиной. В итоге, мы сыграли во всё, что было у меня в комнате, а было тут много чего… Интересно, откуда только это всё взялось. Ну, а после я плавно перешёл ко второму варианту, а именно… Решил порешать кроссворды с судоку и остальной паранормальщиной…       Итог: решён годовой запас газетных кроссвордов и остального из этой бухты; также годовой запас нервов выеден чайной ложечкой, а состояние кабинета стало ещё хуже. Вывод: это не по мне.        Тем временем, я решил, как бы это тавтологично не звучало, проверить время. И лучше бы я этого не делал и продолжал сидеть в неведении и придумывать, как развлечь себя, ведь были планы по, допустим, прорыву в паутину всемирного интернета и просмотра «Поое Чудес» в режиме онлайн, но… Что сделано, то сделано. А от увиденного времени я поневоле выпал в осадок. Оказалось, что прошло всего два часа. И так как рассчитывать на головную канцелярию уже было нельзя, то решил думать сам. Первое, что пришло на ум — это хорошо побухать, но вот только… Бухать было не с кем. Чёрный Кущ ушёл в глубокую завязку с распитием спиртного из-за некой Асуны, что пилила его не хуже «Дружбы». Глен же вновь куда-то пропал, скорее всего по делам крысино-норинным, ведь, видите-ли:       — В пустыне на юге второго этажа много полезных материалов, которые помогут развитию бизнеса! — говорил тогда (неделю назад) Тетсуя, вальяжно развалившись на кресло и попивая один из ходовых товаров нашего рынка, собственно, представленного лично мной… Самогон, да, — А сходит, наверное… — чуть задумался, — Глен! — и своим перстом указал на парня, так же попивающего «Дьявольскую настойку», как здесь прозвали самого. А на вопрос «Почему он, мы вообще планировали прибухнуть?» он лишь небрежно взмазнул рукой, пролив жидкость из кружки на казёный пиджак и ответил цитатой из песни, которую я однажды на главной, так сказать, «площади» «Крысиной норы» сыграл на гитаре… Да-да, они тут тоже есть, ну, разве не счастье? Я, к слову, одну купил, правда, потратил большую часть своего немаленького, хочу отметить, бюджета, но, справедливо сказать, ни разу не пожалел… Прекрасно звучит! Кхм, так вот: — Значит, небу так надо! — сказал он тогда. А на все утверждения, мол эта пустошь опасна, раз уж даже Кирито, кстати, неофициально состоящий в крысино-нориной банде, который лишь немногим слабее Глена, зассал туда идти, даже после полной прокачки оружия, купленного на нашем же чёрном рынке, а здесь оружие просто на*пиздатейшее, даже самое дешёвой… Впрочем, самое дешёвое — это та секира, за два миллиона коллов… Ну, да не важно, главное, что на все эти утверждения Тетсуя отвечал лишь той самой фразой из прекраснейшей песни группы «Ю-питер». В итоге, Глену выдали самое лучшее снаряжение, из уст бетатестера (да-да, Кущ) вызнали все особенности той местности, да и отправили его туда, наказав действовать как можно более скрытно, дабы конкуренты, которых, удивительно, но было предостаточно, не прознали про «Каменную пустошь», как неофициально окрестил её черномечник.       Ну, а ещё была Каэдэ… Впрочем, сразу нет. Скорее всего, как только я заикнусь в её присутствии об бухлишке, то она мне руку, а может и ногу сломает и засунет, куда точно не надо, хотя, сама недавно лыбу давила, когда опрокидывала в себя стакан! Ну и передумав ещё с пару минут и проэксперементировав с пушистиками в роли собутыльников, понял: остаётся надежда лишь на Ханако…       Эх-х, и стоило только мне мысленно дойти до этого имени, как дверь резко распахнулась и внутрь помещения ввалились насквозь пропахшие перегаром и находившиеся в состоянии чуть-чуть недотягивающего до «совсем в говно» три тела, а именно: последняя упомянутая, Кущ и внимание! Его подружка Асуна! Уж от кого, от кого, а вот от неё я подобного не ожидал. Но это лишь показывает её разносторонность, просвещённость в бухих аспектах жизни и многограние её прекрасной души.       Но тем не менее, этого и вправду не ждал никто, так что все сейчас ох*евали. И вечно и от всего ржущий (пора в дурку) Лайт сейчас всё же решил нас поддержать, войдя в наше состояние, настолько это было неожиданно.       — Цепь… Скованы мы ей… Тьфу, бл*ть… Акио, как там пелось? — заплетающим языком прогомонил вошедший Кущ.       — Дурачина… Мы не за этим здесь… Там, это… Скованные… Одной цепью… Связанные одной… Целью, — наилучшим способом и главное «информативно» поддержала «отлично» начатый разговор сталкерша.       Ну, а третий алко-оперативник стоял возле Михала и гладил его по его шикарнейшему меху… Ну, по крайней мере, хотя бы пыталась, ведь не всякому дастся Мишка… Но вот под её ласками он прогнулся и начал к ней ластиться и Асуна при это выглядела чертовски кавайно… Милашка, да, повезло, однако, Кущу. И ничего страшного, что её не слабо штормит… Хех, кто же тот герой, кто её так споить успел, а главное какие привороты при этом использовал?       — Так, бл*ть, что вообще происходит..? — решил я схватить кота за яйца… То-есть, ход дела в свои руки.       — Не что… А кто!.. Ты происходишь… То-есть, стоп… Нет, происходит что!.. Акио, ты такой умный! — что-то пыталась сказать Ханако… Получалось, правда, не важно, но, да ничего, я ведь умный, разрулю как-нибудь.       — Ага, мы так и поняли, — издевались надо мной головные сепаратисты, но я счел, что толку нету на дурных обращать внимание, тут у нас зверь в разы крупнее. И это был северный лисёнок — Здец. Но, раз уж этот лисёнок здесь, почему бы с ним не прибухнуть? Ведь об этом и думы думал, и действия действовать сейчас буду.       — Эй, лоля! — дерзко позвал я её… За что и получил по хлебалу… Справедбыдло! — Кхм, так вот… Пойдём бухать! — мда-а, после моего прибытия сюда Анкрад страной трезвенников точно не станет.       Ну, в итоге, мы поехали в зал. Я, Кирито и Ханако уселись на Алису, хотя беловласка сначала пыталась усесться на Шестьдесят Второго, но, м-м-м, не вышло, почему-то… А вот Асуна, как бы я её не уговаривал, но уселась на Мишку и пока я её уже помянал, она начала спокойно ехать… Так я давно не ох*евал! То есть, мы вообще без происшествий (!) доехали до главного зала и даже (!) нормально спустились по лестнице! Я, конечно, осуждающе посмотрел на Михаила, но его понял: всё же будь я медведем, я бы предпочёл возить у себя на спине красивых девушек, нежели, хоть и прекрасных (я про себя), но парней. А вот особи женского пола (это я про Алису) неприхотливы: и мужиков, и баб на спинах возят… Хотя, вот её презрительный взгляд говорит, что ей это не особо в кайф. Но мне вообще не важно! Сейчас мы будем отрываться!

Через полчаса «дикого отрыва»

      — Бл*ть, Ханако хватит поливать дуб! — попытался я отодвинуть от себя пьяную и юную садоводницу, снова начавшую лить саке ТУДА.       — Но как же ду-у-убик? — уставилась на мою промежность Ханако, — За ним же нужен тщательный уход, — и потянулась за моим главным мясным сокровищем.       Эх-х, оказалось, после моих заливистых речей в таверне поднялся неплохой такой гул и все мои союзники, как на зло, не обращали на меня же никакого внимания, из-за того, что их взгляды и умы были привязаны к алкоголю, будь он неладен. И даже взгляд Каэдэ был прикован не ко мне, а к чёртовому официанту, у которого она, в данный момент, что-то активно заказывала. И это в те-то минуту, когда её муженька, пока что только будущего, но это только пока, собирается, у всех на виду, изнасиловать Кролова Польски, являющаяся её сокомандницей! А ещё как всегда в голове раздавался ржач, но только не одной ментальной глотки, а сразу всех… И сразу! Хрм, твари бездушные. Меня вот-вот изнасилуют орально, а потом придёт рыженький всадник апокалипсиса и меня уже изнасилуют анально.       — Н-ну, в этой ситуации будет один плюс, — сквозь смех проговорил Лайт.       — Поясни, — потребовал я у него.       — Ну, так ты тогда точно поймёшь, что Каэдэ к тебе неравнодушна! — и снова порция заливистого конского ржания.       — С-сучары вы! Ясно!       Медленно я начал пятится назад, а перепившая королева начала на четвереньках, точно кошка, что преданно следует за лакомством, которое от неё издевательски утаскиваю дальше и дальше, ползти за мной, а точнее за моим жезлом любви.       — Интересно, как бы она выглядела с кошачьими ушками и хвостиком..? О! И, желательно, чтоб она при этом была в наряде горничной! — облизываясь и продолжая посмеиваться проговорил Хим.       Да, очень интересно, вот только у меня сейчас отнимут достоинство… В самом прямом смысле! Поэтому, остался только бег…       — Беги, Форест, беги! — пропел я, срываясь подальше от Ханако… Которая, удивительно, даже не стала за мною следовать, просто не смогла встать со стула… Как-то скучно, даже.       Поэтому с бега я потихоньку перешёл на шаг и стал медленно бороздить просторы «Дракона». Мда-а, вот сегодня вроде-бы праздник, а я планировал набухаться в хлам, но сейчас трезвее всех трезвых… Да, что там всех трезвых, даже трезвее Каэдэ! А всё дело в том, что сначала, когда я припёрся к бару, меня то Чёрный Куст дёрнет, то Асуна что-то попросит, то Ханако попристаёт, а потом всё: все от меня отстали, да и пить не с кем стало… И под конец я вроде бы с этим смирился и настроился на нужный лад, поднёс кружку к губам, через секунду почувствовав на оных её холод, но целебному напитку не суждено было оказаться к меня в желудке: выбор Ханако при поиске очередной жертвы пал на меня. И вот, сейчас мой призрак бесцельно бродит по таверне.       Каэдэ… Все мысли в последнее время лишь о ней. Чёрт, не думал я, что когда-то я буду убиваться из-за, считай, отсутствия человека, который всё равно всегда в паре метров. Эм-м, да, как говорится: «Отношения познаются на расстоянии». Или не говорится? А впрочем, не важно, главное, что со мной это так: общения с моей рыжеволосой богиней очень не хватает, хоть мы и в паре метров друг от друга. Мне даже беззаботно вести себя рядом с ней теперь проблема. Раньше я о том, что такое будет, и подумать не мог. Но зато, я понял: может вначале, когда я только её встретил, я и убеждал себя, что влюблён в неё, но зато сейчас это переросло во что-то больше и, не побоюсь этого слова, прекрасное. Поэтому, я поставил себе цель: «Помириться с Каэдэ»… Во что бы то, бл*ть, не стало.       Пошарив по таверне глазами я быстро выловил рыжевласую макушку среди всей серой массы и, конечно же, уверенным шагом направился к ней… И чем ближе я подходил к её столику, тем всё более неуверенной становилась поступь… Твою мать! Как так?! Почему я так волнуюсь? Не уж то это хвалёная любовь? Волнение, напряжение и мысли «А вдруг не простит»? Очень на меня не похоже, но… Пусть будет так! Думая, за все эти нервы мне потом воздастся… Хех, тем более, думаю, сейчас Каэдэ-тян более коммуникабельна, ибо, ну, кому пару кружек не развяжут язык? С этой мыслью я к ней и подошёл. И неловко стал у её место сиденья.       — Стыдоба-то еб*ная… — во всю комментировал происходящее Хим, — Ты ещё «невинно запунцовей», сведи указательные пальцы вместе перед собой, ака «Хината стайл» и томно прошептай: «К-каэдэ-т-тян…» — ехидно говорил «мастер по женской части».       — Да пошёл ты! — нервно вскрикнул я, — К-кхм, вот сейчас всё нормально будет! — в сознании говорю, после переходя на режим «включённого звука», — Каэдэ.       — Да? — посмотрев на меня, как будто только увидела, спросила девушка, к слову, абсолютно трезвым голосом, хотя, минут двадцать назад я во все глаза глядел картину, на которой она пила на бурдершафт с какой-то девушкой целую бутылку чего-то крепкого, — Что-то хотел? — заметив мою заминку, проговорила она.       — Вообще-то, — начал я, присаживаясь на место напротив её сиденья, — Хотел поговорить о том, с чем тебя преследую всю эту неделю, — и после этих слов что-то мелькнуло на её лице, что-то такое, говорящее, что именно сейчас тот самый момент, сейчас все решится… Именно так мне показалось. Но, несмотря на это, Каэдэ спокойно, даже с неким беспристрастием на лице ответила:       — Слушаю.       — Извини, — коротко, но в принципе это всё, что я хотел сказать… Можно было раскошелиться на слова, конечно, но я их столько обронил за эту неделю, что даже уже и не знаю… Думаю, сейчас и короткого «извини» со всеми моими чувствами, вложенными в него, хватит. Но всё-таки пару слов я ещё сказать хочу… Думаю, зря, но не сказать я не могу, — Каэдэ-тян, — произнёс я её имя, на что девушка вся как-то «растеклась» по стулу и, взяв бокальчик с какой-то жидкостью, через него начала внимательно на меня посматривать, — Я, конечно, всё понимаю, но обижаться из-за такой мелочи, — на слове «мелочь» рыжевласка как-то дико на меня посмотрела, но вскоре успокоилась, — Это ведь пустая растрата времени! Мы ведь могли на десяток подобных свиданий, — а вот на слове «свиданий» её щёчки всё же не выдержали и приобрели чуток алый оттенок… М — милота… Сегодня я с ней точно помирюсь, любыми способами, ибо видеть подобное — для глаз приятно. И не только для них.       — Я… — начала девушка, но сразу же споткнулась, заметив, что атмосфера в помещении стала чуть тяжелее: все замолкли и стали буквально проедать в нас дыры своими глазами… Хотелось, конечно, крикнуть, мол «Х*ле вы пялитесь, у*бки?!», но я этот порыв быстро заглушил, понимая, что им могу спугнуть уже готовющуюся что-то сказать Каэдэ, — … Не знаю, — бл*ть, мало того, что теперь «Краткость — сестра таланта» у всех в приоритете, так и..:       — Что значит «не знаю»? — пытаясь контролировать эмоции, говорю я, смотря на неё оп*зденевшим взглядом.       — Ну, то и значит, — чуть раздражённо отвечает моя спутница, — Знаешь, я понимала, что лучше бы тебя простить и просто общаться, как и раньше… Но «что-то» не давало мне это сделать, — да-да, помним мы истории про мифическое «что-то», которое не даёт, — Хотя почему «что-то»? — спросила она у самой себя, — Наверное, то была обида, только какая-то её продвинутая версия… — и замолчала… Оставив меня в неведении! Ну, а я ведь не сдаюсь?       — Поясни-ка, — твёрдо попросил я замолчавшую девушку.       — Как бы я не убеждала сама себя, что нужно бы перестать вести себя, как истеричка, и пойти на премирение, но как только я видела тебя, расхаживающего в обычном состоянии и ни капли не изменившегося, мне так и хотелась ударить тебя пару раз по лицу… Б-без обид, я не могла это контролировать! — вскрикнула она, опустив глаза на стол, заметив, как я на не осуждающе пялюсь, — Во-о-от… — уже пьяно протянула она, залив в себя неопознаный напиток… — Я тебя п-прощаю, в общем! — услышал я таки слова, которых ждал уж как неделю, но всё же:       — Можно вопрос? — поднял я руку, аки школьник на уроке, внимательно вглядываясь в прекрасные черты лица Каэдэ.       — Я тебя благодушно простила! — ударила она своим маленьким кулачком по столу, — Тебе мало что-ли?! — мда-а, насколько бы девушка не была добра, да и в общем, идеальна, но она всё-таки девушка.       — Э-э, х*йню сморозил, сечёшь? — тем временем, приговаривал в моём сознании Хим.       — Если очень внимательно всмотреться в эту мысль, то ты увидишь гениальный смысл, заложенный в её глубинах,  — невозмутимо ответив, не показав никаких эмоций на лице, я вернулся в реальность, — Нет, я очень даже рад, что простила, — хотя, я вроде ничего серьезного, по крайней мере, по моим меркам, не совершил… Но лучше промолчу по этому поводу…       — А сегодня у нас, — проговорил голосом диктора парень во мне… Кхм, Лайт, в общем, — Становление Каблука, который неплохо умеет генерировать двусмысленные фразы. Есть что добавить? — спросил Свет уже у меня, до этого-то зрителям говорил… Поехавший.       — Пошёл ты! У меня тут серьёзный разговор! — отшил я съёмочную группу программы про Становление Каблука, — Но, а что сейчас изменилось? — наконец, пробравшись сквозь тернии вшей, спрашиваю у рыжеволосой девушки, сидящей напротив и всё также пьющей из бокала.       — Смысле? — недоуменно вопрошала она, наклонив голову налево… Как буквально недавно делал и Михаил! А что если, те слова про то, что Каэдэ хочет… Ну… Совокупиться с медведем, правда? Да, точно, как я могу повестись на такую отговорку, как «Я училась шутить в твоём стиле». Было всё так: девушка занялась «вуху» с Мишкой косолапым и перенела его особенность мило наклонять головку в новую сторону, задавая вопросы… Хотя, я тут подумал: нах*р эту конспирологию, особенно настолько поехавшую.       — Ну, почему именно сейчас решила «великодушно простить»… — я показал в воздухе явные кавычки, на что рыжуля посмотрела на меня злым взглядом, впрочем, видимо от воздействия алкоголя, быстро смягчившимся, — … Грязного холопа?       — Не буду врать, это всё из-за воздействия посторонних факторов, — но увидев мой вопросительный взгляд, пояснила, — Накатила я для смелости, короче, — чуть почесав щёчку, сказала, — Но вот подойти к тебе мне смелости так и не хватило, сколько бы я бокалов не выпивала… Так что я очень рада, что ты сам подошёл, — немного смущаясь, ведала мне Каэдэ-тян. Думаю, смущалась она бы больше, если бы не была в состоянии средней тяжести опьянения… Но что есть, то есть.       — Я-то как рад! — показал я свои эмоции улыбкой, — Значит, мир? — и протянул ей мизинец.       — Мир, конечно, только ты мне должен кучу свиданий! — вымученно улыбнувшись, девушка выдохнула и вместе с тем обмякла, но всё же обхватила мой палец своим, — Ф-фух, словно гора с плеч.       — Аналогичные чувства, — да-а, теперь всё будет как раньше, а беря в расчёт то, что я обещал ей кучу свиданий, то в сто раз лучше!       — Хех, кстати, — ехидно заговорила мол невеста, — Вот этот жест, — она показала мизинец, поднятый к верху, который я так же показывал всего пару секунд назад, — У нас в Японии используют, когда речь заходит о женщинах… Так что, поаккуратней, а то неправильно поймут.       — Ага, учту, — чуть ухмыляюсь я, откидываясь на стуле и думая, что теперь наконец со спокойной душой можно выпить. Но размышления мои прервал голос, не трудно догадаться чей:       — Знаешь, — внимательно глянула его обладательница на меня, — Я наверное завтра буду жутко смущаться, лишь думая об этом, но, раз уж сегодня у меня, хех, стимуляторы, то я скажу… — да-а, вот сейчас, чувствую, будет что-то чертовски серьёзное… Ведь из-за чего она настолько сильно переживает — глаза бегают, лицо запунцовело, а руки беспокойно мнут скатерть — кроме как, не из-за чего-то серьёзного… Стоп. А может-ли быть..? Или нет..? Я-я, конечно, представлял это, но чтобы так скоро… Кхм, всё больше волнуюсь, — Акио-кун… — волнение всё растёт, — Ты… Мне очень-очень нравишься!       БУМ! И взорвалась сверхновая в моей голове! Высокие чувства затопили меня с ног до макушки: настолько счастлив я, кажется, ещё не разу не был. Твою мать, а кто не будет счастлив, когда нравящаяся (а может даже любимая, пока мне этого не понять) тебе девушка заявляет о своей симпатии?! Я почувствовал, что мои щёки окрасились в алый (охренеть, никогда не думал, что что-то подобное произойдёт), дыхание участилось, а на лице сама собой образовалась дебильнейшая улыбка наисчастливейшего человека в мире. А сама виновница торжества, видя мою реакцию на её, считай, признание, расплылась в аналогичной, всё же спросив:       — Э-эт-то значит..? — а так как я даже не в силах был ответить, то воспроизвёл лишь кивок, — Ч-чёрт… — на эмоциях девушка даже «очень грязно» выругалась, но через секунду: — Ура-а-а! Да-да, самый лучший день в моей жизни! — не стеснялась кричать на всю таверну Каэдэ… А ещё она вся дёргалась и, в общем, была навеселе… Настолько яркое выражение эмоций, даже для такой эмоциональной девушки, как она — немного необычно, но я её полностью понимал: у меня тоже всё сознание было сильнейшим образом искривлено, благодаря, конечно же, трём определённым личностям, уровень радости которых был сопоставим с моим. Да я бы и сам себя вёл как моя рыжевласка, вот только не накатил… Впрочем, сейчас исправим!       Усмехнувшись, и мимолётно погладив ручку Каэдэ, лежащую на столе, что уже потихоньку начинала успокаиваться, я нарыскал взглядом на столе первую попавшуюся бутылку, видимо, с саке, игнорируя, почему-то враз ставший обеспокоеным взгляд моей спутницы жизни… Но не успел я предаться радости, присосавшись к алкашке, как по таверне раздался крик:       — Сука, не трогай!       И хотел было я только обернуться на него, как по моей бедной макушке заехали чем-то тяжёлым, аки молотом, да так, что я перелетел стол, за которым сидел, и впечатался в стену, лицом к атакующему… Дабы узнать, что по голове меня и вправду огрели огромным молотом, который держала в руках Ханако… Очень злая Ханако. Видимо, на то, что я её бухлишко пытался выпить… Сознание начало затухать, а в глазах темнеть, но я даже не обижался, ведь этот поистине прекрасный день такой мелочью уже и не испортишь… Я, мать вашу, мало того, что наконец помирился с любимой, так и узнал, что чувства-то взаимные! Так что, напоследок я во все тридцать два (может уже и меньше, всё-таки неслабо меня огрели) улыбнулся, осознал, что полностью трезв(удивительно, и, увидев обеспокоенное, но от этого не менее красивое личико Каэдэ, спокойно закрыл глаза, думая, что всё того стоило…